Как приручить белого кота?

      POV Хосок       Если в прошлый раз я собирался лечь спать на диване, но уснул в кровати случайно, то сегодня — специально остался с Хёнвоном. Будильник на тумбочке показывает восемь утра, выходит, что мне хватило четырех часов, чтобы чувствовать себя достаточно бодрым. Однако мой гость, принявший вновь человеческий вид, явно просыпаться не собирается.       Лежит в позе эмбриона, прикрыв нос ладонью, и посапывает. Очень изящные руки и мягкие волосы — невозможно отказать себе в удовольствии зарыться пальцами, хотя мозг говорит не делать этого. Да, кто слушает мозг, когда в ответ на почесывания за ушком мурлычат, выпускают вместо них мягкие пушистые кошачьи и потягиваются, опуская до пояса одеяло?       — Жарко, — бурчит Че, и раскидывает все четыре конечности, как морская звезда, при этом одной хорошо так припечатывая мне в нос, даже не замечая, оставляя руку валяться на моей обнаженной груди. Я бы рыкнул, да будить не хочу. Жарко ему! Знал бы ты, как жарко теперь у меня…       Выдыхаю тяжело пришедшие на ум пошлости и убираю его кисть, не в силах перестать разглядывать юное щуплое тельце. В тусклом свете, что пытается пробиться через серые шторы, он выглядит совсем бледным. Дергает ушками и недовольно кривится, когда слегка дую ему в шею. Милый котёнок, так хочется обнять, приласкать…       А ещё Хёнвона хочется накормить — ребра можно пересчитать взглядом, хотя впалый живот и соски вполне себе вызывают желание провести по ним для начала пальцами, чтобы чувствовать ускоренное дыхание, а потом… Мотаю головой, закрыв глаза.       С великим усердием заставляю себя уйти из спальни и додумывать, что осталось спрятано под одеялом, в ванную комнату. В будущем он снова у меня не останется — слишком большой соблазн.

***

      Пока Хёнвон спит, я успеваю во всех красках представить себе его тело во время бурной ночи со мной и смыть доказательства морального преступления под душем, за которое мне искренне стыдно и тяжело на душе, но физиология — штука сложная…       После грязных дел и мыслей я, приготовив кофе, располагаюсь в гостиной, уже залитой осенним солнцем, что даже приходится опустить жалюзи. Как бы не мучили неприличные желания в отношении Че, не это главное, а то, что котик на самом деле, пусть молодой, но личность. Мне интересно с ним и комфортно, потому хочу проводить больше времени вместе, пусть оно и не закончится занятием любовью.       Даже как-то тепло на душе от такой привязанности, ведь раньше меня вполне устраивал просто секс, а сейчас… Что-то новое и очень греющее изнутри. Надо бы изучить их расписание, чтобы знать, когда есть возможность устроить новое свидание. Разумеется, меня интересуют даты съемок именно Че, однако, раз уж открыл работу, следует и лучше ознакомиться с портфолио остальных актеров, уже для иных целей.       Актер: Ко Каору       Роль: Ямамото Амаи       Возраст: 19 лет       Рост/вес: 172/56       Знаю Каору уже года четыре, он достаточно известен и востребован, чтобы устраивать подлянки парню из Кореи, что всё равно уедет. Кажется, так я потрачу слишком много времени. Стоит посмотреть с другого ракурса на ситуацию — кого ещё рассматривали на роль, что досталась Че, но в итоге отправили на задворки?       Пролистываю около десяти претендентов и нахожу двух подходящих завистников. Врагов надо знать в лицо, так что откладываю распечатки их анкет, решая сегодня же приехать с Хёнвоном на съёмки и понаблюдать за этими парнишками:       Актер: Ясаи Дзюнпэй       Роль: Синдзи Ватанабэ       Возраст: 17 лет       Рост/вес: 177/62       Актер: Сатори Рэй       Роль: Кирито Токугава       Возраст: 18 лет       Рост/вес: 169/53       Смотрю анкету котика:       Актер: Че Хёнвон       Роль: Рюносукэ Нобута       Возраст: 20 лет       Рост/вес: 181/61       Ладно, что он красивый, хотя мальчиков подобрали вполне симпатичных, главное — у Хёнвона отличный «послужной» список: 12 фильмов, 3 дорамы, съёмки в телерекламе и для журналов, участие в модных показах. Японские ребята явно уступают ему в опыте. Не дам им загнобить парня, и не потому, что он мне нравится, а потому — что нельзя таким талантам страдать из-за дураков.       Сегодня вторник, и на этой неделе у него выходной в четверг и пятницу, надо будет… Стоп. Это его выходные. Я-то работать должен, и без того в последнее время слишком с котёнком заигрался. Так, а потом… понедельник, суббота. Слишком долго. Кажется, подождет работа…       Смотрю на часы — половина одиннадцатого. Через полтора часа начало съемок, и минимум минут сорок в пробках. Тяжело даже при мысли, что увижу Хёнвона снова, особенно, если он всё-таки полностью скинул одеяло. Но мне везет — Че вновь укутан и мирно спит.       Не хочу, чтобы нам было, куда спешить. Присаживаюсь на корточки и решаюсь провести пальцами по векам, очертить чуть курносый профиль, убедиться в мягкости губ. Нельзя увлекаться, но напоследок всё-таки немного тереблю за щеку — ноль внимания.       — Мне не хочется тебя будить, но пора собираться, — глажу по плечу и слышу громкое: «Мррр», — после чего на меня смотрит пара мутных голубых глаз, а я удивлен, как котик реагирует на голос, допуская полностью во сне прикосновения. Самое лестное — это знак большого доверия, — Рад, что ты так быстро проснулся, — улыбаюсь ему, — приведи себя в порядок, а я пока сделаю завтрак, — создаю ему ещё большее гнездо на голове и встаю.       — Доброе утро, господин Шин, — хрипит сонно, приглаживая белые пряди, — моя одежда?       — Сложил в ванной комнате, иди освежись, — отвечаю, выходя, но его слова, когда уже в дверях, меня заставляют задержаться и обернуться:       — Спасибо Вам большое… И… извините, что обращался к Вам неформально вечером… — сидит, всё такой же завернутый в одеяло, уютный и домашний, не поднимая с пола взгляд.       — Всё нормально. Алкоголь — лучшее средство для сближения людей, — улыбаюсь я, жалея, что отреагировал.       — Сближает?.. — бурчит кот, потирая глаза, окончательно привыкая к свету.       — Мы можем опоздать, поторопись, — напоминаю ему и направляюсь на кухню готовить японский омлет.

***

      — Господин Шин, — обращается ко мне с набитым ртом, явно довольный моей стряпней, — Вы сказали про близость, и у меня не выходит из головы мысль, что здесь, в Японии, Хосок-сан — тот человек, с которым сложилось наибольшее понимание… — внутри всё немного опустилось, ведь я хотел бы войти настолько в доверие и не только, что мальчик и не представляет.       — А парни, с которыми ты снимаешься?.. — заметно мрачнеет и начинает уже как-то неловко ковырять еду, отчасти подтверждая мои догадки, — Ну, вы ещё толком и не знакомы, так что…       — С Вами тоже почти не знакомы, но… мне спокойно, — улыбается и вновь ест с аппетитом. Ох уж этот котейка! У нас явно противоположные чувства, ведь я отнюдь не спокоен. — Это странно? — спрашивает Че, немного смущаясь.       — Нет, ведь я тот, кто позаботился о тебе ещё в первый день. Плюс, знаю, что ты — котооборотень. Это уже повод для доверия.       — Странно. Вчера я был уверен, что вы разнесете площадку в образе пантеры, а ночь в итоге провел как раз с Вами… — закусывает нижнюю губу. Тяжело с тобой, Хёнвон. — Мне непривычно всё это, — его поведение начинает напоминать флирт, несмотря на то, что разговор прошлого вечера ясно дал понять, что он не готов пойти против семьи после стольких лет беспрекословного выполнения их указаний.       — Давай забудем о том случае, пожалуйста, мне неловко, что не смог себя сдержать, — Хёнвон кивает и погружается в свои мысли, в машине — в сценарий, а по приезде благодарит и уходит в гримерку, пока я опять беру на себя разговор с недовольным менеджером. Не нравится мне этот тип, впрочем, для начала с мелочью разобраться надо.

***

      — Почему этот корейский гаденыш никак не свалит? Гордый такой что ли? Мне кажется, что пора поступить с ним более жестоко… — Сатори бьет кулаком по стене сквозного коридора, где держат детали декораций, а мы с Кагами решаем ещё послушать, до чего додумаются юные актеры в своих злодеяниях.       — Например? — как-то неуверенно спрашивает Ясаи. Судя по всему, он просто ведомый, однако, наказание ждет всех.       — У него же нет никаких откровенных сцен, так что никто и не заметит, если случайно упадет с лестницы…       — Стой, это слишком!       — Ты дрейфишь? Хочешь кинуть меня? — какой детский сад, но всё-таки с последствиями не шуточными, — Он тихий и никому здесь не сдался, наверняка, промолчит про нас, — даже не представляешь, парень, как ошибаешься…       — А если головой ударится?..       — Съёмки только вторую неделю идут, его отправят в больницу, актеров заменят, кто-то из нас сможет сыграть эту роль! — в восторге от своего плана хватает за руки второго, но тот одергивает их.       — Сомневаюсь, ребятня, что вы сможете так же хорошо сыграть, — улыбается Кейити, выходя из-за угла. Я же решаю, что лучшая защита — это нападение, так что материализуюсь в пантеру и жду, когда брат пройдет мимо них и скроется за поворотом. — Раз не дано, то не завидуйте. Совершенствуйтесь в том материале, что предлагают, и не прыгайте выше головы, ведь без фундамента вы просто провалитесь ниже некуда. Я лезть не буду, надеясь на ваше благоразумие.       — Кагами-сан, — шепчет Дзюнпэй, а Кейити после своих пафосных слов уходит, на самом деле — обходит с другой стороны, возвращаясь к месту, где мы подслушивали. — Говорил же тебе: берись за то, что дают!       — Всегда надо стремиться к большему! — возмущается Рэй. Ничему его не учат слова брата.       — Если ваше «большее» идет во вред кому-то, в особенности — Хёнвону — вам очень не повезет… — рычу на них я, от чего дети падают и ползут в ужасе прочь, даже не в силах сразу закричать.       — Может, не стоило упоминать котёнка? — брат подходит с вещами, а я материализуюсь обратно, быстро одеваясь.       — Стоило. У меня просьба: возьми его на обед с Синго сегодня. Пусть эти идиоты ничего ему уже не сделают, судя по мокрым штанам, но…       — Переживаешь? — ухмыляется актер, поправляя светлые волосы.       — Не совсем, но что-то вроде того, — увиливаю от прямого «ужасно переживаю».       — Здесь была пантера, пантера!!! — побледневшие парни прибежали с охраной, но там стоим только мы с Кагами и пожимаем плечами: «Какая ещё пантера на съёмках? Они в джунглях должны жить».

***

      Все мысли занимает Че Хёнвон, кажется, мне самого себя стоит уволить с работы, но на вопрос ассистента: «Есть ли у Вас изменения в расписании?» — отвечаю:       — В четверг я беру выходной, — смотрит недоверчиво и вносит изменения, — да-да, признаю, что работаю плохо, — вздыхаю.       — Рада, что Вы это понимаете. Надеюсь, выходной пойдет на пользу, — смягчается девушка и уходит мне за кофе.       «Давай отправимся к океану в четверг? Знаю, что у тебя выходной», — с ума сойду, если откажет, и в ожидании не ощущаю даже удобства кресла за тысячу долларов, так ещё и немного дырявлю обивку появившимися когтями.       «Всё-то Вы знаете. Очень хочу увидеть океан. Спасибо», — как жаль, что океан, а не меня… но это лучше, чем ничего.       — У Вас свидание? Так вот почему такой растерянный — влюбились! — с восторгом восклицает ассистент Аюми, подавая кофе, и только потом осознавая, как ведет себя с директором. — Простите, простите, — кланяется, а я успокаиваю. Зачем извиняться, ведь так и есть, кажется…       Вся жизнь теперь — ожидание нашей встречи, мой запретный сладкий плод Че Хёнвон