Без тебя

Люди так мечтают вначале, что пожирают очами и поджидают ночами, Но люди пожинают печаль и причал сжигают, отчалив, и пожимают плечами.

Его объятья теплые, он прижимает ее к себе, целует в макушку, вдыхая запах волос. Легкий ветер чуть колышет ее юбку, на дворе ночь. Они смотрят на разводные мосты. Фонари отливают на Неве, Саша думает о том, что она мечтает остановить это время. Мир словно накрыли колпаком, его зашторили. Она надеется, что эти сумерки никто никогда не сметет. С улицы идет приглушенный звук. Ноты уличных музыкантов играют классику. А старушки, что не спят, говорят о пройденном, найденном и потерянном. Мимо Фонтанки давно укатило их солнце, Саша думает, что оно похоже на ржавый маятник. Они словно Тристан и Изольда — строятся с кирпичиков. Чувства с поворотом ключа. Латте остывшее, его крепкий Американо в руках. Не хватает коньяка. Скребясь лбами, он шутит про звезды. Глаза ее переливаются. У нее наворачиваются слезы от переизбытка чувств, она не хочет упустить момент. Плавный медляк, он кружит ее, словно она — маленькая балерина с елки в Новый год. Словно все поет, или тает, звуки переплетаются, они считаются двумя талиями двух сердец. Она закрывает глаза, зажмуриваясь, загадывает желание. «Чтобы все было хорошо». Не будет. Она открывает глаза и перед ними пустота. Кромешная тьма, она видит пленочную ленту, как из старых хроник, видит, как их дороги расходятся. Она видит, как они уходят в разные стороны.

А город утопает в зелени: кто-то выплывает, кто-то утопает — се ля ви

Саша просыпается со слезами на глазах и тянется к телефону. Время одиннадцать утра, голова гудит. Сообщение с пожеланием хорошего выходного. Богданова думает, что сходит с ума. А еще, она думает что «они» — это не любовная история, это история о любви. Она вдыхает запах квартиры: немного душно, немного тошно. Все знают про любовь с надломом. Саша поднимается с ужасным тяжелым грузом, словно она скована всеми цепями этого мира. Она зажигает сигарету, ей впервые не хочется курить. Она выбрасывает её вниз и смотрит на город. Питер. Ее любимый теплый Питер. Она могла мечтать об этом городе, но вечные злые обстоятельства выбивали землю из-под ног. Саша не научилась летать до сих пор. У нее только и остаются разбитые колени и разодранные ладони. Ее мечта быть значимой пошла крахом, у нее образование психолога, именно того, который неудачник. Она работает в баре, и иногда даже слушает чужие проблемы. Тяжело быть вечным неудачником, но Богданова именно он. У нее привычка такая: выбирать то, что не по силам, и выбирать людей, что постоянно не по плечу. Она ненавидела Лешу, но сама оказалась не лучше. Все, что с ней случилось — она заслужила. Все эти неудачи — заслужила. Никто не переубедит ее. Она не поверит в другой исход. Она не идеальна. Хотя пыталась. Зато у нее своя квартира, ну, как своя, помогли. Но теперь она может закрыться за стеной и сидеть, тихо держась за рот, чтобы не издать и звука. Но она научилась плакать даже без этого. Никто никогда не услышит ее истерик. Никто никогда не увидит ее слез, а если и увидит, то Богданова сделает все, чтобы они забыли эту ужасную, некрасивую и настолько чудовищную картину. Ведь за все нужно платить, и девушка точно уверенна в том, что она еще не до конца выплатила должок. Картина сложная, можно сказать, даже абстрактная. Залезть чуточку нельзя — опасно. В ней двести двадцать вольт — не лезь, ударит. Ей хочется прогуляться, она красит губы в что-то похожее на розовый, замазывает сверху карандашом, красит глаза, рисуя стрелки рывками черной тушью. Она прикрывает глаза, в которых тоска. Тоска, тоска, тоска. Там ее ни капли, ни моря, ни океаны. Даже не водопады. Хочется кричать в глухом молчании, разрывая собственные перепонки, ломая ногти, плеваться. Вроде никого и не теряла. Ничего не искала. Жизни не видела, глупая молокососка. Чего ныть то? Никто не знает. Она тоже. Засыпать без снов, не отдаваясь грезам, от которых тошно просыпаться. Точнее, горько. Черные квадраты ее любимые. Изредка ловить уродливые сны, или даже сны с матерью, что призраком портит ей жизнь. Почти не холодно, иногда даже не страшно. Она привыкла. Странно к такому привыкать. Вроде и жизни не видела. Она потерянна. Никому не нужна и та, кто станет держать. События трех недель говорят об этом. Она стала той, которой вечно плевать. Уходить, убегать, прятаться. Чувства всегда яркие, что до ран, до переломов. Она будет стоять. Бесспорно. Не отказавшись и не пошатнувшись. Да, только, какой толк? Все равно упадет. Жизни не видела.

***

Миша всегда беспокоится о Саше. Иногда это беспокойство перерастает в нечто огромное, мучащее его. Зарывается внутри и съедает. Начинает постоянно с легких, забирая возможность дышать, и мозг отключается от нехватки. Потом идет к сердцу, что трепещет в испуге за нее. Он отправляет ей короткие три сообщения и ждет ответа. Видимо, спит. «Доброе утро». «Надеюсь, ты не слишком плохо себя чувствуешь. Не забудь выпить таблетку. Хорошего дня». «Осталось шесть дней». Он считает дни до встречи с ней как смазливый глупый подросток. Телефон трещит вибрацией, и мужчина заглядывает в окно перед просмотром. На часах три часа дня. Небольшая тренировка, и они уже на большом автобусе двигаются в Уфу. По дороге они будут заезжать во Владимир и Казань. Последний город, и он свободен на полтора месяца. «Привет». «Совсем недавно проснулась, все славно, не переживай». «Шесть дней». Он улыбается, но чувство тревоги почему-то совсем не покидает его. «Звони мне, пожалуйста». «Конечно». Гончаров откладывает телефон в карман и наблюдает за картиной, что пролетает за окном. Он бывал много где, но именно Россия для него казалась чем-то особенным. Наверное, если бы он родился где-нибудь в другом месте, думал бы иначе. Ему стоит позвонить отцу и сказать, что он нагрянет к нему. Если бы не он, наверное, он бы так и не стал кем-то большим. Миша сомневается, что он до сих пор не стал тем, кем хотел. Он уже и не может вспомнить о другом. Словно стерли половину воспоминаний. Только настоящее, прошлого совсем немного, дурацкими отрывками. Он не хочет быть с ней героями Титаника. Интересно, она думает о нем? Как он о ней? О чем она думает, когда просыпается, смотрит в свое отражение и когда пьет кофе? Что она чувствует? Она ждет его? Миша задается постоянными вопросами, он скучает и не видит ее. Ему хочется трогать ее плечи и обнимать, и, наверное, поцеловать. Ему хочется просто быть рядом, чтобы она чувствовала его, что он с ней, что не предаст. Ему просто хочется быть рядом. Если не будет его, может быть, кто-то другой. Неужели непробиваемый Гончаров ревнует кого-то? Он мечтает о ней. Медведь влюбился в зайчонка.