Да пребудет с вами Сила, Учитель...

Анджей, получив приказ, вызвал к себе одного из клонов 501-го легиона. Рекс с командой был отозван с Татуина и летел к ним, но большая часть бойцов подразделения еще до операции на Скарифе перешла с флагмана сюда для защиты станции и здесь же и оставалась: — Майор Джекс, зайдите. Есть важное поручение от Милорда. Скоро клон был в одной из локальных рубок управления. — Джей, чем могу помочь, дружище? — с новым учеником Скайуокера клоны сошлись так же хорошо, как прежде с Асокой, были готовы и прикрыть парня, и подстраховать, если надо. — Друг мой, дело срочное. Надень имперскую форму без отличий, я ее принес. Потом отправляйся в тюремный блок G и прикинься сочувствующим мятежникам. Я сделаю так, чтобы у заключеного не возникло сомнений, прирою твой разум в Силе. В боксе 341g сидит твой старый знакомый, джедай Кеноби. Надо, чтобы путь его побега привел прямиком в императорский закрытый ангар D-763, — Анджей протянул Джексу падд. — На этой схеме обход всех камер по пути, на джедая плевать, но сам не засветись. Пообещай Кеноби, что вытащишь его и поможешь бежать, доведи почти до ангара, я организую мнимое препятствие. Тогда сделай вид,что пошел прикрывать, а сам дуй подальше — переодеваться в привычную форму и к своим. Эти вещи сразу в утилизатор. Постарайся не попасться никому на глаза, кроме моих людей, я очищу коридоры, объявив тревогу. Если повезет, вообще лишних свидетелей не будет. Еще важный момент: на станции есть другие диверсанты, они одаренные. Пока сидят тихо. Но если они высунутся, я прикрою. — Приказ понял, — отозвался клон. — Джей, а Оби-Ван — его убьют? — он помнил отважного генерала-джедая, и хотя давно знал, что это Кеноби искалечил тогда Энакина, но все же его было жаль. Они так много прошли вместе в годы войны, горько, что судьба развела их по разные стороны баррикад… — Джекс, если этот плут и умрет, то не сегодня и не с твоей помощью. Такой ответ тебя устроит? — чем Ошвэ прославился среди 501-го легиона, так это тем, что, как и его мастер, никогда не лгал верным людям. — Да, адъютант Ошвэ, — кивнул клон. — Разрешите приступать? *** Оби-Ван сидел в камере, специально разработанной для одаренных. Он почти утратил связь с Силой. Знать бы, что именно Вейдер задумал, оставив его в живых? Предчувствие подсказывало, что скоро его покой будет нарушен. Джедай провел в камере чуть больше часа, когда переборка отворилась, и в нее вошел человек в имперской форме. Подняв голову, Оби-Ван узнал в нем клона. Не сильно постаревшего, очевидно, способного нести службу. Выходит, слухи не лгали. В Империи нашли способ замедлить их старение, и былые соратники все еще в строю. Клон на миг замер на пороге камеры, а затем облегченно выдохнул: — Генерал Кеноби! Это, и правда, вы! Я сначала не поверил слухам, но… — Погоди, ты же… Джекс? — клоны различались в Силе, и Кеноби запомнил практически всех из своего подразделения и некоторых из легиона Энакина. — Генерал, я безумно рад, что вы живы, но сейчас вам стоит покинуть эту камеру. Времени мало… — Джекс заговорил отрывисто, явно волнуясь. Но в глаза смотрел прямо. — Что ты имеешь в виду? — Оби-Ван чувствовал искреннюю радость клона, практически не ощущая ловушки. Но его способности были ограчинены стенами камеры с вкраплениями ультрахрома и бескара. В этом есть подвох? Или клон рискует собой абсолютно искренне? Западня или возможность спастись? — Генерал Кеноби, — Анджей поставил в разуме клона пару едва заметных экранов, чтобы джедай не ощутил фальши, и Джекс говорил ровно то, что должен был, зная, что ему поверят, — сейчас пересменка, у нас есть огромный шанс добраться до одного из ангаров и уйти со станции. Вы погибнете здесь, и тогда Восстание и вовсе лишится хоть какой-то поддержки одаренных… а я уже здесь больше не могу. Как услышал о существовании Альянса, решил, что хватит с меня всего этого... — Джекс, я не понимаю, почему ты мне помогаешь? Я слышал, 501-й легион полностью присягнул на верность Дарту Вейдеру в первые дни существования Империи, — Кеноби пытался «прощупать» клона Силой. Та молчала, подавленная металлами и его собственной усталостью. — Генерал, в армии много сочувствующих Альянсу. В рядах клонов тоже. Что касается командира… Мы все его по-прежнему безмерно уважаем, но он — еще не вся Империя. Оби-Ван, вы либо идете, либо я запираю камеру и уношу задницу, мы теряем время и возможность уйти незамеченными. Кеноби решился. Двум смертям не бывать. Может, ему улыбнется удача? Он и так сегодня совершил кучу ошибок, буквально вручив Вейдеру в лапы и Люка, и Лею... Клон вел его в обход камер и патрулей, и в джедае крепла надежда, что он сможет спастись, не став разменной монетой в каком-то пока неясном плане его бывшего ученика. Возможно, Сила поможет, наконец... Они были почти у цели, когда их, кажется, заметили штурмовики... — Генерал, бегите прямо и направо, я отвлеку их, они мои подчиненные. И это, скорее всего, ваше! — в руки Оби-Вану полетел его меч, и закрались первые подозрения. Откуда он у клона? — Да не смотрите вы так! Стащил у адъютанта Ошвэ. У него дел по горло, и Джей просто бросил его в караулке, сказав, что отдаст Вейдеру позже. Я пошел! Бегите! — Джекс свернул в левый коридор, в котором раздались выстрелы, по станции в тот же миг врубилась тревога, и размышлять стало некогда, только бежать вперёд. Что джедай и сделал. Теперь уже некогда было сомневаться в своих решениях. Кеноби без проблем достиг нужного ангара, переборка за ним захлопнулась автоматически, и в странно пустом помещении нашелся двухместный шаттл. Который, судя по медленно глохнущим двигателям, буквально пару минут назад приземлился. Кого он привез? И в тот же миг словно кто-то сорвал с его головы маску, лишающую зрения. Генерала Кеноби обступила Тьма. Не такая, как исходила от Вейдера. Она была глубже, плотнее, осязаемее. Она словно пожирала Свет вокруг себя. От такой перемены в Силовом поле заломило виски, и Оби-Ван покрепче сжал меч. Переборка шаттла открылась, по выдвинувшемуся трапу стала спускаться сгорбленная фигура в темном плаще. На Кеноби взглянули желто-красные глаза старого ситха. Император! Поврежденная ожогами от Молний Силы кожа была темно-серой и испещренной глубокими морщинами, походка казалась нетвердой. Палпатин был стар. Стар и болен. Или это обман зрения и разума? — Оби-Ван Кеноби! — голос ситха прозвучал где-то в голове, и был не похож на знакомый вкрадчивый тембр Палпатина. Он звучал моложе, злее… — как же я долго ждал встречи! Как жаль, что пока не могу убить тебя сам! Но на все Воля Силы. Ты ответишь за боль моего ученика. Так или иначе — ответишь. Оби-Ван прислушивался к Силе, в один момент понимая страшную правду: эта темная мощь ситха, что он сейчас ощущал, исходила не от Палпатина! Она словно обволакивала старика, но не принадлежала ему. Что это значит? Что имел в виду Энакин, сказав, что смерть Палпатина ничего бы не исправила тогда? Кто говорит с ним? — О, мой милый Оби-Ван… столько вопросов! Как же вы, джедаи, глупы и как самонадеяны! — голос издевался, касаясь разума, отравляя его, причиняя боль. — Но ничего. Прозреешь еще. Если уцелеешь! Шив! — старик, до этого стоящий неподвижно, словно отмер и начал озираться по сторонам: — Что… Где… Почему я… — Шив, перед тобой наш общий враг, джедай. Убей его немедленно! — скомандовал невидимый противник, и старик, вытянув из рукава изящную рукоять меча, с криком, полным безумия, бросился на Кеноби. То едва успел поднять свой клинок и отразить удар. Старик не был могуч в Силе. Но он компенсировал это безумием, яростью и тем, что его словно подпитывают со стороны. — Давай же, друг мой… Последняя твоя служба Темной Стороне и твоей Империи! — подзуживал голос, в котором сейчас читались нотки смеха. — Империя! Моя Империя! — визжаще взвыл старик, продолжая наносить удары, часть которых достигали цели. Кеноби получил ожог левой руки, глубокую рану на груди и болезненный укол в правую ногу, лишающий ее подвижности. Нужно было заканчивать этот сумасшедший поединок, но безумец все бил и бил, начав при этом совершенно безумно хохотать. Этот противный смех пронимал джедая до костей, а голос в голове вновь зазвучал: — Ну же, джедай, убей его. Спаси свою жизнь. Неужели Квай-Гон и Йода так плохо учили тебя? Не можешь победить жалкого старика, который и так одной ногой в могиле? И это - легендарный магистр? — Кто ты? Покажись и бейся сам! — прокричал Кеноби, уворачиваясь от очередной атаки. Кто же враг? Где он? Как он контролирует Одаренного так долго? Что за удушающая Тьма кругом, будто живая и осязаемая? — Биться? С тобой? Не смеши меня, мальчишка. Против меня способен выстоять лишь ваш Гранд-Мастер. И то такой, каким он был лет шестьсот назад! — искренне рассмеялся тот, кто устроил это представление, которое несло за собой неизвестные пока что цели… впрочем, в глубине души джедай начал догадываться. Ситх, как же он влип! — Чего ты хочешь? — Кеноби отпрыгнул на какие-то ящики, но старик с помощью Силы обрушил их, и Оби-Ван полетел вниз, отбивая руку о железные коробки и роняя меч. Старик направился к нему, но теперь до противного медленно, словно ему резко стало тяжело ходить. — Моя… Моя Империя! — произносил он между смехом и нечленораздельными визгами, но как вдруг, словно в одночасье обрел разум: — Было глупо прийти сюда, Генерал Кеноби. На что рассчитывает ваше Восстание? Для всей страны вы террористы, ввергающие государство в ужас очередной Гражданской войны. Мы с Лордом Вейдером не допустим этого. Вы умрете здесь, джедай. "Прямо над нами камера..." - дошло до Кеноби. Ситх членораздельно шевелил губами, чтобы его речь была ясна без звука. Вероятно, для экономии средств в ангарах стояла только видеофиксация. Палпатин занес над Кеноби багровый меч, тот еле успел притянуть свой клинок назад в ладонь, вскакивая на ноги и отражая удар. В этот миг разум словно вновь оставил ситха, и тот... просто деактивировал свое оружие. Световой меч Кеноби по инерции, вместо того, чтобы принять очередной удар, прошел сквозь дряхлое тело Императора, которое тут же упало мешком на пол ангара в тишине, нарушаемой лишь жужанием клинка джедая. — Ты славно послужил Тьме, Шив. Покойся в ее объятиях! — услышал Кеноби, и удушающая Тень пропала из его разума и Силового Поля, словно ее и не было. В тот же миг двери ангара распахнулись, и в него влетели Вейдер, вновь облаченный в свой костюм, Анджей и... Джекс, но уже в броне и полной боевой выкладке. Ну надо ж было купиться? Чтобы клон из 501-го предал своего боевого командира? Сейчас хотелось смеяться над собой: надо было сидеть в камере и не облегчать ситхам жизнь. Кеноби успел подумать об этом, но не успел ничего сделать, так как Вейдер поднял руку, и его буквально смяло Вихрем Силы такой мощи, что он едва не потерял сознание. Он вот так теперь может? Хотя, что удивляться, если Скайуокер здоров? И явно все эти годы изучал темные пути Силы... — Заковать и в карцер. Все записи с камер наблюдения изъять и передать Исанне Исард. Мы опоздали, — Вейдер подошёл к телу Палпатина. — Он мертв, Анджей. Свяжись с Советником, я… я отнесу тело Его Величества в… в медблок. Оно должно быть в сохранности до погребения. Мы должны подготовить обращение для жителей Империи. Объявить траур и собрать лояльных моффов и инквизиторов на Корусанте, пока ситуация еще под контролем. Убрать нелояльных как можно аккуратнее. Сообщение с видеозаписью покушения мятежниками на жизнь Его Величества должно быть в Голонете в течение получаса, Анджей. Как джедай вообще сбежал из камеры? — Ему помогли, мой Лорд. Я выясню, кто это сделал, — отозвался адъютант. — Дж… Джекс, — прохрипел Кеноби, пытаясь встать. Таков был план, Вейдера? Что ж, до него верно дошло, но тогда было поздно. Убить его руками Императора – идея Энакина? Но кто говорил с ним? Сам Вейдер? Нет, не похоже… Эта удушающая мощь… Вейдер иначе ощущался в Силе. Что же происходит? Кроме того, что он теперь преступник номер один в Империи? Ангар заполнялся солдатами. Кеноби снова попытался привстать, но клон тут же шагнул к нему: — Не дергайся, повстанец! — в голосе Джекса не осталось ни капли тепла и сочувствия. Милорд, может, убить его сразу, при задержании, чтобы больше не бегал? — Нет, майор. Империю и так обвиняют в излишней скорости на расправу. Как бы мне ни хотелось это сделать, но нет. Его будут судить, — пробасил Вейдер, поднимая тело Палпатина на руки. Заполнившие ангар штурмовики потрясенно перешептывались, глядя на бездыханное тело главы Империи. — Тихо! — Вейдер встал, оглядывая своих солдат. — Хоган, запусти связь по Станции. Один из штурмовиков понесся к приборной панели. Этот ангар для приема первых лиц Империи был оборудован узлом связи, и парень лихо отщелкал нужные настройки, чувствуя, как тяжелеет воздух вокруг Главкома. А как Вейдер их вообще под шлемами различает, интересно? Впрочем, этот вопрос рядового Хогана так и остался риторическим. — Военнослужащие и работники станции, — услышали все голос ситха, который звучал необычайно громко и внятно. — Только что беглый джедай Оби-Ван Кеноби совершил дерзкое покушение на Его Величество Императора Палпатина. Прежде чем мне удалось добраться до ангара, в который прибыл шаттл Императора, Кеноби удалось убить Его Величество. Через несколько минут мы обнародуем запись с видеокамер. Как Кеноби удалось сбежать из карцера, я узнаю любой ценой. И виновный дорого заплатит за свое предательство. Пока что продолжайте работу и сохраняйте спокойствие. Это все, что сейчас каждый из вас сможет сделать ради блага Империи. Через тридцать стандартных минут Звездная Цитадель должна быть готова к гипер-прыжку на Корусант. Оттуда я в течение двух часов выступлю с обращением к жителям Империи. Пока же все личные каналы связи персонала будут заблокированы. Я прошу вас отнестись с пониманием к сложившейся ситуации. Тревога по станции сохраняется, уровень красный. Не поддавайтесь панике. Император и ранее подвергался покушениям на жизнь и оставил для своих преемников четкие инструкции действий, на случай, если одно из них увенчается успехом. Этот случай настал. И напоследок. Любого, кто попытается помочь преступнику бежать, я убью на месте без суда и следствия. Я искренне надеюсь, что на станции нет сочувствующих террористам Восстания, которые пытались выкрасть планы этой станции, чтобы ее взорвать. Невзирая на ее десятитысячный гражданский персонал. Будьте более благоразумны. Конец связи. Блокировать личные частоты! На командном пункте теперь сидели его верные офицеры, поэтому скоро станция погрузилась в радиомолчание. Кеноби слушал бывшего ученика, не зная, плакать или смеяться. О нем ведь разное болтали — что он теперь цепной пес Таркина, что из-за ран и ожогов толком не может говорить, отчего его речи превращаются в пытку для слушателей. Что он лишь тень за спиной Императора - глупый вояка, кулак режима... Что ж. Галактику ждет большой сюрприз. — Вставайте, генерал, — Джекс подошел к Кеноби, защёлкиавая на его запястьях наручники, подавляющие Силу. — Вы обеспечили Галактике прекрасное кино. Разрешите выразить свое восхищение! — Джекс… — Оби-Ван, простите. Но вы были правы. 501-й верен Энакину Скайуокеру безоговорочно. Конечно, мы с первых дней знаем, кто под маской. Его приказы не оспариваются. Мне жаль, что ваш путь окончится в Имперском Суде, но было верхом глупости вам прийти сюда и верить, что сможете победить. Командир за эти пятнадцать лет, как вы понимаете, развил и приумножил свои силы. У вас ни мгновения не было шансов. — Джекс, давай отведем его назад в камеру, — Анджей вновь забрал клинок джедая, грубо вздергивая его вверх и ставя на ноги. — Простите, Магистр. Но грех было не воспользоваться вашим присутствием здесь для реализации этого плана. А видео и впрямь заглядение, никакого монтажа… Любые экспертизы подтвердят подлинность записи. Жаль, звука нет, но там и без него все ясно… — Предупреждал я тебя, мой ученик… Очень ситхам помог ты сегодня! — услышал Кеноби голос Квай-Гона, прежде чем окончательно ослепнуть в Силе из-за блокирующего ее металла. Скоро переборка карцера за ним снова закрылась, и все вокруг погрузилось во Тьму. Впрочем, Тьма теперь везде, и в ней сегодня угасли последние лучи света. «Люк, Лея… Как вы?» — подумал джедай, прежде чем погрузиться в забытье. Раны болели, особенно нога. Но вряд ли ему стоит рассчитывать на помощь медика. Однако, его одиночество скоро было нарушено. Лорд Вейдер тяжелым шагом вошел в камеру, вытаскивая бывшего Учителя из болезненной полудремы. — Пошли. Мы не единственные Одаренные на этой станции. И те, другие, тобой заинтересовались. Дойдем до каюты, посмотрю, что с ранами. Сарлак! Кеноби, шевелись ты! Убьют, домой не приходи!