Любовница Сары

Эту главу я выкладываю в благодарность Квинтассоль за исправление моих ошибок. Глава 13. Сара Сара изо всех сил старалась веселиться, занимаясь водной аэробикой, но сердце ее было далеко от этого. Она изображала улыбку на лице, делала все возможное, чтобы выглядеть дружелюбной, но жаждала только одного: чтобы тренировка как можно скорее закончилась. Она знала, что сегодня утром не должна была встречаться с Даной, но все равно пришла. Часть ее думала, что ей надо прекратить эти встречи. В чем был их смысл сейчас? Кристен либо уже исчезла в эфемерной тишине, либо решила окончательно исчезнуть. Может быть, их эксперимент с проявлением материального тела сделал свое дело, и она наконец-то отправилась в другой мир. Эта мысль глубоко угнетала ее. После тренировки в раздевалке Дана спросила у нее, что случилось. Сара знала, что не может сказать: «Я влюблена в твою мертвую бывшую жену, но она оставила меня прежде, чем у нас действительно появился шанс на отношения. А если этого недостаточно, чтобы испортить мне настроение, то моя собственная бывшая отправила мне цветы». Служба доставки послала ей текстовое сообщение, в котором уведомила о цветах и от кого они были. Почему Хизер отправила цветы? Как покаяние? Как сигнал к перемирию? И то и другое было очень неприятно. Твоя бывшая подруга, которая выбросила тебя на улицу, не может просто так прислать цветы, если у нее нет скрытого мотива. Но что это за мотив, Сара понятия не имела. Она решила, что можно рассказать Дане о цветах. Возможно, это заставит ее почувствовать себя лучше, а это совсем даже неплохо. Она не могла позвонить Джози и Кларисе. Они начнут возмущаться, а у Джози, скорее всего, появится желание отвесить Хизер хороший шлепок. Ладно, возможно, это немного драматично, но Сара знала, что Джози определенно захочет вставить Хизер кусочек разума. Нет, рассказывать Джози и Кларисе о цветах было плохой идеей. — Моя бывшая сегодня утром прислала мне цветы, — мрачно сообщила Сара, завязывая ботинки. — Ого, это либо хорошие новости, либо очень плохие — в зависимости от точки зрения. По твоему настроению я понимаю, что цветы тебя не возбудили, — сказала Дана. — Именно так я чувствую себя прямо сейчас, но ты знаешь, довольно большая часть моего сердца всегда сомневается. Что, если она захочет попробовать еще раз? — спросила Сара. — Я не знаю, как с этим справиться. — Возможно, она расстроена тем, что выкинула тебя на улицу только с одеждой, набитой в мешки для мусора. Я имею в виду, это выглядит довольно сурово. Я даже не говорю о том, как перенести такую бомбу, — сказала Дана и натянула футболку на голову. Сара отвела глаза. У Даны были хорошо прокачанные мышцы живота, а Сара была одинокой. Она даже не помнила, когда в последний раз занималась сексом. «О, черт возьми, — подумала она, — это полная жопа!» Влюбиться в мертвую жену Даны — это уже достаточно плохо, но испытывать похоть к ее бывшей жене — еще хуже. Добавь к этому доставку цветов Хизер. Сара медленно и протяжно вздохнула. Она не любила драмы. Во всяком случае, вне ее книг. Дана села рядом с ней на скамейку в раздевалке и сладко улыбнулась. — Эй, все это может быть очень даже хорошо. Хизер сделала что-то действительно очень плохое, причинила тебе боль… но люди ошибаются. Ты говорила мне, что все еще любишь ее. Я знаю, ты думаешь, что сама подвела ее, но из того, что мне известно, не думаю, что виновата именно ты. Я думаю, что Хизер была единственной, кому следовало бы разобраться в себе. Может быть, она уже это сделала. Позволь мне рассказать тебе историю. У тебя есть время? — Я работаю не по найму. Это у тебя работа по расписанию. — В пятницу мы начинаем поздно. Это нам новая поблажка. Я бы предпочла освободиться после обеда, но ты знаешь, менеджмент и все такое, — сказала Дана. — Хорошо, расскажи мне. — Мои самые первые отношения длились семь лет. Мы с Дарси были золотой парой. Молодые любовницы, быстро съехались и вместе начали строить свою жизнь. Затем она завела интрижку на стороне. Это был короткий флирт. Мы были так молоды, когда стали жить вместе. В некотором смысле, это не должно было стать для меня неожиданностью. Я могу сказать, что и сама время от времени бросала любопытные взгляды по сторонам, мне иногда даже кто-то нравился, но я никогда не предпринимала никаких действий. Мы остались друзьями, несмотря на разрыв. Я помню, как уезжала от нее, а она помогала мне собирать вещи. Она даже сказала, что мы, возможно, через полгода снова будем вместе. Сара заметила, как крепко сжаты руки Даны, и понимала, как ей, должно быть, трудно рассказывать эту историю. — Я была не против того, что сказала Дарси. Часть меня верила в это. Я знаю, что это звучит странно. Мы должны были расстаться. У нее была новая подруга, так что, да, это было правильное решение. Но я все еще любила ее. Затем появилась женщина и захватила меня. У нас был секс, и я влюбилась в нее. Я перепутала похоть с любовью и приняла худшее решение в своей жизни, — Дана замолчала и уставилась на туфли. Сара подождала, задаваясь вопросом: был ли это конец истории. Очевидно, несмотря на прожитые годы, это все еще причиняло ей боль. — Когда Дарси узнала о моей новой девушке, она была опустошена. Я знаю, в этом не было смысла. Она начала все это, но я оказалась ответственна за ее нервный срыв. Поверь мне, я ужасно себя чувствовала, но было уже слишком поздно что-то делать. Я последовала за своей новой девушкой в другой штат и провела слишком много лет в очень плохих отношениях. Дарси умоляла меня не уезжать, но я не слушала — отчасти из-за гордости, отчасти из-за боли и отчаяния. Что я сделала не так, почему она изменила мне в первый раз? По сей день я сожалею о том решении. Я никогда не должна была переезжать, я никогда не должна была сходиться с той женщиной, которую через шесть лет стала просто презирать, — Дана сжала кулаки и продолжила: — К тому времени, когда я действительно поняла, что наделала, было уже слишком поздно. Дарси двинулась дальше. Ее отношения после этого тоже были не особо удачными. Если бы я проглотила гордость и не последовала за своей похотью, мы могли бы снова жить вместе. У нее была своя интрижка, у меня — своя. Мы подходили друг к другу но из-за своих действий я оказалась здесь, где нахожусь сегодня. С невозможностью доверять кому-либо еще. Поэтому, если Хизер хочет предпринять еще одну попытку, тебе стоит подумать об этом. Терять тебе уже нечего, а вот выиграть ты можешь все. Ладно, это были мои два цента, а теперь я должна идти, — она встала. — Спасибо, что рассказала мне это, — сказала Сара. — Но не думаю, что я так же легко могу прощать, как ты. — Тем не менее, — ответила Дана, закидывая сумку через плечо. Они вышли вместе, и Дана обняла ее. — Выше голову. И позвони мне, если захочешь поговорить. — Обязательно, — сказала Сара и посмотрела, как Дана подходит к машине и уезжает. Затем Сара села в свою машину, но двигатель не запустила. Ей не хотелось ехать домой. Это было очень странно, но без Кристен в доме было холодно и пусто. Дом наводил тоску. По дороге домой она решила заехать в «Крутой латино» и посмотреть, нет ли там Нэнси и Энн. Ей хотелось рассказать им о внезапном исчезновении Кристен из ее жизни и посмотреть, что они думают об этом. Она ехала по городу и старалась не думать о Хизер. Она сообщит им и об этом и выслушает их мнение. Прямо сейчас Сара чувствовала себя такой потерянной и сбитой с толку. Возможно, две пожилые женщины смогут помочь ей, учитывая свой многолетний опыт отношений. *** — Вот ты где, Сара! — воскликнула Энн, явно радуясь встрече с ней. — Возьми себе кофе и посиди с нами. Нэнси подняла голову от кроссворда. — Ты уже была дома? — Нет. Мне нужен ваш совет, я надеялась подумать об этом вместе, — сказала Сара. Нэнси сжала губы и кивнула. — Ты пришла в нужное место. У меня много советов. Энн указала пальцем на Сару и предупредила: — Ты должна быть осторожна с ее советами. — Эй, я всегда делаю правильный выбор. Я же поймала тебя, не так ли? — возразила Нэнси. Никто не мог отрицать этого. Они жили вместе уже очень долгое время и все еще любили друг друга, что случается далеко не со всеми парами. Сара видела слишком много пожилых пар, как геев, так и натуралов, молча сидящих в ресторанах напротив друг друга, которым не о чем было поговорить. Дело не в том, что они были в ссоре, а в том, что им нечего сказать друг другу. Сара никогда не хотела подобного для себя. Она хотела таких отношений, как у Энн с Нэнси. Она видела в их глазах любовь. Ее сердце радовалось такому зрелищу и тосковало, что у нее этого не было. Билли закончила обслуживать клиента и тепло улыбнулась Саре. — Какой сегодня яд примешь, милая? Сара посмотрела на доску с меню. — Я решила пробежаться по твоему меню. — В нем нет ни одной плохой чашки. Но если тебе что-то не понравится, я сделаю тебе еще одну. Бесплатно. — Тебе не обязательно этого делать. — Да, не обязательно, я знаю. Но ты мне нравишься. Ты хороший человек, — она добродушно подмигнула Саре. Неужели она действительно хороший человек? Именно такой видели ее другие? Сама она, конечно же, не думала о себе подобным образом. На данный момент она вводила в заблуждение Дану, причиняла боль Кристен, и кто знает, что она сделает с Хизер? — Давай я сделаю тебя американо со своей собственной добавкой, — предложила Билли. — Выглядит идеально, — согласилась Сара и бросила пару долларов в банку с чаевыми. Билли принялась готовить ей кофе и прокричала сквозь шипение кофе-машины: — Ты только что упустила Вэл. Она спрашивала о тебе. — Обо мне? — спросила Сара. — Она обеспокоена тем, что у тебя, возможно, сложилось о ней плохое впечатление. — Это было немного… смущающе. Но я ничего не имею против нее. Билли улыбнулась и посмотрела вдаль. — Да! Она это что-то. Сара знала этот взгляд. Начало любви. — Надеюсь, у нее все хорошо, — сказала она. — Если не сказать больше, — подхватила Нэнси. — У нее все нормально, — поддразнила Билли Нэнси и передала Саре чашку с кофе. — Наслаждайся. Сара протянула Билли кредитную карту, подписала квитанцию и попробовала напиток. — Ого, очень вкусно. Спасибо. — Все дело в бобах, — сказала Билли. Сара села рядом с Энн и Нэнси. Она заметила, что у них есть любимый стол. Каждый раз, когда Сара приходила в кофейню, они всегда сидели в одном месте. Не дай бог, если кто-нибудь допустит ошибку и будет сидеть за тем столом, когда они войдут. Она задавалась вопросом: а не устанавливает ли Билли табличку «Занято», чтобы другие посетители знали, от каких столов следует держаться подальше. Нэнси подняла рекламную ручку, которую Сара дала ей. — Посмотри на эту ручку. Она все еще пишет. Я рада знать, что ты не раздаешь дерьмо. Я могла бы использовать еще одну. — Нэнси! Не наглей! — предупредила Энн. Сара порылась в сумке и передала Нэнси еще одну ручку, сделав заметку в памяти, чтобы пополнить запас. Она сказала: — Спасибо, что занесла цветы в дом. Я не могу поверить, что доставка оставила их на крыльце. Не совсем теплая для них погода. — Нет проблем. Я делала то же самое для Кристен и Даны. Не то чтобы у нас плохой район, но именно в это время года у нас появляются проблемы с криминальными элементами, крадущими посылки, — сказала Нэнси. — Я хочу, чтобы ты знала: я просто открыла дверь и занесла посылку внутрь. И поздоровалась с Кристен. Слышала она меня или нет, я не знаю. Внезапно глаза Сары заполнились слезами. — О милая. Что такое? Что случилось? — спросила Энн. Нэнси отложила кроссворд в сторону. — Это из-за цветов? — Нет. Да. О, я не знаю! Все вдруг стало таким сложным. Я хотела вам рассказать. Я пришла сюда, чтобы поговорить с вами, а теперь мне стыдно, — произнесла Сара. — Какая чепуха! Не будь глупой. Мы, дамы, должны держаться вместе, и у нас за спиной есть кое-какой опыт, — воскликнула Энн. — Выкладывай, — сказала Нэнси. — Мы не сможем тебе помочь, если ты не расскажешь нам, в чем именно мы должны помочь. — Я не знаю, что делать с Хизер. Сначала она позвонила мне, а потом отправила цветы. Что она пытается этим сказать? Энн оперлась на подбородок и посмотрела на нее поверх очков. — Это все из-за цветов Хизер? Или тебя еще что-то беспокоит? Сара сделала глубокий вдох и сказала: — Есть еще кое-что. Кристен исчезла. Думаю, она злится на меня. Или, вполне возможно, пытается защитить. Ее нет уже нескольких дней, — она провела пальцем по краю чашки с кофе, не глядя на двух женщин. — Надеюсь, это чистый палец, — сказала Нэнси. — Сейчас холодно и начался сезон гриппа. Сара перестала делать то, что делала. Нэнси потянулась и вытерла обод чашки салфеткой. — На всякий случай. — О боже мой, тебя нельзя выпускать к людям! — воскликнула Энн. — Я просто беспокоюсь о ней, — вздохнула Нэнси. — Все в порядке, — сказала Сара. — Нэнси права. Мне, конечно же, совершенно не нужен грипп поверх всего остального, — она отпила кофе. — Хорошо, милая, давай снимем тяжесть с твоей груди. Полезно поговорить с людьми, которые заботятся о тебе. Это помогает открыть глаза и посмотреть на внешнюю перспективу, — сказала Энн. — И это намного дешевле, чем психотерапевт, — добавила Нэнси и отхлебнула пенку со своего капучино. Энн выглядела так, будто собиралась вновь поругать ее, но передумала и вместо этого только покачала головой. Она снова перевела взгляд на Сару. — Почему ты думаешь, что она исчезла? — Да, почему? — вмешалась Нэнси. — Я не знаю, с чего начать, — сказала Сара. — Мы с Кристен последнее время очень много общались друг с другом, — Сара потерла мостик носа. Это будет звучать ужасно и странно. — Кажется, ей удалось сделать себя более… видимой. Нэнси указала ручкой на Энн и сказала: — Что я тебе говорила? Энн спросила: — Ты смогла ее увидеть? — Ну да. Я пойму, если ты мне не поверишь. — Я верю тебе, — сообщила Нэнси. — Я иногда видела ее. На самом деле она такая… — теперь Нэнси не смогла описать ее. — Призрачная. За неимением лучшего слова. Не похожа на плавающую вокруг простыню. Больше похоже, если поймать ее в правильном свете, у нее появляется какой-то облик, силуэт. — Я признаю, что настроена более скептически. Но в этом доме произошло слишком много невероятного, чтобы не поверить в это, — сказала Энн. — Я ее еще не видела. Надеюсь, не потому, что я как-то оскорбила ее. — Ты не ухаживаешь за ее садом и совсем не ходишь туда, вот почему, — предположила Нэнси. Энн отпила кофе и отвела от них глаза. — Признаюсь. Я немного боюсь ее. — Кристен, на самом деле, очень милая. Она никогда не причинит тебе вреда, — сказала Сара. — Разве что, если ты начнешь вредить ее дому, — поправилась она. Сара не рассказала им, как Кристен наказала Джози, но к тому времени Кристен и Сара уже были друзьями, и это, казалось, не имело значения. Кроме того, Джози открыто насмехалась над ней, и Кристен просто заставила ее задуматься. Веселый момент. «Черт, — подумала Сара, — все совсем не так!» Чем больше она смотрела на свою ситуацию со стороны, тем более опасной и совсем несмешной она становилась. Что Сара будет делать, если Кристен по-настоящему разозлится на нее? Она уничтожит ее вещи? Нет, она этого не сделает. Она любит Сару, а Сара любит ее. Она знала это в глубине души. Но никак нельзя было изменить тот факт, что Кристен была призраком. Да, они прикасались друг к другу, общались и даже разговаривали, но это не значит, что они действительно могли жить как пара. Возможно, Кристен приняла правильное решение за них обеих. Сара чувствовала себя полностью запутавшейся. — Я знаю, что ты заботишься о ней. Я это могу понять, — сказала Энн. — Но, может быть, это лучше, что она удалилась из этой ситуации. — В конечном счете ты можешь оказаться отшельницей. Вся твоя жизнь пройдет с призраком, а не с людьми, с которыми ты должна жить. Независимо от того, что произошло между вами, вы живете в двух разных мирах, — продолжила Нэнси. — И тебе нужно помнить об этом. — Я знаю. Мне нужно отпустить ее, — мрачно произнесла Сара. — Я думаю, так будет лучше, — согласилась Энн. — Мне нужно будет переехать? — спросила Сара. Это был риторический вопрос. Она знала, что ей придется оставить этот дом, только эта мысль пугала ее. Ей нравилось жить здесь. Нравились окрестности. Она полюбила дом. Полюбила кухню. Кровать. Она полюбила Кристен. Ей не хотелось уезжать. — В следующем квартале продается хороший дом, — сказала Нэнси. — Ты должна посмотреть его. Если ты его купишь, мы все равно останемся соседями. — Я подумаю об этом, — согласилась Сара. На самом деле, она не собиралась делать этого. Знала, что не сможет заставить себя взглянуть на другой дом. Она почувствовала бы себя виноватой. Как будто обманывала бы Кристен. — Ты в порядке, милая? — спросила Энн. Сара покачала головой. — Ты права. Знаю, что права, но мне все равно грустно, — она посмотрела на кофе, сделала глоток, давая себе время подумать. — Давай лучше поговорим об этой женщине — о Хизер, — сказала Нэнси. — Я думаю, что она — большая проблема. В конце концов, она живой человек. — Нэнси, дай ей время, — Энн повернулась к Саре: — Дорогая, если ты не хочешь говорить об этом, не чувствуй себя обязанной. Проблема с Кристен сама по себе большая. Возможно, нам надо отложить разговор о Хизер хотя бы на день. — Нет, мне нужен совет, — слова полились из Сары в полнейшем беспорядке: — Когда я говорила с Даной, она посоветовала мне действительно подумать о том, чтобы дать Хизер еще один шанс. Она сказала, что Хизер разбила мне сердце, а это значит, что я люблю ее. Если бы я не любила ее, то просто ушла бы, не оглядываясь назад. Я сначала подумала, что смогу это сделать, но сейчас уже ни в чем не уверена. Если я дам ей еще один шанс, то почувствую себя слабовольной тряпкой. Да и как я могу испытывать такие интенсивные чувства к Кристен, если я до сих пор люблю Хизер так сильно, как думаю? К тому же вполне возможно, что Хизер и не собирается возвращать меня, а я просто поняла все это неправильно? — Святая корова! — воскликнула Нэнси. — Да тут все намного круче, чем я думала. Кажется, от полного отсутствия подруги ты сразу перешла к слишком большому количеству. Это напоминает эту песню «Разрываюсь между двумя любовниками». Ты знаешь ее. — Все это так, если не учитывать, что одна призрак, а другая прогнала тебя из своей жизни, — добавила Энн, а затем мягко сказала: — Сара, я не хочу, чтобы ты поняла это неправильно, но не думаешь ли ты, что дружить с Даной — очень плохая идея? Сара закусила внутреннюю часть щеки. Она совершенно не уверена, что это хорошая идея, но произнеся все это вслух, беспорядок в ее жизни станет выглядеть еще хуже. Сара почувствовала себя на грани слез. Энн тоже поняла, что ее слезы близки. — Давайте пока отложим в сторону эту веселенькую историю. Я думаю, самое лучшее, что можно сделать прямо сейчас, это подождать день или два, — сказала Энн. — Я всегда считала, что быстро принятое решение — это самое плохое, что может сделать человек. Мы всегда боимся, что если не сделаем что-то немедленно, то все это испарится в эфир, а это не так. Я не говорю о промедлении, я говорю о размышлениях перед принятием решения. Мир в наши дни очень скоростной, и это не всегда хорошо. — Если, конечно же, за тобой не гонится медведь, — добавила Нэнси. Сара рассмеялась. Энн закатила глаза. Скверный момент закончился. *** Сара вошла в дом и первое, что увидела, это цветы. Их было трудно игнорировать. Она подумала о том, чтобы выбросить их, не глядя на карточку. Это было бы вполне разумно, но Сара не смогла заставить себя выбросить такие красивые цветы. Какая бессмысленная утрата! Она огляделась, надеясь, что появится Кристен. Не повезло. Она чувствовала ее присутствие, но не могла заставить показаться. Общение между ними вновь стало молчаливым. Сара была хорошо знакома с этим. Они с Хизер делали то же самое. Блуждали по квартире и избегали контакта любой ценой. Если возникала абсолютная необходимость что-то сказать, делалось это коротко и быстро. В любых других случаях они просто молчали. Молчание обычно заканчивались тем, что Сара извинялась перед Хизер, даже если не чувствовала за собой вины. Будет ли она делать то же самое с Кристен? За что она должна извиняться? За влюбленность, за предложение купить дом или все-таки за то, что заставила Кристен почувствовать то, чего та не хотела чувствовать? Возможно, Энн и Нэнси были правы. Ей нужно отпустить ее и двигаться дальше. Несмотря на все свои рассуждения, Сара все же прочитала карточку, которую принесли с цветами. «Думаю о тебе. Прости, что причинила боль. С любовью, Х.» Сара была ошеломлена. Извинение? Хизер почти никогда не извинялась — за все время раз или два, да и то за какие-то глупости. И никогда за что-то крупное. Тем не менее просьбы о возвращении не было. Простое извинение и не более того. Ладно, она справится с этим. Попросить прощения — не то же самое, что попросить еще один шанс. Сара спрятала карточку и подняла цветы. — Ну, ты можешь извиняться за все, за что хочешь, но я не хочу к тебе обратно, — сказала Сара вслух, вытащила из шкафа вазу и налила в нее воду. Расправив в вазе цветы, она произнесла: — Кристен, где бы ты ни была, я не собираюсь извиняться перед тобой. Я не сделала ничего плохого. Я влюбилась в тебя и нисколько не жалею об этом. Она достала из холодильника бутылку воды и поднялась наверх, чтобы продолжить писать книгу. По крайней мере, эта деятельность давала ей немного утешения.