... И разверзлись небеса...

      На следующий день после завтрака, оставив Монтею под присмотром Мыры и Монстра, Анна до обеда трудилась в теплице, пытаясь вести себя, как обычно, хотя видела любопытные взгляды и слышала мысли людей. Теперь ей не нужно было сосредотачиваться и настраиваться на них, слова поселенцев и вампиров, сказанные вслух или про себя, широким, нескончаемым потоком лились в ее сознание. Делать вид, что ничего особенного не происходит, оказалось не так просто, слова отца не шли у нее из головы. Уничтожив людей смертельными вирусами высшие отдадут планету другим расам. Кто придет на смену уязвимым человеческим созданиям? Пришельцы с других планет, для которых земная атмосфера годится для проживания, или измененный, новый человек, выращенный в лабораторных условиях, или диковинные создания, которых никто доселе не видел? Понятно, что в такой ситуации у обычных людей не останется шансов на выживание, они подвергнутся нападению более сильных существ и выжить не смогут. От человеческой расы останутся, очевидно, только гибриды, и сердце Анны болезненно сжалось при мысли о своей беспомощности. Неужели ей предстоит бессильно наблюдать, как знакомые ей люди, особенно дети, будут умирать у нее на глазах? Нет, она обязана что-нибудь придумать... Для начала следует успокоиться и дождаться решения вердеев, и, только узнав результат, искать пути выхода из грядущей опасности. В конце концов, как последний вариант, она может обратиться к таланам, совершенно очевидно, что они в курсе происходящего, но на прямой контакт с ними по этому поводу она пока не решалась выходить.       Всех, а Анри в первую очередь, очень занимал вопрос, где они с Монтеей находилась во время их исчезновения, она бы и хотела ответить, вот только внятно объяснить не смогла бы. Весь фокус заключался в том, что для нее никакого исчезновения не произошло вовсе, мягкий белый свет, казалось, лишь на какие-то мгновения окутал ее и малышку, а потом они снова оказалась на дороге, где увидели Анри и Алексея, вот только день сменился поздним вечером, и никого из людей вокруг уже не было видно. Но с момента возвращения Анна получила очень обременительную способность: слышать все, что происходит в поселении и далеко за его пределами, и в умах людей и бессмертных. Теперь ей предстояло научиться контролировать этот обременительный дар, разрешая ему работать лишь по мере необходимости. Жаль, что пребывание отца получилось таким коротким, она не успела толком ни о чем с ним поговорить, наверняка, существовали техники, блокирующие чрезмерно обостренное восприятия звуков и мыслей, и Арунда мог бы подсказать, как справиться с этим неожиданно проявившимся талантом.       Обедала девушка молча, не поднимая глаз, но мысли людей надоедливо теснились у нее в голове, и ей удавалось купировать их совсем ненадолго, от этого самочувствие ухудшалось с каждой минутой. Она решила не медля пойти за советом к Ростиславу, вспомнив, что тот обладал такой же способностью и, возможно, мог бы ей помочь. Однако, одно важное дело ждало своего решения, и откладывать его далее смысла не имело, в конце обеда, когда поселенцы собрались расходиться, Анна остановила их.       — Пожалуйста, задержитесь на несколько минут. Я отлично понимаю, что у вас много вопросов о том, чему вы явились недавно невольными свидетелями. Вы обо всем узнаете в свое время... Скажу только, что новостей будет много, и всех нас ждут перемены. А прямо теперь пусть один из вас откроет свое истинное лицо и расскажет о предательстве людей, с которыми жил бок о бок. Учитывая тяжесть поступка, ему следует немедленно покинуть поселение... Сегодня... — она увидела, как люди зашептались и многие прямо посмотрели на Кирилла, девушка не стала медлить и нагнетать напряженность. — Кирилл, речь идет о вас.       Лицо мужчины стало пунцовым, но он принял удивленный вид и попытался возразить.       — А при чем здесь я? Никаких правил я не нарушал и никого не предавал. Это произвол! — он с вызовом смотрел на Анну, а в глазах и мыслях она читала панический страх. — И вообще, разве вы здесь главная? Хозяева в курсе, какие приказы вы раздаете?       Баба Галя не выдержала, вскочила с места и встала рядом с девушкой.       — Ну, ты и наглый! Кто-то, может, и не знает, а мы вот уверены, что ты вступил в заговор с Лолой, именно ты тут шпионил для этой профурсетки. Скажешь, вру?       — А где доказательства? — мужчина прищурил глаза, решив отпираться до конца и отмести все подозрения, уйти в другую колонию с ярлыком предателя людей ему совсем не хотелось. — Вы тут напридумывали черт те что и выдаете это за правду! Конечно, теперь, когда вампирша мертва, у нее не спросишь, можно все валить на меня! — он видел по лицам поселенцев, что многие разделяют его возмущение по поводу превышения полномочий, самовольно присвоенных этой выскочкой Анной.       А вот она оставалась спокойной и усмехалась, глядя в его бегающие глаза.       — Лидер в курсе твоих тайных переговоров с Лолой и я тоже. Может. хочешь подробностей? — Анна, как и Кирилл, видела реакцию поселенцев, для многих из них ее нападки на него казались чрезмерными и необоснованными, и она решила выложить карты на стол, донеся до них информацию, полученную из его мыслей. — В последний день пребывания Лолы в поселке ты договорился с ней о том, что в обмен на сведения обо мне, она сделает тебя вампиром. Желание обладать их силой и бессмертием вскружило тебе голову, и ты решился на предательство своего рода. Об условном знаке напомнить? — лицо мужчины вытянулось и побледнело. — Красная тряпка на яблоне, что растет под твоим окном... Ты обязался вывесить ее, как только я здесь появлюсь. — она подошла к нему чуть ближе. — Но Лола увидела меня первой, и знак не понадобился. Однако ты опасался и ее, и того, что люди могут узнать о вашем сговоре, поэтому приготовился уйти из поселения и даже вещи собрал. Почему же не ушел?       У мужчины затряслись руки, как она могла с такой точностью и в таких подробностях знать обо всем... Читает мысли?       — Ты ведьма...— пробормотал он.       Анна пожала плечами.       — Мне все равно, что ты думаешь, Кирилл, и кем меня считаешь. — девушка обвела взглядом поселенцев. — Он заключил союз с вампиром за вашей спиной, искал ее расположения за счет предательства. Если считаете, что этот человек должен остаться среди нас, кто-то должен за него поручиться. Желающие есть? — она ждала, что кто-то из людей, возможно, из тех, с кем он жил в прежней колонии, выступит поручителем, но таковых не нашлось, поселенцы молчали и отводили глаза. — Что же, вывод напрашивается сам собой: такому человеку не место в нашем поселке, трудно верить предателю своего рода. — подошла ближе к мужчине, скрывавшемуся за спинами поселенцев. — Твой уход согласован с бессмертными, до вечера покинь колонию, тем более, что ты уже давно собирался это сделать.       В полной тишине, грубо расталкивая стоявших рядом людей, Кирилл ринулся к выходу. — Да плевать мне на вас! Пропадите вы все тут пропадом, чистоплюи. — со злостью произнес он, с вызовом оглядев на прощание оторопевших от его слов поселенцев.       — Каков молодец! — резюмировала шеф-повар, осуждающе качая головой. — Предать своих ради той наглой профурсетки...       — Нет, не ради ее, ради себя, к своей личной выгоде. — пробормотала Люба.       — Хозяева в курсе того, что сейчас произошло? — спросила Наталья Юрьевна, покидая столовую.       — Разумеется. — подтвердила Анна. — Лидер дал указание провести собрание и ознакомить людей с открывшимися замыслами Кирилла, чтобы поселенцы не считали его выдворение незаслуженным. Он думал, что найдется какой-нибудь поручитель, кто станет присматривать за его поведением.       Куратор внимательно оглядела ее.       — А могу я спросить, каким образом вы получили информацию о поступке.       — Глава коммуны телепат, и у меня есть такая же способность. — спокойно ответила девушка.       Но женщина не выказала никакого удивления и, кивнув головой, вышла, для нее Анна уже давно не являлась членом человеческого сообщества, стремительно отдрейфовав в сторону коммуны хозяев.       Прибыв на станцию, Арунда запросил встречи со старейшим. В свое время три расы принимали почти равное участие в становлении человечества, но именно таланы стояли у истоков этого вида, конечно, человек был не единственным, и даже не самым любимым проектом древних, существовали и другие, некогда делившие с людьми одну планету. Но некоторые не прижились, вымерли, другие сменили ареал обитания, уйдя под воду, и почти никогда не попадались на глаза людям, приняв решение не привлекать к себе их внимание после нескольких случайных встреч, закончившихся гибелью их собратьев. Человечество оказалось очень изобретательным в способах уничтожения оптом и в розницу всего, что дышало и двигалось на планете Земля, поэтому встречаться с представителями этого агрессивного вида мало кому хотелось.       Когда Анна приняла решение возвратится в поселение, вердеи уже знали о созыве межгалактического совета наблюдателей за развитием человеческой цивилизации, и его повестка также была озвучена. Но они надеялись на дружескую расу лумвегов, союз с которыми позволял им до поры блокировать некоторые губительные для людей решения. Однако в этот раз договориться не получилось: их всегдашние союзники объединились со стрегами, считавшими, что лимит доверия человеку давно исчерпал себя, и этот абортивный вид потерял право пользования планетой. Нынешняя ужасная эпидемия, вызванная самими людьми, изрядно сократила их количество, и для очередного полного уничтожения глобальные катаклизмы прошлого не требовались. Выпущенный на волю древний вирус, против которого у людей не имелось иммунитета, в считанные месяцы выкосит оставшихся в живых, впрочем, лумвеи и стреги не исключали, что отдельным особям удастся выжить, но их ничтожно малое количество не сможет помешать новым видам заселять и обживать планету.       Все, что удалось сделать вердеям, оставшимся при голосовании в меньшинстве ‒ апеллировать к правилам, напомнив об отсроченном сроке исполнения решений. Очень давно на этом пункте настояли таланы, за которыми всегда оставалось последнее слово в принятии и утверждении любых инициатив. Вердеи надеялись, что за это время древние дадут о себе знать и выступят в защиту созданных ими существ, которые тысячелетиями находились под их опекой.       Старейший принял отца Анны в своей капсуле и почерпнул всю информацию из невеселых мыслей высшего.       — Значит, твоя дочь стала госпожой. — он оставил книгу, которую читал, и задумчиво посмотрел на Арунду. — Наверное, даже не подозревает о своем могуществе? Но ты же понимаешь, это не дает ей право вмешиваться в судьбу другого вида.       — Анна по-прежнему считает себя человеком. Полагаю, она не пользуется данными ей, как госпоже, способностями. Возможно, даже не знает о них. — в волнении Арунда не мог стоять на месте и мерил шагами капсулу. — Почему бы не дать время гибридам, совокупляясь с обычными людьми, вырастить новую расу?       — Но мы же знаем, что провалы людей вовсе не объясняются их физическим несовершенством или отсутствием сверхспособностей. — улыбнулся старейший. — Их нравственность, а вернее, забвение данных им заповедей ‒ вот что привело, в конечном итоге, к тому, что они теперь вновь стоят на грани уничтожения.       — А где гарантия, что другие существа не повторят их ошибки и их тупиковый путь развития? Ведь так до сих пор и не решено, кто сменит людей на этой планете... — он остановился, пораженный мыслью, только что пришедшей в голову. — Или нас просто игнорируют? Поставят перед фактом в последнюю минуту? — Арунда нахмурился и, совершенно очевидно, потерял самообладание: тело вдруг заискрило. — Это неслыханная дерзость и попрание наших заслуг! Как они посмели не считаться с мнением вердеев, мы в стольких поколениях трудились над совершенствованием этого вида! А вот стреги, которые давно самоустранились от этой работы, не имеют никакого морального права что-то решать. Да и лумвеи повели себя крайне странно... — раздраженно добавил он.       — Прошу, успокойся... — старейший протянул руку ладонью вверх, и искры от тела Арунды послушно перекочевали в нее. — Вердеи не в первый, да и не в последний раз, терпят неудачу в курировании биологического вида. Вспомни водных созданий... Полагаю, причину твоей горячности и упорства следует искать в личных мотивах, а именно, в твоей дочери. — он улыбнулся. — Она удивительно похожа на тебя характером.       — Кстати, Анна напомнила мне об обещании, которое мы ей дали: придти на помощь в случае беды. — он бросил на высшего быстрый взгляд. — Мы не можем игнорировать ее просьбу, иначе нарушим наш закон.       — Я знал, что этим дело кончится. — спокойно произнес старейший. — Знал с самого начала... — глубоко вздохнув, он встал. — Полагаю, с одобрения форума мы можем кое-что предпринять...       Кирилл не стал задерживаться в поселении, вещи действительно стояли собранные к дальнему походу на новое место жительства, конечно, он не имел представления в какое поселение его проводят, но, в любом случае, выбирать ему не приходилось. Подойдя к зданию администрации, мужчина немного оробел, кроме часового у ворот, других бессмертных он не заметил, немного помявшись, заглянул вовнутрь и, к его большой досаде, первый, кто попался ему на глаза, был Анри. Прищурившись, вампир холодно уставился на него.       — Я это... Мне это... Я за провожатым пришел. — наконец, проговорил он, чувствуя, как взгляд де Ланвиля выносит ему приговор.       — Сейчас выйдут. — ответил тот, не отводя от него глаз. — Скажите, вы правда думали, что Лола обратит вас?       Вопрос застал Кирилла врасплох, он покосился на мужа Анны, судорожно сглотнул и, чувствуя, как пересохло в горле, просто кивнул головой.       — Странно... Хотя бы спросили себя, зачем ей делать это? Вы не представляете для нас никакой ценности, разве только в качестве прокорма. — он ухмыльнулся, видя с какой опаской Кирилл взглянул на него. — Вступить в сговор с Лолой и предать своей вид ‒ это достойно презрения и это несусветная глупость! — Анри с брезгливым интересом оглядел мужчину. — Неужели вы и правда полагали, что мы примем вас, как нового члена нашей коммуны? Вы хоть представляете, в каком ужасном состоянии оказались бы, испытывая постоянный, неутолимый голод. Скольких людей вы убили бы ради этого?       — Я не думал об этом. — пробормотал мужчина.       — Охотно верю. — согласился вампир. — Возможно, вы вообще не способны думать, иначе поняли бы, что, если бы моя жена и ребенок пострадали бы, вы долго мучились бы, прежде чем ваша заблудшая душа покинула бы тело. — и его красивое лицо исказила неприкрытая ненависть.       Кирилл невольно отступила назад: граф выглядел устрашающе. А ведь он был прав, странно, что ослепленный своим желанием, он совсем забыл о неминуемой мести этого здоровяка в случае смерти Анны, его вдруг передернуло, и по спине пополз холодный пот. На его счастье из здания администрации вышел провожатый, они с Анри вполголоса обменялись быстрыми репликами, из которых мужчина не уловил ни слова, и сопровождающий его бессмертный махнул рукой, приглашая следовать за собой. Выйдя за ворота, Кирилл в последний раз оглянулся на поселение, где жил в безопасности и сытости, пока ему в голову не пришла блажь стать таким же сильным и неуязвимым, как вампиры. Он увидел Анри, тот стоял у ворот и насмешливо смотрел на смертного...       Они шли уже несколько часов, заморосил дождик, и передвигаться по лесу становилось все труднее, мужчина надеялся, что провожатый возьмет его багаж, но довольно тяжелый рюкзак с добром ему пришлось тащить самому и к вечеру он совершенно выдохся. Вампир не разговаривал с ним и лишь изредка оглядывался, чтобы проверить насколько тот отстал, наконец, в изнеможении, Кирилл остановился и опустился прямо на мокрую землю возле дерева.       — Больше не могу. — прошептал он. — Нам еще долго идти?       — С такой черепашьей скоростью до конца следующего дня. — ответил бессмертный и замер, встав под дерево.       — Я могу поспать, не опасаясь нападения смердящих? Вы присмотрите за мной? — робко спросил он.       — Попробую не уснуть. — с иронией проговорил провожатый.       Не слишком ему доверяя, мужчина то проваливался в сон, то внезапно просыпался, со страхом прислушиваясь и оглядываясь вокруг, его одежда намокла, и хотя ночи стояли еще теплые, он продрог и к утру почувствовал, что его начало лихорадить. Как только рассвело, Кирилл выразил готовность продолжать путь, желая как можно быстрее очутиться под крышей в безопасности и тепле. Дождь прекратился, и день обещал быть жарким, тяжелые испарения, поднимавшиеся от земли, пропитанной влагой, затрудняли его дыхание, появился кашель, сначала незначительный, он усилился к вечеру. Мужчина двигался с трудом, часто останавливаясь для отдыха, наконец, провожатый сжалился и взял у него тяжелый рюкзак. Идти стало легче, но самочувствие не улучшалось, Кирилл поминутно вытирал пот, струившийся по лицу, и прикладывался к бутылке с водой, стремясь пить понемногу и растянуть ее содержимое до конечного пункта своего похода.       Они подошли к стенам колонии уже в сумерках, часовые заметили их и несколько минут не открывали ворота, очевидно, изучая нежданных гостей, потом дверь распахнулась, провожатый передал Кириллу вещи и тут же растворился в темноте, а мужчина вошел на территорию, где его уже ждали для опроса и устройства. Это было то же поселение, в которое когда-то попала Мария, та же усталая женщина провела мужчину в небольшую комнату для заполнения анкеты, потом протянула ему листок.       — Вот здесь номер вашего дома и комнаты. Ваш сосед, вероятно, уже вернулся с работы.       — А комната не на одного человека? — удивленно спросил Кирилл.       Женщина пожала плечами.       — Господи, была тут у нас одна такая, тоже удивлялась условиям проживания, а потом раз ‒ и выбросилась из окна. — проговорила она, разглядывая мужчину. — Я вот не успела у нее спросить, если на прежнем месте было настолько хорошо, почему оттуда ушла? Вот вы, например... В чем причина вашего ухода? Вас же вампир провожал? Значит, ваше прежнее поселение защищено надежнее, чем наше, да и снабжение продуктами, я слышала, в таких местах лучше. У нас только люди, и проблем с ними намного больше, уж поверьте.       — Я приживусь в любом месте. — устало проговорил Кирилл. — Поужинать можно?       — Мы уже поели, на вас ничего не осталось. И да, предупреждая следующий вопрос, отвечаю: мы для незваных гостей ничего впрок не оставляем. С продуктами у нас напряженно. Воду найдете в доме. Подъем в семь часов, завтрак и начало работы в восемь. Место работы я определю вам завтра. Все ясно?       — Да. — не выказав никакого удивления, проговорил он. — А врач в каком здании?       — У нас нет врача. — холодно заметила куратор. — Медсестра Катерина живет в третьем доме. А вы что больны?       — Кажется, простудился. Вчера весь день шли под дождем. — Кирилл говорил с трудом, глаза слипались и страшно хотелось уснуть прямо на месте.       Женщина приложила руку к его лбу и нахмурилась.       — Да вы горите весь. Идите к себе, я попрошу медсестру осмотреть вас. У вас есть с собой какие-то медикаменты?       — Нет. — мужчина с трудом разлепил глаза. — Вот о них-то я и не подумал. Нас лечил доктор, он же и лекарства нам выдавал.       — Вас выгнали? — куратор с жалостью смотрела на него.       — С чего вы взяли? — хотел возмутиться Кирилл, но вышло как-то не убедительно.       — Да просто, кто же в здравом уме уйдет из поселения с такими условиями? — она встала и вздохнула. — Ладно, это не мое дело. Пойдемте, я провожу вас, а то еще упадете по пути. — она подхватила его рюкзак. — Ого! Что вы туда положили? И кстати, если надумаете искать другую колонию, на провожатых не рассчитывайте. — она помолчала и добавила, как показалось Кириллу, с сожалением. — Вампиров у нас нет.       Анна планировала нанести визит лидеру: в свете назревающих катаклизмов нужно было обеспечить защиту и нормальное функционирование поселения в чрезвычайных условиях, и подготовку следовало начать уже сейчас. Присутствие Алексея при этом разговоре представлялось крайне полезным, она надеялась, что в случае эпидемии его опыт, знания и умения окажутся востребованы для спасения людей, если это вообще будет возможно. Доктор находился на своем обычном месте в смотровой, задумчиво стоя перед шкафчиком с лекарствами, он явно думал о чем-то своем и, судя по нахмуренным бровям, совсем невеселом. Ей вдруг пришло в голову, что они не виделись еще ни разу после стычки с Лолой, он не зашел даже поинтересоваться, откуда ей стало известно о рождении его внебрачного ребенка в далеком девятнадцатом веке.       — Привет! Пришла навестить, да и дело к тебе есть. — проговорила она еще с порога.       Он даже не посмотрел в ее сторону и коротко произнес.       — Привет, извини, я сейчас немного занят.       Мгновение Анна колебалась, не зная, уйти или продолжить разговор, никогда еще он не выражал так открыто нежелание общаться с ней.       — Я не уйду, не надейся отпугнуть меня своей нелюбезностью. — она подошла ближе и почти протиснулась в узкое пространство между бессмертным и мебелью, заставляя взглянуть на нее. — Нам нужно о многом поговорить.       — Анна, что ты хочешь от меня? — Алексей вздохнул и поднял на нее усталые глаза.       — Очень много. Помощи, прежде всего. — ей стало грустно от его понурого вида и она решительно потянула его за руку. — Давай присядем... Мне легче говорить с тобой, когда ты не нависаешь надо мной. — он опустился на стул, но девушка осталась стоять и, склонив голову на бок, разглядывала его. Теперь она знала о его чувстве к ней, но, как ни странно, не испытывала неудобства в общении, которое могло бы возникнуть в подобных случаях. — Тебе плохо от того, что узнал о дочери? Но ведь тогда при жизни это не слишком занимало тебя...       — Я был молод и глуп и думал, что вся жизнь у меня впереди. — глядя ей в глаза, ответил он.       — Я понимаю... — Анна согласно кивнула головой. — Родные ничего не говорили тебе сначала, а потом ты погиб. Но ты должен знать, что малышка воспитывалась в вашем родовом доме, конечно, не как барышня, но читать, писать ее научили, дали небольшое приданое и удачно выдали замуж. Ее жизнь сложилась хорошо: заботливый муж, несколько детишек, те, в свою очередь, также продолжили свой род, то есть твой род. — говоря, она видела только профиль Алексея и потрясенно вздохнула, заметив одинокую слезу на его щеке. Она присела и несколько минут молчала, давая ему возможность успокоиться, затем перешла к изложению возможного ближайшего будущего, мысли о котором тревожили ее весь день. — Нас предупредили, что человечество, вероятно, в скором времени ожидает страшная эпидемия с многочисленными жертвами. — заметив его реакцию, поспешила продолжить. — Нет, не та, что есть сейчас. Похоже, люди очень сильно достали своих создателей, и те решили, что пришло время очистить планету от неблагодарных, необучаемых существ и передать ее в пользование новым видам. Сами мы многого сделать не сможем, помогут ли нам ‒ тоже неизвестно, но, если это начнется, паника будет невиданной и смертей ‒ несчетное количество. — девушка вздохнула. — Я люблю тебя, как друга, спасшего когда-то мне жизнь, и хотела бы помочь, посмотреть, остался ли кто-то из твоих потомков в живых, и если да, сказать, где ты сможешь их найти. Уверена, что лидер разрешит тебе отсутствовать пару дней, чтобы встретиться с ними и привести сюда. Возможно, это поселение высшие смогут защитить, и здесь твои потомки выживут.       — Что еще за эпидемия? О какой беде ты говоришь? — Алексей с недоверием взглянул на нее.       — Ты все узнаешь... Оставь свою хандру, для нее сейчас просто нет времени. — Анна придвинула свой стул ближе, он инстинктивно отпрянул назад. — Я иду к лидеру и зашла за тобой, ты доктор, и нам есть что обсудить. Не исключено, что придется отправить специальный рейд с твоим участием для поиска лекарств, если таковые еще остались. Набросай список знакомых тебе препаратов: противовирусных, антибиотиков, иммуномодуляторов, мы не знаем, что может пригодиться. А когда твоя группа вернется в поселение, ты отлучишься на поиски родных.       Доктор недоверчиво взглянул на нее, похоже часть из сказанного прошла абсолютно незамеченной, все что его занимало ‒ это поиск потомков.       — Кого же я смогу найти, не зная ни имени, ни как они выглядят и где находятся?       — А я на что? Думаешь, разговор о твоих родных зашел просто так? Подожди немного, мне нужен помощник. — через минуту желтый диск вплыл в смотровую и завис у нее над плечом, она улыбнулась и прикрыла глаза. — Сейчас мы настроимся, и все далекое тайное станет явным. Дай руку.       Она сжала его холодную ладонь своими, и под опущенными веками быстро задвигались глазные яблоки. Так прошло несколько минут, Алексей терпеливо, хотя и без особой надежды на результат, ждал, наконец, Анна открыла глаза.       — Трое, в живых осталось только трое. Первая ‒ женщина, лет тридцать пять, с девочкой-подростком, в поселении на Алтае. Зовут Лариса, вот только фамилию я не очень разобрала, то ли Алонова, то ли Агонова, точно не знаю. Второй ‒ мужчина... — она замолчала и нахмурилась. — Нет, мужчины больше нет в живых, скончался два дня назад, остался только его сын, молодой парень лет восемнадцати. Он находится сейчас в поселении в Карелии. — девушка улыбнулась. — Его зовут, как тебя, Алексей, Алексей Двинов, и у него твои глаза, а у женщины ‒ ямочки на щеках. У обоих средний рост, темные волосы. Они ‒ твои потомки, твоя семья. — она взглянула на него. — Ну что? Стало легче?       Друг Анри улыбнулся, но очень скованно, от его фирменной, неизменно широкой улыбки мало что осталось.       — Немного... Сознаюсь, приятно знать, что род твой не угас, хотя в свое время я об этом совсем не думал. — он помолчал и уже более деловым тоном осведомился. — А что за эпидемия такая? Откуда она возьмется? Я что-то пропустил?       — Самую малость. — ответила девушка. — Пойдем к Ростиславу, там все и обсудим. Он нас уже ждет.       — Ты договорилась с ним о встрече? — удивился доктор.       — Нет, я послала ему сообщение... Мысленно... Он готов нас принять. — заверила она.       — Как удобно. — пробормотал Алексей. — И не надо никаких сотовых или интернета.