Дай мне шанс

Артем курил у корпуса университета, когда к нему подошла Алена. Она закусила щеку и подошла почти вплотную, но тот не сдвинулся с места. — Ну что? — девушка нервно теребила край юбки, — ты поговорил с ним? Никулин помолчал, обдумывая мысль, разжевывая ее, как кусок хлеба на голодный желудок. — Зачем он тебе? — Люблю его, — без тени сомнения ответила девушка. — Поэтому ты ебешься с его другом? — Ты мерзкий. — Моя милая, мерзкий — твой отец, потому что он тебя насиловал. Смирнова со злостью посмотрела в глаза парня и отвесила хлесткую пощечину. — Совсем сдурела?! — Тебе не понять таких чувств, как у меня с ним. Никогда не понять. — Чувства? Ты совсем поехавшая? Пока ты тут бегаешь, пытаясь вернуть то, что вернуть нельзя, он спит со своим обожаемым Скворцом. — Что? — глаза Алены округлились, а в покрашенную блондинистую головку начал закрадываться хитрый план, — это правда? Никулин закатил глаза и, развернувшись на пятках, пошел на пару. В аудиторию вошли Скворцов и Истомин, разговаривая о чем-то веселом. Блондинка, сидящая на галерке, бросила взгляд в их сторону и улыбнулась своим мыслям. — Никита Сергеевич, — позвал студент преподавателя в коридоре и подбежал к нему, — вместе домой поедем? — Ага, — мужчина улыбнулся, но сразу погрустнел, — прости, не получится, декан на ковер зовет, опять я где-то накосячил. Скворцов зашел в просторный кабинет, с двумя столами темного дерева, бесконечными шкафами и бумагами в них. На стене у окна висела какая-то картина, любовно подаренная кафедре одним безызвестным художником — выпускником университета. За одним из столов сидел седой мужчина и теребил густые усы. Рядом с ним плакала блондинка, размазывая по щекам потекшую тушь. — Вадим Станиславович? — Никита аккуратно прикрыл за собой дверь. — Здравствуйте, Никита Сергеевич, присаживайтесь. Мужчина сел напротив, бросая взгляд на хлюпающую носом девчонку. Пауза тянулась слишком долго. — Зачем вы меня вызывали? — Никита Сергеевич, студентка рассказала мне каким способом у вас можно получить отлично на экзамене. Вы же понимаете, что это непозволительно. Чтобы избежать скандала, я предлагаю вам уйти по собственному, — мужчина протянул лист бумаги, — вам осталось только подписать, остальное я все сделал. Блондин растерянно пробежался глазами по заявлению. — Вы ей верите? — Это наша работа — верить студентам, — мужчина как-то грустно улыбнулся, — Вы хороший специалист, но нам не нужны скандалы, поймите. Скворцов взял ручку и черкнул в уголке листа. — До-свидания, Вадим Станиславович, было приятно с вами поработать. Декан, ожидавший скандала и разбирательств, удивился и отрешенно пожал протянутую руку. И долго смотрел на закрытую за Скворцовым дверь, на задворках сознания выслушивая благодарности девушки. Он не ожидал, что тот правда уйдет, и мысли теперь крутились вокруг чего-то необратимого. — Чего вы хотите, Алена Константиновна? — Никита выкинул окурок в урну и уставился на подошедшую девушку. — Теперь можно и на ты. Ты больше не мой преподаватель, — Смирнова улыбнулась своей обезоруживающей улыбкой, но не увидев никакой реакции, сменила выражение лица на серьезное. — Что ТЫ хочешь? — Чтоб ты уехал. Я испорчу жизнь и тебе и Денису, если ты не уедешь из города. — Я его не оставлю. Девушка притянула мужчину за галстук и шепнула что-то ему на ухо. Тот побледнел и сглотнул тяжелый ком. — Я уеду. — Хороший мальчик, блондинка похлопала его по плечу и, развернувшись на каблуках, ушла. Весенний дождь бил по крышам домов, тяжелые капли ударялись об асфальт, разлетаясь на более мелкие. Погода. Как же она порой подчеркивает наше настроение. Скворцов шел, облаченный в сырой костюм, хлюпая по лужам, подходя к знакомому подъезду. Тут было больно, было приятно. Тепло и холодно. Денис сразу после ремонта переехал в старую квартиру, стараясь забыть все, что там произошло, и только иногда оставался на ночь у Никиты, прижимался к нему вплотную, а подушка впитывала в себя горячие соленые капли. — Денис, поговорить надо, — Никита нервно потирал пальцы. — О чем? — Парень улыбнулся, поцеловав мужчину в щеку. Говорить такие вещи тяжело, говорить их, если ты не чувствуешь этого — еще сложнее. Истомин, увидев выражение лица Скворцова, напрягся. — Что случилось? — Я уезжаю. — Куда? — Денис, послушай, — Никита сел на кровать рядом с парнем и взял его за руки, — у тебя в жизни все налаживается. Есть дом, учеба. Появились хорошие друзья. — Давай к сути, — парень нетерпеливо заерзал. — Я тебя не люблю. В груди Истомина образовалась огромная дыра, он как будто прыгнул с тридцатого этажа и почему-то никак не мог упасть. Он думал, что кроме тишины и допитой бутылки нет ничего пустого, но потом услышал это и, наконец, понял, что такое пустота. — Это правда? Мужчина помедлил, но наконец глубоко вдохнул и ответил короткое: — Да, — встал и вышел из комнаты, хотел еще сказать когда он уедет, но не стал и закрыл за собой входную дверь, оставляя за ней все самое светлое и чистое, все, что он так любит, оставляя там сидящего на полу Дениса, повторяющего одно и то же. -Ты же обещал, что не оставишь меня.