... И разверзлись небеса...

      Ардей осторожно укладывал в защитные гнезда миниампулы с вакцинами, когда в медицинском отсеке появился его друг и, остановившись у входа, молча наблюдал за его манипуляциями.       — Сколько их? — Арунда подошел ближе и осторожно подцепил одну из капсулок.       — Берем пять кофров, в каждом по двести штук.       — Немного... — пробормотал высший.       Ардей пожал плечами.       — Но ведь ты понимаешь, что в условиях станции массовое производство не наладить. Мы недавно отправили образец домой, думаю, через неделю их наштампуют в достаточном количестве и переправят нам. — он помолчал и несколько раздраженно произнес. — Знаешь, нам повезло, что удалось получить хоть какую-ту информацию о предполагаемом вирусе.       — Я разве что-то сказал? Да, нам повезло, что не все стреги и лумвеги поддержали принятое решение. Ийерна нам очень помогла.       Ардей бросил быстрый взгляд на отца Анны, и его губы расплылись в улыбке.       — Нам? Мне показалось, она обращалась исключительно к тебе.       — Свои фантазии держи глубоко и надежно спрятанными. — в глазах Арунды зажглись огоньки. — Тебя послушать, так благородные поступки совершаются под воздействием личных мотивов.       Его друг поднял руку, словно защищаясь от нападения.       — И в мыслях такого не держал. Но я ведь не единственный вердей на этой станции, кто думает также.       — Я не понимаю, в чем проблема? Мы получили одну и ту же информацию из двух разных источников, и в одном она сошлась. Какая разница какими мотивами пользовались сочувствующие людям особи?       Ардей ничего не ответил, видя раздражение друга, он пожал плечами и решил не педалировать эту тему.       — С Анной по-прежнему не удается связаться?       — Нет. И более того, утром я узнал, что кто-то из стрегов пару дней назад вылетел в направлении территории, где находится ее поселение. — Арунда снова взял капсулу с лекарством и посмотрел ее на свет. — Мне неспокойно... Отправляемся раньше запланированного, завтра к вечеру, я, собственно, зашел тебя предупредить.       — Хорошо. Я возьму еще кое-какие препараты и портативные приборы, уверен они окажутся там очень кстати. А о нашем питании там ты подумал?       — Этим занимается Агнер, он тоже хотел поехать, но у меня на него другие планы. Возможно, сменит меня, потому что я долго задерживаться не могу, а тебе понадобится помощь. — Арунда присел на край стола и с беспокойством взглянул на друга. — А если они используют другой штамм вируса? Вдруг изменят формулу?       — Могут. — просто ответил тот. — Послушай, если ты беспокоишься о дочери, она защищена своей природой, кровь вердеев и вмешательство таланов сделали ее практически неуязвимой. Уж я не говорю о Монтее... Что касается людей... Мы можем только надеяться, что наше лекарство поможет им пережить инфекцию. Но стопроцентный результат оно не гарантирует, и кто-то все равно погибнет. Нужно понимать, что мы движемся на ощупь, впотьмах, ведь точной формулы нам никто не дал. Просто указали направление.       — И на том спасибо. — пробормотал Арунда.       — Именно так, друг... Именно так. — заключил Ардей и, взяв пустой кофр, стал заполнять ячейки.       На следующий день к вечеру под прикрытием густого, искусственно вызванного тумана два летательных аппарата вылетели из горы, взяв направление на поселение Анны.       После завтрака девушка прошла в больницу повидать Алексея, он был занят подготовкой к донорскому дню.       — Вчера я видела твоих родственников. — сообщила она вместо приветствия. — Мы сидим за одним столом.       Он кивнул головой, не прекращая своих занятий, с тех пор, как она почти открыто сказала, что знает о его чувствах к ней, доктор ощущал неловкость в ее присутствии и что ему делать с собой решительно не представлял. Перестать любить? Как будто это было так просто... Все, на что сейчас хватало его сил ‒ свести общение до минимума, а если избежать его становилось невозможным, вот как сейчас, он неустанно напоминал себе, что эта женщина ‒ жена его лучшего друга. А Анна вела себя так, словно не ощущала никакого напряжения между ними, вот и сейчас, удобно примостясь на подоконнике, покачивая ногами и безмятежно улыбаясь, всем видом показывала, что уходить не намерена.       — Удели мне несколько минут, Алексей. Мне же интересно, как прошла твоя поездка. Кого ты нашел первым?       Доктор вздохнул и повернулся к ней, оставив свои дела, в конце концов, она заслужила право быть любопытной и получить ответы, ведь без нее он никогда не узнал бы об их существовании.       — Парня. — он вздохнул, вспомнив их встречу. — Несчастный птенец, еще не переживший смерть отца.       — Да, он такой растерянный, а худой какой! — она сочувственно кивнула головой. — Мыра взяла над ним шефство... Можешь себе представить? Вера Константиновна пообещала его откормить, а уж если она берется … — девушка хмыкнула и глубоко вздохнула. — Хотя, не знаю, в связи с предстоящим пересмотром рациона, порции придется урезать. Он тебе сразу поверил?       — Нет, конечно. — бессмертный улыбнулся. — На мою удачу страшная сказка о воскресшем родственнике передавалась из поколения в поколение, и он ее знал, поэтому довольно легко принял мое существование.       — А даму как убеждал? Она тоже семейную легенду знала?       — Я поручил это дело Алексею-младшему. Мне показалось, что она быстрее поверит ему, чем мне. Кстати, забегал Анри, очень расстроенный, сказал, что тебя посетили ужасные гости, и мы против них бессильны. — Алексей вопросительно посмотрел на Анну, ожидая ответа.       Она слезла с подоконника, Монтея проснулась и завертела головой, увидев Алексея, нахмурилась, и несколько мгновений внимательно его разглядывала, затем узнала и улыбнулась, обнажив два нижних зуба.       — Вот это да! — он двинулся к ней. — Графинюшка, так ты теперь кусаться будешь? — вампир протянул руки, желая подержать ее, и взглянул на мать. — Можно?       — Конечно.       Взяв малышку, он высоко поднял ее на вытянутых руках и повертел из стороны в сторону, Монтея засмеялась, громко сказала «Гы-ы-ы» и попыталась дотянуться до его волос.       — Ух, ты! Какая тяжеленькая? Крови не просила? — но увидев, что девушка не оценила шутку, пошел на попятную. — Прости, сболтнул, не подумав. Счастливый папа в курсе, что кусак в семье прибавилось?       — Нет, сказать еще не успела. — улыбаясь, она смотрела, как Монтея стучит ладошкой по лицу бессмертного. — Ты ей явно нравишься, я давно заметила, если человек ей симпатичен, она ощупывает его лицо.       Он передал девочку матери, поцеловав на прощание маленький пухлый кулачок.       — У нее тяжелая рука. Конечно, она еще мала, но сила есть, думаю, это гены отца.       — Надеюсь, она унаследовала только силу. — заметила счастливая мамочка. — Вот если скорость передвижения... — и в притворном ужасе закатила глаза. — Придется ей какие-то помочи придумать, когда начнет ходить, или к папе ее пристегнуть. Пусть наперегонки бегают... — и Анна прыснула, представив эту картину.       Ее присутствие, запах и близость заставляли его понемногу терять самообладание. Осознание того, что семья с этой женщиной была бы возможна, если бы он разглядел ее раньше Анри, не давало покоя, день ото дня становилось только хуже, он делал усилия, чтобы не думать о ней, однако мысли неизменно возвращались к возможному, но потерянному счастью. Похоже, она увидела что-то в его глазах или прочла в его мыслях, потому что, бросив на доктора быстрый взгляд, вдруг заторопилась и, неловко махнув рукой на прощание, вышла. Он прислонился лицом к стене и закрыл глаза, по-хорошему, ему стоило бы уйти из поселения, чтобы не травить себя и не ставить в неловкое положение молодоженов, а он, вместо этого, привел сюда своих родственников, так что придется терпеть эту ноющую, изматывающую сердечную боль или... Он и сам боялся себе признаться, что означало это «или».       Вечером за ужином Любовь и Антонина расспрашивали новых соседей об их житье-бытье в прежних колониях, Глеб, который вначале рассеянно прислушивался к разговору, навострил уши и, прихватив тарелку, пересел за стол Анны. Он давно мечтал увидеть своими глазами жизнь людей в других местах, и сейчас жадно поглощал информацию, задавая множество уточняющих вопросов.       — Значит, ты жил в колонии, похожей на нашу? — пытал он Алексея.       — Чем-то похожей. — согласился парень. — Но она была меньше. Утром я прошелся по территории, у вас много чего есть, например, теплицы и помещение для животных, у нас была только одна теплица, и так быстро овощи не росли. — он покосился на Анну.       — Ну, это понятно. — нетерпеливо перебил его Глеб. — А вот донорский день у вас был?       — Ну, да. — удивленно подтвердил парень, чуть понизив голос, добавил. — Мне кажется они везде есть, где колониями управляют хмм... вампиры.       — А за пределы поселения вы выходили?       — Зачем? Погулять в лесу? Один вышел и не вернулся, вернее, человеком не вернулся. Через два дня мы видели, как он мотался вдоль ограды... — парень вздохнул и слегка улыбнулся. — Такой же любопытный был, как ты, все хотел знать, что там за забором. Вот и сходил...       Люба с Антониной переглянулись и улыбнулись, а вот Глеб, заметив это, надулся.       — А людей-то хоть лечили? — спросила Люба.       — Если находили чем, то да. Медсестра среди поселенцев нашлась, но здания больницы со всякими штучками, как здесь, у нас не было. Отец умер, потому что таблетки не помогли. — он вздохнул и замолк, бросив взгляд на Анну, очевидно, слухи о ее способностях до него уже долетели.       Она заметила это.       — Нам очень повезло с доктором, его тоже Алексей зовут, кстати. Он лучший друг моего мужа. — сказала она, намекая, что знает об их родственных связях.       Лариса с дочерью переглянулись.       — Вы замужем за вампиром? — с любопытством спросила девочка и бросила на мать торжествующий взгляд.       Анна улыбнулась. — Да. Но я не совсем человек, мне можно. — просто ответила она. — Поживете здесь чуть больше, и я уверена, поселенцы, особенно женская половина, охотно введут вас в курс дела.       — Так и я могу ввести. — с некотором вызовом заявил Глеб. — Анна ‒ наш талисман, она сильнее хозяев. Жаль, вы поздно появились, здесь такие чудеса творились.       «Талисман» уже заканчивала обед и встала, допив морс. — Ну, не стану вам мешать. Вы уж, пожалуйста, без меня обо мне говорите... Вот только я все равно слышу, как вы мне косточки перемываете. — она взглянула на парня. — Это для сведения, Глеб. Мой слух не хуже, чем у хозяев.       Новички с интересом проводили ее глазами. — Здорово, какие люди у вас есть! Я таких нигде не встречала. — с восхищением произнесла девочка.       — Она ‒ не люди. — парировал Глеб.       Люба, не отрываясь, смотрела на парня. — Может, я чего-то не понимаю, так объясни мне. — обратилась она к нему. — На тебя вирус выгнанного Кирилла перешел? Надоело жить в безопасности, с полной тарелкой овощей, мяса и прочего. — парень дернулся и встал. — Мы никого не держим. — громко, привлекая внимание сидящих рядом, заявила Люба. — Но шипения насчет Анны здесь слышать не желаю. Все знают, как она помогает поселению, только не все умеют быть благодарными!       В столовой стало тихо, Глеб взял тарелку и вернулся на свое место, быстро доел и, ни на кого не глядя, вышел.       — С парнем явно что-то происходит. — заметил Ксенофонт. — Может у него синдром замкнутого пространства?       — Ага, связь с реальностью потерял. — заявила шеф-повар, появившаяся на пороге кухни. — Ведь знает, какие времена нас ждут, и все чего-то копает. Может, его и, правда, профилактики ради стоит отправить туда, куда Кирилла увели?       — Девчонку ему надо, только и всего. — пробурчала баба Галя. — В силу вошел, а дружить не с кем. — и она многозначительно подвигала бровями.       — Господи, Галина! — одернула ее подруга. — У нас других дел что ли нет?       В этот момент, Глеб ворвался в столовую и, задыхаясь, выпалил: — Инопланетяне прилетели!       После этих слов все моментально высыпали наружу, октябрь близился к концу, и сумерки наступали раньше обычного, однако то, что происходило на дороге поселка, было отчетливо видно. Бессмертные стояли полукругом, не решаясь подойти ближе к пришельцам, помня, несомненно, о печальном опыте взаимодействия с подобными существами. Люди осторожно приблизились, разглядывая две высокие мужские фигуры в светлых комбинезонах, их одежда мерцала в полумраке, сплюснутые по бокам, удлиненные головы с черными волосами повернулись в их сторону, на бледных лицах чернели провалы глаз. Багаж из блестящих кофров разных размеров громоздился возле них, привлекая внимание поселенцев.       Анна уже бежала от своего дома. — Папа! Ардей! Господи, как я рада вас видеть! — не обращая внимание на собравшихся зрителей, она ткнулась отцу в грудь и затихла.       Он погладил ее по спине, успокаивая.       — Все хорошо... Мы приехали и кое-что вам привезли. — отстранил ее от себя, осмотрел и неодобрительно произнес. — Ты еще больше похудела... Если так продолжится, мы заберем тебя отсюда. Правда, Ардей? — и он обернулся к другу.       Тот улыбнулся, продолжая с любопытством оглядываться вокруг .       — Не часто я попадаю в человеческие сообщества. — вместо ответа произнес он. — Анна! Рад тебе видеть!       Она отделилась от отца и подошла к нему, не решаясь протянуть руку.       — А я-то как счастлива... Даже надеяться не могла, что вместе прилетите.       Ростислав неспешно подошел к ним, оставив между ними дистанцию метра в два.       — Могу я узнать о цели вашего прибытия и содержания багажа? — его глаза скользили по кофрам.       — Мы обязательно ответим на все вопросы, но не здесь. — Арунда бросил взгляд на людей, на лицах которых читались страх и любопытство.       — Где вы планируете остановиться? — поинтересовался лидер.       — Конечно, у нас дома. — вклинилась Анна.       Однако, у ее отца были другие планы.       — Мы бы хотели поселиться в больнице, я знаю, что это отдельное здание, и там нам будет удобнее.       — Как скажите. — Ростислав сделал знак, и два бессмертных забрали багаж пришельцев. — Позвольте, я представлю нашего доктора, полагаю вам придется контактировать с ним для решения некоторых вопросов. — он взглянул в сторону Алексея, и тот подошел в сопровождении Анри.       Высшие слегка кивнули в знак приветствия, но руки не подали.       — Доктор, я надеюсь, вы определите комнаты, которые мы сможем занять. Багаж должен находиться с нами. — Арунда повернулся к дочери. — Мы обо всем переговорим завтра. Твой усталый вид беспокоит нас. Полагаю, супруг должен лучше следить за состоянием твоего здоровья. — заметил он, не глядя на графа, тот дернулся, но ничего не возразил. — Иди отдыхать... Монтея с Мырой?       — Папа, здесь появился посланник стрегов, он следил за мной, а потом пришел на территорию. — вместо ответа поспешно сообщила она.       Высшие обменялись взглядами.       — Что он хотел, Анна? — спросил Ардей.       — Нес опасную чушь. — она вздохнула. — Предлагал мне стать дважды госпожой в обмен на послабление участи человечества. И еще, он просил сообщить вам, что вы обязаны подчиниться решению большинства и выйти с ними на контакт.       — Вот как... — Арунда казался совершенно спокойным. — Тебе предлагали соитие? — похоже, он вообще не обратил внимание на вторую часть сообщения дочери.       Девушка замялась и бросила быстрый взгляд на мужа. — Он не настаивал на контакте такого рода, понимая, что я на это никогда не пойду. Сообщил, что моей яйцеклетки было бы достаточно. — сказав это, она снова взглянула на Анри, и на ее худеньком личике отразилась тревога. — Почему другие расы вообще заинтересовались мной? Они так сильны? Этот посланник без труда блокировал мой удар.       Отец приподнял ее подбородок, при скудном освещении улицы его лицо казалось суровым. — Анна, появление новой госпожи это событие для всех, оно означает формирование неизвестного пока вида. Естественно, это вызывает интерес к твоей персоне. Боюсь, это только начало... Одних Айья рядом с тобой недостаточно, таланы должны обозначить твою принадлежность. Этот посланник угрожал тебе?       — Не прямо... — она вздохнула. — Но это читалось между строк. Я попыталась припугнуть его таланами, знаешь, он довольно пренебрежительно отозвался о них. Сказал, что они ни за что не вмешаются в ситуацию с людьми. Просто станут наблюдать... Им все равно...       — Здесь он недалек от истины. — заметил Ардей и перевел разговор на ее здоровье. — Анна, мне не нравится ни твой вид, ни твой запах. Иди отдыхать... У нас будет время все обсудить.       — А вы надолго? — она и в самом деле чувствовала себя опустошенной последними событиями. — Может, вам что-то надо, еды или воды? — девушка обхватила лицо ладонями и с беспокойством взглянула на высших. — Я не совсем поняла твои слова насчет принадлежности, мне что-то угрожает?       Но Арунда сделал вид, что не услышал ее последнего вопроса.       — Мы все привезли с собой. — успокоил он. — Если понадобятся дополнительные материалы, свяжемся со станцией, и нам пришлют еще. — отец коротко обнял ее, отстранившись, обвел глазами группу людей, продолжавших рассматривать их. Бессмертные уже исчезли, рассеявшись по территории.       — А вы с какой планеты прилетели? Или вы из параллельного мира? А можно, я покажу вам, где находится больница? — выступил вперед Глеб, поселенцы зашептались, и кто-то цыкнул на него.       — Благодарим. — сухо ответил Ардей. — Дорога нам известна. До завтра, Анна. — он мягко улыбнулся ей, и они, не спеша, отправились по направлению к больнице, где у входа их ожидал доктор.       Люди молча смотрели им вслед, и когда те скрылись в здании, Ксенофонт возмутился:       — Парень, ну ты вообще никаких границ не знаешь. Куда тебя понесло? Ты хоть представляешь, с кем мы имеем дело?       — Действительно... Тебя делегатом от человечества вроде никто не назначал.... Может, настало время успокоиться? — поддержали его сразу несколько голосов.       — А чего такого? — Глеб попытался оправдать свое поведение, потом махнул рукой и ушел к себе.       Поселенцы стали расходится, но долго стояли еще возле домов небольшими группками, обсуждая прибытие пришельцев, строя предположения относительно содержимого багажа и удивляясь их владению русским языком.       — Как здорово! Я первый раз в жизни увидела кого-то с другой планеты! Они так похожи на нас! — восторженно говорила Дарья, она была так возбуждена, что вела себя, как маленькая девочка, то бежала впереди взрослых, то останавливалась, подпрыгивая на месте от нетерпения. — Вот бы ребята из класса посмотрели! Столько событий за такое короткое время! Как у вас тут прикольно!       — Скорее уж, мы похожи на них, девочка. — с улыбкой заметила Любовь, открывая дверь дома. — Полагаю, завтра куратору не удастся призвать людей к порядку и спокойствию.       — Да, кому это нужно, когда под боком такое происходит. — с вызовом заметила Даша.       Ее мать покачала головой, развела руками и сказала, обращаясь к соседкам: — Вот так... Люди мрут как мухи, а им прикольно, классно... Что с них возьмешь? Ни грамма серьезности и осознания важности момента... Сколько, интересно, их выжило, тех ребят, о которых ты так часто вспоминаешь? — обратилась она к дочери.       Та закусила губу, наклонила голову и проскользнула наверх в комнату, и женщины услышали, как с оглушительным треском захлопнулась дверь, мать вздохнула и виновато улыбнулась женщинам.       — Хотите чаю? — предложила Люба, направляясь на кухню.       — А какие травы вы завариваете? — поинтересовалась Лариса. — Мы у себя запасали ягодно-травяной сбор.       — Ну, это у нас тоже есть, но мы далеко за травами не ходим. — улыбнулась Антонина. — Прямо на территории собираем зверобой, ромашку, мяту, иван-чай, а вот кипрей, то есть лабазник, растет неподалеку, за ним иногда выходим, но только в сопровождении.       Слушая ее, Лариса кивала, названия трав ей были знакомы.       — Мы тебя хотим настоящим чаем угостить. — улыбнулась Люба. — Нам по коробочке выдают на дом, пьем редко, только в торжественных случаях. Вот сейчас за знакомство и выпьем. — она вынула стеклянную банку и потрясла ею. — Правда, мы немного ягод и листов дикой малины насушили. Если хочешь, можем добавить, они очень душистые.       — Ой, нет, у себя напилась. — решительно отказалась Лариса. — А откуда чай? Я думала вам его только в столовой заваривают.       — Так все Анна. — не оборачиваясь ответила Люба. — Многое у нас изменилось с ее появлением здесь. — она обернулась и засмеялась. — Вернее, это Анри, тот рослый синеглазый вампир, принес ее в поселение себе на голову.       — Так он же вроде ее муж? — удивилась женщина.       — Теперь ‒ да. Но тут такааая история любви была. — она помотала головой и сделала круглые глаза. — Мы с замиранием сердца наблюдали, словно сериал смотрели, честное слово... — чайник вскипел, и Люба заварила листики в большую чашку, а чай в красивый заварочный чайник, аккуратно прикрыв полотенцем, чтобы настоялся.       — А я не знаю этой истории. — грустно заметила Антонина. — Мы позднее пришли. Может расскажешь, интересно же, такая пара необычная, они абсолютно разные, это особенно заметно, когда они рядом. А он, правда, граф, или это прозвище такое?       — Да, у вас здесь все необычное. — заметила Лариса. — Мы не то что инопланетян, так и вампиров-то только здесь увидели. В чем-то Дарья права. — грустно созналась она.       — Ничего, все образуется потихоньку. — Люба расставила чашки. — Главное храните веру в лучшее, ну и в тех, кто нас защищает. Дарья! — крикнула она. — Спускайся чай пить! Историю любви Анны и вампира хочешь послушать? — женщины прислушались, из комнаты не доносилось ни звука.       — Спит, наверное, или дуется. — решила мать. — Ну, не хочет, как хочет, а мы послушаем. Так, с чего все началось?       — Эй! — донесся голос сверху. — Не начинайте без меня, я иду.       Люба победно усмехнулась, и на ее лице ясно читалось : «А что я вам говорила!?» Когда все расселись возле стола с чашками ароматного чая в руках, она заметила: — А Анна, между прочим, в вашей комнате жила, до того, как ее высшие к себе забрали.       Дарья широко раскрыла глаза. — Вот это да! Они кого угодно забирают? А меня могут?       Женщина улыбнулась. — Я начну, пожалуй, с самого начала... Анри действительно граф, титул у него такой, он француз, друг нашего доктора. Не знаю, где они встретились, но полагаю, нас тогда еще и в проекте не было. На нашем языке хорошо говорит, потому что в России давно живет. Эти сведения нам поведала баба Галя, медсестра при больнице, она имеет обыкновение слушать, то есть подслушивать, слышать и запоминать. Что касается любовной истории, это, девочки, просто роман, и начинается он со спасения главной героини. Красавец Анри принес ее на руках из рейда, больную, почти умирающую, и наш доктор выходил ее. Девушка неделю лежала в больнице...       Женщина рассказывала, не торопясь, от своего лица, но вставляла сцены, услышанные от других людей, в ее устах история любви двух настолько непохожих существ звучала забавно, романтично, легко, даже с юмором, она была прекрасным рассказчиком и настолько увлекла слушателей, что те забыли о времени. Когда история закончилась сегодняшним днем, в окна уже заглядывал рассвет, Дарья сидела, подперев щеки руками, ее глаза слипались.       — И я так хочу. — сказала она, широко зевнув. — Вот бы и в меня вампир влюбился!       — Девочка ты наша... — Люба ласково провела рукой по растрепавшимся волосам Даши. — Это невозможно, контакты между нами запрещены законом.       — Каким еще законом? — пробормотала Дарья и сонно взглянула на мать.       — Уже не помнишь? — укоризненно ответила она. — Ты сама читала мне вслух правила поведения, и я точно помню, как именно ты прокомментировала это положение .       — Ну, может быть. — не вставая со стула, девочка потянулась. — А есть тут еще свободные красавчики, кроме Анри и дяди? — ляпнула она.       — Дяди? — удивилась Антонина. — Это кто? О ком ты говоришь?       Дарья метнула испуганный взгляд на мать, поняв, что прокололась, хорошо, что Люба в это время вышла из кухни, она была более наблюдательной, чем Тоня, и такая оговорка не прошла бы незамеченной.       — Моя шутница с дурной привычкой расстаться не может: всех мужчин старше восемнадцати дядями называть, память на имена подводит. Но вот, поди ж ты, углядела самых красивых, Анри и доктора, а имени его не помнит.       — А-а-а... — улыбнулась Тоня. — Алексей его зовут, друг Анри и Анны. Легко запомнить: паренек, с которым вы пришли ‒ тоже Алексей.       — И действительно. — улыбнулась Лариса. — Ну, теперь-то уж не забудешь? — она со значением посмотрела на дочь.       — Теперь ‒ никогда. — насупилась Дарья. — Пойдем спать.