Спаси меня

            ─ Так всегда. Каждую ночь здесь собираются студенты и бухают или закидываются. Не знаю, почему именно все выбирают это место, но это уже как традиция. Но, ты не переживай, пойдет только твоя группа – с улыбкой говорит Тим.             ─ Куда пойдет? – спросила я, но ответа так и не услышала, потому что наш разговор прервал один человек.             ─ И как тебе учительский стол? Не мягко, правда? – сказала Элла, которая стояла за спиной Тима.             ─ Ты о чем? – немного смущенно спросила я.             ─ Та не строй из себя дурочку. Все уже знают, что ты делала в аудитории с Николаевичем – с насмешкой отвечает Элла. Меня как будто холодной водой облили. Я слышала и видела, как после её слов все стали усмехаться. Мне ужасно стыдно, чувствую как мои щеки горят от стыда. М-да, отличная репутация у меня намечается. Стыдно за то, чего не было. Ко мне подошел Тим и при обнял за талию, чтобы успокоить, но меня это ещё больше напрягло.             ─ Если ты привыкла исправлять оценки одним способом, то не нужно брать всех под одну гребенку – сказал Тим. Его рука резко спустилась в низ, а точнее на мою попу - Правда, Катя? - сжал её, от чего я немного подскочила. Это было очень неожиданно.             ─ Да – коротко ответила я и хотела отойти от него, но ничего не получилось. Он так же резко перевел свою руку на талию и сильно сжал её, из-за чего я издала легкий стон. Я не понимаю, что с ним происходит. Он начинает меня пугать.             ─ Ну, что ребята, приступим? - весело спросил Тим и наконец-то отпустил меня – Пойдем- махнул рукой, чтобы все как бараны, пошли за ним.             ─ Тим, куда мы идем ? – ответа не было, потому что он быстро пошел, а за ним вся группа, ну, ладно, идем. Мы направились на задний двор. Там было темно, фонари не работали, та и ещё сильный сквозняк, что меня не очень радовало, а то как-то заболеть в начале учебы не охота. Тим поднял кирпич и кинул в одно из окон первого этажа. Запрыгнул на подоконник и продолжил выбивать окно уже ногой.             ─ Добро пожаловать в новый мир. Залазьте – задорно пригласил Тим. Все начали залазить в окно, и одна я стою в шоке – А тебе нужно отдельное приглашение? – я тяжело выдохнула и тоже залезла. Только не понимаю зачем. Элла открыла одну из аудиторий, а Ломов включил на полную громкость музыку, так что казалось, что мои барабанные перепонки не вынесут этого и просто взорвутся . Все начали веселится, радоваться и походу только я не понимаю этого веселия. Какой-то дебилизм.             ─ Вот и бухлишко – заорал один из моих однокурсников. Элла по открывала все аудитории. Все орали и веселились, а мне было скучно. Тима после того как мы перелезли я больше не видела. Наверно ему тоже было, скучно и он ушел. Я взяла баночку пива и решила пройтись по аудиториям. На втором этаже было так хорошо, тихо и никого нет, не сравнить с первым, откуда несется гул музыки и смеха . Я зашла в аудиторию Романа Николаевича, подошла к окну, но тут я услышала, как захлопнулась дверь. Блин, какого черта я не включила свет? Я почувствовала, как чии-то холодные руки прошлись по моей руке. Я отошла, но он схватил меня за руку и прижал всей своей силой к себе. Я начала уворачиваться, но это было бесполезно. Я начала выворачиваться и кричать: « Спасите», « Пожалуйста, помогите». Почти сразу после моих криков он закрыл своей рукой мой рот, а другой полез под футболку. Этот человек был немного выше меня, и я чувствовала его тяжелое дыхание возле моего уха. Его резкий и довольно знакомый одеколон мне запомнится надолго, как напоминание о сегодняшнем вечере. Такое чувство, что он после пробежки, он не мог успокоить свое дыхание. Его худощавые руки скользили по моему телу как хотели и где хотели. Его рука остановилась на лифчику, он остановился. Я начала надеяться, что это все, что он остановится, и больше не будет продолжать. Прошла минута, но такое чувство, что около часа. И я наконец-то услышала голос маньяка. Такой тихий… такой мягкий.             ─ Что стерва, думала, что я забыл? – это был голос Тима. По голосу было понятно, что он сильно зол. Отпустил мой рот, обхватил мою талию, второй рукой он начал сжимать лифчик, а точнее мою грудь. Силы он не жалел. Была невыносимая боль, хотелось, чтобы это побыстрее закончилось, но мысленно я понимала, что это только начало. Слезы потекли рекой. Я не понимаю за что он так со мной? Что я ему плохого сделала?             ─ Тим, прошу тебя, не надо. За что ты так со мной? – умоляющи спрашиваю я. Чувствую вкус соленых слез.             ─ За что? Ты ещё спрашиваешь « За что?». Недотрога хренова – он со всей силы откину меня в сторону окна. Я упала и ударилась головой об батарею – Я значит с ней по-хорошему, а она… - начал ходить по аудитории, тем временем я сижу возле батареи, обхватив голову руками, хнычу. Он подбежал ко мне и схватил за волосы – Ты меня опозорила, тварь – в темноте я все же чувствую, как на его лице появилась нервная улыбка.             ─ Как же я тебя опозорила? – сквозь слезы спрашиваю. Он начал сжимать руку, так что было слышно хруст пальцев.             ─ В колледже меня все хотели. Стоило щелкнуть пальцами и любая уже у меня в койке. Все лучшие девчонки были моими, кроме тебя. Я значит и цветы, и конфеты, хорошее отношения. Романтик, блять – заорал последнюю фразу – А на предложение посмотреть фильм, она отказывает. Да? Какого хуя, Катя? – спокойно спросил парень. Потом он резко подбежал и схватил за волосы - Что тебя не устраивало? – уже заорал.             ─ Отпусти меня, пожалуйста – тихо попросила я. Он приблизил свое лицо к моему.             ─ Повтори – я боялась даже посмотреть на него, не то, что повторить сказанное – Я так и думал – отпустил меня – Ты сама виновата. Во всем. Тебе что сказал Николаевич? Что бы ты подружилась с Эллой. А ты? Ты начала с ней враждовать – начал закатывать рукава – Вот и получаешь по заслугам – подошел, схватил меня за футболку и поднял на ноги. Взял мое лицо в свои руки – Ты сама виновата. Ты виновата в том что играешь не по правилам, играешь против себя – немного помолчав, он продолжил – Снимай футболку – слезы потекли новой рекой ─ Ну, нет так нет – схватился за футболку и порвал на две части. Я схватилась за его руки, надеясь, что он остановится, но все мои усилия были напрасны. Он повалил меня на пол, держал мои руки над головой. Второй рукой он снова схватился за лифчик и сорвал его. Я начала орать, но меня никто не слышал, так как все были на первом этаже и скорей всего были уже давно пьяны и не могли стоять на ногах. Я лежала на животе, он целовал мою спину, немного покусывая за шею. Он начал быстро дышать, что ещё больше нагнетало. Я понимаю, что это конец. Что жизнь не будет как раньше. Она будет разделятся, на до и после. Слышу звук ремня… его ремня. В такие моменты не хочется жить. Перед глазами прошла вся жизнь. Детство - садик- школа-Глеб – колледж- университет. Блин, даже в такие моменты появляется Глеб.             ─ Готовься к унижению, малышка, хотя... Ты и так унижена, куда больше? Не так ли, Катюша? – чувствую его достоинство, даже сквозь штаны, он сильно возбудился. Я захлебываюсь собственными слезами, и слова молвить не могу. В глазах мутнеет – Ты не получишь удовольствие, его получу только я – он запихнул свои пальцы мне в рот, в второй рукой стянул трусики, потом и свои штаны. Я уже смирилась с неизбежным. Тишина. Слышу стук сердца. Громкое дыхание. Мое. Тима. Скрип дверей. Тишина. Поднимаю свой взгляд и вижу того человека, которого точно не ожидала. Это была Элла. Выстрел. Слышу пищание в ушах.             ─ Катя, как ты? Живая? – взволновано говорила Элла. Звук был как в вакууме. Было плохо слышно – Ей, ты меня слышишь? – начала легенько бить по щекам – Очнись, Катя. Тебя немного оглушило из-за выстрела. Поднимайся, дорогая, а там разберемся – она подняла меня за руки – Мда-а, так дело не пойдет – взяла бутылку и вылила мне на лицо или правильно сказать привела меня в чувство. По запаху и по каплям, которые попали мне в рот, я поняла, что это был алкоголь. Я словно пришла в себя, мое сознание вернулось, и только теперь я поняла, что сижу на столе и совсем без одежды. Я обернулась и увидела лежащее тело Тима. Он не шевелился и вроде бы не дышал.        Совсем.             ─ Нам нужно бежать, а то получим пиздюлей, но ты совсем голая. Ладно, сейчас что-нибудь придумаем – она подошла к одежде Тима, которая лежала в стороне, взяла мою курточку и подала её мне. Хорошо, что штаны не порвал – На, оденься, а это – показывает на мою футболку – Можешь полы мыть, а теперь побежали.       Мы бежим по пустым коридорам второго этажа, ведь все наши на первом и наверно уже давно пьяные валяются под партами. И только теперь я осознаю, что меня только что чуть не изнасиловали и то, что Элла убила человека. Человека, которого я знала не первый день, которому у меня были какие-то чувства. Дружеские или возможно любовные, я этого и сама не знаю, но они были. И теперь этого человека нет…       Я не понимаю, за что он так со мной? Все же было хорошо, вроде бы.       Мы вышли из здания. Элла схватила меня за руку и потащила за какой-то угол. И я понимаю, что это не конец. Она достала пистолет и приставила его к моей голове. Блин, что за день такой…говняный. Сначала хотели изнасиловать, а теперь убить. И не знаю, что хуже. ─ Ты же понимаешь, что ты идешь как соучастник убийства? – я кивнула головой в знак согласия – И если ты меня сдашь, то я сдам тебя. Понимаешь, что нужно молчать? – снова кивнула – Молодец. А теперь проваливай домой и все забудь. Быстро – последнее слово она крикнула, от чего немного подпрыгнула. Я бежала и не оборачивалась. Люди смотрели на меня как на прокаженную, но мне было плевать, я хотела как можно быстрей добраться до кровати. Хотелось укутаться в теплое одеяло и забыть все что произошло. Все.       Прибежав в общагу, не сняв одежду, упала на кровать. Я все ещё чувствую прикосновения этого человека и его обжигающее дыхание на моей спине. Человека, которого уже нет в живых. Перед глазами бездыханное тело Тима и дуло, которое было между моих глаз. Я все ещё дрожу, мое тело не может успокоится. Я приняла решение, что в пятницу еду домой, чтобы успокоится, выговорится и прийти в себя. Не знаю, как дохожу эти дни, но мысленно я уже собираю чемодан и еду в поезде домой.       Пятница.       Дни проходили спокойно, но внутри была тревога. Воспоминания с того дня все никак меня не покидали. Все обсуждали тот вечер, как, кто и сколько выпил. По университету ходили слухи о пропавшем парне, что привело меня в непонимание. Когда я спросила у одного из однокурсников «Что произошло?», ответ меня удивил не меньше « Когда один из преподавателей зашел в аудиторию, то обнаружил лужу крови и порванную женскую футболку, но тела не было, представляешь? Кровь есть, а трупака нет. И пропал парень, ну, помнишь, того кто нас привел тогда? Тим по-моему зовут, не помню точно. Но, футболка, блять, женская. Тим наверно забухал, и замочили по ходу, какую-то телку. Только никто из девочек вроде бы не пропал или все же пропал… Не знаешь?» на что я быстро ответила «Нет». И тут я вспомнила тот вечер и то, что я забыла футболку. Хорошо, что хотя бы лифчик собрала. Ах, да, забыла, Романа Николаевича тоже все эти дни не появлялся. Заменял какой-то другой чувак. Сказали, что: « Роман Николаевич заболел, когда вернется неизвестно».        Одного я не понимаю, куда подевался труп? Он же не мог ожить, встать и уйти. За эти дни я ни разу не говорила с Эллой и я её всячески избегала, но сегодня я решила узнать, что случилось. Я догадываюсь, что это она убрала труп.              ─ Привет, Элла. Это же ты сделала? – сразу перешла к делу.             ─ Привет, о чем ты? – смотря в телефон, без эмоций спрашивает Элла.             ─ Как «о чем»? Весь университет разговаривает об этом. О загадочном трупе – присела к ней – Это же ты убрала труп Тима? – тихо спрашиваю. Она остановилась, но взгляд все так же не поднимает.             ─ Нет – тихо ответила она – Не я убрала – неуверенно подняла глаза. От её ответа я была шокирована. Меня немного отшатнуло.             ─ Как не ты? Но куда же он делся? Он же не мог ожить. Правда? – она поднялась и молча ушла, оставив меня без ответа. Это же не реально. Он не мог ожить. Загадка века. Прям мистика какая-то. Хорошо, что я сегодня еду домой. Я уже сообщила об этом маме и Ханне. Ханна ещё не знает, что тут происходило, но это пока не знает. Мы уже даже договорились, во сколько пойдем гулять, а мама была удивлена моей новостью, что я приезжаю. Ведь я ей говорила, что приеду через две недели минимум, а тут приезжаю через неделю. О том, что случилось ей точно не нужно знать. Меньше знает, крепче спит. Не хочу, чтобы она переживала.