Too Much Love Will Kill You

Фредди Меркьюри

1989

Наверное, именно эта кассета должна быть первой. Мы же отсюда с тобой начинаем, Райан. За окном март тысяча девятьсот девяностого года. Последний год десятилетия. Наверное, я не дотяну до следующего альбома Queen, а может быть, всё же увижу, как он выйдет в свет. Никто ничего не знает наверняка. Странно, но я слабо представляю, что из этого всего выйдет в итоге. Рок-н-роллу никогда не нужна была правда, ему нужны мифы, легенды, которые можно будет нашёптывать в темноте, словно это нечто запретное. Никому нахрен не интересно, что мы простые люди — всех волнуют истории, что звучат на каждом углу. Наверное, я тот же случай. Никого не будет волновать, как я любил ЕЁ, как обожал её, как стремился к ней. Всем будет интересно, сколько я успел вынюхать кокаина или трахнуть парней. Все остальные детали — всего лишь никому не нужный хлам. Отчасти поэтому я согласился с тобой поговорить, Райан. Мне бы хотелось, чтобы мир в итоге узнал всё. Без прикрас и купюр. Когда я умру, слетится стая стервятников, готовых урвать свой куш, и всем будет глубоко наплевать, что в реальности всё было совсем не так. Интересно, кто в итоге останется моим другом, а кто при первой же возможности поспешит заработать на моём имени? Я не знаю, ведь многие так хорошо прячутся за масками. Знаешь, Райан, я рад, что ты появился тут. Бетти хотя бы чаще бывает дома. Да, я хотел, чтобы у неё был хоть кто-то рядом, но почему-то думал, будто этот кто-то будет кем угодно, но не Робертом Плантом. Не знаю, насколько хватит их с Плантом, но он делает её счастливой. Остальное, наверное, уже не имеет особого значения. Хотя я чувствую, что скоро Бетти включит знакомую песню: я хочу от него ребёнка. Если Роберт будет перегибать палку в этом плане, то он её просто сломает. Я знаю, что можно поставить в укор Бетти, но совсем не собираюсь этого делать. Она слишком молода, чтобы проводить со мной скучные светские беседы, обсуждая работу и мои болячки. В ней слишком много жизни и огня, чтобы она сидела у моей кровати и рыдала, потому что всё когда-то кончается. Ей ещё жить и жить дальше, пусть рядом и будет множество мужчин и неудач. То же самое я могу сказать и о Мэгги. Признаться, я долго не мог принять тот факт, что она стала взрослой, что в её жизни возник мужчина, из-за которого она потеряла голову. Бетти предупреждала меня об этом, но я был просто не готов к такому повороту событий. Не думал, но всё случилось так быстро. Не думал, что Роберту она станет доверять больше, чем мне. Работа в студии в прошлом году шла так, как и должна была идти. Мы горели записью, хоть для всех и были очевидны мои проблемы со здоровьем. Бетти постоянно моталась из Лондона на финальные концерты шоу, в перерывах в студию, а потом снова по кругу. Не знаю, как она всё успевала, но у неё всё получалось. — От такой жизни сдохнуть можно, — часто замечал Брайан. — Бетти ещё не сошла с ума? — У неё просто любовник в Америке, — шутил Роджер. — Нет, а что, это очень даже логично. Ставлю на Билли Айдола: в последнее время её тянет на молодых. — Как и тебя, Родж, — вставил Джон. — Тебя же тоже потянуло после стольких лет жизни с Доминик на юную деву. — Я мужчина, и потом, я влюбился. А Бетти постоянно всем твердит, что кого-то там любит, — я курил в сторонке и ничего на это не отвечал. — А разве это не так? — Дикки отпил немного пива. — Бетти столько лет с нами, а ты так этого и не понял. Вообще Фред такую классную пластинку для неё записал. Жаль, что в записи новой принимают участие совсем другие люди. — Ага, вроде Лемми, — продолжил гнуть свою линию Брайан. — Ну, даже если и Лемми, — Дикки сел в кресло. — Что тут такого? А, вы про ту историю, когда они с Оззи спорили, склеит её Лемми или нет. Но ничего же не случилось. — И твой кореш Джо Эллиот тоже крутится рядом с Бетти, — Роджер явно адресовал эту фразу Брайану. — Признаться, никогда не понимал, как ей удаётся подмять под себя всех мужчин. — Да просто она такая же, как и мы, при этом офигенно красивая и сексуальная, — объяснил я. — Знает обо всех ваших похождениях налево, пила столько же, сколько и мы, употребляла то же самое. Хоть ты, Брайан, часто твердишь, что далёк от моего образа жизни, но у тебя только степень загулов меньше, а так всё то же самое. Бетти же прикрыла ту историю, когда застукала тебя с фанаткой на гастролях в Штатах, правда, после этого у неё испортились отношения с Крисси. Ты же помнишь, что она сказала тогда? Будто это она была на месте той фанатки, но ты, как благородный рыцарь, отшил её. Так что вы все ей в той или иной степени должны. А то, что у неё любовник — так я сам заставил её это сделать. И это не обсуждается. — Давай я тебе расскажу, как в прошлом году в «Town and Country Club» они переглядывались с Робертом. Она ему глазки строила, а он — ей. А когда они пели с нами, то мне показалось: вот-вот сцена задымится. И ты сам предложил ей быть с Робертом? Так она давно уже с ним, — Роджер грустно улыбнулся. — Бетти всё равно уйдет от этого кобеля, — холодно ответил я. — Что-то она от него лет пятнадцать уйти никак не может, — подлил масла в котёл моих переживаний Брайан. Я позволил себе общение с Майклом Ридом — это было самое крупное интервью за прошедшие десять лет. Группа в последние годы была не так уж многословна, и этому способствовала агрессия прессы в нашу сторону. Признаться, ты и сам, Райан, знаешь, какая ситуация была в прессе. Я догадываюсь, откуда растут ноги, но сделать с этим уже ничего не смогу. Какой смысл решать все эти вопросы, если в любом случае меня не будет. Пусть этот геморрой достанется остальным. Во время часового интервью, которое проходило в форме «вопрос — ответ», Рид задал насущный вопрос, который давно волновал общественность: «Почему Queen перестали гастролировать?». Я, глазом не моргнув, ответил, что группа решила на время отдохнуть от бесконечного конвейера «альбом — турне — альбом». В искренности этого ответа сложно было сомневаться: проверить эту информацию не мог никто, так как Queen по возможности ограждали себя от общения с вездесущими журналистами. Однажды, когда представитель одной из газет поинтересовался, куда девался прежний любитель клубных вечеринок, я заявил, что взрослому человеку уже несолидно очертя голову предаваться буйному веселью. Моё здоровье уже не позволяет вести подобный образ жизни, но я продолжаю отрицать существование каких-либо проблем. У меня их нет для прессы и для многих других. Сам знаешь, Райан, какая сейчас ситуация: скажи, что ты болен, и тогда тебя похоронят заживо, потому что старая развалина никому не нужна. — Рано или поздно они всё равно поймут, — Бетти отпила виски. — В конечном счёте, многое станет заметно для людей. Хотя, пока сам не признался, то ничего и не случилось. — Ну и как там Америка? — я окинул внимательным взглядом Бетти. — Как всегда, прекрасна, — она допила виски. — Надеюсь, что разделавшись с шоу, я смогу наконец-то отдохнуть. — А как же Шарон? — я обнял её за талию, притягивая к себе. — У неё большие планы на меня — такие, что танцам времени не останется, — ответила она. — Что ж, но мы же не об этом? Бетти отстранялась от меня, в отличие от Мэри. Последняя постоянно была рядом со мной. Она находилась рядом всякий раз, когда у неё получалось. Я ощущал, как она относится к Бетти, но мирить их вовсе не собирался. К чему это было? — Слушай, я видела такую картину! Наверное, позвоню Мёрси, чтобы она купила её для тебя, — Бетти улыбнулась. — Тебе очень понравится. — Ты же не разбираешься в этом, — напомнил я. — А, нет… я тебя научил. — Угу, — согласилась она и плеснула себе ещё виски. — Я тут подумала, что Мэгги пора жить своей жизнью. Поможешь мне с ремонтом на Страффорд-террас? — Ещё как помогу, — ответил я. — Хотя чем тебя не устраивает предыдущий ремонт? — Это было десять лет назад, — Бетти повела бровью, словно я забыл. — Не думаю, что эти интерьеры подойдут девушке, которая только начинает самостоятельную жизнь. — Что ж, я сделаю рисунки. В последнее время мне очень нравится рисовать. Знаешь, хорошо так успокаивает, — мы засмеялись. — Никогда бы не подумал, что дойду до такого. — Вспомни, ты мне всегда говорил, что заниматься дизайном консервных банок в конторе — это не твоя работа. Поэтому был согласен барахлом торговать и жить на мою зарплату, — в этих словах не было ни малейшего укора. — Ну, я до сих пор признателен тебе за это, пусть и отплатил чёрной неблагодарностью. Но в итоге-то у нас появилась Мэгги. А так мы с тобой жили бы и задумались о детях спустя годы, и я бы просто не дал тебе нагулять ребёнка, — я продолжал держать руки на её талии. — Так что есть в этом плюс. И потом, это сделало тебя той, кем я тебя знаю. — О, вот это великое достижение! И Мэгги есть у меня, а не у нас, а если точнее, то у нас с Робертом, — Бетти запрокинула голову назад. — Ладно, неважно. — Кстати, попросил Фиби, — я вытащил из кармана брюк коробочку с серёжками. — Недавно понял, что у тебя нет подходящих к кольцу. Бетти аккуратно открыла крышку. Это были серёжки в форме алых губ с жемчугом посередине. Они были сделаны на заказ, чтобы кольцо не казалось каким-то особенным. Я резко замер, вспомнив о том, как болезненны для меня прикосновения, и как она сама с трудом переносит мои, потому что ей хотелось, чтобы её лапал только Роберт. — Ну-ка быстро надевай их. Бетти проворно сняла свои крупные серьги, какие сейчас носили все, затем так же быстро вдела в уши новые. Выглядела она просто потрясающе. — Мне очень нравится. — Мне тоже, — согласился я. — Ты же у меня самая лучшая. И улыбка сошла с её лица. Только сейчас я понимаю почему. Всё дело было в Роберте. Он явно воспринимал в штыки все мои подарки, считая их вовсе не обязательными. Я полагал, что он был недостоин её прощения, и радовался тому, что на пальце Бетти так и не появилось обручальное кольцо, но это вовсе не означало, что так будет всегда, ведь я помнил о её намерениях. Queen снова приступили к интенсивной работе, и хотя её темпы оставляли желать лучшего, группа всё же за полгода выпустила четыре новых сингла. Сначала увидел свет «Breakthru»/Stealin'», затем появился «The Invisible Man»/«Hijack My Heart». Два месяца спустя вышла пластинка «Scandal»/«My Life Has Been Saved», и наконец на прилавках появился четвёртый сингл «The Miracle»/ «Stone Cold Crazy». Видеоклипы к первой и четвёртой песням производили очень сильное впечатление, по крайней мере, так говорила Бетти, да и многие другие. Энергичный, пульсирующий ритм «Breakthru», напоминающий движение локомотива, подсказал нам с Дикки идею будущего клипа, поэтому нет ничего удивительного в том, что Queen решили снимать видео, в котором мы играли на несущемся поезде. Поезд назвали «The Miracle Express». Съёмки велись на протяжении всей линии, которая проходит в основном через заболоченные луга. В начале клипа можно увидеть, как поезд эффектно пробивает кирпичную стену, построенную в арке моста. На самом деле кирпичи для этой стены были сделаны из полистирола. Результат получился сногсшибательным, и чтобы его достичь, потребовался всего лишь один дубль. В общем, съёмки видео заняли три дня, из которых группа провела на съёмочной площадке только один и получила неподдельное удовольствие от процесса. Я предложил Бетти сняться с нами, чтобы она танцевала в кадре, ведь она делала такое на своих шоу: платформа крутилась или двигалась, а она исполняла потрясающие па. Но она отказалась, явно из-за натянутых отношений с другими, к тому же была очень занята другими делами. Что же касается клипа «The Miracle», то мы ненадолго появились в нём только в конце. Для его съемок мы выбрали четверых детей, имевших внешнее сходство с нами: каждый из них должен был копировать одного из нас. Четверо счастливчиков (конкурс был очень высоким) блестяще справились с заданием; музыканты были поражены, насколько хорошо детям удалось передать их манеры. Конечно, такое делали и до нас. Вроде, Van Halen. Бетти была в восторге от этой идеи. — Меньше будут обращать внимание на то, что со мной происходит, — твердил я. — Что ж, однажды всё равно придется всё рассказать, — Бетти улыбнулась. — Как ты сама? — Со мной всё хорошо. — Это благословение небес, — отметил я. — Какое благословение небес? О чём ты, Фредди? Мне тридцать восемь, и я хочу обычного женского счастья, а не эти высокопарные фразы. Дела мои были плохи, если честно, отчего даже пришлось бросить курить, чтобы хоть как-то решить проблемы с дыханием. Те же самые проблемы плохо влияли на пение, хоть я и прилагал титанические усилия, пытаясь скрыть это. Об этом мало кто знал. Ныть и истерить — не моя стезя, хоть пресса и многие другие любят называть меня примой или же королевой. Всё шло довольно неплохо, если не считать некоторых вещей. Ничего уже не могло быть прежним, и мы все это понимали. Никто толком не догадывался, что происходит со мной, тем более мои родители. Им я признался позже всех. В тот день я приехал домой вместе с Бетти. Мэгги с нами не было, да мы и решили, что этот разговор пока не для неё. Фло напекла булочек — так было проще начать беседу. Маме хватило одного взгляда, чтобы понять, что на самом деле сейчас происходит. — Ты болен? — Да, мама, — просто ответил я. — Больше не хочу об этом говорить. — Конечно, от твоей жизни ничего хорошего не дождёшься, —недовольно вставил отец. — Что о тебе пишут и что писали. — И обо мне, — Бетти вышла из-за моей спины. — Обо мне тоже пишут много плохого. Я не решался сказать, что она встречается с Робертом. Мне хотелось, чтобы мама верила, будто бы у меня есть надёжный тыл. Да, мама знала о том, что мне нравятся парни, и теперь все мои разногласия с отцом ушли на второй план. Но Бетти — моя стена, и мне хотелось, чтобы так было всегда. Даже после моей смерти. Бетти скинула с себя лисью шубу и повесила её на крючок. Она была одета очень просто, но как всегда, волнующе. После Московского фестиваля она снова вернулась к философии глэм-металла и покрасилась в блондинку. Если учесть тот факт, что мы больше не появлялись вместе на публике, то её образ хорошо вписывался в действительность, но мы не существовали как пара, и уже очень давно. — А ты, детка? — Джер взяла её лицо, как чашу. — Как ты? — О, я живее всех живых, если не сдохну от своей жизни, в которой чего только не происходит. — Это твоя машина? — отец, выглянув в окно, увидел красный «Ягуар». — Нет, моя, — ответила Бетти. — Фредди не водит, а я это делаю с большим удовольствием. Конечно, она промолчала, что машину ей подарил Роберт, потому что моя стена тогда бы сломалась, и я был ей благодарен за это. Бетти пыталась играть роль возлюбленной, которая борется за своего больного мужа, но она точно не была такой. Кто-то замечал это, а кто-то нет. — Где же Мэгги? — последовал новый вопрос отца. — Уехала по учёбе, — Бетти улыбнулась, отдав Джер булочки. — Как только вернётся, я скажу ей, чтобы заехала к вам. Я слышал лишь кусок разговора мамы и Бетти, когда они остались на кухне вдвоём. Мама расспрашивала её обо всём. Бетти отвечала очень скупо, зная, что я ничем не хочу делиться. Лишь только потом она произнесла: — Я не могу сказать, Джер, сколько это будет продолжаться. Сколько времени болезнь будет убивать его. Я ничего не знаю. Мама очень хотела, чтобы мы остались на ночь, но в итоге мы с Бетти уехали. В машине мы молчали. Каждый думал о своём. Бетти была сосредоточенной и напряжённой. Я же подавлял в себе приступы боли. — Мне остановиться? — спокойно спросила она. — Нет, мне надо быстрее домой, — она дотронулась до моей руки. — Всё хорошо. — Да, конечно. Я всё время пытался уловить её настроение. Бэсси и Эбони молчали. Выведать секреты Бетти было просто невозможно. Они лишь только улыбались. Эбони говорила, что подробностей не знает. А Бэсси лишь только закуривала, закидывала ногу на ногу и вызывающе смотрела на меня. Она, конечно, всё знала, но сказать ничего не могла. Надо отдать должное, скрываться Бетти научилась хорошо. В итоге она попалась, Райан. Я засёк её чисто случайно. Приехал к ней домой, а она явно не ожидала этого. Она мило ворковала с кем-то по телефону. Я прошёл на кухню и снял трубку. Почему-то мне показалось, что это Роберт. Но это оказался не Перси. — Знаешь, что я сделаю в следующий раз, когда ты приедешь ко мне? — услышал я хрипловатый голос. — Даже не предполагаю, — Бетти засмеялась. — Это что-то шокирующее, да? — Поверь, тебе понравится, — продолжил знакомый голос. — С Сэм Фокс ты делаешь то же самое? — и вот тогда меня осенило. Недавно Фиби сплетничал на тему, что моя давняя знакомая встречалась с Полом Стенли. Я выдал себя. В итоге Бетти поняла, что её подслушивают. Она бросила трубку. Минут пять спустя я услышал её шаги в коридоре. Она пришла на кухню и удивлённо посмотрела на меня. Я устроил ей скандал, потому что не понимал её. Мне казалось, что она с Робертом, чтобы позлить меня, а на самом деле они вовсе не встречаются. Я думал, что у неё завёлся любовник в Америке, а на самом деле Пол помогал ей найти хорошего врача, который взялся бы за исправления её пальцев на ногах, чтобы она могла ещё танцевать. Я сделал слишком поспешные выводы, отчего Мэгги всё узнала, а Бетти сбежала к Роберту. Я сам окончательно толкнул её в его объятья, сделав свободной ото всех оков, какими я связал её. Невольно освободив Бетти, я позволил ей везде говорить о любви к Роберту и к тому же отправиться с ним в тур. И я знаю, к каким ещё последствиям это приведёт. Но ещё большим для меня ударом стало то, что я последним узнал о том, что моя юная девочка встречается с каким-то рок-музыкантом, пишущим странную музыку. Мэгги тогда ходила грустная, переживала его предательство, а я ничего не мог с этим поделать. Найдя Бетти через Мёрси, я наехал на неё, обвинив во всех смертных грехах, а она просто послала меня подальше, сказав, что надо бы вспомнить про свою молодость. Но на этом было ещё не всё. Приехав к Бетти после Нового Года, я застал её с Робертом... И Мэгги спокойно приняла тот факт, что её мать давно встречается с ним. Я был зол и опустошён. — Почему она так поступает со мной? — спросил я Джима. — Думаю, потому, что ты давно ей не нужен, и самое главное, ты совершенно не хочешь этого понять. — Бетти делает ошибку... — Мне кажется, это ты ошибаешься, — Джим потупил взгляд. — Отпусти её. — Не могу. *** — Я вообще не ожидал, что ты согласишься. — Это было непросто. Я тут подумал: в конце концов все захотят узнать правду. Когда-то она им станет нужна. В любом случае есть люди, которые не позволят это сделать сразу же. Я не могу назвать их имена. Но тут два исхода всей ситуации: я сдохну и все расскажут, как оно было, или же будут плодить мифы, потому что они всегда продавались лучше всего на свете. — Давай сделаем так: твои кассеты я отдам Бетти, пусть они хранятся у неё, а вот её кассеты заберу себе. Дальше будет видно. Я окончил свою работу. Осталось лишь только написать весь материал. — Ты не боишься, что тебя за эту книгу по голове не погладят? — Я привык не идти на поводу у толпы. Так что нет. У меня нет страхов. — Тогда удачи. Будут вопросы — обращайся. — Разумеется. Я дам тебе совет. Отпусти Бетти. Она не будет скорбеть по тебе. Не будет убиваться. Не будет даже часто вспоминать. Она уже ясно дала тебе понять, что ей это всё не нравится, и каким она видит свое будущие. — Поживём — увидим. В любом случае я всё сделал для Бетти. — Поверь, они с Робертом неровно дышат друг к другу. И это при том, что они столько лет в таких длительных для себя отношениях. — Роберт — бабник. — Да, но ты проигрываешь здесь, Фредди. К сожалению, Бетти давно перестала тебя любить. И прощать она тебя не собирается. *** Обрыв кассеты. Это последняя запись Фредди Меркьюри. 24 марта 1990 г.