Школьный двор

      Вторник начался неплохо. Снег перестал падать. Ещё не осевшие сугробы блестели в лучах дневного солнца, что озарило Детройт впервые за долгое время. Всякая живая тварь пыталась погреться за счёт света. Птицы сбивались в комочки перьев и грелись у кормушек или на освещённых подоконниках. Неяркие зимние лучи в комнате светили пучками, которые проходили сквозь взвесь пыли, поднятой в очередной раз неловким движением Маркуса.       На мгновение он отодвинул тряпку от стола и чихнул. Потом ещё раз. В тишине комнаты это прозвучало неожиданно громко, напугав пташек за приоткрытым окном. Недовольно покосившись бусинами глаз на человека, воробьи кучнее сбились в комок. Самый крупный раскрыл клюв, выражая протест.       Манфред отвёл взгляд от окна и вернулся к уборке. Нужно было немного протереть пыль там, где они обычно занимались. Правда, стоило этим заняться после уроков, а не во время, но слушать про любимое искусство Маркусу не хотелось. Не сегодня.       В очередной раз проведя тряпкой по столу, он тяжело вздохнул. Сомнения одолевали, мешая сосредоточиться не только на учёбе, но и на таком простом деле как уборка.       Вчерашняя небольшая сцена всё никак не хотела оставить его в покое, возникая перед глазами. Он должен был ответить Саймону и Джошу другое. Ну, например скажем… Книги! Да, он хотел купить книги. Глупо. Даже бумажные экземпляры столько не стоили, да и при наличии огромной библиотеки это выглядело подозрительно. «Что ж, придумывать отмазки я не умею, — простирнув тряпку, Маркус приступил к стулу. — Но что я мог им сказать? Сай прав: он меня хорошо знает. Даже слишком». И то, что братья сами отказались от такого источника информации, выглядело подозрительно. Но Манфред постарался отогнать от себя мрачные мысли. Саймон — не предатель и не шпион. А Ричард и в самом деле обладал горячим норовом. Так что всё логично.       «Как же хорошо, что Ричард это провернул, — Маркус продолжил уборку, перейдя на другой стол. — Теперь Саймон вновь со мной общается. Немного и натянуто, но всё же. Наша дружба, которой лет десять, крепка и нерушима, как и прежде».       В глубине души он понимал, что лжёт себе. О какой дружбе может идти речь, если после того вечера то и дело вспоминаются приятные моменты совместных ночёвок, которые раскрываются с другой стороны. Для него это было не всерьёз, а вот для Саймона… Ещё и тот дурацкий скандал в прошлой школе. Это изменило лучшего друга. Настолько, что тот стал казаться взрослее, чем был на самом деле. Да, он всё ещё совершал глупые поступки, но это уже можно было списать на неопытность.       И всё же: Саймон — друг или нет? Маркус всерьёз задумался. Нынешнего Ламберта было трудно назвать другом. Он ясно дал понять, что обижен и не собирается возвращаться к старому общению. Но и не отталкивал, что давало надежду на возрождение отношений. Но каких? Тут Манфред уже не мог ответить уверенно. Его бы устроила дружба. Наверное. Но изменения в Саймоне… Это не могло больше игнорироваться. За каникулы он всё хорошенько обдумал, но так и не смог прийти к единственно верному решению. Ведь, как совсем недавно оказалось, он нечто подобное чувствовал к Норт. Но она точно была подругой, не как Саймон.       «Я запутался», — закончив уборку, признался себе Маркус. Два человека, совершенно разные по характеру, смогли его привлечь в серьёзном плане. Рушить дружбу с Норт он бы не посмел. Для неё это точно стало бы катастрофой.       В девятом классе она уверенно сказала, что верит в дружбу между парнем и девушкой. И разбивать такие мечты было крайне жестоко. Не стоило даже и думать о ней как о девушке. Но почему тогда так тревожно на душе, когда только допускалась возможность появление у неё парня? Коннор вот не раз отмечал её красоту и дважды её целовал…       «Подлец», — вспомнив инцидент, Маркус снова разозлился. Адамс посмел это провернуть без разрешения девушки. Какая подлость! А если он украл её первый поцелуй? «Для девушек это важно! — И хоть Тейлор не была изнеженной особой, это не означало, что ей всё равно. — Ох, не стоило ей тогда позволять с ним общаться», — Маркус покачал головой и сел за стол.       В десятом классе появились слухи о Конноре и Норт как о влюблённых. Статус самой красивой пары был отдан им, хотя они таковой не являлись. Лишь иногда садились вместе на обеде. Строго и организованно. Ни завтрак, ни ужин, ни уроки, а только обед. Но для слухов этого оказалось достаточно.       Продлилось это довольно-таки долго, но на Рождественском балу всё изменилось. Маркус, Джош и Норт объявили первую войну братьям. И всё из-за того поцелуя в полумраке коридора. Сама девушка так и не призналась, с какой целью общалась с Коннором, несмотря на все попытки разговорить. Осталась за кадром и причина начала общения. Они словно бы стёрли из памяти время, проведённое вместе, потому что ни один из них так и не рассказал о другом и не постарался ударить побольнее. А ведь по логике вещей, за полгода они могли столько друг другу поведать, что скелеты бы сами вываливались из шкафов при встрече. Но такого не было.       Пикнувший телефон отвлёк Маркуса. Тот не смог сдержать усталого стона. Хакер прислал банковский счёт, куда стоило перевести доплату. Тихо выругавшись, Маркус отложил смартфон в сторону. Сумма не соответствовала той, что компьютерщик требовал в прошлый раз. Это было в два раза больше обговорённой выплаты. И где теперь взять ещё? Снова заняться контрабандой сигарет и алкоголя с журналами? В прошлый раз удалось скрыть этот факт от отца, но попадутся ли учителя на ту же уловку дважды?       Маркус махнул рукой и согласился на условия хакера. Риск был, но теперь его минимизировали. Навряд ли в начале учебного семестра начнут проводить шмон. А вот перед днём Святого Валентина он был необходим. Для успокоения совести учительского совета.       «Надо бросить клич», — Манфред разместил привычную многим картинку с открытым чемоданом в «истории» Инстаграмма, не сомневаясь, что многие поймут послание. Так было не раз, так будет вновь. И даже Ричард не сможет ему помешать.       Маркус довольно потянулся и с улыбкой продолжил убирать пыль, чтобы чем-то занять время до конца урока. В осуществлении плана он не сомневался. Всё получится в лучшем виде.

***

      Монотонный голос миссис Голд разносился в тишине кабинета. Она неспешно прошлась между рядами одинарных парт, повторяя аксиому к формуле и заглядывая в конспекты учеников. У самой стены женщина развернулась и направилась обратно к доске, напоминая о домашнем задании.       Звонок разбудил сонных школьников, что стали довольно потягиваться и собираться на обед. Конспекты были поспешно спрятаны в рюкзаки. Класс почти мгновенно оказался пустым, учительница аккуратно перебирала на столе бумаги и явно собиралась уходить.       Джош медленно закрыл молнию большого отсека своего портфеля и устало откинулся на спинку стула. Пора было отправляться в общежитие, а затем… С тяжёлым вздохом он встал изо парты и поторопился уйти.       — До свидания, миссис Голд. — Женщина только кивнула в ответ выходящему Беннарту.       Остаток вчерашнего вечера он провёл над бумажкой и размышлял, как остановить друзей. Их действия были опасны и грозили крупными неприятностями всей школе. Это был первый звонок, который не стоило сбрасывать со счетов. Их баскетболисты только стали играть как полагается сборной, разгромив принципиальных соперников на своём поле. Они сплотились вокруг Лютера, настроившись только на усердные тренировки и лёгкие победы. Разрушать такую сплочённую команду было глупо. А Маркус об этом не подумал, когда разрешил Уильяму причинять вред Лютеру. Как и не подумал о том, что тот может начать свою игру.       За последние два года многие привыкли, что всем заправляют Адамсы. А после объявления их старостами некоторые даже вздохнули с облегчением. Конечно, они до сих пор могли устроить головомойку неугодным или прогнать по школе в нижнем белье, но за полгода это было не так часто, как раньше. Для ничем не примечательных школьников, которые просто хотели доучиться, такой вариант был идеальным.       И тут, начался очередной конфликт между Иерихоном и братьями. Это сломало всё, заставляя искать новые пути разрешения небольших проблем. Если уж есть две стороны, то почему не обратиться к третьей, которой, по всей видимости, и собрался стать Лотнер. «Как бы он не смёл всех», — обеспокоенно подумал Джош, оставляя рюкзак в комнате. Лютер ещё не заходил — его вещей не было. Это настораживало. Оставалось надеяться, что тот послушался его совета и не стал искать Маркуса для «разговора». А пока стоило поймать Лео и поговорить.       Проверив карту и телефон, Джош запер дверь в комнату и отправился на поиски младшего Манфреда. Первым делом он зашёл в другое крыло, где ему тут же встретился Лотнер.       Уильям недовольно взглянул на Беннарта, но от стены так и не отлип. Его окружали трое парней, которые даже не обратили на гостя внимания. Но Джоша никак не хотело покидать чувство, будто они всё знали и были готовы помешать в любой момент. Что двенадцатигодки могли сделать с ним, не представлялось. Хотя перед глазами проносилось великое множество вариантов его наказания.       Джош постарался быстро пройти мимо и лишь за углом сумел спокойно выдохнуть. Не нравилось ему всё это. По-хорошему, он должен был всё рассказать сперва Маркусу, но после всего, что произошло, сам парень стал сомневаться: а того ли он называл другом? Разве друзья не должны прислушиваться к друг другу и помогать во всём?       «Подумай хорошенько, зачем ему общаться с тобой, таким бедным и умным», — так некстати вспомнился совет Саймона. На что Беннарт помотал головой. Нет, это всё неправда. Он не нужен Маркусу для… «А может, и нужен. Что и не говори, а он в некоторых дисциплинах откровенно слаб. И если бы не шпаргалки, — Джош неуверенно остановился перед дверью в комнату Лео, — то и минималку бы не набирал. Но это ничего не означает», — он постучался, отбрасывая этот вопрос в сторону.       Дверь отворилась не сразу. Шебуршание, стуки, шёпот — всё намекало, что внутри кто-то есть. Но жители ожидали, пока он уйдёт, притворяясь, что никого нет. Джош вновь ударил кулаком по дереву. На третий или четвёртый стук дверь отворилась, а парень торопливо убрал руку от носа девятигодки. Тот недовольно потёр платком крупный нос и зыркнул красными глазами, шмыгнув.       — Чего?       — Мне нужен Лео.       — Нет его, — сипло ответил юноша и уже хотел хлопнуть дверью, но Джош перехватил и не дал этого сделать.       — Передай ему, пожалуйста, что его искал Джош Беннарт. И лучше тебе с простудой…       — Обойдусь! — Парниша захлопнул-таки дверь, и вместе с хлопком раздалась череда чиханья с проклятиями.       Джош ещё немного постоял, вдруг Лео вернётся. Чем раньше они встретятся, тем лучше. Мимо проходили девятигодки и двенадцатигодки, пробежал Вудинг, крича на кого-то по телефону. Судя по всему, что-то не так со статьёй. Хотя учебный семестр недавно начался: о чём можно было писать? Но, заметив задумчивого Беннарта, развернулся, чуть не столкнувшись с мелкорослым и худощавым парнем в очках. Не извиняясь, он пронёсся обратно. Джош понял, что вляпался, и постарался скрыться в конце крыла, у комнаты старост. Но от Стива так просто было не избавиться. Два года назад тот присосался как пиявка и вынюхивал про Норт и Коннора, о том конфликте. За счёт этого стал редактором и основал свою серую газетёнку. Догнав того в пустынном коридоре, Стив буквально вжал Джоша в угол, нависая над ним.       — К четырём в редакцию! Закончим там. — Вудинг сбросил вызов и стал крутить телефон в руках. На лице сияла доброжелательная улыбка, но Джош не мог избавиться от ощущения, что всё это неспроста. Натянув вежливую улыбку, он кивнул в знак приветствия. Глаза Стива загорелись, Беннарт понял, что теперь так просто он не сможет уйти. — Джош, я завязал с журналистикой, ведь теперь занимаю верх в школьной газетёнке. Стажёры носят мне напитки, еду, журналисты готовы молиться и драться по щелчку пальцев ради моего развлечения. Поэтому расслабься. — Джош вздрогнул, когда рука опустилась на его плечо. — Мне нужен ответ на один вопрос.       — Сплетни собираем? Про Норт и Коннора больше ничего не скажу! — решительно произнёс Джош, сбрасывая руку. — Посылай своих журналистов разнюхивать.       — Нет, мне это не интересно, — разочарование мелькнуло на лице Стива, что привело Беннарта в ступор. Разве ему бы не хотелось закончить карьеру тем же, чем и начал? — Маркус что-то затеял, да? Ему следует быть более осмотрительным в поисках союзников. Кабы они не навредили школе. Надеюсь, мы поняли друг друга, да?       — Я постараюсь донести…       — Нет! Нет, Джош! — Беннарт вздрогнул, когда его схватили за плечи. Стив выглядел непривычно взволнованным. — Внуши! Вдолби! Делай что хочешь, но чтобы Маркус больше не совершал таких глупых поступков. Ты же понимаешь?       Беннарт удивлённо кивнул, и лишь после этого его отпустили. Вудинг поправил пальто и галстук. Школьного пиджака на нём не было. Погладив чёлку, не говоря ни слова, редактор школьной газеты ушёл. Джош лишь мог наблюдать за его высокой тонкой фигурой, пока та не скрылась за углом.       Это… просьба? Предупреждение? Джош не понимал, чего от него хотели. «Или он тоже знает про Лютера и слухи?» — мысль звучала здраво, ошарашивая поначалу. Это выглядело теперь серьёзнее, чем прежде.       Торопливо вернувшись к комнате Лео, Джош было занёс руку для удара и… не стал беспокоить болеющего. Его чихи были хорошо слышны в пустоте коридора. Находился бы там и Манфред, то постарался бы помочь другу. А так… Тишина.       Немного ещё помявшись перед комнатой, Джош отправился на обед. Стоило убедиться, что с его другом всё в порядке, Лютер общается с командой как прежде, не подавая вида и… Может, Лео всё же там.       Джош в очередной раз проклял размеры школьной территории и поторопился в столовую. Чтобы найти одного человека, столько усилий стоило приложить. Наверное, столько же и в полиции бегают. За преступниками.       По коже непрошенно пробежали табуны мурашек и потянуло холодом, когда он наткнулся взглядом на столик их компании. Норт беззаботно улыбалась, накручивая волосы на палец. Маркус разговаривал, возможно шутил. А Саймон… Саймон уставился в свою порцию и молча ковырялся в ней. Словно его принудили сидеть подле них. Как порой хулиганы раньше делали с более слабыми, что занимали место мальчиков для битья. Некая серьёзность и вместе с ней неприступность так и витали вокруг друзей.       Совершенно иная атмосфера царила на другом конце обеденного зала. Ричард и Тина сидели за соседним столиком с Лео и какой-то девушкой. Чэнь, опасно покачиваясь на стуле, с улыбкой передала им что-то. Возможно солонку, потому что младшеклассница активно стала дёргать рукой над блюдом. Почему-то казалось, что там спокойно и тихо. Уютно.       Джош застыл, выбирая к кому подойти. Ричард и Лео или Маркус и Норт?.. Сделав непростой выбор, он шагнул в сторону старосты, но его позвали друзья. Натужно улыбаясь, ему пришлось подсесть к ним.       — Ты представляешь, Маркус прибрался, и без напоминания! — тут же поделилась Норт своей радостью.       — О чём ты? — Саймон поднял голову.       — Это тайна Иерихона. Ты ещё не дорос до неё, — девушка огрызнулась.       — Ой да ладно… Думаю, Саймон не предатель, ему незачем нас предавать или подставлять. Давайте ему покажем наше место, а?       Джош обхватил голову руками. Словно бы внутри мозги пухли, кипели, причиняя боль. В висках застучало. Да, он устал. Устал думать. Устал покрывать. Пора попытаться остановить их.       — Джо, всё хорошо? — Маркус взволнованно притронулся к руке. Джош отдёрнул её и тяжело вздохнул, покачивая головой.       — Нет, всё плохо! Маркус, ходят слухи, что наш Майер… В общем, я же предупреждал, что это плохая идея — привлекать Лотнера, — Джош встал и ударил ладонью по столу, отчего многие притихли и стали посматривать в их сторону. — Ты меня не послушал. Ко мне уже второй человек подходит и просит тебя утихомирить, как и Уильяма. — Друг нахмурил свои густые брови, а Норт приложила палец к губам, умоляя замолчать. — Прекращай свои игры.       — Прекратить, когда мы в шаге от победы? Джош, потом обсудим. — Маркус с силой сжал вилку, пытаясь сохранить спокойствие.       — Да, в более уединённом, кхм, месте, — Норт опустила голову. — Без свидетелей.       — Остановитесь, пожалуйста. Прошу в последний раз.       — Джош, о чём ты говоришь? — Саймон собрал мусор на поднос и теперь смотрел на Джоша странным взглядом. Который вполне можно было охарактеризовать как пробирающий до костей. — Что они задумали?       — Они уже сделали, Саймон, — Беннарту стало жаль его: ничего не понимающего, не знающего. — Самое ужасное уже произошло: по школе ползут слухи о Лютере. Они принесли его в жертву. Кто станет следующим, а? Он? — он стал наблюдать за реакцией друга, указывая на паренька за соседним столиком. Компания притихла и прислушалась, боязливо поглядывая в их сторону. — Она? — Девушка, что шла с подносом, полным мусора, чуть не запуталась в ногах, почувствовав взгляд Иерихона. Но она сумела справиться с волнением и прошла мимо, нервно ускорив шаг. — А может, и мной не побрезгуешь?       — Джош, сейчас не время.       — И совершенно не место… — прошептала в сторону Тейлор, но её всё равно услышали.       — Норт! — Она испуганно подпрыгнула на месте и возмущённо уставилась на него. Сглотнув, девушка встала изо стола и натянуто улыбнулась.       — Джош, эта шутка затянулась! Иди за обедом и садись уже к нам.       — Да, Джо, ты, должно быть… — Маркус привстал, желая приобнять друга за плечи, но тот сделал шаг в сторону.       — Устал? Да, устал. От вас! Это последнее предупреждение, и вы, видимо, не хотите ему внимать. Приятного аппетита, увидимся завтра на занятиях. Я готов дружить и дальше, но… Воюйте с братьями сами, без меня.       Беннарт решительно направился к выходу из столовой, чувствуя некоторое облегчение. Он сумел покинуть их компанию. Конечно, после такого он не смеет больше называться их другом, но другого выбора не оставалось. Быть может, это поможет им понять, что они двигаются в неправильном направлении.       Надежда угасала с каждым днём. Вот и сейчас стала слабо тлеть, ведь никто из них не пошёл следом за ним. Переведя дух, Беннарт поправил куртку, чувствуя холод. Откуда тот мог взяться, он не понимал.       — Пожалуйста, поймите.       С неприкрытой грустью Джош обернулся и, никого не увидев, поспешил в их убежище. Оставалось одно незаконченное дело. К сожалению.

***

      Норт в бешенстве ворвалась в женский туалет, распугав каких-то девятигодок. Девочки поспешно покинули уборную, оставив ту одну. Раздражение Тейлор было понятным. Этот придурок, идиот, долбаёб всё испортил! Ну чего ему стоило промолчать? Зло сжав края холодной раковины, девушка посмотрела в зеркало. На идеально чистой поверхности отражалась взъерошенная гарпия: страшная, но не воспринимаемая всерьёз.       Норт скинула рюкзак на пол и принялась приводить волосы в порядок. Выглядеть пугалом она не имела права. Что и не говори, а она всё ещё эталон, несмотря на все попытки потеснить с пьедестала. Даже вся эта ситуация вокруг Кары не повредила, как бы её не ели. Некоторые до сих пор подражали Тейлор. Например, выкрасили ногти в лиловый цвет. Как у неё. А значит, ей нельзя ронять марку.       Затянув на затылке хвост, Норт улыбнулась себе и провела помадой по губам. И хоть ей не нравился розовый цвет, но без бальзама кожа трескалась. Приходилось жертвовать эстетикой ради здоровья. Подмигнув отражению, она вышла из туалета и тут же врезалась в чью-то спину. Ойкнув, Норт возмутилась:       — Хули встал? Тут девчачий туалет, придурок!       Парень развернулся, и Тейлор узнала в нём Ричарда. Испуганно она сделала шаг назад, желая сохранить дистанцию. Но сзади была лишь дверь в туалет, что открывалась наружу. Так что побег сразу оказался обречён на провал. Приняв воинственный вид, пока Адамс безмолвно стоял и не отводил взгляда, Норт пошла в атаку:       — Так чего встал, а? Может, пойдёшь по делам?       — У меня к тебе дело есть. Я заплачу.       — Да пошёл ты. Я тебе что, проститутка? — Норт оттолкнула Ричарда и решительно зашагала в сторону лестницы. Пора было идти готовиться к разносу от мадам Дэлане. Вновь же эта старуха будет не в духе и даст удивительное дополнительное задание. Так что лучше ей пойти туда морально готовой и без всяких идиотских разговоров с Королём.       — Это касается событий годовой давности.       Норт встала как вкопанная. Для непосвящённых показалось бы, что имелось ввиду прошлогоднее противостояние, а не дружба между ней и Коннором. Хотя какая это была дружба? Они и не разговаривали почти. Но связь всё равно возникла. Чертыхнувшись, она приняла единственно верное решение.       Тейлор вернулась к Ричарду, лениво бросив оправдание:       — Я это делаю только для того, чтобы этот придурок не сделал то, за чем его застукала. И ради денег. Двести баксов, и я выполню твою просьбу. Только больше ко мне не подходи, понял?       — И это всё?.. — Ричард удивлённо поднял бровь, а Норт решила не упускать прекрасный шанс.       — Ох, ну если хочешь поторговаться, то давай и Саймону до кучи вломи. В вашем братском стиле.       — Без причины второй раз не провернуть, знаешь ли…       — Ну, нет, тогда нет, — не стала настаивать девушка. — Чего надо?       — Здесь всё написано, — Адамс без лишних слов протянул бумажку, сложенную вчетверо. — Выполнишь — выплачу всё на следующий день. Ты же принимаешь нал?       — Я тебе что, проститутка? — раздражённо фыркнула Норт, мигом успокаиваясь. — Разумеется наличность. И помни, что я делаю только в память о прошлом. Так что надеюсь, до Маркуса не дойдёт эта сделка.       — Разумеется, — в её же тоне ответил Ричард и прошёл мимо.       Тейлор поморщилась и сжала кулак. Бумага захрустела. «Это лишь… Твою же!» — ругнулась она и решила прогулять урок. Всё равно не успеет. А вот нырнуть в их каморку запросто. Только нужно было предупредить Маркуса.       «Я прогуляю биологию. Не волнуйся! :))))) Просто не хочу видеть рожу той бабуськи», — сообщение улетело к адресату, а девушка поправила рюкзак и поспешила к лестнице. Стоило поторопиться, если она хочет спрятаться. И тщательно обдумать предложение.       Ричард всегда был загадкой для девчонок их класса. Хотя и Коннор хранил немало секретов и тайн. Парочку из которых знала лишь Норт. Он потерял любимого человека. А тупые одноклассницы продолжали к нему липнуть. Неудивительно, что у него сдали нервы и он пошёл на крышу, где и встретился с курящей Норт. Девушка с волосами до плеч ожидала любого разноса, вплоть до её сдачи директору, что ещё ошивался в своём кабинете буквально под ними, но… не откровенного разговора.       — Низковато. Ты согласна? — закуривая, неожиданно высказался Коннор. — Как не старайся, а не помрёшь. Только кости переломаешь. Даже если разбежишься, толку не будет.       — Ты что, с ума сошёл? — Тейлор на всякий случай сделала пару шагов назад. Кто знает, что в голове у парня. Ветер потрепал бантик на ленте, что поддерживала волосы.       — Нет. Я просто устал. — Голос дрогнул. — Мерзко, что не могу брату об этом сказать.       — Ну да, контрольные изматывают, а ведь сентябрь только начался, пару недель от начала учёбы прошло, вот и…       — Нет, Норт. — Твёрдым тоном прервал её Адамс. — Дело не в учёбе. Дело в человеке, которого больше нет.       Девушка поправила прядь, которую ветер швырял в глаза. Слова соболезнования здесь не помогут, она понимала это. Так что Норт неловко подошла к нему и обняла со спины. Коннор напрягся, нервно затянулся, выбросил сигарету и обернулся, уткнувшись лицом в её плечо. Тихие всхлипы не оставляли выбора. Тейлор прижала его к себе и погладила по спине, успокаивая. С учётом разницы в росте, это было непросто.       — Если ты ещё раз попробуешь сделать это, то не думаю, что того человека твоё решение порадует. Как и близких. Тебе же тяжело? А какого будет Ричарду или вашей маме? Так, с завтрашнего дня ты будешь обедать со мной, как только почувствуешь себя плохо. Ты понял? Раз брату не можешь признаться, то я неплохой вариант помощи.       После того разговора на крыше Коннор стал обедать с ней. Часто всё проходило в тишине. Они ели и расходились по своим делам. Иногда они болтали ни о чём. Общих тем не было, а может, они и не искали их. Ни Коннор, ни Норт не считали себя друзьями. Хотя один вечер всё перевернул…       Норт встряхнулась, выныривая из воспоминаний. Уже прошла половина урока, а она ещё ничего не придумала по просьбе Ричарда. Кстати, а какая она?.. Вдруг там просьба помочь с…       — Да ладно? И как мне это провернуть? Он же ни за что не поверит в такую ересь!       Норт помассировала виски, тяжело вздыхая. И как решить всё в свою пользу? Если только не…       — Ну, старые добрые записки никому ещё не вредили.       Решение было найдено. Она подкинет записку, встретит парня и уйдёт, передав того в руки Ричарда. А что тот собрался с ним делать, её не волнует. И как связаны Коннор и Гэвин её тоже не волнует… Совсем не беспокоит. Только если они не были парой.       — Тогда, к сожалению для Рида, я на стороне Адамс. Блин, можно было бы, но нет… — Норт отмела желание использовать эту информацию, но она себе пообещала никогда не опускаться ниже поставленной планки. Воровать вещи, ломать их, запугивать, пускать слухи на основе доказательств — да, это можно, но распускать настолько грязные и мерзкие сплетни означало не уважать соперника. И себя. — Ну что ж, Рид, надеюсь, тебе не сильно достанется от Ричарда.       Достав розовые листки, Норт принялась писать признание, желая завлечь жертву в сети. Выбора-то не было. Да и поступать так с парнем, у которого травма, мерзко.       — Перепишу-ка… — Бумажка хрустнула, скатываясь в комок и отправляясь в ящик для мусора.       Времени ещё было полно для исполнения. Торопиться в таком деле не следовало. Стоило тщательно всё обдумать. И, сложив руки на столе, Норт задумалась, а потом, словно от озарения, вскочила и стоя написала новый вариант. Уж от такого даже Гэвин не откажется…

***

      Гэвин довольно потянулся, вставая изо стола. В списке, который озвучила мадам Дэлане, его не оказалось. Остальным предстояло получить задания для вечернего занятия. «Лошки», — усмехнулся он, напоследок окидывая взглядом класс. Да, вечернее занятие не прогулять. А он как раз сумеет выспаться перед экзекуцией по литературе, устав после физкультуры.       Несмотря на то, что он занимался спортом в каникулы дома, мышцы всё равно болели от упражнений. Но отмазаться не получилось бы, очередной урок, последний на сегодня, был плотно связан с физическими действиями. Волейбол. Дебильное полугодие.       Спустившись вниз, Рид открыл свой шкафчик и неверяще поморгал. На его сумке со спортформой лежал дурацкий конверт в цветочек. Всё ещё не веря в происходящее, Гэвин взял послание в руки и повертел. В нос тут же ударил аромат женских духов, сметая последние сомнения. Конверт не был заклеен, и парень быстро смог достать письмо. Помадный след ярко выделялся на розовой бумаге, испещрённой тонкими буквами изящного почерка. Гэвин нервно сглотнул, вычитав первые строчки и сразу же убрал письмо к конспектам на полке.       Им заинтересовалась девушка? Щёки запылали при мысли об этом, а фантазия бросилась в пляс. Сильно ли она смущалась, опуская письмо в щель шкафчика? Постоянно ли оглядывалась, боясь, что засмеют? Чего стоило ей сделать этот шаг? Что ж, ему имеет смысл пойти ей на встречу и сказать правду. Она закусит губу, пытаясь не заплакать, или сразу убежит?       Гэвин помотал головой, меняя рюкзак на сумку. Об этом он подумает позже. Когда ознакомится с письмом. Но фантазия не желала останавливаться, подкидывая всё новые образы скромной девятигодки, что влюбилась в него и очень желает познакомиться ближе с брутальным парнем. Даже напоминания про Коннора не сразу помогли усмирить бурю эмоций. Которую тут же заметили одноклассники.       — Эй, Рид, ты чего такой воодушевлённый? — Лютер первым заметил его приподнятое настроение. — Так-так, у нас первая парочка сформировалась, а мы и не в курсе?       — Какой бред, — шутливо бросил Гэвин, падая рядом. — Пальма первенства у Манфреда.       — Мы с Норт не пара! Сколько можно повторять? — явно злясь, выкрикнул Маркус с другого конца раздевалки. И как этот придурок мог подслушать их разговор, оставалось тайной. Локатор в ушах поставил на свою фамилию?       — Переодеваемся. Обсудите это после.       Ричард закрыл свой шкафчик и скользнул взглядом по Гэвину, прежде чем выйти в зал. Парню стало не по себе. Словно хищник смотрит на жертву перед последним броском. Но, помотав головой, Рид постарался избавиться от всего лишнего в мыслях и стал переодеваться как можно быстрее. В раздевалке было довольно-таки прохладно, так что у Рида это не заняло много времени.       Выскочив в зал, он не без удовольствия отметил, что тут теплее, а девчонки начали тоже выходить и разогреваться. Вдруг это одна из них, а не девятигодка написала ему послание?..       Одна из Хлой, собрав волосы в пучок на затылке, помогала сестре делать растяжку. Рядом стояла Кара и о чём-то щебетала с Тиной и третьей Старк. Вдруг она со смехом развернулась и потрясла задом.       — Толстая! — Тина ударила ладонью и рассмеялась.       Уильямс, трагически корчась, упала на колени и молитвенно сложила руки на груди. Девчонки весело проводили время, пока Бэтси держалась подле Норт и о чём-то рассказывала. Что тут же невольно отметил Гэвин. Уэтсон никогда так себя не вела. Чтобы общаться с Норт? Если это Бэтси ему написала, то… Он и не знает, что с ней сделает. Кулаки невольно сжались. Драться с девчонкой глупо, парень прекрасно понимал последствия, но и указать той на неправильность действия следовало. Он не собственность! Ему нельзя указывать. И какая-то влюблённая девица не…       — Гэвин, если ты сейчас же не отведёшь взгляд от цветника, тебе крышка. — Рид обернулся. Ричард возвышался с усмешкой в глазах. — Ещё раз на них так посмотришь — и кастрирую. Правила ты отлично знаешь. Иди разогревайся, скоро урок начнётся.       Гэвин покорно отошёл к стене, сложив руки на груди. Губа и ладони болели. Вот почему староста к нему подошёл. Заметил неладное… Что ж, ладно. Весь урок он будет вести себя как обычно, а потом уже будь что будет.       Занятие для Рида, послушно выполняющего указания учителя, пролетело незаметно. Почти. Не считая небольшого инцидента с Ральфом. Одноклассник попал в него мячом, а после спрятался за Майером и долго извинялся. Дождавшись желаемого звонка, Гэвин первым влетел в раздевалку. Нужно было тщательно вымыться перед встречей. Ну и что, что она после обеда.       В столовой, Гэвин то и дело проверял внутренний карман пиджака, словно боялся, что письмо испарится. А в голове прокручивались фразы из короткого послания. «Дорогой Гэвин. Нет, имею ли я право так обращаться к Вам, мистер Рид? Мои мысли сейчас так сумбурны, что вычленить из них хоть что-то рассудительное трудно. Но я попробую. Да, на дворе XXI век, не век таких дурацких писем, но по-другому выразить свои чувства к Вам я не могу. Вы недосягаемы для меня. Боюсь, что при личной встрече лишь поймаю Ваш осуждающий взгляд: как такая, как я, посмела занять Вашу минуту жизни и молчу, уставившись в Вас. Но всё равно прошу о встрече. Сегодня, во время занятий по биологии, у учительского угла. Я буду ждать. Пожалуйста, мистер Рид, никому не говорите о письме.»       Гэвин с нетерпением ожидал момента встречи, закрывшись в комнате. Слова были подобраны, чтобы объяснить несчастной девушке, что он отвратительный выбор. «Да, ты встретишь кого-то получше меня», — парень с мечтательной улыбкой бросил взгляд на часы и подскочил с кровати. До встречи оставалось минут десять, многие уже покинули общежитие, торопясь на дополнительные занятия. Ещё раз брызнув на себя одеколоном, Рид с неким волнением отправился на встречу.       Учительский угол, или учительский туалет, всегда привлекал влюблённых удалённостью и приватностью. Преподаватели сами туда редко ходили, предпочитая ему жилой дом. Конечно, пары не входили в помещение, оставаясь снаружи и сидя на широком подоконнике большого панорамного окна. Но место всё равно продолжало так называться.       Неожиданно громко в тишине коридора звучали его шаги, вынуждая Гэвина ещё сильнее нервничать и стараться идти тише. Но мысли, что девушка там места не находит из-за беспокойства, подгоняли вперёд, едва не вынуждая того срываться на бег. А правильно ли он сделал, что оставил куртку в шкафчике? А не упадёт ли девушка в обморок? А что, если…       Мысли нескончаемым потоком продолжали литься в сознание Гэвина, не позволяя тому замедлить шаг вплоть до заветного угла. Сделав глубокий вдох, он отряхнул пиджак от невидимой пыли, пригладил волосы и завернул за него.       Никого.       Рид потряс головой, успокаивая дыхание. Девушки не было. Быть может, он пришёл раньше? «Ну, точного времени она не указала, так что подожду», — подумал Гэвин и сел на подоконник, где заметил напротив себя розовый стикер. Лениво потянувшись, он сорвал его и обнаружил на обороте просьбу пройти в туалет. В том, что это адресовано ему, сомнений не возникало. «G.R». Его инициалы говорили сами за себя.       «Вот начитаются своих девчачьих романов и верят в херню, а мы, парни, потом разбивай их мечты об реальность! И кто после такого виноват: авторы этих сказок или мы?» — Гэвин спрятал записку в карман и пошёл выполнять просьбу.       Рид тихо открыл дверь и прикрыл рукой глаза, осматриваясь. Кафель оказался начищен до блеска, отражая свет от ламп. Зеркала у рукомойников были сплошными и также подсвечивались. Кабинки выглядели закрытыми.       Гэвин вошёл, сглатывая слюну. Попасться на глаза преподам не хотелось: он как-то хотел разрисовать всё здесь, но старикан завхоз его поймал на входе. Отделался предупреждением. Но во второй раз наказание будет суровее.       — Эй, ты здесь? — громким шёпотом спросил Рид.       В ответ что-то упало у дальней кабинки, на что парень закатил глаза. Девчонка действительно начиталась книжек и согласна на всё? Нельзя же так к себе относиться ради парня! Гэвин спокойно подошёл к кабинке и деликатно постучался. Спокойный голос из-за спины заставил того вздрогнуть.       — Никто не ответит. Мы здесь одни.       Рид сглотнул и повернулся к двери. Ричард, что почему-то был без пиджака, зазвенел ключами. Замок помещения защёлкнулся, а Гэвин понял, что угодил в ловушку. Пытаясь сохранить видимость контроля над ситуацией, он усмехнулся и шутливо бросил, подходя несколько ближе:       — Не знал, что у тебя настолько женский почерк. Ну, что на этот раз я сделал Тине? Хватит её защищать, не маленькая уже.       — Ты самый мерзкий человек, который когда-либо встречался на моём пути. А видел я типов и похлеще тебя. Но никто прежде не делал того, что сотворил ты. — Адамс стал закатывать рукава.       И хоть он говорил спокойно, его холодный тон отрезвил Гэвина. Время шуток прошло. Левой рукой огладив шею и выдохнув шумно через зубы, Рид атаковал первым. Но эффект внезапной атаки провалился. Ричард ловко поставил блок, сделал шаг вперёд и ударил в ответ. Гэвин отшатнулся, потирая ушибленную челюсть. На языке появился вкус крови. Посасывая разбитую губу, он ошарашенно наблюдал, как противник достал из кармана брюк кастет и сделал пробный замах.       — Мне его подарили в шестилетнем возрасте. Но никогда прежде я им не пользовался: габариты не позволяли да брат не разрешал. Всегда прикрывал меня, отодвигал на задний план. Защищал. Теперь пришло время отплатить ему.       — О чём ты?.. — Рид несколько побледнел. Неужели это он виноват в госпитализации Коннора? Нет, такого быть не может.       — Ты сам знаешь, — Ричард стал поигрывать кастетом, любуясь им. Возможно, предался воспоминаниям.       И почему всё всегда так сложно? Чёрт, и с Коннором не обсудить этот финт. А стоило бы: какого Ричард собирается его избить? «Ладно, разберусь с этим позже!»       Рид хищно облизнулся и сплюнул на пол. Стало ясно: дело пахнет жареным. Придётся драться всерьёз. Расстегнув пиджак и бросив его на оппонента, Гэвин ринулся в бой, чтобы добраться до ключей и выбраться отсюда. Любой ценой.

***

      Ричарда веселило сопротивление Гэвина. Да, хулиган определённо умел драться, но мотивации у того точно не было. Пару раз он чуть было не сбил Адамса с ног, но парню чудом удалось удержаться на скользком полу. Кафель, который, к слову, уже был в крови. И Ричард, и Гэвин тяжело дышали и держались за бока, пользуясь затишьем.       Адамс думал, что, когда покажет тому оружие, он сознается, и совсем не ожидал, что тот бросится в драку. Он не был готов пустить кастет в ход, понимая всю ответственность, поэтому первые удары пропустил. Рёбра болели, глаза заливал пот. Облизав сухие губы, Ричард внимательно осмотрел противника. Тот левой рукой держался за бок, а правой облокачивался на рукомойники, сплёвывая туда слюну с кровью. Нужно было заканчивать. Ярость, с которой Адамс дрался в первые минуты, утихла, уступив место усталости.       — Предлагаю решить всё мирно. Ты покинешь стены этой школы в ближайшие дни.       — А не пойти ли тебе, а? — Рид снова сплюнул кровь, но теперь не сводя насмешливого и дерзкого взгляда с противника.       Выпрямившись, Адамс оправил мокрую рубашку и вытер пот со лба. Причёска растрепалась, а жёсткие волосы впивались в израненные пальцы, царапая подсыхающую корочку. Хулиган не хотел понимать серьёзность ситуации.       — Гэвин, лучше уйди из школы, иначе не доживёшь до выпускного. — Он выпалил это на одном дыхании, сжав пальцы в кулак. В кармане брюк лежал небольшой сюрприз для второй части, спрятанной в последней кабинке. Теперь парень не был готов использовать эту вещь по назначению. Но если переговоры провалятся, то… «Вся вина будет на Гэвине».       — Послушай: произошедшее со мной и Коннором, — лицо Ричарда исказила злоба, напугав Рида. Тот примирительно поднял руку. — Слушай… Мы встречались. Ясно? Я что-то выпил, мне голову снесло. Думаю, что это было дело рук Тины или Бэтси. Виноват, но давай мы с твоим братом сами разберёмся, ладно?       — Не смей сюда приплетать Тину. И не произноси имя моего брата! — В два шага Адамс преодолел то небольшое расстояние, на которое они разошлись, и схватил того за грудки. — Ты никогда больше его не увидишь. Как и я, ублюдок! — замахнувшись, он ударил того кулаком по лицу, отпуская. Гэвин пошатнулся, делая шаг назад, но почти сразу же упал: это Ричард поставил ему подножку. Парень сел на него и, держа за грудки, наносил тому удары по лицу. Злость взяла вверх. — Он никогда больше не станет таким, как раньше. Ты убил его, сучий сын! Он овощ! Агрессивный хрен. Доволен? — С тяжёлой одышкой Ричард поднял за шкирку ещё пытающегося сопротивляться парня и потащил к задней кабинке. Что ж, придётся применить другой способ убеждения. Уж после такого тот точно бросит школу или его выгонят!       Пластиковая дверца с хлопком открылась, являя голубоватый унитаз с опущенной меховой крышкой и вибратор. Рид руками вцепился в фанерные стенки и попытался подняться. Ричард усмехнулся и носком ботинок подцепил дверь, закрывая её и зажимая тому пальцы. Крик боли вперемешку с матами и скулежом громким эхом раздался в туалете. Потом, словно бы опомнившись, Гэвин закусил губу, глотая крик. Адамс со смешком прекратил пытку, снова распахивая дверцу, и уже без проблем затащил того внутрь.       — Слышь, отвали, а?       — А мой брат тебе об этом не говорил? — Ричард наклонился и прошептал вопрос тому в ухо. Ощущение власти пьянило, как и этот странный запах: смесь одеколона, пота и крови. Хотелось насладиться всем этим сполна. Поэтому, не отдавая себе отчёта, он прикусил мочку, тут же отдёргиваясь. Он же не маньяк какой-то.       — Прикинь: нет! — Гэвин тут же пожалел, что ответил так. Его грубо схватили за волосы и приложили об бачок лбом раз. Второй рывок был остановлен им. Руками он опёрся о прохладную керамику, облегчённо выдыхая. Но один рывок вверх всё изменил, и его нос хрустнул от встречи с гладким углом бочка. — Ты охуел, мудак? Тебе это с рук не сойдёт! Ты отправишься в тюрьму, утырок!       — Хочешь шутку? В тюрьму скорее отправишься ты, — Ричард с неким наслаждением протянул это, всматриваясь в недовольное и залитое кровью лицо.       — Я это так просто не оставлю!       — Кому поверят: старосте с идеальной репутацией или хулигану с кучей врагов? Не сопротивляйся, а то и руки переломаю.       Ричард был уверен в своей угрозе. Он мог сделать всё что угодно, и ничего ему не было бы. Идеальный во всех смыслах староста и отброс — хулиган. Перевес не в пользу последнего. У Адамса было всё: алиби, место, камеры… Он всё спланировал! Осечки быть не могло при исполнении такого простого плана. Повёлся на бабскую записку, жалкий идиот. Наверное, и изнасиловать девочку хотел! А не повезло: это оказалось ловушкой.       Чувство превосходства овладело Ричардом. Он лучше него. Во всём. Староста нервно засмеялся, отпуская Рида. Почему-то казалось, что тот сдался и теперь-то можно делать всё, что захочется. Это было смешно. Гроза школы с разбитым носом стоял раком в учительском туалете. Совершенно расслабившись, Ричард отпустил противника и прикрыл рукой лицо, не сдерживая нервный смех. В глазах защипало. Коннор скоро будет отомщён. Да, в его день рождения. Быть может, он снова станет придурком, что даёт советы по соблазнению каждой встреченной красотки.       Из мыслей его выдернул толчок в ноги. Рукой Ричард схватился за дверь, но не смог удержаться и присел, откатываясь с ней назад. Мимо пробежал Рид, зажимая нос и оставляя кровавый след. Если он сейчас сбежит, то плану конец.       Ключи звякнули, когда Ричард налетел на Гэвина, вжимая того в дверь сломанным носом. В ответ на него полился поток ругательств с переходом на крик, когда Адамс заломил ему руку.       — Ты чё, сучара, творишь?!       — Не хочешь по хорошему, будем по плохому.       Ричард попятился назад, таща парня за собой. Гэвин ещё сопротивлялся, стирая кровь с лица и упираясь пятками в пол. Но силы были не равны. Не важно, как он пытался извернуться из крепкой хватки Адамса, а Риду этого сделать не удалось. И вот они вновь оказались в той кабинке.       — Слушай, давай мы с твоим братцем сами разберёмся, а? Всё же мы встречаемся.       — Знаешь, Гэвин: вы не встречались. — Ричарду надоело слышать ложь. Пора этому идиоту открыть глаза на правду. — Брат с тобой играл. Коннору было скучно. Он так развлекался, пусть даже врал мне! Так что во всём виноват лишь ты: повёлся на сладкую ложь Коннора и заставил его лгать мне. И не притворяйся будто не догадывался! Поэтому ты его и трахнул! А знаешь, чем всё закончится? Я трахну тебя. Учти, я не настолько опытен, как брат, так что… Расслабься и получай удовольствие.       — Да пошёл ты! О чём речь вообще?       — Хватит притворяться тупым, Гэвин! Всё ты понимаешь: ты изнасиловал моего брата за то, что он игрался с тобой. Сучёныш. Мерзкая тварь. Гнида. — С каждым словом Ричард наносил удары по и так залитому кровью лицу. Он продолжал перечислять всё, что думает, а потом, устало опустив руку, понял, что переборщил: Рид отключился. Староста подумал, что это даже к лучшему. Будь тот в сознании, начал бы сопротивляться, а кому это нужно?       Сняв с него ремень, Адамс закрепил руки на длинной трубе с холодной водой. Пару раз дёрнул и довольно кивнул. Рид не вырвется. Удобно усадив парня на унитаз, задом к себе, он приспустил тому штаны. Руки дрожали, уверенность в правильности действий пропала. Но, заставив себя успокоиться, Ричард поднял с пола вибратор — первый конфискат этого года — и крепко сжал в руках. Невольно взгляд привлекло его собственное отражение: волосы растрепано торчали острыми прядями, глаза безумно сверкали, губы ярким алым выделялись на бледном лице. Это было так необычно. Как и окровавленная рубашка, разбитые костяшки…       Юноша никогда не думал, что может выглядеть настолько сексуально. Он нервно облизнулся, а взгляд скользнул на вибратор. Розовый с небольшими жилками. Так странно понимать, что именно он чуть было не совершил.       — Блять! — в испуге он выбросил фаллоимитатор в урну, полную бумажных колтунов. Что он был готов сделать? Трахнуть Рида? — Мама, — дрожащим голосом прошептал Ричард, рукой прикрывая рот. На глаза навернулись слёзы, которые тут же были стёрты движением верх. Что за ужасная идея! Как он мог податься глупому желанию?..       Глубоко вздохнув, Ричард в последний раз осмотрелся и, обыскав пиджак Гэвина, поторопился уйти с его телефоном. Ключи не хотели открывать замок, руки дрожали, но после второго или третьего выпадения из скважины, дверь всё же подалась и выпустила старосту.       Ричард из скромного уголка забрал куртку, оделся и поторопился в общежитие. Никто не должен был его видеть. Никто не должен знать, чем он занимался. Никто не сможет сказать, был ли он там. Никто…       Но один человек всё же заметил его быстро удаляющуюся фигуру, что точно не входило в планы Ричарда.