Нужен ли муж? Или так, мимо пройти?

Я гнал коня всё вперёд и вперёд, в непроглядную тьму безлунной Крардатской ночи. С измученного животного срывались и опадали в густую мокрую траву хлопья пены. Тишину Серого дола нарушали лишь дробный стук копыт и болезненные хрипы Пламени. Прости, друг, знаю, что тебе тяжело, что ты устал, но нам осталось совсем немного. Я всё пристальнее, до рези в воспаленных от бессонницы глазах вглядывался в полосу холмов на горизонте. Сердце, возможно, впервые за очень долгую жизнь, охватил дикий страх. Даже выходя на битву со степными орками-людоедами, я не испытывал такого страха, который накатывал при мысли, что вот там, за чернеющими на горизонте холмами Зелёного перевала, за Молочной долиной, что раскинулась по ту сторону, в Кордском королевском дворце она смеётся шуткам другого, другому позволяет целовать свои руки. Великий Дракон, есть ли надежда, что только руки? И зачем только я поверил, что у Властелина проклятого народа всё может пойти хорошо, что мне может так повезти! Повезти встретить такую прекрасную женщину, женщину, воплощающую в себе гармонию красоты, ума и отваги. А главное – бессмертную. А значит, не придется, как Клаусу, страдать, видя, что любимая превращается с годами в дряхлую старуху, а потом хоронить её, дочерей и внуков, каждый раз зарывая в землю вместе с гробом кусок собственного сердца. И ведь она приняла признание! Дала шанс завоевать её сердце, несмотря даже на то, что я Властелин проклятых! И что же? Теперь, когда позади мука сомнений, когда забрезжила надежда на счастье – пришла эта весть. Словно сюрикен в спину! Какой-то смазливый посланник с островов имеет наглость виться вокруг моей любимой, моей Арирэйры! И, кажется, она ему благоволит. Сакти своими глазами видел их на прогулке в дворцовом парке. И она смеялась… Да к тому же перестала отвечать на мои вызовы по мыслесвязи. "Великий Дракон, что делать? Не могу же я заявиться во дворец и набить морду этому нахалу!" – при этих мыслях я сладко зажмурился. Это, конечно, не сложно и доставило бы массу удовольствия, но она ведь не простит. И тогда на счастливом будущем, да, собственно говоря, на будущем вообще можно ставить крест. Разве может моё будущее быть без неё, разве смогу я жить без нее? Не думать об этом! Этого не будет! Всё будет хорошо. Надо сейчас придумать план действий, пока ещё есть время. С рассветом буду в Корде, там надо действовать четко. Сразу искать Арирэйру и что-то пытаться выяснить у неё – глупо. Погода, похоже, сегодня будет ясная, а значит, если затаюсь в королевском парке, возможно, смогу всё увидеть сам. Думаю, что калитка черного хода не охраняется дворцовой стражей и можно будет прошмыгнуть незамеченным. В конце концов, мы же проклятые? Так будем оправдывать репутацию! Да и от охраны главных ворот все равно не скрыть, кто я, какая уж там разведка. Нет! Я вот лучше устрою засаду, сам на всё посмотрю, а завтра можно и с официальным визитом ко двору. Правитель к правителю, встреча без галстуков, так сказать. Типа, ехал мимо, дай, думаю, тебя друг Ости проведаю. То-то король Остипритор будет мне рад! Аж позеленеет, думаю... от счастья, ага... Я кинул взгляд на восток. Ленивое солнце медленно поднималось над Молочной долиной, рассеивая застилавший её плотный белый туман, из-за которого она и получила свое название. Вдалеке уже были различимы крепостные стены Корда – столицы Крардатского королевства. Я спешился, дав загнанному животному долгожданный отдых. Достал из притороченных к седлу сумок плотный плащ с капюшоном, туго набитый кошель, пару подрукавных стилетов и стал переодеваться. Ни к чему местным знать, кто пожаловал к ним в город. По прошествии веков люди стали терпимее относиться к представителям нашего клана, и не убегают с криками ужаса при виде пятен чешуи и зелёных змеиных глаз. А главное не возвращаются потом с дрекольем, дабы немедленно истребить проклятое отродье. Даже наоборот - современные смертные, особенно жители больших городов и портов, где и орк на улицах частый гость, стараются поменьше смотреть по сторонам, а если что и замечают, то делают вид, что их это не касается. Оно и правильно. Те толпы с дрекольем обычно плохо заканчивали. Куда людям против проклятого. Мы хоть боевой магией и не владеем, но сила и ярость дракона передаются из поколения в поколение. С первой партией купцов в городские ворота вошел пилигрим - сгорбленный старик в плаще, капюшон которого надёжно скрывал лицо. Старец едва передвигал ноги (надо думать – трое суток в седле!) и опирался на высокий посох. Положив денежку в кружку, подставленную стражей, он заковылял по главной улице города к гостиному ряду. Эта нехитрая маскировка и парочка пусть не очень простых, зато действенных заклинаний позволили мне проникнуть внутрь городских стен и не вызвать подозрений. Наскоро отыскав гостиницу победнее, где не особо приглядываются к постояльцам, я снял номер. И метался по нему, словно загнанный в ловушку дикий зверь, пока солнце не вошло в зенит, отмерив полдень. Посещение дворцового парка гостями и дипломатами начиналось с часу дня. Калитка чёрного хода была, конечно, закрыта, но разве это остановит могучего воина с влюблённым сердцем и навыками профессионального вора? Не прошло и десяти минут, как я уже пробрался к северному фонтану - жемчужине королевского парка. Это её любимое место, если она и выйдет на прогулку, то непременно придет сюда. Улегшись поудобнее в хитросплетении трав среди корней старых каштанов, я приготовился ждать. Текли минуты, часы сменяли друг друга. Многие гости побывали у фонтана, но прекрасной Арирэйры всё не было. Я уже стал подумывать, а не обманулся ли друг Сакти? Возможно, Ари сейчас спокойно занимается цветами в своём Великом лесу, а я как последний дурак бросил всё и мчался сюда трое суток без сна и отдыха? Совершенно неожиданно, когда солнце уже коснулось золотым краем мачтовых сосен королевского леса… Вдали, на боковой аллее раздался её серебристый смех. Нет, этот смех не спутать ни с чьим другим. Это она – любимая. Но что это? Журчание её голоса переплетается с чьим-то ещё… кажется, мужским! А вот и они: из-за поворота показались двое – Арирэйра и какой-то странный тип. Выглядел он совсем юным, но бессмертный внутри меня почуял в нем бессмертного. Чутьё подсказывало, что за плечами этого паренька явно не одна сотня, а может, и не одна тысяча человеческих лет. Осмотрев с головы до ног соперника, я не мог не признать, что он и вправду красив, просто преступно красив, особенно на моём собственном фоне. Ну как можно ставить рядом этого цветущего юношу, наделенного необыкновенной красотой - чего только одна ниспадающая до пояса грива золотистых волос стоит, и закостеневшего телом и душой проклятого, руки которого покрыты острой чешуей дракона, а тело все в шрамах, полученных в бесчисленных битвах за жизнь и против нее. - Ах, Миртирэй, вы такой выдумщик! Но я рада слушать вас, так тоскливо бывает в лесу одной, так не хватает звука человеческой речи. - Прекрасная Арирэйра, одно ваше слово, и я буду радовать ваш слух вечность! - Так уж и вечность? - Знаете, я серьезно думал над этим и хочу вам кое-что показать… - Что же? Ещё одно из чудес вашей магической селекции? - Да, почти. Только отнеситесь к этому серьезно, и пусть моя внешность не обманывает вас. Я разменял вторую тысячу лет и несу ответственность за свои слова. Я никогда не думал, что существуют женщины - лефили, тем более что среди них есть такая прекрасная как вы – Арирэйра! При этих словах юноша начал творить пассы начертания руны и ещё каких-то непонятных заклятий. Вдруг на лужайке перед фонтаном с потрясающей быстротой, рожденной силой лефиля Миртирэя, начали прорастать и распускаться цветы редчайшего растения – солири. Причём в наступивших сумерках они светились мягким золотым светом. Воздух наполнился их благоуханием, отовсюду стали слетаться задремавшие было уже бабочки. Только тут Арирэйра заметила, что солири выросли не хаотично, а образовали руну, которая с языка лефилей переводилась как - «будьте моей госпожой»…(1) - Прекрасная Арирэйра, я уверен, что Вы и раньше получали подобные предложения, но смею надеяться, что ни одно из них не было таким необычным и не оставляло таких ярких впечатлений в вашем сердце… - Да, уважаемый Миртирэй, это действительно безумно красиво. Жаль, вынуждена вас огорчить - не так давно я получила предложение в куда более необычной форме. Можно сказать, что оно просто повергло меня в шок. - Да? Жаль! Но я не вижу на вашей прекрасной ручке обручального кольца, а значит, моего соперника постигла неудача, которая, дай-то Закатное Озеро, минует меня. Что скажете, дочь Великого Леса? - Я ответила ему так же, как сейчас отвечу вам. Сердце моё свободно и не тронуто любовью. Не буду скрывать, вы мне глубоко симпатичны, Миртирэй, но это не то чувство, которого вы жаждете. Это не любовь и даже не влюбленность. - Что ж, прекрасная Арирэйра, значит, я просто поторопился. Не сердитесь на меня! Впервые за полторы тысячи лет я влюблён, а влюблённые часто совершают ошибки и торопят события. Я наберусь терпения и завоюю вашу любовь! Я живу давно и научился взвешивать каждое своё слово, так вот вам я смело могу сказать – я люблю вас, и уже никогда не смогу полюбить кого-то так же сильно. А сейчас позвольте мне откланяться до завтра, столько эмоций для одного дня - это слишком. Я бы хотел немного отдохнуть, если, конечно, вам не угодно продлить нашу прогулку и насладиться новорожденной луной? - Конечно, уважаемый посланник, отдохните. Думаю, что у нас ещё будет время созерцать сиё прекрасное зрелище. Завтра буду рада вам в любое время. Надеюсь, вы заглянете в наше посольство и посмотрите мой экспериментальный сад. Здесь, в столице, он не велик, но в нём есть интересные экземпляры, и мне бы хотелось узнать ваше мнение на их счет. - Почту за честь, уважаемая! Непременно прибуду завтра с визитом. Доброй вам ночи, милая Арирэйра, и до завтра, – с этими словами нахальный мальчишка поцеловал кончики её пальцев и растворился в пространстве. Но как же сладко замерло сердце, когда она сказала, что было в её жизни более впечатляющее предложение. Ещё бы! Явление Последнего Властелина проклятых в полном парадном церемониальном облачении из клыков и когтей лазурного дракона... Да только одно это способно повергнуть кого угодно в глубокий шок! А уж когда Властелин в таком виде опускается на колени перед хрупкой лефилью, которая за минуту до этого ковырялась в грядках, и целует её перепачканные землей руки, прижимает их к своему сердцу и просит принять его, а вместе с ним и руку, и душу... Думаю, что после такого зрелища у окружающих вообще наступил полный крышеснос! Собственно, на это я тогда и рассчитывал. И тут, в тишине, опустившейся на парк ночи, сталью зазвенел её голос: - Выходи! Выходи Соцуге Широ Рю! Я знаю, что ты тут, я это чувствую! Выходи немедленно и не заставляй меня вытаскивать тебя за шкирку из-под корней каштанов! Считаю до трёх: раз...два...три... Великий Дракон, только не это! Теперь мне точно конец! Я зажмурился и шагнул в пятно лунного света, лежащее у ног дочери Великого Леса. И в тот же миг лицо обожгла пощечина. На этот-то раз за что? На глазах от обиды выступили слезы, кровь бросилась в голову, неся волну гнева, руки сжались в кулаки, ногти до крови впивались в ладони, - лишь бы удержать тело от захлестнувшего душу стремления броситься на посмевшего так поступить с проклятым и разорвать обидчика на части. Это ведь любимая! Пусть хоть побьёт, только будет рядом, так же близко, чтобы слышать, как колотится её сердце, чувствовать дыхание, ощущать её неповторимый аромат мяты и земляники. Моя единственная...моя любимая... Ой, кажется, последнее я сказал вслух... _____________ 1 - Руна «Не’ари шхимм ли тери до нордум». Исключительно сложная в начертании и редко используемая. Хотя и переводится на общечеловеческий как «будьте моей госпожой» и людьми воспринимается как предложение брачного союза, у лефилей имеет более глубокий смысл и эмоциональную нагрузку. Начертавший эту руну предлагает не просто руку и сердце, он предлагает себя, свою жизнь и тело, обещает помощь, уважение и преклонение, заботу и нежность, защиту и верность тому, кому он дарит эту руну, вне зависимости от согласия или не согласия, последнего на брак. Руна имеет силу, пока принявшим не будет начертана руна освобождения – «Не’ари шхимм хи’оро фиие ромм».