Я в мире Наруто?!ЧАСТЬ 3.

Это был Наруто, — пришел забрать нас с Сакурой на вечерние посиделки за жареным мясом. Попрощавшись с Саске, мы направились на одну из главных улиц Листа, смело нырнув в гущу праздника, наполненного запахом копчённой рыбы, сладких данго и горячих яблок в карамели. Вкуснотища. Гражданские продолжали веселье в честь избрания нового хокаге, а мы, удерживаясь от соблазна раствориться в гулянках, продолжили идти пока впереди не замаячило нужное здание. Не слишком примечательное, если можно сказать: новое, серое, двухэтажное, как и десятки других, теряющихся в разрастающейся Конохе. От стен всё ещё воняло краской, а на окнах при входе висели плакаты о инаугурации и скидках. Не смотря на внешнюю непривлекательность, именно Шушуи за последние месяцы стал главной точкой притяжения шиноби, желающих отдохнуть после долгих миссий. Но почему же мы решили поесть здесь, а не выбрали другое кафе? Раменную, например, или любимый бар команды Асумы? Дело в том, что временная забегаловка популярного супа не могла вместить нас всех, а заведение с отдельными ложами и вовсе ещё не начиналось строиться. Зайдя внутрь и недолго покрутив головой, нам удалось найти в этом шумном праздновании друзей, успевших занять место за широким столом: — Привет! — улыбнулась Ино, — Сакура, садись со мной. — Чана-чан, ты как? — подал голос Ли. — Бодрячком. Гая-сенсея уже выписали, верно? — Ага. Сенсей уже во всю планирует поездку к морю! — Вы уже заказали еду, 'тебайо? Не смотря на разные графики и темп жизни, сегодня нам удалось собраться всем вместе: я была на коляске во главе стола, слева сидела команда Гая, команда Куренай и Сай, а справа Наруто, Сакура и команда Асумы. — Скоро должны принести, — лениво протянул Шикамару. — И так, — начала Яманако, — Как у вас дела? — Потихоньку, — оперевшись об спинку дивана ответил Киба, — Завтра на задание отправляют. — Опять? Вы же только вернулись! — Да, но для этой миссии нужен сенсор и хорошая ищейка, — пожал плечами Инизука, — Да и в Конохе дел-то никаких нет. Скучно. — С Кибой соглашусь я. Привыкли мы делать что-то, а бездельничать нету прока, — снял с себя капюшон Шино, — Как Саске? — Необычно что ты это спросил, — удивилась Сакура, — Завтра его забирают. Все устремили взгляд на Харуно — это, конечно, было неудивительно, учитывая тот факт, в какой щекотливой ситуации находился брюнет, но всё же… — А что им не понравилось, что он сидел в поместье в четырёх стенах? — нахмурилась Такахаши, чем заставила розоволосую вмиг потемнеть. — С ним всё будет хорошо, Сакура. — Ино права, — поддержала я, — На его стороне много влиятельных людей, так что его отпустят. — Да, а ведь всё могло было быть хуже. — «Хуже» это как? — Ну, — выдохнул Шикамару, будто уже жалея, что начал развивать эту тему, — Первоначально, Чану тоже должны были судить. — А можно по-подробнее? — осторожно спросила я, — Ты рассказывал, что обо мне хотят слухи, и вроде как старейшины сомневались во мне, но о таком впервые слышу. — Тебе это рассказал Шикаку-сан? — в голосе Ино проскользнуло едва сдерживаемое недовольство. — Наши с Чоджи отцы и словом не обмолвились! — Чана, ты наш помнишь разговор после нападения Пейна? — Мгм, попробуй такое забыть… — буркнула я, приняв стакан с соком из рук официанта, — Так дело в этом? В том, что всё идёт к тому, что я не казню брата, да и вообще он избежит смертного приговора? — Да. — Но Чане-чан ничего не сделают, верно же? — Нет, — заверил Хинату стратег, — Её учитель нынче хокаге, да и подвиги на войне сгладили ситуацию. — Наверняка это всё старейшины не уймутся, — скрестила руки Сакура, — Цунаде-сама рассказывала, что они были не в восторге от складывающейся ситуации. — Не только, — мрачно добавил Шикамару, — У Учиха всегда было немало недоброжелателей… — Хей-хей, а давайте-ка лучше есть? — развеял обстановку Чоджи, — Еду-то уже принесли! И в правду. За диалогом мы не заметили, как под нами материализовалось куча тарелок с мясом, закусками и салатами. Поэтому, дабы не развивать неприятную тему, мы быстро взялись за палочки и приступили к трапезе. Я досадно прикусила щеку, — ближайшее и самое вкусное жаренное находилось рядом с Неджи. Парень сидел почти по соседству, нас разделял лишь Ли, во всю беззаботно жующий листья салата. « — … возможной причиной твоего поступка стали чувства ко мне». Вот так. Прямо в лоб! Хотя чего удивляться? Неджи не был тем человеком, который будет ходить вокруг да около, — юноша всегда был прямолинеен в моментах, которые его беспокоят, и это напрягало. Он много думал о произошедшем, а значит, настроен был серьёзно, хоть в момент и был смущён своими же словами не меньше, чем я. И что случилось после сказанного?

Я отмахнулась.

Вновь зыркнув на соседа, я мысленно напомнила себе о том, что сенсор был из семьи с строгими и многолетними устоями, а я же являлась ниндзя с запятнанной репутацией как личной, так и клановой. Хаить себя, конечно, было не очень хорошим делом, но здесь стоило посмотреть правде в глаза. В случае, если Неджи, по каким-то неведомым стечениям обстоятельств, вдруг ответит мне взаимностью, то наш брак так или иначе приведёт к детям. Хьюго с шаринганом? Да такое дитя просто не выживет во все этих распрях и осуждении! Да и, к тому же, зачем и за что джоунину меня любить? Мы через многое прошли, так что назвать себя друзьями вполне могли, но было ли в этих отношениях что-то особенное? Такое, что было бы замечено или не приукрашено лишь мной? Сердце ёкнуло. Но ведь это была правда, — у Неджи попросту не было причин симпатизировать мне в таком ключе. Да и вряд ли я входила в число девушек, которые могли бы понравится шатену, а вот, возможно, Тен-Тен и Хината… Хотя, а был ли Хьюго человеком, желающим вступить в отношения? Мне всегда казалось, что, наоборот, ниндзя больше циклился на тренировках, клане и собственном пути. Потому едва ли в его внутреннем мире было место для таких заморочек, как любовь. — Чана-чан? — позвал меня Рок Ли, — Ты в порядке? — Ой, я… Всё хорошо, просто думаю, что из этого попробовать. — Хехе, советую поторопиться, 'тебайо! Чоджи скоро всё съест! — Тогда, Неджи, наложи мне пару кусочков мяса, пожалуйста.

***

Дурацкий Наруто. Дурацкий Наруто. Дурацкий Наруто. Дурацкий Наруто. Дурацкий Наруто! Пока меня везли по улице в инвалидной коляске, я нервно сжимала и разжимала холодеющие пальцы, мысленно проклиная и Узумаки, и себя заодно — за то, что вообще согласилась прийти в это злосчастное кафе. А ведь всё начиналось так невинно, — в середине застолья Киба решил расшевелить нас, предложив сыграть в правду или действие. Инизуке, по видимому, стоило держаться подальше от подобных игр, ведь азарту этому парню было не занимать, да и задания для жертв он всегда выбирал, скажем так, щекотливые. Так, Шино пришлось снять очки и играть без них, Кибе — кукарекать, как петух, а Тен-Тен минуту жонглировать кружками. Я на свою дурную голову также выбрала действие, получив от Кибы нашёптанное от Наруто: « — Расскажи в течении нескольких часов кому-то из нашей компании самую сокровенную правду.» Казалось бы, делов-то? Но правила в этой игре были не так просты… «— Когда я путешествовал с извращённым отшельником, тот научил меня такой штуке! — чудь нажав на кисть моей руки, ухмыльнулся Узумаки, и тут же на коже появилась печать в виде рыжей спирали.» Нетрудно было догадаться для каких целей эту «шутливую» вещь придумал когда-то санин, но то, что этот голубоглазый гад поставил на мне такую же печать! Хотя, возмущаться было глупо, ведь других хитрюга также не обделил таким «подарком». Теперь Сай должен был ласково назвать Какаши-сенсея «орешком», а Ли — два дня ходить в образе девушки. Если задание ты выполнять отказывался, то печать начинала неистово чесаться. Утешением стало лишь то, что и сам джинчурики не вышел сухим из воды, — в течении месяца шебутному герою нельзя было есть рамен, что для лиса стало страшным наказанием. Я попробовала шепнуть Сакуре что-то безобидное, но достаточно личное. Печать даже не дрогнула. Позже попыталась признаться Ли, что до сих пор боюсь возвращаться на миссии после ранения. Тот же результат. Вскоре, команде Гая надо было уходить, и я попросила взять меня с собой. Сакура какое-то время настаивала, но я попросила сокомадницу позволить мне добраться до палаты самой, к тому же, кому-то же надо было передать Саске еды из Шушуи, верно? По плану, помочь добраться до места должны были Тен-Тен с Ли, ведь их дома находились ближе всех к больнице, но, оказывается, ребята переехали в другой район деревни! В итоге, провожать меня пришлось Неджи.

Так мы и остались одни.

К этому времени праздник почти закончился. Фонари постепенно гасли, редкие прохожие спешили домой, и Коноха медленно затихала после шумного дня. — Печать всё ещё беспокоит тебя? — подал голос Неджи, когда Ли и Тентен скрылись за поворотом улицы. — Да. Я пыталась рассказать что-нибудь Сакуре и Ли, но ничего не произошло. Похоже, Наруто намудрил с техникой. — Учитывая, кто обучал его подобным вещам, удивляться не стоит, — спокойно заметил Хьюго. Я тихо простонала, откинув голову назад. Убью блондина. Тем временем день неумолимо подходил к концу, а временная печать всё сильнее раздражала кожу. Мы уже добрались до больничного парка — впереди между деревьями начинало виднеться серое трёхэтажное здание госпиталя. — Ладно… — пробормотала я. — Давай попробую ещё раз. Что-нибудь действительно важное… Неджи слегка замедлил шаг, молча давая понять, что слушает. — Я боюсь, что не смогу вернуться к прежней жизни. К работе шиноби, я имею в виду. Когда смотрю на Асуму-сана или Эмико… становится страшно. Несмотря ни на что, у них остались семьи, работа, цель. А я… Я замолчала. Потому что дальше начиналась та часть мыслей, которую даже самой себе было страшно озвучивать. — Чана… — Всё нормально, — быстро перебила я. — Ты не обязан меня успокаивать. Это просто мысли вслух. Неджи ненадолго замолчал, а потом произнес: — Во время экзамена на чунина ты пошла против шиноби из Звука, будучи раненной после встречи с Орочимару. Потом, на нашей совместной миссии в стране Рек, ты сумела довести задание до конца, не смотря на то, что была отравлена и не знала, сможешь ли найти антипод. А на войне закрыла собой меня с госпожой Хинатой и Наруто, даже не зная наверняка, выживешь ли. Я удивлённо подняла на него взгляд: — К чему ты это? — К тому, что ты справишься со всем этим. Такова уж ты. Я невольно улыбнулась. — Спасибо… Но печать всё равно на месте. Я показала руку. Неджи мельком взглянул на покрасневшую кожу. — Значит, это не тот секрет. — Для меня это важно. — Верю. Но, возможно, не настолько, насколько требует техника. Я нахмурилась. — Куда уж важнее? Вернуться к нормальной жизни — это сейчас почти всё, о чём я думаю. Это было правдой. В общей сложности, сейчас для меня были важны здоровье, свобода и жизнь Саске, но про это обладатель бьякугана знал. Потом меня беспокоило моё здоровье, но озвученная информация об этом никак не сказалась на печати. Оставалось разве что одно. Но этого я рассказать не могу, только не ему, нет! Словно почувствовав направление моих мыслей, печать на руке вдруг зачесалась сильнее прежнего. К этому моменту мы уже почти вышли из парка к больничной площади. — Всё в порядке? Я медленно выдохнула. — Кажется… я поняла условие техники. Секрет должен касаться человека, которому ты его рассказываешь. — Похоже на Наруто, — с легким сарказмом произнёс Неджи. — Он бы посчитал подобное забавным...У тебя есть секрет, связанный со мной? От этого вопроса сердце внутри резко ударилось о рёбра. — Тогда… на войне… — всё же начала я сбивчиво, не смотря на страх. — Когда я закрыла вас от атаки Десятихвостого… — печать вспыхнула зудом так сильно, что я едва не зашипела. — …Я правда не собиралась умирать. Я думала, что успею оттолкнуть вас. Но то, что Наруто сказал тебе тогда… что от части причиной этого поступка могли быть мои чувства к тебе… — я остановилась на вдохе. — Это было правдой. Мы резко остановились и сзади послышался резкий скрежет — Неджи сжал ручки коляски так, что искусственная кожа под его пальцами заскрипела. Я зажмурилась, представив, как он хмурится. — Давно? — спросил он. Юношеский голос оставался спокойным, но теперь в нём появилась осторожность. — С экзамена на чунина, — тихо призналась я. — Тебе… неприятно это слышать? Колёса снова тихо покатились по дорожке. Неджи ответил не сразу — словно действительно подбирал слова. — Нет. Неприятия я не чувствую. Но и дать тебе тот ответ, которого ты, возможно, ждёшь, тоже не могу. Причина не в главной ветви или правилах клана. Просто… я не думаю о подобных отношениях. В его голосе не было ни жалости, ни неловкости, ни высокомерия — только привычная прямолинейность и рассудительность. — Понимаю, — выдавила я, после чего нервно усмехнулась, попытавшись разрядить обстановку. — Давай просто забудем это, ладно? Как это всё таки было глупо… — сокрушалась я, с ненавистью замечая, что с ладони пропал незамысловатый рисунок. — Как будто по сердцу прошлись тупым предметом. — Нет, — ответил Неджи, от чего я подняла на него удивлённый взгляд. Мы остановились возле входа в госпиталь, ниндзя обошёл коляску и остановился прямо передо мной. — Я не собираюсь делать вид, будто этого разговора не было. — Тогда что?.. — спросила я, смотря в его глаза почти с вызовом. — Ты важна для меня, Чана… — от этих слов сердце болезненно сжалось. — Не так, как бы тебе хотелось, но тем не менее. Для меня ты человек, которому я доверил бы свою спину на миссии. — после короткой паузы он добавил уже тише. — И это не изменится из-за твоих чувств. — Даже после такого признания? — кисло ухмыльнулась я, чувствуя себя разбитой. Но нужно было отдать себе должное — в моих глазах не было ни слезинки. — Особенно после такого признания. После войны было бы глупо терять близких людей из-за неловкости, — ответил он. — Мы слишком многое прошли вместе. На этом джоунин закончил. За его спиной показалась медсестра, которая взяла ручки инвалидной коляски и повела нас внутрь корпуса. Я обернулась назад почти в самом конце. Неджи всё ещё стоял на площади. И только когда больничный коридор окончательно скрыл его из виду, я позволила себе склонить голову и вытереть воспалившиеся глаза.