Варенье для Лунного Кролика

Эндимион сидел за письменным столом в окружении нескольких стопок с различными документами. Время было уже позднее, но дела не терпели отлагательства. Король устало вздохнул, потёр переносицу и принялся изучать очередной указ. Помнится, в далекой-далекой молодости он рассекал по ночному городу на мотоцикле, глупо флиртовал с тогда ещё будущей женой, да перебивался на всевозможных подработках. Жизнь была насыщенной, лёгкой на подъем и моментами немного сумасшедшей. А сейчас… Корпит над бумажками, как дракон над златом, вежливо улыбается нужным людям на государственных приёмах и решает вопросы, ответственность за которые брать совсем уж не хочется, но нужно, потому что некому кроме него. В дверь кабинета тихо постучали, и сквозь щель показалось обеспокоенное личико Серенити: — Тебе долго ещё? Эндимион раздраженно поморщился и развёл руками, показывая молчаливым жестом на кипу с документами. Королевские дела отобрали у него возможность спокойно засыпать в обнимку с любимой каждый вечер — это расстраивало больше всего. — Могу я как-то помочь? — Серенити подошла к мужу и ласково обняла. — Разве что, если хочешь просчитать, влазим ли мы в бюджет на этот год, — усмехнулся Эндимион, заранее зная ответ. — Боюсь, что если я этим займусь, то Хрустальный Токио разорится за неделю, — хихикнула Серенити и нежно поцеловала Короля в щеку. — Я не в ладах с цифрами ещё со школьных времён, ты в курсе. — Угу, — не отвлекаясь от дел, кивнул Эндимион. — Могу разве что предложить массаж и своё скромное присутствие, — Королева встала за спинкой стула и начала легонько массировать плечи супруга. Приятные прикосновения действовали на Эндимиона словно расслабляющий элексир. Будь он котом — замурчал от удовольствия. Столетие назад он бы откинул все дела, хватил жену на плечо и унёс в спальню, а сейчас… — Скажи, Усако, я старею?.. Он обратился к ней по старому имени, и сердце Серенити дрогнуло. Сколько времени прошло с тех пор, как они называли друг друга так? Как много всего произошло, как сильно поменялся мир вокруг… А они до сих пор вместе, пусть уже не такие легкомысленные и беззаботные, как раньше, но до сих пор безмерно утопающие в любви к друг другу. Только теперь их чувства больше похожи на глубокое кристально чистое озеро, чем на бушующий поток реки. — Нет, Мамо-чан, нет… Мы просто стали мудрее, — она ласково перебирает тонкими пальчиками прядки его тёмных волос и смотрит так тепло, что даже самые холодные льды космоса растают от этого взгляда. — Чувствую себя бесполезным бумажным червем, — признаётся Эндимион и устало вздыхает. — Глупости, на тебе держится всё государство. Я управляю магией серебряного кристалла, могу изредка помочь в вопросах культуры и защитить от внезапного нападения врагов, но не более. Процветание Хрустального Токио — полностью твоя заслуга, — Серенити говорит искренне и без преувеличений. — Думаешь? — Эндимион верит, но длительная усталость всё ещё грызёт его разум сомнениями. — Знаю! Без тебя всё пришло бы в упадок. — улыбается Серенити и крепче обнимает супруга. — Ты — моя опора и поддержка, великолепный правитель, прекрасный отец и любящий муж. Просто помни об этом! Ты — мой Король, Мамо-чан, с первой нашей встречи и до последнего вздоха в будущем. Ты всегда им был! Эндимион блаженно прикрывает глаза, желая растворится в присутствии любимой, его охватывает мягкая исцеляющая энергия. Разливаясь по всему телу, она прогоняет усталость и волнения, наполняет силой, разжигает угасающий огонь в глазах. Раньше Эндимион предположил бы, что это магия серебряного кристалла, но сейчас он абсолютно уверен, что дело в другом. Это Серенити — она его источник жизни, его спасительница, его Королева. — Я люблю тебя, Усако! Он нежно целует ее, прижимая ближе к себе и больше не переживает о делах и заботах. Вместе они пройдут любые трудности.