Нужен ли муж? Или так, мимо пройти?

Соцуге Широ Рю. Оставшийся до источника путь мы прошли без осложнений и задержек, даже немного наверстали упущенное в дороге время. Пока женщины готовились к ритуалу мы зарядили все прихваченные с собой амулеты и конденсаторы для зарядки стационарных, оставшихся в Акаи. После ритуала лефили открыли портал в Северный лес, мы отправились с ними. Вернее ребята отправились под командой Клауса, а я попросил открыть мне портал к стенам Акаи. После возвращения Ари я много думал и принял одно очень важное решение, которое намеревался воплотить в жизнь. Старая, уже давно не используемая кузница, притаившаяся под крепостной стеной цитадели, встретила меня запахом пыли и старого дерева. Я быстро нашел люк в полу и, проведя над ним рукой с родовым перстнем Властелинов, прочел заклинание. Не прошло и нескольких мгновений, как передо мной возникли Полные Официальные родовые доспехи Властелинов. Тяжелые, выполненные из самых крепких чешуек Лазурного дракона, украшенные по плечам и коленям его роговыми отростами, а вдоль позвоночника – драконьим гребнем (на доспехи пошли самые маленькие хвостовые пластинки гребня, потому что спинные человеку не поднять), с плащом, выкроенным из кожистых драконьих крыльев – это поистине величественное и чертовски неудобное творение. Этот доспех Властелин одевает всего несколько раз в жизни, во всяком случае, с тех пор, как клан перестал ввязываться в крупные войны. Минуя длительное ритуальное облачение при помощи кучи жрецов я щелкнул пальцами и оказался внутри этой пыточной конструкции. Следующим жестом я облачил своего коня в конский вариант драконих доспехов, выглядящий, на мой взгляд, ещё более, жутко. Открыв при помощи одного старого артефакта портал, я оказался за несколько сотен метров от поселения лефилей. Взгромоздившись на коня – доспех хоть и выглядел громоздко, но был довольно функциональным, во всяком случае, набор движений, необходимый для сохранения жизни в боевой обстановке, обеспечивал, я двинулся к воротам деревни. Внутри меня всё дрожало от страха и предвкушения. Клаус, наверно, не одобрит то, что я собираюсь сделать, но по-другому я не могу. Я честно пытался ухаживать за Ри, но я просто не представляю как это делать! Ну как может Властелин проклятых и Командующий отряда в одном лице дарить девушке-нанимательнице цветы? Или говорить ей нежности? Да я как только её глаза вижу у меня слова в горле застревают и ничего кроме кашля оттуда не вырывается. И не знаю я таких слов, не приходилось как-то раньше использовать. Вот если бы ей понадобилось кого-нибудь убить или покалечить качественно, а так… К моменту прибытия к источнику я оставил свои жалкие потуги, ибо понял, что не романтик и скорее всё совсем испорчу. Но и отступиться от Ари для меня немыслимо, поэтому я и решился на серьёзный и откровенный разговор. Когда я торжественной въехал в поселение, все уже замерли в ожидании. Ещё-бы, я намеренно печатал шаг, чтобы мое появление не стало неожиданностью. Соскочив с коня под всеобщими заинтересованными взглядами, я направился в небольшой палисадник, где Ари что-то усердно рыхлила, а услышав мои шаги, встала и обернулась, застыв то ли от испуга, то ли от удивления. Каждый шаг, приближающий меня к любимой, давался всё труднее, ноги словно налились свинцом. Так наверно смертники идут на эшафот. Когда между мной и лефилью осталось меньше двух шагов, я резко остановился, за спиной нарастал гул толпы, собравшейся поглазеть на творящееся действо. На лице Ари ясно читалось смущение и растерянность, едва ли она мечтала стать центром внимания в своем клане. Я зажмурился и, набрав полную грудь воздуха, опустился перед ней на одно колено – словно в ледяную прорубь сиганул. Вдруг звуки вокруг совершенно стихли, не слышно стало даже шелеста листьев окружающего леса. Я уж подумал, что сознание потерял, когда услышал тихий и очень заботливый голос Ари, таким тоном говорят с детьми или больными. - Ну что, Широ Рю-кун, так и будете с закрытыми глазами стоять? Я открыл глаза, но тут же зажмурился снова, ослеплённый ярким перламутровым сиянием, заполняющим всё вокруг. - Извините, сейчас чуть притушу свет, - прошептала Ари извиняющемся тоном и добавила – Вот, теперь можете открывать. Я вновь открыл глаза. Свет уже был не таким ярким, но по-прежнему заполнял всё вокруг нас, он словно отрезал нас с Ари от всего остального мира. - Это абсолютный перламутровый щит – он укрывает нас от нескромных взглядов и ушей, всё что будет происходить здесь – ни узнает никто, даже боги – пояснила Ари с улыбкой, видя моё замешательство, - Я подумала, что что бы вы не хотели сейчас сказать и сделать, лучше оставить это в тайне от прочего мира, во всяком случае мне бы так хотелось. - Как вам будет угодно, - прошептал я приходя в себя, - Я хотел…, я хотел… Смущение и страх мешались в моей душе с чувством обречённости и болезненной любовью к этой хрупкой девушке. Я протянул к ней руки, взял её маленькие нежные, испачканные землёй ладошки в свои жесткие, покрытые загрубевшими от меча мозолями и поцеловал. Действие казалось мне сейчас куда правильнее, нежели слова. Этот поцелуй словно прорвал какую-то плотину в моей голове и наружу хлынул поток слов: - Арирэйра, я очень люблю вас и хотел бы, чтобы вы думали обо мне не как о друге, а как о мужчине ищущем вашей не дружбы, но симпатии и любви. Когда вы исчезли в песках, я понял, что не смогу без вас жить, что вы единственная женщина в мире, ради которой я готов на всё! Я хочу официально просить вашей руки, как Властелин. У Проклятых нет института брака и женщине запрещено находиться в Акаи дольше нескольких дней, но я готов принести вам клятву верности и своей жизнью и кровью поклясться, что сделаю для вас, всё, что в моих силах, я готов правом Властелина попытаться изменить образ жизни моего народа. Вы достойны большего, но моё сердце и моя душа это единственное, что я могу вам предложить. Примите ли вы их? Ари смотрела на меня и улыбалась, как улыбаются доктора, врачующие скорбных головой, но рук своих у меня не отнимала и слушала внимательно. Когда же я закончил и замер в ожидании приговора, она склонилась к самому моему лицу и, поцеловав в щёку, произнесла: - Рю-кун, вы мне очень нравитесь, и не буду скрывать, вы привлекаете меня как мужчина, но не думаю что это те чувства, которых вы ищете, - и, видя как помрачнело моё лицо, она торопливо продолжила, - Не делайте такое лицо! То, что девушка, знающая вас несколько дней, отказалась выходить за вас замуж ещё не повод для ритуального самоубийства! Да, замуж за вас я не хочу, но и никому другому я не обещалась, так что всё в ваших руках! И честно говоря, признание в любви на сегодня было бы достаточно. Так что давайте считать, что я не слышала про руку и сердце, а взамен я обещаю смотреть на вас как на друга, но видеть мужчину, - согласны? Разве у меня был иной путь? Ари права, после отказа я начал прикидывать, как достойно уйти из жизни: совершить ритуальное самоубийство или как отец - нарваться на стрелу в каком-нибудь дозоре. Так что её обещание давало мне хоть какой-то повод жить. Надежда умирает последней. - Рю-кун, встаньте, пожалуйста! И лицо попроще сделайте, я сейчас щит опущу и мы сделаем вид, что ничего не было, а вы так вырядились ради каких-то своих дел, а ко мне подошли чисто попрощаться перед дорогой. А то вы сейчас смоетесь в свою цитадель, а мне здесь жить с кучей любопытных женщин, которые будут мне теперь из-за ваших выходок мозг выедать чайной ложечкой! Весь клан и так спит и видит, когда я лес дочкой порадую, а тут вы! Готовы? - Да, - ответил я, поднявшись на ноги, и с сожалением выпустил руки Ари. - Да не смотрите вы на меня таким щенячьим взглядом! На будующей луне я буду в Корде по делам клана – приезжайте. Там мы сможем немного пообщаться без сопровождающих лиц. Чем Лес не шутит, может у нас с вами что-нибудь и получится, - улыбнулась она и мановением руки опустила сияющую завесу и я на мгновение оглох от многоголосья, хлынувшего в сознание.