Братские узы

      Два года спустя.       Время пролетело быстро. Вот уже и наше обучение подходит к концу. С тех пор, как я получил свое имя утекло много воды. Теперь я вырос, окреп, научился контролировать свою звериную сущность и наконец узнал, каким является мой естественный аромат. К сожалению, это оказалось совсем не тем, чего трепетно ожидает любой юный омега. В большинстве случаев у слабого пола открывались приторные фруктовые или цветочные запахи. У меня же… ужасный древесный, так, кажется, называют смешение ладана, мяты и белого кедра. Подобное сочетание свойственно скорее для альфы, нежели для омеги. Собратья поглядывали на меня жалостливо и сочувственно. Все верно, ведь шансы найти истинного сократились примерно вдвое. А учитывая особенности внешности и вовсе медленно сходили на нет. Я нашел друзей среди омег и бет, с которыми вместе проходили обучение. Ребята вполне сносно реагировали на мой запах и отчаянно просили не расстраиваться по пустякам. Якобы найдется тот, кто полюбит меня таким, какой уродился. Что ж, хотелось бы верить, конечно. Приближалась первая течка, ожидание коей пугало все больше, ведь по сути я не знал чего ожидать. Судя по рассказам преподавателей мой ужасный древесный шлейф усилится, повысится температура тела и я ужасно сильно возжелаю секса. М-да, не самая лучшая перспектива… — Грай!..- меня бесцеремонно в очередной раз выдернули из собственных мыслей, — Эй, Серый, ты чего там застрял? Скрипучий старческий голос наставника можно узнать из тысячи. — Уже иду, Като! — нехотя отзываюсь, поспешно складывая травы в рюкзак. Стоит также упомянуть о том, что я открыл в себе особый дар, дар лекаря. Не сам, конечно, Като помог. Как ни странно, оборотни не любили обычные человеческие препараты. В них полно химии и намешано не пойми чего. Да и зачем они, если матушкой природой создано множество естественных способов излечения разного рода болезней? За два года обучения наставник выдал мне необходимые знания и несколько раз я уже успел применить их в деле. Поначалу страшно было, но когда видишь благодарные улыбки пациентов, весь страх уходит, уступив место гордости за самого себя. Высыпав на столик свою «добычу», вопросительно глянул на худощавого омегу. Тот дотошно осмотрел каждый листик и наконец утвердительно кивнул. — Хорошо, мальчик, спасибо. На сегодня ты свободен. Дальше справлюсь сам. Като уселся за стол и приступил к тщательной переборке лекарственных трав. Оборотни редко болели, но если подобное случалось, лекарь всегда должен быть во всеоружии, как говорится. У самых дверей, старик остановил меня, задав вопрос, ответа на который у меня не было до сих пор. — Грай, давеча мы обсуждали с тобой твои планы. Не решил ли ты, мил друг, отучиться на медицинском, в городе, средь людей? — Честно говоря, склоняюсь к этому варианту. Останусь здесь и жизнь пройдет мимо. А там, если не истинную пару-оборотня найду, так может с человеком повезет. Кто знает? — я постарался высказаться как можно увереннее, чтобы поскорее прекратить данное обсуждение. Омега нахмурился. — Люди очень неопределенные и переменчивые существа, к тому же, не стоит забывать о существенной разнице между любовью человека и любовью волка. Будь осторожен с ними и держи ушки на макушке, мальчик. — Обязательно, Като. А теперь, если ты не против… Договорить он мне не дал, махнув рукой в сторону выхода. — Ступай-ступай. Едва выбежав из дома, я почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Не трудно догадаться, кому он принадлежит. В памяти все еще живы воспоминания с церемонии, с учебы и охоты, когда Сэд публично высмеивал мои ошибки и морально унижал за проступки. Мы практически перестали общаться, лишь изредка перекидываясь едкими высказываниями в адрес друг друга. Ничего, кроме боли, не осталось. Былые теплые чувства испарились, не оставив и следа. Меньше всего на свете я хотел сейчас видеть этого альфу. Но тот был непоколебим. Едва слышно ступая, оборотень приблизился сзади и, схватив мою руку, с силой развернул к себе лицом. Ничего не изменилось. Все те же шикарные черные волосы, аккуратно остриженные до легкого «ёжика», глубокие изумрудные глаза и легкая усмешка. — Я тут слышал краем уха, что наш малыш решил в город податься. Это так? — и конечно все тот же ледяной баритон. — Даже если да, тебе-то какое дело? Отпусти меня, — максимально безразлично выдаю в ответ. И действительно. Не Сэд ли два года назад запретил приближаться к нему? Альфа скривился, чуть ослабив хватку, но не отпустив меня. Я разочарованно выдохнул, осознав, что нарываюсь на новую перепалку. Давно не было, блин. — В общем-то, никакого. Только имей в виду, будучи вожаком стаи, я не стану бегать за тобой и вытаскивать твою задницу из какой-нибудь передряги. Устало усмехнувшись и потерев свободной рукой переносицу, я ответил ему: — О, Сэнди, поверь, ты последний, от кого я позволил бы себе принять помощь. Черный на секунду замешкался, не найдя ответа, а я воспользовался ситуацией, быстро выдернув руку. Резко развернувшись, поспешил к дому. Вслед мне раздалось лишь глухое утробное рычание. Ничего, иногда полезно уязвлять альфье самолюбие. Дома папа встретил как всегда своей приветливой улыбкой. Слава богу, что альфам полагалось жить отдельно от омег, если те не являлись парой, разумеется, а также в периоды обучения. Таковы правила стаи. Коим я второй год подряд никак не мог нарадоваться. Страшно представить, что было бы, живи мы все это время под одной крышей. — Кушать будешь, солнышко? — родитель вытер ладошки о фартук и вопросительно глянул на меня. — Да, но если ты не против, чуть позже. Пока не голоден. — Как скажешь. Кивнув, я поднялся в свою комнату и с удовольствием плюхнулся на мягкую кровать. Усталость накрывала волнами, тело ломило, стало невыносимо жарко. Чёртова омежья сущность. Той ночью у меня началась первая течка. POV Сэд Твою ж за ногу, как же этот непутевый омега раздражает. Слишком умен, слишком самостоятелен. Запах так вообще как у альфы. Однако, стоило ему только рядом пройти, а мне случайно глянуть на его бедра, как член тут же реагировал, поднимаясь колом, мешая здраво мыслить. Не знаю, на кого злюсь больше. С одной стороны, я будущий вожак, в пару следует выбрать кого-то более подходящего, чем подкидыш из истребленного клана. А с другой… Зверь внутри недовольно порыкивал каждый раз, когда мы ссорились или долго не виделись. Волк признал истинную пару, а я сам никак не мог с этим смириться. Вот и сейчас, после очередной перепалки, Грай уделал меня, как последнего щенка и ушел, оставив с носом. Я потерял бдительность, принюхиваясь к шлейфу, оставленному витать в воздухе от серого, и совсем не заметил, как приблизился наш лекарь, задохлый омега преклонных лет. — Никак не прекратишь изводить мальчонку, ирод? Я невольно поежился. — Захлопни пасть и не скалься, старик. Твое дело травками заниматься. Пускай у нас заведено уважительно относиться к старшему поколению, но Като всегда меня вымораживал. Хотя бы тем, что сует свой нос туда, куда не следует. Но его, кажется, моя угроза совсем никак не задела. Он лишь покачал головой и продолжил: — Недостойно вожака поступаешь, Сэд. Задумайся, действительно ли хочешь потерять его. Мальчик-то хороший. Таких поискать! А уедет в город и считай пропал. В чем-то лекарь был прав, подсознательно я понимал это. Но… — Он мне не нужен, ты ошибся. Като тяжело вздохнул и положил ладонь на мое плечо. — Что ж, дело твое. У Грая скоро течка, проследи, ка бы не лез к нему никто, чистый он еще. Вот когда пару найдет… — Заткнись и проваливай! — скинув чужую руку с себя, угрожающе рычу. Старик насмешливо склонил голову и быстро зашагал прочь, оставив меня наедине с мыслями. Конец POV Сэда Течка — ад. И зачем, за что, почему я?! Жалость к себе любимому едва не довела до слез. Пока спускался на кухню, чтобы сделать глоток воды, вытер задницей все стены, при этом пошло постанывая. Хотелось большего. Прям настолько большего, чтобы грубо, с узлом. Оттрахали, как последнюю шлюшку. Лучше всего, конечно, если это сделает Сэнди. М-м-м, безумно хочется ощутить вес его тела на себе, а кое-что и внутри себя. Хочу оглаживать руками его торс, запустить руки в копну жестковатых черных волос, прижаться теснее и поцеловать… Хочу-хочу-хочу. Прямо сейчас. Волк внутри жалобно поскуливал, требуя близости пары. Но каким бы сильным ни было данное «хочу», допустить подобного я не мог. Вдоволь напившись, вернулся в комнату, закутался в простынях и начал яростно надрачивать изнывающий член. Разрядка несомненно помогла, но ненадолго. Папа первое время суетился рядом, предлагая помощь, да только чем тут поможешь? Кроме хорошего толстого ствола настоящего самца — ничем. — Сынок, потерпи, всё пройдет. Может тебе игрушек достать? Они помогают. Я лишь отрицательно мотнул головой и протяжно завыл. Как плохо-то, а. И жарко, страшно жарко. — Грай, давай попрошу Като принести трав, они ослабят симптомы, хорошо? Я быстро! Папа ушел, оставив меня наедине со стояком. Прекрасно, просто прекрасно! Вскоре я потерял счет тому, сколько раз уже передернул. Перевернувшись на живот, слегка приподнял зад и медленно вставил в истекающее смазкой нутро сразу два пальца. Потрясающее чувство! Постепенно наращивая темп, вновь довел себя до разрядки и обессиленно рухнул на подушки, проваливаясь в небытие. Через какое-то время мой беспокойный сон прервал раздавшийся в комнате шум. Я подскочил и испуганно сжался, заметив в углу наблюдающего за мной огромного черного зверя. Его глаза полыхнули в полумраке. О нет! Волк медленно двинулся ко мне, форма оборотня плавно менялась и рядом с кроватью уже стоял обнаженный юноша, жадно вдыхая аромат текущего омеги. — Вот ты и попался, сладкий. Теперь некуда бежать. — Сэнди, сейчас же прекрати и убирайся из моего дома. Скоро папа придет и… Договорить я не успел, меня опрокинули на спину, заломив руки над головой. — Не придет, не беспокойся, — довольное урчание где-то около ушка. — Пожалуйста, отпусти, прошу тебя! — отчаянно молю брата, хоть мой волк и изнывает от желания. Но меня уже никто не слушал. Альфа вылизал шею, оставляя на ней собственнические засосы и кое-где прикусывая кожу, затем стал спускаться ниже, лаская и играясь с сосками. Мне было хорошо и страшно одновременно. В бесполезных попытках высвободиться, я кусался и пинался, да только оборотень никак не среагировал на это, кажется, даже не почувствовал, полностью увлеченный моим телом. Видимо, устав церемониться, Сэнди перевернул меня на живот и заставил прогнуться в пояснице. — Раздвинь ножки, малыш, по-хорошему. Сам. Я еще раз взмолился и сильнее сжался. Возбуждение вновь накрыло меня, но я не хотел потерять последние капли рассудка. Совсем не так представлялся мой первый раз… — Как знаешь, — угрожающе прохрипел черный и, резко раздвинув ягодицы, грубо вошел в меня. Перед глазами тут же заплясали искорки. Больно! Сэд на мгновение замер, вероятно позволяя привыкнуть к новым ощущениям, а потом начал двигаться. Не сдержавшись, я закричал. Невыносимая боль распирала изнутри. Черный продолжал вколачиваться в меня, наращивая темп и прикусывая отросшими клыками загривок. Осознание того, что у волка начался гон, пришло прежде, чем я потерял сознание. Значит теперь его вряд ли что остановит… В последующие три дня я уже не сопротивлялся, принимал его ласки и позволял вытворять с моим телом все, что вздумается. Отдача не заставила себя долго ждать, Сэд заметно смягчился и секс уже более походил на занятие любовью, нежели на простое соитие с целью удовлетворения животных потребностей. Однако, я не мог простить того, что он сделал. Того, как поступал со мной все эти годы. Когда возбуждение отпустило нас, я аккуратно выбрался из постели, принял освежающий душ, по-быстрому собрал необходимые вещи и уехал в город. Находиться в селении сейчас было невыносимо.