Anima mea.

- Мари Филипповна, посмотрите на эти помидоры, вроде ничего? - невеста Киркорова с тетей певца с раннего утра отправилась на рынок закупать продукты. Девушка была счастлива составить Мари компанию, незатейливый поход сближал и она чувствовала себя нужной в большой и шумной семье Киркорова. Мари же делала это сама, никому не доверяя, и тщательно выбирала мясо, овощи и фрукты. Дети еще спали, поэтому женщины в сопровождении водителя, увешанного пакетами, неторопливо ходили между рядов. - Почем? - Мари понюхала сочный томат. - Пятьсот, - продавщица с лету обозначила цену. - Дорого. Четыреста! - Мари Филипповна была тоже не промах. - Ды ты шо! Только с грядки, без пестицидов! - начинала заводиться торгашка. - Четыреста им цена! - оперная певица приспустила очки. - И ни копейки больше! Невеста Киркорова улыбалась, слушая перепалку, у нее было хорошее настроение, она в нетерпении ждала завтрашний день, когда из тура вернется ее любимый, чтобы наконец обнять родного человека, поцеловать, вдохнуть его запах, поговорить, забраться к нему на колени, прижаться и больше не отпускать. И неважно, что надолго ей не удастся его удержать, конечно же Филипп умчится на светские вечеринки, съемки и интервью, но это было уже неважно, главное, что он будет дома, а не где то на бескрайних просторах России. И, возможно, сцена вылечит его, загнав в недра подсознания внутренних демонов и тягу к наркотикам. Если таковые имели место быть. И конечно же, вместе с Мари они будут готовить его любимые вкусняшки на уютной кухне под неторопливые разговоры, а Киркоров будет мешаться и хватать лакомые кусочки под ворчание тети и бубнеж о немытых руках. Счастливые мысли заставили девушку зависнуть, погрузившись в воспоминания, и она не заметила, как две толстые тетки с огромными кульками оттеснили ее к соседнему прилавку с непонятными баночками, содержимое которых было похоже на мед, но более красного оттенка. - Дочка, подходи, угощу тебя! Понравится тебе и твоему мужчине! Излечит от хворей, хандры, зависимости! - заголосила бабка за прилавком, замотанная в платок. Девушка бы проигнорировала зазывалу, если бы не зацепилась за слово "зависимость". - А что это? - взяла довольно увесистый бочонок. - Корешки да ягодки алтайские, с медом уваренные, мужскую силу возвращают, от злого змия отвращают, деток дают, болезнь забирают, - закутанная бабка ловко подсовывала банки, струясь без умолка. Девушка повертела, понюхала, посмотрела на свет. Брать конечно у таких торгашек опасно, но пахло действительно медом и травами, банка чистая, поэтому девушка решительно достала деньги. - Давайте, только подскажите, какая тут от... - От зависимости, - закончила за нее старуха, вытаскивая из коробки небольшую банку. - Только нет у него, дочка, этого. Не на то ты думаешь. - Откуда вы знаете? - девушка замерла с протянутой рукой. - Да ты и сама это знаешь. Накорми его этим, а если не поможет, ищи зеленоглазую. - Ка..какую зеленоглазую? - девушка, как заговоренная, отдала деньги и крепко сжала банку. - Вот ты где! Держись меня, тут потеряться очень просто! - Мари Киркорова заставила девушку вздрогнуть и потерянно обернуться. - Что это у тебя? - тетя артиста взяла из рук девушки банку и понюхала. - Да вот, сейчас купила, травы и мед. - Где купила? - Мари поправила очки, раздумывая, что еще нужно из продуктов. - Да вот здесь, - но прилавка с бабкой как след простыл. На ее месте бойкая тетка торговала вязаными носками. Мари пожала плечами и, сверяясь со списком, двинулась к мясным рядам. Водитель, покряхтывающий под весом пакетов, только вздохнул. - Ну ты что там? Догоняй! - крикнула Мари Киркорова ошарашенной девушке. Девушка не особо верила в мистику, но все же прижала баночку к себе покрепче, и поспешила следом, стараясь не терять из вида плотную фигуру шофера. - Ищи зеленоглазую... - прямо над ухом раздался голос. Но когда девушка резко обернулась, рядом никого не было. Но бабкин голос настолько прочно засел в голове, что уже не отпускал до самого приезда Киркорова.