Звонок

       Радостные нотки в голосе Сансы убедили его в том, что гость приятный и беспокоиться не о чем. Вряд ли это тот ублюдок, о котором рассказывал Варис, скорее какая-то приятельница, с которой она давно не виделась. Или же… сестра. Сандор в сотый раз проклял свою несдержанность, из-за которой едва не проговорился и не выдал свой секрет. Свою самую драгоценную тайну.         Последние недели он провёл в ожидании, что Джендри начнёт задавать неудобные вопросы или, что куда хуже, их начнёт задавать сама Арья Старк, заявившись к ним в участок — с неё станется. Но Джендри молчал: сначала витал в каких-то розовых облаках, а потом хмурился по поводу и без — вроде как у него с Арьей что-то там не заладилось. Сама же она, после того, как отпустили её дружков, вела себя тише воды, ниже травы. Возможно, подействовали их с Уотерсом заверения, что полиция во всём разберётся, хотя сам Сандор был склонен думать, что эта недогруппировка замышляет какую-нибудь очередную пакость. Может статься, что предстоящий арест окажется для Бейлиша спасением.               В тот день он не стал тянуть кота за хвост, а сразу же после разговора с Варисом отправился в Центральное управление полиции. Это позже он с улыбкой вспоминал побагровевшее от гнева лицо старика, но в тот момент, сидя перед бушующим Селми, невольно почувствовал себя приютским мальчишкой — примерно тогда он в последний раз видел шефа в таком состоянии. Селми рвал и метал. В буквальном смысле: выслушав, он сперва в клочья порвал запрос на обыск, а затем метнул эти клочья Сандору в лицо.                — Мне нужны основания! Ос-но-ва-ни-я! — разорялся шеф. — Нельзя так просто взламывать чужие компьютеры! Об этом знают даже отчаянные домохозяйки, пересмотревшие детективов!               Предчувствуя бурю, Клиган запасся десятком копий запроса. Новый лист постигла та же участь, что и предыдущие три. Обрывки бумаги разлетелись по кабинету и красивыми снежинками осели на его плечах. Наконец, шеф, выпустив пар, откинулся в кресле.               — Это случайно получилось, — буркнул Клиган, стряхивая с себя мелкие клочки.               — Разумеется, случайно, а как же? — отмахнулся Селми. — Ты случайно заделался хакером, случайно проник в компьютер Бейлиша и случайно же обнаружил махинации с документами. Ты меня за дурака держишь, Сандор?               Вытянув перед собой длинные ноги, он вальяжно развалился в кресле напротив капитана Селми.              — А чё я сделал, начальник? — Обожжённый уголок его рта презрительно дёрнулся. — Чего прицепились? Уже и мирно прогуляться нельзя…              — Мирно?! — Селми, вопреки хвалёному самообладанию, хлопнул ладонями по столу и привстал. — То есть, ты в два часа ночи мирно прогуливался и случайно зацепил витрину супермаркета? Кирпичом? Ты меня за дурака держишь, Сандор?              Его тон, как и обращение по имени, ничего хорошего не предвещали. Клиган внутренне собрался, но позиций не сдавал.              — А вы докажите! Что у вас против меня? — упирался он; дружки, заслышав сирену патрульной машины, разбежались врассыпную, бросили его у разбитой витрины, а он рванул в переулок и угодил прямёхонько в руки непонятно откуда нарисовавшегося Селми. — Я вообще имею право не отвечать на вопросы! И на адвоката имею право! — внезапно вспомнил он, победоносно глянув на капитана.              Селми, слегка остыв, сел на место и сцепил пальцы в замок перед собой.              — Какой это по счёту привод, Клиган? Пятый? Шестой? Ну и чего ты добиваешься? — Он устало посмотрел на нахохлившегося подростка. — Ты же неглупый парень. Спортсмен. Математику щёлкаешь как орешки. История, экономика — один из лучших. Да тебя любой колледж с руками…              — Колледж? — Сандор горько хмыкнул и, скопировав позу капитана, принялся перебирать в воздухе большими пальцами: — Давайте-ка подумаем, капитан. Пофантазируем, так сказать. Наверное, мои родители могут заплатить за учёбу несколько тысяч драконов в год? Или мой папенька состоит в попечительском совете? Или, может, за моё примерное поведение муниципалитет пожалует мне стипендию? А-а-а! — насмешливо продолжил он. — Вот дерьмо, я совсем забыл: на таких, как я, общество ложить хотело с прибором!              — Класть, — машинально поправил его Селми.              — Класть, ага, — ощетинился Клиган. — Вот спасибо, начальник, теперь у меня и родная речь на «пятёрочку».              Ну, чистый Пёс, подумалось капитану. Не зря его так прозвали. Хорохорится, отгавкивается, пытается укусить… Хотя какой там пёс? Пока ещё совсем щенок.               Селми уже давно понял, что ни увещеваниями, ни угрозами от мальчишки ничего не добиться. Тот был упёртым, циничным, хитрым, но при этом — смышлённым, изобретательным, соблюдающим своеобразный кодекс чести. Роль вожака среди таких же, как он, оболдуев Сандор Клиган заслужил кулаками и умом — что в драке, что в словесной перепалке равных ему не было. Не имевший своих детей Барристан Селми каким-то образом прикипел к своенравному подростку и от души желал ему добра. Но если парень продолжит свои «подвиги», вариантов у него будет немного: либо в тюрьму, либо на кладбище вслед за братцем. А вытаскивать труп Клигана-младшего из сточной канавы в планы капитана никак не входило. Ещё и назначение это… Решение пришло внезапно.              — Послушай, Сандор. — Селми наконец-то сформулировал мысль, которая уже не первую неделю крутилась в голове, и решил говорить открыто: — До конца учебного года осталось совсем немного. Летом меня переводят в Риверран, инспектором, и вряд ли мой преемник будет с тобой цацкаться, как я…              — Да чё я сделал-то?! — снова взвился Клиган.              — Помолчи! — рявкнул капитан. — У тебя есть две дороги: либо ты продолжишь свои бесчинства в Солеварнях и в скором времени поселишься за решёткой… — парень, насупившись, сник, — либо же возьмёшься за ум и поступишь…              — Ага, с руками и ногами меня отхватят! Знаем, слыхали! — Мальчишка снова нацепил на лицо маску презрения, но от Селми не укрылось, как сдавленно зазвенел его голос.              — Есть у меня одно соображение. Только без твоего желания ничего не выйдет. — Он серьёзно посмотрел на своего подшефного: — Помоги мне помочь тебе, парень.               Сандор вскинул на шефа глаза. Услышанное если не оскорбило, то уж точно задело за живое. Никогда не знавший, что такое родительская забота, он порой видел в Барристане Селми настоящего отца. Если бы не тот — неизвестно, куда завела бы Клигана кривая судьбы. Мечта стать полицейским поселилась где-то в глубине его души лет с двенадцати, но именно детектив Селми разглядел что-то в долговязом, озлобленном на весь мир подростке, то и дело попадавшем в руки копов за воровство и мелкое хулиганство. Именно капитан Селми убедил вчерашнего приютского воспитанника Сандора Клигана поступить в полицейскую академию Риверрана; именно инспектор Селми рекомендовал его, уже выпускника академии, в столичное управление на должность младшего детектива, а позже, уже шеф полиции Селми продолжал всячески поддерживать детектива Клигана.               — Ты ведь знаешь, Бари, никогда не держал.               — Веские, убедительные, желательно, подкреплённые какими-то фактами. — Шеф многозначительно постучал указательным пальцем по столу. — Основания!         Сандор поёрзал в кресле: веские и убедительные основания с самого утра жгли ему карман, и руки давно чесались выложить их на стол прямо перед носом упрямого старика. Только вот вряд ли шефа приведёт в восторг тот факт, что добыты они были совершенно незаконным путём. Несколько секунд поколебавшись, он вынул свой главный козырь — маленькую чёрную флешку, на которую Варис заботливо скопировал содержимое компьютера Бейлиша. Седые брови Селми поползли вверх.               — Это ещё что?               — Основания, — бесхитростно ответил он. — Ты же просил.               Губы шефа дрогнули, и хотя он промолчал, Сандор мог бы поручиться, что в глубине души он разразился отборной бранью. Однако, флешку взял и даже вставил в ноутбук. Несколько минут Селми внимательно изучал и анализировал файлы, а потом задумчиво потёр переносицу.               — Откуда это? Могу я узнать?               — Добрые люди помогли, — ворчливо отозвался Клиган, протягивая ему очередную копию запроса.               — В столице есть только один добрый человек, способный влезть в любой компьютер. Да и тот на пенсии. — Барристан угрюмо повертел листок в руке. Сандор благоразумно решил промолчать.               — Всё равно этого недостаточно, — продолжал упираться шеф, правда, уже не с таким рвением.               — У нас есть… — Сандор замялся: да ничего у них, по сути, нет! — Будет заявление потерпевшей Арьи Старк. И, возможно, ещё двоих.               — Арья Старк? Младшая дочь Эддарда Старка? — Селми вытащил ручку из полированного орехового органайзера, который Сандор с товарищами собственноручно вручили ему на юбилей в прошлом году.               — Ты её знаешь?               — Видел пару раз с отцом. Потерпевшая, скажите пожалуйста! — покачал головой шеф, едва заметно усмехнувшись. — Полудевочка-полупират. Та́ ещё оторва. Напоминает мне кое-кого, знаешь ли.               Пропустив его последние слова мимо ушей, Сандор ухмыльнулся: хоть кто-то с ним солидарен. Если бы Селми, подобно Варису, ударился во флористику, он бы не выдержал.               — Передашь Бриенне Тарт. И чтобы я тебя возле этого расследования больше не видел. — Селми размашистой подписью завизировал запрос на ордер и, взглянув на Сандора, поинтересовался: — А что прикажешь делать с жалобами Бейлиша на вандалов?               — Так это… — Он честно посмотрел в глаза начальнику. — Виновные понесли наказание.               Интересно, можно считать наказанием выдраивание полицейского участка и помощь Подрику в сортировке бумаг? Мальчишки, надо признать, отработали на совесть, а в последние дни отработки и вовсе ходили хвостом за Клиганом и Уотерсом, расспрашивая об особенностях полицейских будней.               В дверь постучали, и показавшееся в проёме некрасивое веснушчатое лицо Бриенны Тарт отвлекло его от воспоминаний.               — Клиган, едешь с нами, — коротко распорядилась она. — Приказ Селми.               Её по-мужски стриженая голова с чётко выделенным косым пробором исчезла, и Сандору ничего не оставалось, кроме как выйти следом.              

***

      Санса замерла от неожиданности, а Леди, пританцовывая на задних лапах, стала облизывать Арье лицо.         — Да, девочка, я тоже скучала! — Арья со смехом отодвинула от себя собаку и повернулась к оторопевшей сестре. — Даже не пригласишь войти?         Как будто ей требовалось приглашение! Отстранив Сансу, она тут же вошла внутрь и по-хозяйски осмотрела кухню.         — Удивительно… — пробормотала Санса, закрывая за ней дверь. — Я только что о тебе думала.         — Стоило бы подумать о миллионе золотых драконов, вдруг бы они тоже материализовались? — Арья потрепала за ухом радостно подпрыгивающую Леди.         — Хочешь есть? Я как раз собиралась обедать.         Арья никогда не отказывалась от еды и ела за четверых, но куда это всё уходило — никто не знал: телосложением она напоминала воробья. Санса же любила готовить, а с тех пор, как Ранда почти перестала бывать в их маленькой квартирке, приготовленного оказывалось гораздо больше, чем она могла бы справиться.         — Можешь не спрашивать. Что там у тебя сегодня?         — Курица и овощное рагу.         — Ага, валяй.         Арья тут же устроилась за столом, отсы́пала себе рисовых крекеров из забытого Рандой утром пакета и отправила несколько штук в рот. Словно между ними всё было в порядке. Словно не было этих долгих месяцев молчания.         Они не виделись почти год, с того самого дня, как мистер Бейлиш сообщил им, что родительская страховка не стоит и ломаного гроша. Сансу эта новость огорошила настолько, что она не помнила, как сестра затащила её в забегаловку за углом от офиса «Пересмешника». За их столиком оказалось двое незнакомых парней, которые затаив дыхание слушали сестру. Та, набив рот сэндвичем с индейкой, строила планы мести вселенского масштаба. Из услышанного Санса поняла, что парни попали в точно такую же ситуацию, что и они. Немного справившись с эмоциями, она попыталась урезонить сестру:         — Арья, это стечение обстоятельств. Ведь мистер Бейлиш сказал, что секретарша…                 Та в несколько глотков осушила стакан колы, пропихнув внутрь сэндвич, звучно отрыгнула и насмешливо посмотрела на сестру.               — Напомни-ка мне, дорогуша, с чего бы нашим родителям вычёркивать пункт об авиакатастрофах из полиса? И когда это мистер Бейлиш допускал ошибки такого рода? Когда он вообще ошибался?                Санса не смогла припомнить ни одного случая.               — Вот то-то, — подытожила Арья. — Ты как хочешь, а я этого так не оставлю.               Парни смотрели на неё как на какое-нибудь божество. Определённо, её решимость и бравада впечатляли, но только не Сансу. Она покачала головой:         — Я в этом не участвую, Арья.           — Так и знала, — ответила сестра, впиваясь зубами в остатки сэндвича. — Фруфиха!         Понимая, что та не отступится от своей затеи, Санса пожелала ей беречь себя и уехала домой на такси.         Назвать их разговор ссорой или разрывом отношений было нельзя, просто с того самого дня они не созванивались и не писали друг другу. И вот сегодня Арья заявляется как ни в чём не бывало, сидит в её доме, за её столом, хрустит крекерами и ждёт курицу с овощным рагу!         — Как у тебя дела? — тихо спросила Санса, поставив в микроволновку блюдо с курицей.         — Да ничего так, — неопределённо ответила Арья. — Учусь, подрабатываю. А ты как?         Санса пожала плечами.         — Разбежалась с Джоффри.         В кармане зажужжал телефон, но Арья проигнорировала звонок: сейчас её в первую очередь интересовало, что происходит с сестрой. Нельзя было не заметить, что Санса стала ещё красивее, если такое вообще возможно. От запуганной, робкой девушки не осталось и следа. Однозначно, Джофф отравлял её своими вечными придирками и тупыми насмешками.         — Я рада, — с искренним одобрением кивнула Арья. — Надеюсь, ты не сильно о нём горевала.         — Всё в порядке, — улыбнулась Санса, поставив на стол блюдо с дымящимися кусочками курицы. — Рано или поздно это должно было случиться. Хорошо, что не поздно. Он оказался не тем сказочным принцем, которого я представляла.         — Да дерьмом он оказался! — Арья не собиралась щадить чувства сестры.         Впрочем, она всегда была честной с сестрой и с самого начала не понимала её влюблённости в этого напыщенного хама. А его блядки рано или поздно выплыли бы наружу, причинив Сансе страдания. Ещё несколько месяцев назад Арья задумывалась о правильности своего поступка, но сейчас убедилась, что приняла верное решение, послав ей те фотографии. Джоффри куролесил на лыжном курорте с какой-то девицей и был настолько увлечён своей пассией, что прошёл в метре от Арьи, даже не заметив. Поморщившись, она отодвинула пачку крекеров — как эту гадость вообще можно есть? — и принялась накладывать себе курицу.               За обедом они болтали об университете, о предстоящей свадьбе Ранды, о подопечных Сансы.         — Вкусно. В следующий раз попробуй добавить в соус мёд, — неожиданно посоветовала она, расправляясь с куриной грудкой.         От удивления Санса открыла рот, но тут же его закрыла.         — И давно ты начала разбираться в кулинарии?         — С тех пор, как стала помощником повара в «Чёрном и белом», — с довольной улыбкой поведала Арья.         Санса фыркнула так, что, вопреки своим безупречным манерам, едва не оплевала её курицей. Такая реакция была более чем ожидаемой, и Арья позволила ей насмеяться вдоволь.         — Ка-ак? — простонала Санса сквозь смех. — Помощник повара! Как тебя угораздило?!         — На самом деле, устраивалась я официанткой, но однажды на кухне все заболели, и Умма — наша повариха — попросила меня помочь с нарезкой овощей. Оказалось, что с ножом я управляюсь куда лучше, чем с подносом. Через несколько дней кто-то из клиентов вернул на кухню жаркое, которое им не понравилось, а Умма была занята. Я добавила туда несколько приправ, которые даже не знала как называются, немного красного вина, прокипятила и переложила в другую тарелку. Гости пришли в восторг. Тогда Умма сказала, что у меня поварской талант, который надо развивать. В общем, она начала меня учить. До сих пор иногда бьёт поварёшкой по рукам, но, в принципе, мы неплохо ладим.         Санса смотрела на неё широко раскрытыми глазами, будто видела впервые. Это-то и понятно: сама она словно бы родилась, уже умея вышивать и печь пироги, зато Арью ни угрозами, ни обещаниями невозможно было привлечь к помощи по дому, как ни старалась их мать. Годам к двенадцати она научилась разбивать в сковородку яйца, предварительно зажарив сосиски до угольной черноты, и довольствовалась этим, пока некая Умма не обнаружила в ней талант повара.               Арья помогла убрать со стола и, вернувшись на место, вытащила из кармана беспрерывно жужжащий телефон. Несколько пропущенных от Пирожка и смс от Ломми: «Арья, срочно!»               «Занята. Чуть позже» — ответила она и, сложив пальцы домиком перед собой, принялась разглядывать сестру, пока та мыла посуду.               — Ты сказала, у тебя ко мне дело? — напомнила Санса.               — Дело, да… — Арья задумчиво почесала кончик носа, не зная, с чего начать. — У тебя случайно нет никаких проблем с законом?               Если бы в этот момент посреди кухни выпал снег или родился дракон, Санса выглядела бы менее удивлённой.                — У меня?! — Она прекратила шуметь водой и растерянно присела на краешек стула. —  С чего ты взяла?               — Да так… — Ну не рассказывать же ей, что весь этот год сама Арья только и делала, что нарушала закон, и теперь проблемы с законом как раз у неё. Но тот здоровяк, вне всякого сомнения, имел в виду Сансу! Она неоднократно пыталась выудить из Джендри информацию, даже согласилась на свидание с ним — одно-единственное, как она себе пообещала! — однако он был готов болтать обо всём, кроме того, что касалось работы. — Пару недель назад слышала разговор двух полицейских, и один из них упоминал мисс Старк, — выкрутилась она. — И он точно не имел в виду меня.               Неожиданно Санса потёрла ладонью о ладонь и Арья навострила уши: в детстве, когда сестра сильно волновалась, у неё потели ладошки, что служило поводом для насмешек. О, Арья слишком хорошо знала этот жест.               — А ты не помнишь, как он выглядел?               В глазах Сансы читалась смесь смущения и… надежды? Ситуация приобретала всё более любопытный поворот.               — Как псих, — коротко бросила Арья, с интересом наблюдая за её поведением. Санса ожидаемо вспыхнула, и она замерла на секунду, пытаясь поймать за хвост ускользающую мысль: почему реакция сестры показалась ей ожидаемой? Да потому что здесь что-то нечисто! Что может связывать эту неженку, голова которой набита сказками о прекрасных рыцарях, и того громилу из полицейского участка? Арья решила бить наотмашь: — Здоровенный такой урод, вся рожа в шрамах, и…               — Прекрати! — Санса сдвинула брови к переносице и поджала губы, в точности, как делала их мать, когда Арья приносила из школы очередное предупреждение от директора. — Ты не знаешь, как человек получил эти шрамы. Кроме того, нет надобности объяснять, что не шрамы делают человека уродливым. Вспомни красавчика Джоффри!         В кармане снова зажужжало.               — Да что ж такое! — пробормотала она, вновь доставая телефон и намереваясь сбросить звонок.               — Ответь уже, наконец-то — может, что-то важное? — сердито проворчала сестра, снова включая воду.               Арья ответила.               — Давай быстро, Ломми, я занята.               — Арья, телевизор! Сейчас! — задыхаясь, прокричал ей в трубку приятель.               — Санса, телевизор, — машинально повторила Арья. — А что там? — спросила она уже у Ломми.               — Включай, говорю!                Санса, всё так же, поджав губы, протянула ей пульт и вернулась к посуде. Картинка, которую Арья увидела, заставила её подскочить и прильнуть носом к экрану. Здание у Холма Висеньи, изученное Арьей до последнего камня, было окружено репортёрами, а на площади у входа собрались зеваки и несколько десятков полицейских. Перед этой толпой возвышалась фигура пожилого, но ещё крепкого мужчины, лицо которого показалось Арье знакомым — кажется, она видела его на одном из приёмов в мэрии, куда отец притащил их с Сансой. «Шеф столичного управления полиции Б. Селми» — обозначила мужчину строка внизу экрана.                — Отдел по борьбе с экономическими преступлениями столичного управления полиции приступил к расследованию деятельности страховой компании «Пересмешник и Ко», — сообщал мягкий голос диктора, перекрывая гомон толпы.               — Санса! — выдохнула Арья, не веря своим глазам. — Смотри!               Санса уже стояла за её спиной, держа в одной руке недомытую тарелку, и смотрела в телевизор, приоткрыв от изумления рот, а её и без того большие глаза увеличились до размера кофейных блюдец. Там, на экране в дверях здания показалась крупная светловолосая женщина, выводившая под руку Петира Бейлиша. Внешне Бейлиш казался совершенно спокойным, и только неестественная бледность выдавала его истинное состояние.                Среди толпы полицейских она разглядела взбудораженного Джендри и этого монстра — Клигана. Значит, он сдержал обещание? Арья, обуреваемая сомнениями, прикусила губу: может, она напрасно взъелась на него? Ещё и реакция Сансы… Арья никогда не стеснялась в выражениях, а характеристики, которые она раздавала людям, всегда были меткими и остроумными. Но поведение сестры озадачило её: всего за несколько минут до этого Сансу нисколько не уязвил комментарий в адрес Джоффа — любви всей её жизни! — а теперь почему-то задели насмешки в адрес детектива Клигана. Не менее странным было и то, что она с полуслова поняла, о ком идёт речь. Арья с подозрением скосила глаза на Сансу и почему-то не удивилась, когда заметила, что та вглядывается как раз в тот угол экрана, где только что мелькнули Уотерс и Клиган. Внезапно растерянное выражение стёрлось с лица сестры и сменилось тем самым, которое Арья ненавидела: лицом всезнайки.              — Арья? — негромко позвала она. — А ты ничего больше не хочешь мне рассказать?              — О чём это?              — Я имею в виду… вот это… то, что происходит сейчас… — Санса ткнула мокрой тарелкой в сторону телевизора. — Детектив Клиган! Где, ты говоришь, познакомилась с ним?              Арья почувствовала острую необходимость поскорее убраться отсюда. У неё ведь куча неотложных дел! Надо вот только вспомнить, каких.              — Арья! — потребовала ответа сестра. — Как ты с ним связана?              — Да никак! Я встречаюсь с его напарником! — выпалила она. Осталось только сообщить об этом Джендри.              Разумеется, после их единственного свидания он ей писал и звонил, и даже узнал, где она работает, и прислал цветы, но Арью это сбивало с толку. Она понятия не имела, что делать с его напором: её никто никогда не добивался, никто никогда не смотрел на неё с таким обожанием — за исключением Ломми и Пирожка, но то было другое.              — Это с тем, чёрненьким, который стоял рядом с ним? — ахнула Санса. — Какой симпатичный! Подожди-ка!              Это сработало безотказно: лицо сестры приняло мечтательное выражение, как и всегда, когда речь шла о делах сердечных. Теперь, к облегчению Арьи, на экране появился новый объект для рассматривания.              — Как его зовут? Как вы познакомились? — Санса едва не обнюхивала телевизор, ища Джендри.              — В общем, я пришла в участок за помощью, — Арья решила не упоминать, за какой. — Рассказала о Бейлише… А потом он отвёз меня домой, ну и как-то закрутилось… А этот… ну, твой знакомый, упомянул, что знаком с мисс Старк.               — Да-да… — быстро ответила Санса, не отлипая от телевизора. — Джофф однажды устроил здесь скандал и Варис вызвал полицию… Так мы и познакомились… Арья, можно же как-то перемотать назад? — взмолилась она. — Что ж ты сразу не сказала, я всё пропустила!  

      ***

      Дело можно было считать сделанным: Бриенна Тарт, как обычно в безупречно отглаженной рубашке и начищенных до зеркального блеска форменных ботинках, вывела из здания Петира Бейлиша. Он, побелевший как мел, сквозь зубы что-то быстро говорил Бриенне, но она, не обращая никакого внимания, быстро увлекла его к машине, одной рукой придерживая за локоть, а другой — оттесняя зевак, ринувшихся в их сторону.               Селми осмотрел собравшуюся возле «Пересмешника» толпу и остановил взгляд на детективе Клигане. Тот стоял в стороне от столпотворения полицейских, журналистов и просто прохожих и, по своему обыкновению, хмурился, о чём-то переговариваясь с напарником. Даже не верится, что он так быстро вырос — его Сандор. Отчаянный, дерзкий, циничный, грубый, но, в то же время, честный, ранимый и одинокий мальчик. Сын, которого у него никогда не было. Когда-то Селми даже подумывал оформить опеку над парнем, но потом понял, что любая помощь, которую он ему окажет, будет расцениваться как кумовство, а это не сослужит хорошей службы ни ему самому, ни Сандору. Клиган сдержанно кивнул кому-то, и Селми, проследив за его взглядом, к своему удивлению обнаружил у парковой дорожки гладкую как бильярдный шар лысую голову. Он решил выяснить всё немедля.               — Жарко сегодня, — без приветствия промурлыкал Варис и, достав из нагрудного кармана пиджака платок, промокнул пот на лбу.               — Жарко, — согласился Селми, будто они продолжали какой-то недавно прерванный разговор. — Почему меня не удивляет, что ты ошиваешься возле офиса Бейлиша в такой день?               — Что же тут удивительного? — На лице Вариса играла невинная улыбка. — Я ведь на пенсии. Это только ты до сих пор ловишь преступников. А я наслаждаюсь свободой, гуляю…               Машина с Бриенной и Бейлишем уже отъехала от здания, и толпа вокруг них начала потихоньку рассасываться. Селми снова повернулся к Варису:               — А я думал, взламываешь чужие компьютеры.               — Не понимаю, о чём ты. — Варис сунул платок обратно в карман и смахнул с рукава невидимую пылинку. — Хотя, признаю, содержимое чужих жёстких дисков всегда интересовало меня куда больше, чем содержимое чужих кошельков.               Баристан несколько секунд изучал круглое, приветливое лицо Вариса. О его неприязненном, почти брезгливом отношении к Бейлишу было известно давно. Но с какой стати он вдруг взялся помогать полиции? В деле оказались замешаны дочери Неда Старка — неужто Варис настолько сентиментален? Тогда каким образом Сандора угораздило впутаться во всё это? Селми вздохнул: вряд ли он получит ответы от этих двоих.               — Скажи мне, Варис… кому ты на самом деле служишь?               — Стране, Бари, — открыто улыбнулся тот. — Кто-то же должен.               

***

      — И сегодня, представляешь, в новостях увидела, что его арестовали!                Сандор, уже по обычаю, забрался с ногами на подоконник, прижал телефон к уху плечом и слушал Сансу, рассматривая пустынную ночную улицу за окном. История, вкратце рассказанная ему Варисом, в устах Сансы обросла новыми деталями и сложилась в совсем полный паззл. Сегодня она была непривычно взбудоражена, тараторила без остановки, чем-то шуршала и звенела, а он представлял, как в этот момент она ходит по квартире, вероятно, переставляет посуду в поисках чем бы занять руки, в сотый раз заглядывает в холодильник и в сотый раз закрывает его, не найдя ничего интересного. Всё это заставляло его улыбаться и слушать, слушать, слушать…                — Ещё там был один человек, полицейский… — Голос Сансы стал тише, а Сандор физически ощутил, как ускоряется его пульс. — Несколько месяцев назад он приехал на вызов… ну, у меня были неприятности с бывшим парнем, полагаю, мы слишком шумно выясняли отношения… и мой сосед вызвал полицию.               Он же старался держаться подальше от камер! Какого хрена вообще Селми понадобилось, чтобы он участвовал в этой… операции?!  Операция, выдумали ещё! Бриенне Тарт не хватало только вырядиться в блестящие доспехи — вылитая рыцарь на белом коне! Этот хлыщ, Бейлиш, похоже, даже не до конца понял, зачем к нему ввалилась ватага полицейских, возглавляемая ею. Всё угрожал обратиться куда следует, вспоминал какие-то важные знакомства в правительстве. Но откуда ему знать, что у этой скаженной бабы на первом месте — честь мундира, и никакие, даже самые высокие, заступники Бейлишу не помогут? Да и не очень-то они спохватились, эти его высокопоставленные друзья.               — Тогда я была в таком раздрае, — продолжала Санса, — что не стала его слушать, мне просто хотелось поскорее остаться одной, и, кажется, я повела себя невежливо, а ведь он пытался помочь. А сегодня я увидела его в новостях про арест Бейлиша…                — Наверное, просто совпадение… — Сандор осторожно попытался увести разговор в сторону. — Дело-то шумное, скорее всего, там собрались все полицейские города.               Так оно и было — в ходе расследования выяснилось, что страховки — всего лишь вершина айсберга. Обнаружились и торговля внутренней информацией, и подкуп брокеров, и другие биржевые махинации.               — В общем-то, да, полиции было много… Но моя сестра имеет к этому какое-то отношение, я уверена! — доверительно сообщила она.               «Самое непосредственное» — скрипнул зубами Сандор, вспоминая младшую Старк. Сегодня в конце дня ему пришло смс с неизвестного номера: «Спасибо, детектив». И две скрещенные шпаги. Сандору не пришлось думать дважды, чтобы догадаться, что автор смски — Арья Старк. Неужели, Джендри всё-таки выдал его? И всё же, благодарность от маленькой занозы каким-то образом согрела ему сердце.               — Сегодня она вдруг! — ни с того ни с сего — появилась у меня дома, а ведь мы почти год не общались… А когда мы смотрели новости, выяснилось, что она встречается с напарником того полицейского.              От удивления Сандор едва не закашлялся. Значит, Джендри всё-таки добился своего? Что ж он тогда ходит, как в воду опущенный? И ведь ничего не сказал…              — В общем, я подумала — может, как-то его поблагодарить?               — Думаешь, нужно? Это всего лишь его работа.               Конечно же, он врал. Ей, а в первую очередь, себе… Ему это было нужно. Но он представил себе, как Санса Старк заявится в участок с какой-нибудь приятной мелочью в руках, вроде сливового пирога. И, разумеется, Подрик и Джендри начнут хлопать в ладоши, как два дурачка́ на рыночной площади, и ляпнут: «Молодец, Сандор!» Вот тут-то всё и откроется: Санса будет смотреть на него с недоумением и разочарованием, он, само собой, захочет сгореть со стыда или провалиться сквозь землю, но никуда не провалится, а останется там. А она молча выйдет из участка и из его жизни, и больше никогда не позвонит и не ответит на его звонок.               — Может, ты и прав… В сущности — что я знаю о полицейских? Только то, что нам показывают в кино или сериалах, но мне всегда казалось, что это чертовски романтическая профессия. В детстве я даже вбила себе в голову, что непременно выйду замуж за полицейского. Мои родители занимались благотворительностью и спонсировали несколько сиротских приютов, а в канун больших праздников накупали подарков и везли детям. Иногда брали с собой меня, а когда Арья подросла, то и её. В первый раз это был какой-то приют в Речных Землях, и для меня это было настоящее событие. Сначала отец взял меня с собой в магазин игрушек, чтобы я помогла ему выбрать подарки для этих детей. Я ужасно волновалась, выбирала, в основном, для девочек — из того, что сама хотела бы получить; а потом мне на глаза попался набор полицейского — знаешь, такие, пластмассовые: пистолет, рация, пояс с наручниками, жетон, кажется… — и я решила, что нам он просто необходим. Отец посмеялся, но всё же купил, взяв с меня слово, что я сама подарю этот набор, кому захочу. Потом мы с мамой весь вечер упаковывали подарки, и мне хотелось, чтобы мой был лучшим. Утром я встала раньше всех, нарядилась в своё самое красивое платье — всё из бантиков, какое-то розово-зефирное безумие…               Санса рассказывала, периодически посмеиваясь над собой, своей наивностью, а вокруг груди Сандора затягивался стальной обруч, отчего дышать с каждым её словом становилось всё сложнее.                — Когда мы приехали в приют, я растеряла весь свой запал и спряталась за мамину юбку. Родители раздавали подарки, дети радовались, открывая коробки, а я свой подарок от волнения измяла так, что, кажется, он стал выглядеть не очень-то нарядно. В конце концов, я заметила в углу зала мальчика, который держался отдельно ото всех, и вообще, вёл себя так, словно его привели туда силой… я совсем не помню его лица, помню, что он был выше и старше других детей, скорее всего, ему это всё было уже не интересно. К моим родителям он не подходил, хмурился, отворачивался… короче, я решила, что именно так выглядит будущий полицейский, и не нашла ничего лучше, чем отнести свой подарок именно ему. Знаешь, он глянул на меня так, будто хочет ударить, но потом выхватил коробку у меня из рук и вылетел из зала. Конечно, это было глупо — дарить почти взрослому мальчику подарок, украшенный девчачьими ленточками… но мне было года четыре, что я могла понимать?               — Уверен, твой подарок был очень дорог этому мальчику. — Помолчав немного, Сандор всё-таки нашёл в себе силы ответить ей. — И конечно же, он не хотел тебя ударить. Думаю, твоё внимание стало для него неожиданностью, даже шоком. Может, до этого дня ему никто ничего не дарил от чистого сердца, поэтому и казалось, что его привели туда силой. Приютские мальчишки рано взрослеют и рано разочаровываются в людях, но даже если они не признаю́тся себе в этом сами, каждому из них хочется получить подарок от какой-нибудь девочки.  А уж тем более, набор полицейского, можешь мне поверить.               Закончив разговор, Сандор посидел некоторое время молча, рассматривая потемневший экран телефона. Его размеренная, серая, устоявшаяся жизнь с недавнего времени превратилась в водоворот телефонных звонков и смсок, незнакомых переживаний и узнаваний нового; и причиной тому стала девушка, которая отозвалась на крик души маленького одинокого мальчика.               Немного успокоившись, он спустился с подоконника и, прихватив с собой табурет, полез на антресоль. Там, в прохладной темноте, под слоем пыли и разной мелочёвки, он обнаружил её: коробку, в которой хранил свои сокровища: пожелтевшая фотография матери, медали за победы в спортивных состязаниях, изломанный деревянный солдатик, разделивший его жизнь на «до» и «после»… И маленький пластиковый жетон полицейского — единственное, что сохранилось от подарка, который почти двадцать лет назад ему преподнесла маленькая девочка в безумных рюшах и бантах, лица которой он не запомнил.