Ты сдерживаешь мои страхи, пока небо не вспыхивает огнем.

      Чонгук отходит назад, опирается рукой о край стола. Кружка падает на пол, разбиваясь вдребезги, недопитый ягодный чай разливается по полу, излучая свой аромат еще сильнее. Звук битого фарфора всё ещё висит в тишине, продолжая биться в голове Чона всё громче.       Этот звон в ушах, этот звон в сердце, этот звон везде.       Разум застилает мутная пелена воспоминаний всех прошедших дней, все слова застревают в горле, заставляя задыхаться без каких-либо шансов на спасение, оставляя за собой лишь горькую погибель.       —Хватит.       Чонгук устал. Невыносимо так жить: без понимания происходящего; так, словно мир оставляет тебя в небытии, исключая из жизни всего существования, как нечто инородное. Невозможно.       Как? В какой именно момент всё изменило направление своего пути? И по какому продолжает двигаться сейчас? Нет сил задать даже хоть один из этих вопросов. Бессмысленно.       Смешно. Это всё полный бред. Бред, которому уже больше не хочется даже пытаться придать хоть какой-либо смысл. Пытаться понять хоть что-нибудь. Совсем чуть-чуть. Не хочется уже больше…       —Пожалуйста, хватит. Зачем тебе нужно всё это? Чего ты хочешь этим добиться? Почему ты продолжаешь делать это со мной? Да кто ты вообще, черт возьми, такой, Тэхён?!       Пропитавшийся безумным отчаянием крик прорывает пространство. Он глушит все.       Больно. Тэ действительно больно видеть такого Чонгука. Он совсем не собирался доводить его до состояния полусумасшествия, своими допросами хотел лишь узнать причину. А истерику, как итог, не ожидал тем более.       Истерил Гук в полном молчании, какое не удастся наблюдать, наверно, даже на кладбище. Но внутри все бесконечно, словно по кругу, просто рушилось — восстанавливалось, гремело — стихало, уносило вглубь своих переживаний — возвращало в реальность. Без остановок хоть на малейшую передышку.       —Чон Чонгук, ты веришь в паранормальное? — с неким энтузиазмом в глазах спросил Тэхён, добив состояние брюнета очередным странным вопросом окончательно.       «Выстрелив» своим взглядом в красноволосого, Чон остановил и свою бесконечную череду мыслей, сопоставив их в логическом порядке: всё восстановилось, стихло, вернулось в реальность.       —Тэхеееен, честное слово…       —Тш, просто слушай, — начал он, перебив Гука, и устало улыбнулся.

***

flashback

      Очередной новый день. Гул увлеченных голосов и топот ног разносятся по всему этажу — работа идёт полным ходом. За окном еще раннее утро воскресенья, ничем не отличающееся своим началом от любого другого воскресного утра.       Женщина шагает по мокрой от ночного дождя траве после утреннего обхода и проверки всей территории. Не глядя по сторонам, она направляется прямиком к зданию.       —Твою же налево. Тэхён, быстрее! Воспитательница уже идет!       —Черт, — быстро положив в сумку всю сливу, что успел сорвать, Ким тут же направился к своему другу.       Добежав, он резко забрасывает «украденное» в свою комнату через открытое окно и, держась за протянутую ему руку, запрыгивает внутрь.       Моментально захлопнув окно, мальчики переглянулись между собой и начали заливисто смеяться. Делясь общим небольшим счастьем друг с другом, они тщательно припрятали свое заветное «сокровище» под тумбу и, дав друг другу «пять», разбрелись по своим кроватям.       Приближающийся звук каблуков четко дал понять, что теперь этот день действительно начался.       —Мальчики, подъём! Пора вставать. Не забудьте заправить свою постель и умыться. После, как обычно, все спускайтесь вниз.       Стоило двери захлопнуться, как друзья тут же наперегонки побежали в ванную, фурией проносясь мимо только что начавших просыпаться ребят.       —Ты слышал, самые старшие ребята сегодня выпускаются, — перемешивая в тарелке еду, но при этом смотря на Тэхёна, произнес мальчик. —Вот блин, я тоже хочу уже как можно скорее покинуть это место и вдохнуть этот желанный вкус свободы. Полной свободы, Тэхён.       —Запретный плод всегда сладок, Хоуп. С этим ничего не поделаешь.       —Да знаю я. Ну ничего, пройдут эти пять лет и тогда я буду вспоминать это место лишь в страшных кошмарах.       —Тебе правда настолько сильно не нравится здесь? — удивленно и слегка расстроенно спросил Ким.       —Не то чтобы, просто я всегда завидовал тем детям, что живут в нормальных семьях. У них есть все. А главное — любовь и полное понимание со стороны родителей. А мы не то, что этого не имеем, у нас даже родителей нет.       Больно слышать такое. И хоть Тэ уже, вроде, привык, но эти слова каждый раз оставляют на его сердце новый порез, саднящий сильнее прежних, и заставляют душу сгибаться под тяжестью этой боли, пытаясь всё заглушить, хотя зная, что ничего не выйдет.       Но он не винит друга ни в чем, ведь прекрасно знает его историю, одну из самых тяжелых и печальных среди всех остальных, находящихся здесь.       Детский приют при церкви.       Сюда попадают сироты, которые лишились своей семьи по каким-либо причинам или не имели её вовсе.       Жизнь тут нельзя было назвать сказкой, но и от Ада она была далека.       Воспитатели ко всему относились очень строго, но когда это бывало необходимо, могли поддержать и утешить.       Друзей завести тоже было довольно просто. Поскольку всех детей связывала одинаковая судьба нахождения в этом приюте.       И мечта, которую без исключения каждый загадывал в долгожданный Рождественский сочельник, также была одна: жить свободно.

flashback NOT end