Избранная для разрушения

— Доброе, пират Карибского моря! Доброе, бомж! — поздоровалась я с братьями сидя на кухне и впихивая в свою глотку готовый бутерброд. Пират и бомж недовольно нахмурились, но догадались промолчать. Догадливые… Эх, как же хорошо вкушать хлеб с сыром по утрам, смотреть на свою любимую семью, то как они стараются не убить друг друга за оставшийся салат… Эх, как прекрасна жизнь. — Ты в школу вообще собираешься? — прозвучал голос Гено, как гром среди ясного неба. Точно! Что-то я сегодня совсем разленилась. А ведь ещё около шести часов там страдать, эх. Благо до самого Ада идти сравнительно недалеко: по стремным переулкам можно успеть и за пять минут. Если по-обычному, пешочком, то около десяти, не меньше. — Кстати, у тебя десять минут. Удачи! — язвительно добавил братец. После сказанного мои глаза округлились. Я быстро стала пить кофе, чуть не подавилась. Опасная вещь этот напиток, нужно взять на заметку. Быстро влетела в свою комнату, взяла портфель и метнулась к двери. — А как же поцеловать своих любимых братьев? — спросил Фреш до того как я открыла дверь. Хотелось ответить парочкой красноречивых слов, но Генка на слух никогда не жаловался, так что лучше не рисковать. Я быстро подбежала к бомжу и чмокнула его в щёчку после чего отвернулась с «превеликим» отвращением. — Кстати, ты ничего не забыла? — вновь напомнил этот гад о своём существовании. Когда я уже подошла к двери. Я его скоро собственноручно убью. Не время тут свои тупые загадки загадывать: я опаздываю! Я демонстративно вышла, захлопнула за собой дверь и сделала фейспалм (жест: «рукалицо»). Ключи! Пришлось страдальчески вернуться, вырвать металлическую вещь с брелком в виде куклы из загребущих рук брата и злобно закрыть дверь за собой. Ещё раз. На улице стояла… погода. Ни яркой, ни темной её назвать нельзя было. Скорее она была серой, если так можно говорить. Эти бездушные твари покрывали мои уши своими птичьими песнями, надеюсь не матерными. На небе были облака, но с частичными «дырками» в них. Вот если взять голову братца, поместить её вместо мишени в биатлоне и выкрикнуть «Залп!», то была бы такая же картина. Не, ну, а хуле они такие мазилы: как можно было так ужасно целиться? Возможно, я бы выстрелила раз в сто лучше — спасибо покойному отцу. Травушки-муравушки с клещами вокруг дома не наблюдалось, только в парке, что находился чуть дальше от нашей улицы. Но путь лежит не через него. По дороге спокойно торопились люди, их сбивали машины. Эх, повседневность! Мимо проехала фура моего друга, что подрабатывал в мусорке. Попросту говоря, тот доезжал до школы, попутно собирая мусор из баков, там его встречал мужичок и платил за работу. Я приветливо улыбнулась Дасту и помахала ему рукой. Тот важно кивнул и во время красного цвета указал назад. В отсеке лежала полицейская машина, что через пару мгновений была уже сохранена на моём телефоне. Выложила в ВК с подписью: «Мусоровоз с возможно мусором внутри». Свернула пару раз и наконец-то вышла к школе. Этот Ад выглядел… Сравнительно неплохо. Сравнительно с рядом стоящей заброшкой, ага. Школа имела весьма потрёпанный вид и более походила на тюрьму: вокруг стоял забор с колючей проволокой, на самом входе стоял охранник и проверял специальные билеты со сменкой. Ни в одной школе из всех я такого не видела, но очень скоро это стало скучной повседневностью, поэтому пришлось забить. Прошла этот контроль, пофигистично переобулась и занесла сменку в гардероб, привязала её к крючку, ибо могли и спиздеть. Выслушала нотацию о том, какая я плохая по поводу не специальной школьной формы и продолжила свой путь. Третий этаж, физика. — Привет, Эррор! — взвизгнула моя одноклассница. Блуберри, молодая девушка, хорошистка, постоянно в школьной форме, с двумя хвостиками своих белых волос. С голубыми сережками и голубым шарфиком. Она очень доставуча и сильно наивна в нашем-то мире: хочет со всеми дружить, поэтому лезет не в свои дела. Бесит. — Опять ты не в школьной форме! Что произошло? — поинтересовалась она. Будто бы я носила эту сраную форму. Просто моя семья в которой нет родителей, один брат диджей, а второй офисный планктон, попросту не может взять форму. Да и меня не сильно-то и ебёт: пусть эти курицы покудахтают, да успокоятся. Мне-то пофиг. — Не захотела надевать. — вновь соврала я. — Привет, Блу. А ты чего без Дрим гуляешь? Поссорились? — не знаю зачем спросила я отстраненным голосом. Чистые формальности и оставшиеся крупицы любопытства, что уж сказать. Мы вошли в класс и наблюдали никого. Ну, разве что, училку, Дрим, меня, Блу, Данс и всё. Остальных могу понять: им спать хочется, а когда первый урок, да ещё и нудятина сплошная… Лучше уж остаться дома. Я бы тоже осталась, но я же отличница, мать его. Обидно. — Доброе утро! — поздоровалась я. В знак приветствия мне кивнули. Вы поглядите: какая гордая особа! Прозвенел звонок, а я так и не услышала ответа на вопрос. Какая-то она сегодня молчаливая, ну да ладно. Все расселись по своим местам, а именно как захотели. Ибо парты свободные, а училке пох. И, о чудо, она поздоровалась! Кстати, где там Даст, он ведь почти что со мной ехал. Опять задание от Найтмера что ли? Дрим и Блу странно переглянулись, а в класс постучали. — Ах да, с сегодняшнего дня у вас новый ученик. Войди, пожалуйста. — сообщила она и чуть отодвинулась вправо, давая возможность встать посередине места от доски. Ох какие мы формальные: «Войди, пожалуйста.». К нам что, мэр учиться приехал? Дверь со скрипом открылась и в класс вошёл невысокого роста паренек. Одет он был вообще странно: коричневые шорты, коричневая футболка, чёрные перчатки без пальцев, какой-то пояс и тканина с флаконами разных красок. Недлинные белые волосы были смешно растрёпаны, а на щеке было чёрное пятно. Неуж-то тоже художник. — Представься. — махнула училка на весь этикет рукой. — Здравствуйте, меня зовут Инк. Инк Роллер. Буду рад учиться вместе с вами. — представился он и стал оглядываться помещение. Хотя, он, скорее всего, просто волновался, ибо смотреть здесь было не на что: бежевые обои, деревянный пол, белый потолок, стол, парты, стулья, люди и всякие фикусы на подоконниках. Ни-че-го. А на счёт «Буду рад учиться с вами.» это он зря. Бедный парень ещё не осознаёт того, что не сможет услышать и половины материала, пополнив свой словарный запас отнюдь не самыми приятными словами и будет жутко раскритикован. Теперь у него есть неделя для того чтобы прижиться в одной из компаний, а иначе он станет изгоем. — Хорошо, садись куда хочешь. — откровенно говоря послала его женщина и стала втыкать в телофон. Он оглядел всё помещение ещё раз и, увидев меня, приятно улыбнулся. Вот только его мне до полного счастья и не хватало!