Шахматная доска, или король- далеко не самая слабая фигура

Мне очень нравится поговорка: «Как станет хуже некуда, так и на лад пойдёт». По временам я спрашиваю себя, не стало ли нам действительно «хуже некуда», потому что мне очень уж желательно, чтобы всё наконец «пошло на лад». Винсент Ван Гог

За эти 12 с лишним дней ничего особо не поменялось. Вот только тюки стали ещё меньше, что не радовало от слова совсем. Теперь чувство постоянного голода не покидало ни одного члена отряда. Вода заканчивалась даже быстрее, чем еда, не мудрено: на улице стояла почти середина августа, а они бродили по лесу с повышенной влажностью фактически без передышки. С каждым новым днём Торин ставал всё мрачнее и мрачнее. Кили и Фили стали всё чаще заменять Двалина и Торина, выстукивая палкой в поисках тропы. Бомбур постоянно тошнил о нехватке еды, и что лучше бы он остался у Беорна. Келла всячески пыталась подкормить Торина и остальных: то не доест, то не допьёт. В скором времени Балин с ней серьёзно поговорил и дал понять, что лучше пускай все будут относительно полны сил, чем будут на себе тащить обморочную её и выбиваться из сил ещё больше. Спорить с ним было сложно. Поэтому на следующем привале гномка съела всю положенную ей порцию, и мельком глаза уловила благодарный взгляд Торина. Но если бы проблемой была только еда… С каждым шагом гномка убеждалась в своем предположении «Чем дальше в лес, тем злее волки», ведь буквально с каждым шагом из неё будто высасывали сознание через маленькую трубочку. В голове всё вертелось, чтоб понять вопрос было необходимо напрячь все свои жизненные силы, поэтому, в скором времени они перестали разговаривать вовсе. Хуже всего было в так называемый полдень, когда солнце светило ярко, что даже пробивалось сквозь кроны деревьев, тогда духота и дурман добивали их окончательно. Пару раз споткнувшись, и чуть не сбив всех впереди идущих, Бильбо оторвал первый же попавшийся сук. Полурослик был не в лучшем своём состоянии, можно даже сказать, что бедняжке было хуже всех. Он и сам не до конца понимал причины такого воздействия, но только он видел один и тот же сон каждую ночь. Будто он сидит у себя в уютной норке, а за окном пылает полымя настолько сильное, что горит весь Шир. Вот только Бэггинсу будто плевать, он продолжает пить свой чай и не внемлет крикам страждущих о помощи. Только он ВИДЕЛ. Ведь по ночам за ними наблюдают сотни тысяч глаз. Но сквозь завесу тумана и дымки дано разглядеть лишь взору юного хоббита. Суицидально-маниакальные мысли вообще стали завсегдатаями их голов. Хотелось убить каждого и наесться до отвала в тишине и одиночестве, а потом и себя прикончить, лишив разом всех мук бытия. Жара прибавляли гной и плесень, постоянно напоминающие, что жить здесь не может ничто. Однажды Нори неаккуратно высказался по поводу того, что уж лучше бы их нашли эльфы, чем так бродить. В тот миг всем показалось, что Торин его просто прикончит. Общими усилиями и мольбами Келлы удалось их разнять. — Торин, я прошу тебя, этим ты никак не поможешь. Нам всем нелегко. Не стоит принимать это всерьёз. — Гномка держала руку на его груди и еле удерживала взбесившегося предводителя. Двалин тоже стоял весь на иголках, но всё же внял немой мольбе и пошел прочь, плюнув в сторону. Балин уговаривал Нори остыть и не попадаться на глаза какое-то время. — Принимать всерьёз? — Торин опасно сузил глаза, неотрывно глядя на провинившегося. — Откуда мне вообще знать, что он не предаст нас в первый же момент? Может это он рассказал о походе, и поэтому неудачи преследуют нас по пятам?! — Он стал прерывисто, но глубоко дышать, мерно покачиваясь взад-вперёд. — Как я мог потащить всех вас? Я подвёл, в первую очередь самого себя. Нет, своего отца. Твоего отца, всех тех, кто умер в Кхэгерале и у врат Мории… — Он уже говорил сам с собой, никого не замечая вокруг. — Это не так, — её рука переместилась на осунувшееся лицо, что постарело на пол жизни. Седины в волосах стало в разы больше, или это чёртова паутина? Глаза впали, мешки становились всё больше. Кто знает, каких усилий ему стоило сдерживать все свои эмоции так долго. Ведь Торин никогда не жаловался, он мог тихо ворчать, злиться, но с момента захода в лес, он ни разу так и не выказал своих переживаний. — Сядь, успокойся. Никто ни в чём тебя не винит, это было наше собственное решение пойти с тобой. Гном резко оттолкнул её от себя. — Все вы одинаковые, все отвернутся, как только появится малейшей препятствие. — Силы ему всё ещё было не занимать, поэтому гномка буквально отлетела в соседнее дерево. Поморщившись от боли, гномка съехала вниз на землю. В тот миг что-то встало на месте в голове у Торина. Страх в глазах и неверие, что он действительно сказал это ЕЙ при ВСЕХ этих гномах, завладели им. Балин оказался возле неё первее всех и с волнением всё спрашивал, если у неё ничего не болит. Келла лишь сдавленно улыбалась и качала головой, сквозь проступившие слёзы. Дышать было трудно: какой-то сучок больно врезался прям в рёбра так, что выбил весь воздух из тела. Бильбо неверующе смотрел на Торина. То, что этот гном вытворял последние 10 минут всё никак не хотелось укладываться в его голове. «Неужели именно об этом говорили Элронд и Гэндальф? Если так дальше пойдёт, то все мы окажемся мертвы ещё до конца лета». Сперва он хотел прийти на помощь гномке, но поняв, что не протиснется сквозь толпу сопереживающих, перевёл взгляд в другую сторону. Торину тоже ничего не хотелось говорить, по его виду и так было понятно, что рассудок к нему вернулся, и он сам себя карает. Вот так хоббит и решил сесть на край тропы и молча наблюдать за тем, как полымя пожирает красоты мира. «Она ведь готова была остаться в пещере гоблинов ради вас всех, помереть за тебя в лапах Азога. Каждый из них уже не раз доказывал свою преданность. Чего же тебе ещё надо, скотина? — Прошу, не нужно». Он уже не слышал взбешённого Двалина, что тряс его за плечи и смотрел в пустые глаза своими, наполненными желанием крушить. Он не чувствовал уколов от взглядов собственных племянников. Но вот удар в челюсть от Глоина, и громкое «Прийди в себя, идиот!» он пропустить мимо себя не мог. Он понимал только одно: им срочно нужно выбираться из этого проклятого леса. Если бы он был здесь один, то просто бы сел, обхватив голову руками, и громко закричал. Но он был не один. Превозмогая самого себя, чтоб просто не убежать ото всех, он медленно подошёл к уже поднятой гномке и уткнулся лбом ей в живот, стоя на одном колене. — Прости. Он смог выдохнуть лишь когда почувствовал её пальцы в своих волосах, что убирали паутину. В тот же вечер Кили удалось подстрелить одну белку. Она была вся скукоженная, чёрная… Мясо есть было невозможно, костром они только привлекли рой мошек, но никаких оленей или кроликов и близко не показывалось. Все так и легли спать с рухнувшими надеждами на что-то кроме воды и чёрствого хлеба с вяленым мясом. Когда все уже спали, Торин вздрогнул от прикосновения к плечу. — Если ты так дежуришь, то вали спать. Тоже мне, мученик. — Хмуро бросил Двалин, оглядываясь по сторонам. — Ну и что это сегодня было? — Уныло ковыряя носком землю, поинтересовался гном. — Я не знаю, — словно сдаваясь, опустил голову Торин. — Я уже больше ничего не знаю. — Хм-м-м, — брови сошлись ещё сильнее, — маг бы нам сейчас не помешал. — Я хочу тебя кое о чём попросить. — Он внимательно посмотрел в глаза старого друга. — Я много думал о сегодняшнем и понял, что я не переживу, если такое случиться вновь, если меня никто не сможет остановить. Я хочу, — он запнулся. Говорить о таком было не в его привычках, но тема требовала к себе внимания. — Хочу, чтоб если я сойду с катушек в горе, чтобы ты мне пообещал, что… — Что ты мямлишь, как девица в первую брачную ночь, — и он хлопнул Дубощита по спине, что тот аж закашлялся. — Я понял твою просьбу, не волнуйся, я бью получше, чем Глоин. — Двое мужчин засмеялись, вспоминая их совместные тренировки и не только. — Ты меня не понял, — Торин взял того за плечо и посмотрел прямо в глаза. — Там в горе, на меня будет действовать не какой-то там дурман из леса. Ты ведь слышал о драконьем золоте? Я не могу допустить, чтоб из-за моей слабости гибли невинные. Так что у тебя все козыри в руках. Вдруг стало как-то слишком тихо. Дождавшись ответного кивка, Торин расслабился. Главное, что он признал свою проблему… — Но, сперва я всё-таки попробую просто врезать. — Двалин отвёл взгляд в сторону. Если бы Торин плохо знал старого друга, то подумал бы, что тот скоро расплачется. Но ведь и правда, гном сжимает пальцы так, что костяшки уже давно белее снега. — Ладно, пойду осмотрюсь сзади. А ты иди спать, может эль приснится. Король только удивлённо проводил его взглядом. Ремни приходилось затягивать всё туже…

***

— Эй, — Бофур, идущий впереди всех, замахал руками. — Мы нашли мост! И правда: тропинка внезапно стала расширяться и проходить по мосту с каменной кладкой, вот только была одна загвоздка. — Мост же разрушен! — Обречённо пожал плечами Ори. — Переплывём, тут не должно быть глубоко. — Дори уже стал спускаться к воде. — Стойте, — как гром с ясного неба на них обрушился крик Торина. — Никому и близко к воде не подходить. — Это ведь тот ручей, верно? — Келла стала с ним плечом к плечу. — О котором нас предупреждал Гэндальф. — Вот только он не предупредил нас о том, что моста нет. — Балин дал руки в боки. — Нужно думать. — А что тут думать, — Бофур сдвинул шапку на лоб, — или мы попробуем её перейти, или помрём здесь. Вариантов немного. — Возможно, есть другой мост. Вплавь нам его не перейти. Тёмная магия сковала этот лес, так что воды тоже зачарованы. — Торин внимательно осматривался вокруг. Все его инстинкты кричали об опасности: тут лес становился реже, и они были, как на ладони. — Какой-то он не очаровательный. — Иронию Бофура оценили. Как ни старались гномы, но ничего путного у них не выходило. Как перейти реку, не вступая в воду? Вот только мало кто обращал внимания на хоббита, что уже пару минут щурился и тёр глаза, словно пытался убедиться в реальности увиденного. — Вы ведь тоже видите там лодку? — Она не исчезала, и силуэт был виден довольно-таки чётко, поэтому Бильбо решил, что не очередной глюк. — Где, — к нему пулей подлетел Кили, — такой туман, мало что можно рассмотреть. — Но спустя какое-то время ему тоже удалось что-то разглядеть. — Да, точно, там лодка! Ох, ну почему она не нашей стороне. — Молодец, мистер Взломщик. — Келла с улыбкой похлопала его по плечу. — В копях тебе бы цены не было. — Ох, там уж как-нибудь без меня. — Он скромно улыбнулся. — Мне от этой воды как-то не по себе. — Признался полурослик. — Не тебе одному. — Келла тоже старалась не смотреть в тёмные воды ручья. Воздух здесь был будто гуще, чем во всём лесу, пахло болотом и водорослями. — Далеко она, — Торин стоял возле парочки самых зорких. — Метров 10, не больше. — Прикинул хоббит. Торин про себя даже слегка позавидовал хоббиту. «Лет 100 назад я бы тоже смог её разглядеть. Старость не радость. Мда». Келла тоже забавлялась, смотря на слегка растерянное лицо гнома. Ведь теперь ему придется полностью довериться остальным, что на него не похоже. «Он — истинный лидер. — Хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам!» — Если закинуть верёвку, то, может удастся её вытащить? — Получив ответный кивок, Фили взял верёвку и стал наматывать на один из концов крюк. Связав все имеющиеся верёвки, он стал размахивать крюком и швырнул тот в сторону лодки. — Не долетит, — Бильбо следил за траекторией. В подтверждение его слов раздался громкий «плюх». — Постой, — Кили одёрнул брата. — Может, теперь и этой верёвки нельзя касаться? — Все испытывающе стали смотреть на неё из-под густых бровей. — Думаю, что нет. — Келла поспешила объяснить. — Ведь тут весь воздух пропитан паром, земля тоже сырая. На листьях много влаги, так что мы всё равно её касаемся, так, или иначе. Думаю, что чары лежат именно на самом ручье. — Ну, не проверим — не узнаем, — и Фили начал наматывать верёвку на кулак. Лишь когда он полностью вытащил её на берег, и ничего страшного не произошло — все выдохнули. — Попробуй ещё раз, только чуть посильнее, — Командовал хоббит. — Да! Даже слегка перелетело. Теперь меееедленно тяни на себя. — С замиранием дыхания он следил, как верёвка плавно скользит по борту лодки. — Сейчас аккуратней, если крюк соскочит с борта, то придется начинать по новой! Тишину скрасил смачный «плюх». — Чтоб тебя, — процедил сквозь зубы Фили. — Ты расслабся, дыши глубже. Никто тебя не гонит. — Назидательно протянула Келла. — Тётушка, — ехидно сказала голубоглазая бестия, — так, может, ты сама и попробуешь? Мы ведь никуда не спешим. «На слабо решил взять! — Правильно, не на того напал!» Улыбаясь лишь глазами, она вырвала верёвку из его рук. — Ещё одна. — Раздражённо начал Торин. — Вам всё шутки? — И он уничтожительно посмотрел на племянников, что сразу поникли. — Возможно в этом есть смысл, Торин, — Балин поспешил успокоить эту бурю. — Ты помнишь, как она стреляет из лука? — Торин вынужден был согласиться. Келла не хотела говорить, но она тоже видела силуэт лодки. — Смотри, бросай вот в этом направ… — начал было хоббит. — Я знаю, — теперь пришлось виновато прятать взгляд от неких ледяных личностей. «Ты слишком мягкосердечная. — Не со всеми». Келла напрягла все свои силы. Не хотелось бы упасть лицом в грязь. — Да! Он прямо на дне лодки, зацепился за сидушку. — Верёвка в руках гномки и правда натянулась. — Хех, охотничек, — похлопал по спине Фили Двалин. Тот поджал губы. — Она привязана, — Келле всё никак не удавалось ни на миллиметр подтянуть к себе верёвку. — Ну, это дело поправимое, — и Двалин начал со всем усердием тянуть верёвку вместе с ней. Спустя мгновение к ним присоединились Торин, Оин и Глоин. И лишь тогда верёвка поддалась. Все плюхнулись на пятые точки, но потирать их не было времени, ведь течение стало уносить верёвку с лодкой прочь. — Тц! Чтоб тебя, — гномка поморщилась, потирая спину и поясницу. Даже падение на Двалина не помогло смягчить урона. Так даже стало хуже, ведь гном был в наручах и при оружии. «Хорошо, что не проткнуло». Но болело вовсе не из-за этого. Ведь синяк всё ещё не зажил, а был он приличных размеров. Торин отвёл взгляд, думая, что она не заметила. Ему было всё ещё невероятно стыдно за то, что он впечатал её в дерево. Но ведь у нас тут лодка уплывает… Тут быстро спохватился хоббит и успел схватить её за сухой конец. Но то ли бедный полурослик настолько истощал без второго завтрака, то ли течение было слишком сильным… Так, или иначе, а Бильбо стало уносить вслед за верёвкой. — Да не визжи ты, как овечка недорезанная, — поморщился Бофур. Ему на подмогу тут же пришли Кили и Фили. Вот так все вместе они и вытащили лодку к своему берегу. — Итак, кто поплывёт первый? — Добродушно спросил Балин, за что схлопотал недовольные взгляды 9 участников отряда. — В первой лодке, — начал Торин, помогая Келле встать с земли и отряхнуться. — Я, Келла и Балин с Фили. Потом Кили и Оин, Глоин с Ори. Затем Дори, Нори, Бифур и Бофур. Последние Двалин и Бомбур. — И почему я всегда последний? — Обиделся Бомбур. Двалин рядом с ним поморщился, словно от головной боли. — Потому что только Двалин твою лодку сможет сдвинуть с места. Так что едь и не пререкайся, иначе вообще сам поедешь. После Двалина. — Лицо последнего вытянулось до неузнаваемости. Он молча ткнул себе в грудь пальцем «Я?» — Ты тоже не пушинка, открою тебе секрет. — Спина Торина ещё долго будет вспоминать, как он на него плюхнулся 5 минут назад. — Всё, все по местам! Гномка просто не могла смотреть на оскорблённого до глубины души громилу. — Это он про твою мышечную массу. — Она ему заговорщицки подмигнула и прикрыла рот рукой, — завидует. Двалин сразу приосанился и гордо отошёл от лодки, дожидаясь своей очереди. — Тут же нет вёсел. — Бильбо с опаской рассматривал транспорт. — И как нам ею управлять? — Мне нужна ещё верёвка и крючок. — Кили проделал махинации и закинул со всей дури крюк на противоположный берег. Тот, судя по треску, застрял где-то в ветках, но это было и нужно. — Вот, — он вручил вторую верёвку Торину. Будете тянуть за неё, а мы будем держать первую, только привяжите её к лодке покрепче. Потом поменяемся.

***

— Мне это совсем не нравится! — Гномка с отвращением отбросила старые водоросли и паутина с носа лодки. — Вдруг она под нами проломится. И что тогда? — Я и не знал, что ты такая трусиха. — Фили нависал над ней с ухмылочкой. — Я не трусиха, — гномка прятала глаза, — просто эта лодка мне совсем не внушает доверия. — А ты разбираешься в лодках? — Бильбо пытался усесться и при этом не опрокинуть всех. — Как по мне — самая обыкновенная. — Вот именно, что ничего. — Гномка сказала это тихо, но слова донеслись до нужных ушей. — Если ты боишься, то помогай мне тянуть за верёвку и не смотри в воду. — Торин нахмурился, бросив быстрый взгляд на водную рябь. Смотря на собственное отражение становилось как-то не по себе. Оно было каким-то резким, казалось, будто оно сейчас оживёт и утащит его на дно. Но эти мысли быстро прервала ставшая рядом гномка. — Держи. — И он взялся за верёвку чуть выше её рук. — Все расселись? — Получив ответный кивок от Балина, Король начал тянуть их к противоположному берегу. Келла изо всех сил старалась не выпустить её из рук, но вес лодки был большой, так что ей пришлось буквально повиснуть на ней, пока Торин подтягивал её снова. Получалось весьма неплохо. — Фили, окажи мне милость, я сейчас себе все ладони в кровь раздеру. — Гном быстро встал и уступил ей своё место. Келла села возле правого борта лодки и ждала, когда этот кошмар закончится.  — Ты, видимо, не особо любишь водные способы передвижения? — Фили пыхтел от напряжения, от чего его косички смешно подпрыгивали. Они уже были на середине реки. — Я не знаю. — Честно ответила гномка. — Я никогда ими и не пользовалась особо. — На ошалелый взгляд племянника она ответила раздражением. — Что? Я жила в ледяной пустыне! А горные реки ниже в долинах не особо подходили для сплавов. — Когда мы доберёмся до Озёрного Города ты сможешь вдоволь там накататься. — Балин добродушно улыбнулся, держась за края борта. — недалеко от Эребора они промышляют мелкой торговлей. Говорят, что у них отвратный бургомистр. — И наверняка ужасно воняет рыбой! — Балин во время похода уже успел ей немного рассказать о их маршруте и о Озёрном Городе тоже. Торин решил промолчать, не хотелось говорить о его опасениях насчёт этих людей. Они уже давно пресмыкаются перед Лесным Королевством. Келла невзначай посмотрела за борт. Вода была словно расплавленное серебро: слишком зеркальной. Все краски казались резче, от этого начинало подташнивать. Женщина всмотрелась в своё отражение. «Неужели это я? Вот эти синяки под глазами и болезненный вид тоже мои? – С такими колтунами вместо волос я бы тоже себя в дерево впечатала. — Зато я похудела. Оставим красивых женщин людям без воображения! — Впавшие щёки от постоянного недоедания тебя красивой не делают. Очнись, ты же гномка! А гномы любят, когда есть за что ухватиться. Того гляди Торин скоро на Бильбо посматривать начнёт!» Представив себе эту картину, гномка прыснула. «Надо бы как-нибудь напиться с этими двумя и что-то подобное придумать. Кили оценит!!!» К этому времени они уже благополучно начали сходить на берег. Он особыми красками не выделялся: всё такой-же унылый могильный цвет. — М-да. Ты видишь остальных? — Келла поинтересовалась у Бильбо. — Конечно, все на месте. Кили уже начал тащить лодку обратно. Можно перевести дух. — И хоббит устало шлёпнулся на вялую траву. — Хорошо, что мы дошли до ручья сейчас. Ещё немного неведения мы бы не вынесли. — Да, теперь понятно, что мы правильно идём и не сбились с пути. Кто знает, может, совсем скоро лес поредеет, и мы вновь окажемся под тёплым ветерком? — Келла обняла руки коленями и, покачиваясь, стала ждать, когда вернётся Торин. В скором времени гном вернулся и тоже сел под деревом рядом с ними, дожидаясь, когда вторая лодка пристанет к берегу. Так-как корни образовывали своеобразные ступеньки, то Торин оказался ниже всех. Келла пересела поближе к нему и гном откинул свою голову на её колени. Гномка изумилась тому, как устало он выглядел. Мелкие веточки и паутинки в его шевелюре придавали ситуации особый вкус. Сейчас Торин редко проявлял слабость, но в такие редкие моменты казалось, что они не в Лихолесье, а в обыкновенном лесу охотятся на какую-нибудь зверушку или просто гуляют в саду у Беорна. Вот так, массируя ему виски и стараясь с корнем не выдрать все его волосы, Келла и дождалась, когда лодка отплыла уже в третий раз. Фили и Кили конечно не могли упустить столь милой и редкой в это время картины, поэтому нагло припёрлись и стали требовать и себе расслабляющий массаж. Торин, что урчал, как огромная котяра, резко прорычал: «Брысь!», и продолжил наслаждаться временным спокойствием. — Ты бы хоть блаженную улыбку сдерживал, — Келла не смогла удержаться и легко оттянула того за уши. — Всех наследников престола распугаешь. — «Твоююю! — Поздно.» Гном неотрывно смотрел за ней из-под полуопущенных век. — И что же мне тогда делать, — ещё шире улыбнулся гном, понимая, что его взгляд возымел должный эффект. Не в силах смотреть в эти бесстыжие глаза Келла просто закрыла их ладонью. «Всё равно я уже вся красная, как помидор!» — Это Дис проблемы, а не мои. — Внезапно нашлась с ответом гномка. Торин не ожидал такого поворота событий и замер под её руками. — Не, тётушка, даже не надейся. Пускай ваши детишки сами с вами мучаются. — Выпалил Кили, что развесил уши. — Согласен, а мы будем добрыми и весёлыми дядюшками. — Подхватил Фили. Они уже начали обдумывать пути отхода, но внезапно… — Придется нам видимо самим голову ломать. — Торин решил пока не уничтожать двух придурков, на что те просто рот открыли от удивления. Бильбо выдавали с головой только его красные уши. Не зная куда себя деть от смущения, Келла решилась на давно проверенную женскую мстю: холодные, как у жабы, руки. — Ух-х-х, — Король резко выдохнул, но головы с ног не убрал, наоборот — втянул шею ещё сильнее, даря больше тепла ладошкам. — Теплее? — Спросила персональная печка, что не раз выручала в этом сыром лесу, смотря на неё своими глазищами, как безвинное дитя. — Надеюсь, что ты поостыл. — Зрачки полностью её выдавали Торину, как бы та не строила из себя обиженную. Её ведь только что чуть замуж не позвали. «Э-э нет, он должен будет предложение делать. Без меня меня женили не прокатит. И откажешься ещё парочку раз, чтоб мучался!» Тем временем ворчание Бомбура становилось всё ближе, что означало скорое прибытие последней лодки. — Спасибо, — потянулся Торин, встав с земли. — Будешь должен, — она многозначительно начала мять свою шею и показательно морщиться. Но тут внимание гнома привлекло нечто странное — топот копыт! Не успев крикнуть, он был почти сбит с ног чёрным оленем, что выбежал из лесной чащи. Отряд потерял бдительность и не успел разбежаться, так что олень повалил многих на землю и одним прыжком перемахнул через поток. Торин один успел натянуть стрелу. Выстрел и зверь дёрнулся, но всё же долетел до берега. Хруст веток и характерный «бум» давали понять, что гном попал в цель. Радости не было предела: теперь у них есть мясо, и, возможно, его можно будет есть! — Бомбур! Бомбур тонет! — Кричал Бильбо, несясь к лодке. Когда злополучный олень повалил всех на землю, то гном не смог устоять в качающейся лодке и выпал из неё. Двалин и Оин быстро выловили того из воды с лодки, дабы самим не входить в воду. Вытащив Бомбура наконец на сушу, все стали сетовать на их нелёгкую судьбу. Ведь Бомбур спал. И разбудить его не удалось никому. Лодка теперь тоже была вне их доступности, равно как и оленина. Ведь никто не держал верёвку! Так что её просто унесло течением. — Почему это всё происходит именно с нами? Мало нам леса и паутины, теперь ещё это! — Бофур отчаянно расхаживал туда-сюда. — А если он не проснётся? И как нам теперь его нести? — Нужно соорудить носилки и надеяться, что в скором времени он всё-таки очнется. — Торин был успокаивающе уверен в своих словах. Скоординировав работу гномов по сооружению носилок, он стал вслушиваться в звуки. Бильбо тоже что-то услышал. — Это лай? Внезапно перед ними выскочила невероятной красоты белая лань. Грациозное животное вовсе не стало давить их, как свой сородич. Она остановилась и стала ждать от отряда каких-то действий. Действием предводителя было вновь натянуть тетиву. Лань была настолько белоснежной, что, казалось, излучает свет вокруг себя. Выпустив стрелу Торин поджал губы. Стрела угодила в землю под ногами животного. — Ты её спугнул. — Бильбо завороженно смотрел туда, где мгновение назад стояла лань. — Появились животные. Это же хорошо, да? — Гномка неотрывно смотрела туда же. Хоббит лишь пожал плечами. Келла посмотрела назад, там ребята уже закончили привязывать спящего гнома к носилкам из веток. — Нужно идти, — Торин стал рядом с ручкой. Так как Бомбур был довольно тяжёлым, нести его могли лишь самые сильные: Торин, Двалин, Дори и Глоин. Все уже конечно распределились на замены. Бомбур мерно храпел, а капли воды переливались на его бороде, словно звёзды.