Спрячь его в карман

Ниган сыто заурчал, раскинувшись звездой на подушке. Его щеки раскраснелись, плечи расслабленно осели. Рик придвинул голову чуть ближе. Он все никак не мог насмотреться на крошечное существо, настолько правдоподобное, что о былых сомнениях в его реальности уже не могло быть и речи. Всклоченный, мокрый от пота и с довольной улыбкой на лице — таким Ниган был каждое утро уже на протяжении двух месяцев. Два месяца. Два месяца, как Рик смирился со своей ролью Белоснежки в компании гномов. Ниган заменял всех семерых. Начиная Ворчуном и заканчивая Свистуном[1]. Хотя одна только мысль, что Ниган каким-то чудом размножится до семи штук, добавляла в бороду новых седых волос. Прыгать в ванну с неистово вопящими мини-Ниганами или обмазываться ими с головы до ног Рик готов не был. Он едва справлялся и с одним. По утрам Ниган был особенно несносен. Получив желаемое, он с видом лихого Казановы вываливался на подушке и неотрывно глядел на Рика взглядом, который, видимо, должен был соответствовать взгляду порно-актера, отдающего себя работе целиком и без остатка. Ему не хватало только сигареты. Болтающиеся на прикроватной лампе микро-трусы добавляли картине большей драматичности. Рик подозревал, что Ниган пулял их на лампу специально. Трусишки висели на абажуре подобно рентгеновскому снимку — Граймс воспринимал их как неутешительный диагноз. — Ри-и-и-и-ик… — Что? — Когда ты отменишь свою дерьмовую систему баллов? — Никогда. — Да? А что ты будешь делать, когда я вернусь в формат кинг-сайз? «Застрелюсь», — подумал Рик, лениво потянувшись рукой в сторону Нигана. Ему нравилось слегка щекотать пальцем его живот. Из-за редкой поросли волос он казался брюшком котенка или другого безобидного существа. Например, белочки или хомячка. Хотя, тут-то сравнение с хомячком было весьма кстати. По известной только богу причине Ниган отличался особенной жадностью, когда дело доходило до поглощения белка. Тех самых протеинов, которыми Рик стрелял как из винтовки. Чего уж там, один раз он кончил с меткостью снайпера, попав Нигану прямо в лицо. Тогда он еще испугался, что струя таких напоров могла бы оторвать малышу голову. Благо, все обошлось. После бурной ночи Ниган, как правило, даже не завтракал. Еще бы, он был более чем сыт. Его живот надувался, как баскетбольный мяч. Но что самое странное, он как будто специально вываливал его на обозрение Граймса. То ли Ниган гордился своей вместительностью, то ли считал, будто у Рика есть фетиш на подобные вещи — как знать? Одно было точно: подобное поведение вызывало у Рика любопытство. Этим утром он впервые позволил себе не просто погладить симпатичный животик, но еще и слегка надавить на него пальцем. Ниган тут же икнул. Рик надавил снова — Ниган опять икнул, покряхтел и даже издал какой-то глухой утробный звук. Он выпер живот еще сильнее, надуваясь и задерживая дыхание. В какой-то момент Рик даже подумал, что Ниган решит изобразить кита, и выпустит маленькую струйку откуда-то из макушки. — Зачем ты это делаешь…? — Что именно? — на выдохе ответил Ниган. — Ну… Объедаешься… Всем… Этим. — Ты хотел сказать, как я переполняюсь твоей любовью в буквальном смысле слова? — Чего…? — Любовь, Рикки, разве это не любовь? Я полон твоей любви точно так же, как ты иногда полон дерьма. Граймс закатил глаза и упал обратно на подушку. Показывая, что разговор окончен, он щелкнул лампой — трусы Нигана наконец-то исчезли с горизонта. В планах Рика было поспать еще часок перед работой. Из-за обилия дел он по-прежнему вставал спозаранку. Правда, в силу насыщенной личной жизни побудка становилась все более трудной. Но Рик не жаловался. Его хорошее расположение духа и вернувшийся к щекам румянец отметил каждый второй. Некоторые даже грешили, что новый глава Святилища смог охмурить пару местных сорвиголов-спасительниц. Кто бы мог подумать, что Рик Граймс в своем стремлении завладеть криминальным элементом пошел ва-банк. Хотя, кто кем завладел — вопрос спорный. — Ри-и-и-и-ик… — Ну что еще? — Возьми меня завтра с собой. На работу. — Нет, только не завтра. Мы это уже обсуждали. Слишком опасно. Мэгги приедет. — Мне здесь охуенно скучно, черт возьми. Так и знал, что ты превратишь меня в домохозяйку, которая упивается вином и жрет валиум, потому что ее благоверный не спешит домой. Готов поспорить, — понизив голос, продолжил Ниган, — все твои дамы сердца бежали куда подальше, стоило им познать прелести супружеской жизни с сельским шерифом. — Заместителем шерифа, — по инерции поправил его Рик. Он уже миллион раз успел пожалеть, что время от времени рассказывал Нигану о себе. Кусочки прошлой жизни, до и после апокалипсиса. И что самое ироничное, кто-кто, а Рик точно знал, что все сказанное может быть использовано против него. И не в суде, а в постели с экс-узурпатором, который после их причудливого секса становился говорливей попугая. Жаль, его нельзя было накрыть простынкой, чтобы он умолк. — Слушай, я знаю, что ты хочешь выйти. Но я не могу разгуливать с тобой перед остальными. Еще не время. — И когда же наступит гребанное время? — Когда Мэгги перестанет мечтать о твоей смерти? Смотри, чтобы завтра она не пришлепнула тебя мухобойкой. — О, дорогуша, я уверен, что ты сможешь меня защитить. Замолчав, Ниган с тихим смешком завозился на подушке. По привычке он медленно покатился колбаской в сторону Рика, а бесцеремонно забравшись ему на лицо, полез в волосы. Рик терпеливо дожидался, пока тот перестанет топтаться по его голове и совьет себе из кудрей комфортное лежбище. Обычно Рик засыпал еще в процессе гнездования. Однако этим ранним утром он долго ворочался и едва смог сомкнуть глаз. Прозвеневший будильник он прихлопнул ладонью. Все знали, что Рик работает много, слишком много, поэтому никто его не беспокоил, даже когда он пропустил утренние сборы. Как правило, после завтрака он самолично раздавал задания всем свободным людям, но сегодня им пришлось обойтись без него. К обеду дверь едва ли не снесли. Кто-то принялся отчаянно тарабанить — Рик вскочил на постели так резко, что сладко дремлющий на его макушке Ниган едва не вылетел в приоткрытое окно. Кроха не успел разразиться проклятиями: Рик тут же спрятал его в носок и поспешил открывать. Про висящие на светильнике трусишки он забыл. Как, впрочем, и о своей наготе. — Что случилось?! — воскликнул он, распахнув дверь. Застывшая на пороге Лаура тупо уставилась на пах своего нового начальства. Когда секундное замешательство сошло на нет, она перевела взгляд с промежности на зажатый в руках Граймса носок. Там что-то отчаянно шевелилось. Рик торопливо засунул носок в стоящий на пороге сапог. — Ну? В чем дело? — Рик нахмурился и прикрыл срам первой попавшейся вещью. — Ты проспал… В общем, — быстро спохватилась Лаура, — там Мэгги уже приехала. Ждет тебя в столовой. — Хорошо, я сейчас спущусь. — Эм... Будет лучше, если она поднимется сюда. Во-первых, она все еще не в ладах с нами. А во-вторых, она не одна. — Дай мне пять минут.

***

Экскурсия по облагороженному Святилищу прошла более-менее нормально. Местные рабочие даже не обращали внимания на посторонних: знай себе возились с пчелиной деловитостью. Картину портили лишь спасители. Стоило им завидеть гостей, как они тут же повылазили из всех щелей и принялись демонстративно пожирать то помидоры, то морковку. Да с такой гордостью, будто это не их пару месяцев назад Рик едва заставил посадить хотя бы одно семечко. Некоторые даже подоставали ножи, чтобы почистить и без того пригодный в пищу сельдерей. — Так, ладно, пошли поговорим в месте поспокойней, — Граймс поспешил увести визитеров, как только на свет божий начали выходить менее безобидные дегустаторы овощей. Рик привел компанию в свою спальню. Перед уходом он посоветовал Нигану спрятаться в комнате Юджина, куда тот пробирался через прорытый мышами лаз. Он частенько пропадал там, возясь с камерой и прочей техникой. Рик считал это своеобразным хобби. Вот только Ниган никогда ничего не делал просто так. Даже если монтировал порно-ролики. — Ты хорошо поработал здесь. Это впечатляет, — осторожно начала Мишонн. — Святилище не узнать. — Мы закончим с мостом на этой неделе. Осталось укрепить балки. — Рик, я должна спросить прямо, — вмешалась в разговор Мэгги. — Кто будет ответственен за Александрию, когда ты отстроишь Святилище? Ты не можешь быть в двух местах одновременно. Тебе либо придется вернуться, либо остаться здесь. Скажи… Ты ведь вернешься? Ты не можешь привезти сюда Джудит, ты же понимаешь это? В комнате повисло напряженное молчание, нарушаемое лишь тиканьем часов. Рик с плохо скрываемым раздражением огляделся по сторонам. Его взгляд остановился на брошенных у порога сапогах. Только сейчас он поймал себя на мысли, что начал привыкать искать комфорт у маленького человечка в кукольных трусах. — Послушайте, я знаю, что вы считаете меня… чокнутым? — Рик прищурился, подбирая нужное слово. — Но это уже немного затянулось. Когда кончится этот бойкот? — Рик, это не бойкот… — Нет, Мишонн, это именно он. Вы не помогаете здесь, вы не приезжаете сюда, чтобы поучаствовать. Вы как будто… проверяете меня. Я прав? Вы ждете чего-то или что? Вся компания вновь умолкла. Рик вздохнул и упал в глубокое кресло, оставшееся ему в наследство от Нигана. После бурной ночи шея немилосердно ныла, и чтобы облегчить боль, он закинул обе руки за спинку. Где-то между третьим и четвертым позвонком что-то тихонько хрустнуло. Вдруг раздался едва слышный шорох. Он исходил из щели между стеной и креслом, где пряталась от посторонних глаз мышиная нора. «Только Нигана тут не хватало», — обреченно подумал Граймс и незаметно дернул пальцами, пытаясь изобразить азбукой Морзе что-то вроде «свали». Естественно, Ниган его проигнорировал: все еще скрываясь от гостей, он принялся карабкаться по обивке, а ухватив Рика за кисть, юркнул под манжету. Никто ничего не заметил. — Губернатор, — прервала молчание Мэгги. — Ты ведешь себя как он. — Что…? — Рик нервно хохотнул, поежившись, когда Ниган принялся копошиться под рубашкой. — Разве нет? Это заметили все, кто знает о Филипе. Ты, как и он, потерял ребенка. — Мой сын лежит в земле, а не разгуливает ходячим, — возразил Рик. — Да, но ты получаешь письма. Письма от Карла. Мишонн рассказала мне. И… Губернатор тоже строил общину. Со всякими отбросами. Да-да, я знаю, в Вудбери были и хорошие люди, вроде рабочих Святилища, но… — она напряженно сжала руки в замок. — Филип сошел с ума, Рик. Ты так защищаешь Нигана, что… Знаешь, ты пугаешь нас. Мы всегда придем тебе на помощь, будь уверен. Но ты действительно ведешь себя странно. Собираешь вокруг себя худших людей, переписываешься с мертвым сыном, бросаешь собственное сообщество ради кучки убийц и воров. Что дальше? — Мы чувствуем, что ты отдаляешься все больше и больше. Тебя уже никто не понимает, даже Дэрил, — добавила Мишонн. — Прости, брат, я с тобой, но… Я не поддерживаю тебя в том, что ты строишь… здесь. — Мы помним, как тяжело ты перенес утрату Лори. — Будет лучше, если ты вернешься в Александрию или в Хиллтоп. — Попросим Сиддика изучить психиатрию. Граймс сжал переносицу, непонимающе мотнув головой. Шевеления под его рубашкой прекратились. И весьма вовремя: молчавшая до этого момента Кэрол поднялась с краешка постели и устроилась на подлокотнике кресла. — Ты стал очень холоден, когда потерял Лори. А после потери Гленна, после Карла… Ты помнишь себя, Рик? Ты убивал любого, кто подвернется под руку. Ты всегда плохо справлялся с утратой, — сказала Кэрол, мягко сжав его плечо. — Мы не боимся, что перестанем узнавать тебя. Мы боимся, что ты превратишься в нечто… плохое. — Как это вообще пришло вам в голову? — Каждый из нас уже был на грани. Но ты балансируешь на ней дольше всех. На этой фразе все снова уставились на Рика. Тому оставалось лишь поблагодарить небеса, что в разговоре не промелькнула ни гигантская елка, ни размахивание топором или пропажа одежды игрушечного Кена. Хотя и без этих подробностей картина вырисовывалась не самая радужная. — Блядь, вам самим не смешно сравнивать Рика-ебать-его-Граймса с каким-то психопатом, который ебучим танком компенсировал размер своего крошечного хуя? — глухо протянул Ниган из-под рубашки. — Проклятье... Я запутался в гребанной майке! Все замерли на своих местах. Рик хлопнул себя по лицу с такой силой, что мог бы проломить череп. В этот момент он успел пожалеть обо всем: и что рассказал Нигану про Губернатора, и что уже месяц как выпускал его на самостоятельные прогулки, и что не спрятал его сегодня в клетку. А особенно, что привык доверять ему настолько, чтобы носить с собой в пустой кобуре во время работы. — Что…? Это Ниган…? — дрожащим голосом спросила Мэгги. — Где он…? Затравленно оглянувшись по сторонам, Рик едва-едва сообразил, что все уже успели вскочить на ноги. Даже Кэрол, и та спрыгнула с подлокотника и потянулась к пистолету. И пока Рик пытался выловить из желудка ухнувшее туда сердце, Ниган, пинаясь и изрыгая проклятия, сорвал зубами пуговицу рубашки. Из своего убежища он вывалился с видом выскакивающего из торта стриптизера. — Что это?! — Это мое! — только и крикнул Рик, подпрыгивая и пулей вылетая за дверь. Он бежал по пустому коридору, будто кто-то нацелился ему в зад из ружья. Извлеченный из-под рубашки Ниган болтался в кулаке, который Рик зачем-то выставил вперед, как олимпийский факел. — Стой! Рик! Стой, мать твою! Но Граймс не слушал. Он бежал и бежал, не обращая внимания на боль в ноге. Бежал, пока не вломился на душную крышу, уже переделанную под теплицу. Разросшийся куст помидоров показался ему наиболее подходящим убежищем — туда-то он и запрыгнул. — Зачем ты это сделал?! Зачем?! Как я буду это объяснять, черт возьми!? — Да успокойся ты! Боже мой, Рик, почему ты иногда такая киска? Твои яички во все ответственные моменты задвигаются обратно в жопу или в чем проблема?! — Ниган сердито пнул его по кулаку и попытался выбраться из хватки. — Верни меня обратно к твоим дружкам! — Зачем?! — Я хочу показать вам кое-что.

***

Сердце Рика колотилось как бешенное, ладони потели, а ноги едва слушались. Он несколько раз чуть не уронил накрытую простыней банку, пока шел по коридору. Ему казалось, что каждый повстречавшийся на его пути человек мог просканировать темную ткань, закрывающую Нигана от любопытных взглядов. Сам Ниган сидел смирно и старался не шуметь. На уговоры Граймса ушло не меньше часа. За это время в Святилище пару раз поднимали тревогу. Однако местные жители едва ли собирались помогать гостям. Их прошлый лидер был в миллион раз эксцентричней, поэтому скрывающийся в помидорах Рик не вызывал у них никаких вопросов. Ну, разве что один умник поинтересовался, не удобряет ли он таким образом грядки. Спасители его не выдавали, но и в поисках не участвовали. Бог его знает, что сказала часовому Мэгги, чтобы он нажал на тревожную кнопку, отчего все Святилище два раза переходило на красное аварийное освещение. Но вот момент триумфального выхода настал: Ниган в банке, банка под простынкой, и весь этот «ящик Пандоры» в руках Граймса. И хоть Рик все еще не верил в адекватность затеи, у Нигана был припрятан козырь в рукаве: он что-то выяснил о письмах. Так что, каких бы Рик ни достиг успехов в игнорировании этой мистической части своей жизни, любопытство взяло вверх. Да и пора уже было что-то делать и с письмами, и с существованием мини-Нигана. Скрываться вечно его питомец не собирался — это он ясно дал понять. Так что, Рику ничего не оставалось, кроме как спрятать Нигана в банку и вернуться в спальню. Сначала он думал появиться на манер Гудини: резко сорвать тряпку и поднять таинственный сосуд над головой. Но чем ближе он оказывался к тому, чтобы открыть Нигана публике, тем меньше ему хотелось это делать. В итоге Рик крепко прижимал банку к себе и предупреждающе хмурился, стоило кому-то приблизиться к нему на миллиметр. Простынку он так и не снял. — Так какого черта это было?! — не выдержала Мэгги. — Да, милый, может, уже познакомишь меня с родителями? — донесся голос Нигана из укрытия. Вместо ответа Рик побрел в кабинет и уселся за стол (дополнительная преграда). Он затаил дыхание и резким движением, будто отрывал заусеницу, сорвал тряпку. Ниган довольно ухмыльнулся и даже отвесил шутливый реверанс. В этой стеклянной банке он был похож на Ганнибала Лектера во время первой встречи с курсанткой ФБР[2]. То, что происходило потом, напомнило Рику лучшие выпуски лиги рестлинга WWE. Иными словами, невероятное мракобесие. На памяти Рика ни одно фееричное появление Нигана на публике не обходилось без шоу. Только на этот раз он просто стоял и улыбался, пока вокруг творилось нечто невообразимое. Реакция была бурной. Даже слишком. Столько криков и боевых фортелей Рику не приходилось наблюдать даже во время войны со спасителями. Любые вопросы извергались обязательно криком и обязательно нецензурно. Каждый пытался дотянуться до банки, похлопать, пощупать, и снять уже с Нигана этот защитный колпак. — Как долго он… такой?! — С пятого декабря, — ответил Рик и устроил банку у себя на коленях. — Уже, мать его, чертов март! Когда ты собирался сказать?! На вопросы Граймс отвечал раз через раз. Его больше заботила сохранность питомца. В какой-то момент, когда споры и крики набрали небывалых оборотов, он просунул руку в банку и легко погладил Нигана по голове. Это успокаивало как эспандер или ковыряние в песочном саду[3]. Кроха довольно рыкнул и лизнул палец в ответ. — Не гладь его! — Какого хрена, Рик?! Комментарий Нигана о том, что он не спидозный, только подлил масла в огонь. Рик тихонько на него шикнул и вернулся к философскому созерцанию развернувшийся перед ним драмы. Его терпение медленно истекало. Спустя полчаса он не выдержал, а ударив кулаком по столу, хрипло рявкнул: — Есть еще одно дело, с которым мы должны разобраться. Все тут же притихли в ожидании новых чудес. — Не хочу прерывать вашу истерику, ребятки, но в этом ебанутом мире нашлось место для какой-то сраной магии, как будто зомби было мало... В общем! — щелкнул пальцами крошечный тиран. — Сегодня ваш счастливый день, уебки. Дядя Ниган почти разобрался с этой хуйней. — О чем ты? — настороженно прищурилась Мишонн. — Письма Карла. Это не галлюцинация. — Это пятно с хуя, — Дэрил ткнул пальцем в сторону банки, — не может говорить о Карле. — Что, блядь, за «пятно с хуя»? — недоуменно усмехнулся Ниган. — У тебя какая-то подзалупная болячка? — Что с письмами? — отмахнулся ото всех Рик и встряхнул сосуд с заключенным. — Пройдемте за мной в комнату мистера умных штанишек, — малыш в предвкушении хлопнул в ладоши, тут же принимаясь изображать ходьбу на одном месте. — Быстрее, Рикки, шевели булками. Для кого я, блядь, там старался? Рику ничего не оставалось, как перенести вконец обнаглевшего Нигана в спальню Юджина. По ходу дела кроха ввел всех в курс дела. А именно поведал о сравнении почерка, реальности «писем счастья» и остальных деталях своего великого расследования. Благо, о пищавшем перед медведкой Граймсе он решил умолчать. — Ну? И что ты хотел показать? — Вытащи меня из банки для начала. Я тебе что, сраный богомол? Иногда твои фантазии выходят из-под контроля, Рикки. Поперхнувшись воздухом, Рик поднес палец к широкому горлышку. Ниган привычно ухватился за свой человеческий турник и вскарабкался на руку. Он перепрыгнул на стол Юджина, а после принялся топтаться по клавиатуре допотопного компьютера. Непродолжительная чечетка на клавишах завершилась включением плеера. Установленную в качестве обоев фотографию спящего Граймса никто не прокомментировал. — Ты еще не в курсе, но новые письма приходили и сюда. Я забрал их и сравнил со старыми. Один в один. Почерк, пометки, содержание. Черт, похоже, серийный убийца не сдал бы тест по литературе в школе. Но это так, по секрету. Короче, — Ниган занес ногу над клавишей «enter», — я установил пару камер перед дверью, чтобы найти суку, которая подбрасывает письма. И вот, что я записал. Босая нога шлепнула по кнопке воспроизведения. Сначала Рик не понял, что особенного было в видео. Никто никаких писем ему не приносил. Никто даже не проходил мимо. Но вот экран на секунду мигнул белой вспышкой и злополучное письмо уже лежало на полу. Пресекая все вопросы, Ниган показал еще несколько аналогичных записей: на них всех экран вспыхивал, а после под дверью появлялся конверт. — Что…? Это монтаж или…? — Смотри внимательней. Я замедлю. Ниган принялся проматывать видео покадрово. На том моменте, как запись исходила белыми точками, можно было разглядеть неясное пятно. Постепенно оно расширялось до причудливой спирали, как если бы бог на небе решил закрутить облака в пушистый крендель. Из центра этого миниатюрного смерча выплевывался конверт. И пока Рик созерцал чудесное действо, Ниган не преминул вскарабкаться к нему на плечо, где удобно устроился в позе лотоса. Для большей устойчивости он зарылся руками в жесткую бороду, а заметив недовольную реакцию Мишонн, еще и прижался боком к шее. — Что это…? — Рик ошарашенно моргнул и принялся перематывать запись снова и снова. — Что это такое? — А мне откуда, черт возьми, знать? Может, стоит позвать экзорциста, засунуть крест в жопу и спеть «Аве Мария»? — промурлыкал ему на ухо Ниган, пристально глядя на Мишонн. — Хотя, знаешь, у меня есть план получше. — Например? — Написать письмо в ответ. _____ 1. Гномы из сказки про Белоснежку — Умник, Ворчун, Весельчак, Скромник, Соня, Чихун, Простачок (в одном из переводов мультика встречается кличка «Свистун», т.к. он не разговаривал, а только свистел и издавал неопределенные звуки). Простачок очень смышленый и находчивый, но бессовестный. 2. Сцена из «Молчания ягнят»: https://youtu.be/QU8jKn7sMwU 3. Песочный сад «каресансуй» — японский сад камней в миниатюре. Обустройство мини-садика, перестановка камней или расчесывание песка является популярной антистресс-игрой.