Too Much Love Will Kill You

Фредди Меркьюри

1990

После твоей смерти Райан, я решил сделать ещё пару записей. Думаю, что больше у меня не получится. Сегодня мне очень хочется выговориться, потому что Бетти вчера вышла замуж. И я в ярости, начинаю думать, что потом, когда появится возможность, она всё приукрасит. Я хочу, чтобы осталась моя правда, а не её, ведь теперь ради Роберта она сделает всё. Всё ради его успеха. Я понимаю, даже слишком хорошо, сколько времени у меня осталось. Оно уже было на исходе, и если цифры в отчёте правильные, то я уже превысил все возможные сроки. С моим диагнозом люди столько не живут, они сгорают очень быстро, становясь похожими на мумий с впалыми глазами и гниющей плотью. Учитывая это, в январе Queen вернулись в студию звукозаписи в Монтрё, по максимуму используя каждую оставшуюся минуту. Это было идеальное убежище для группы и особенно для меня, поскольку пресса уже установила круглосуточное наблюдение за лондонским домом, страстно желая получить хотя бы малейший повод для того, чтобы как следует перемыть мне кости. Фотообъективы корреспондентов были постоянно направлены на окна Гарден-Лодж в надежде сделать хоть какой-то снимок, который подтвердил бы слухи и сплетни по поводу моего здоровья. Пока группа находилась в Монтрё, Джим Бич занялся поиском нового лейбла для Queen в США. Считалось, что новый лейбл поможет оживить имидж группы в Америке, а также позволит использовать обширный каталог записей прошлых лет, который на тот момент продавался лучшего всего остального. На Capitol были невероятно рады, когда Джим выкупил у них все права. В то время в Штатах записи группы продавались с трудом, но новость о внезапном расторжении договора с Capitol подтолкнула ряд других звукозаписывающих компаний сделать Queen свои предложения. И среди этих компаний был один совершенно новый лейбл. 18 февраля 1990 года Queen должны были получить награду за выдающийся вклад в британскую музыку на церемонии Phonographic Awards, которая проходила в театре Доминион в Лондоне. Получение награды сопровождалось рядом проблем: теперь было очевидно, что я сильно болен, и скрывать это стало очень сложно. Если я выйду на сцену с остальными членами Queen, то только привлеку внимание к своей болезни и тем самым подтвержу, что здоровье стремительно ухудшается, дав повод для сплетен. Но если я не появлюсь, это только позволит слухам разгореться с новой силой и вызовет ещё больше домыслов. В конце концов я принял мужественное решение получить награду лично, вместе с Брайаном, Роджером и Джоном. Когда я шёл по сцене под аккомпанемент «Killer Queen», костюм на мне болтался как на вешалке; было видно, что волосы окрашены и поредели, толстый слой макияжа скрывал пятна на исхудавшем лице, и уже ни у кого не было сомнений в том, что я был очень болен. Со мной рядом была Бетти в лиловом платье на одно плечо и тюрбане под цвет платья. Со стороны все видели, насколько холодно она вела себя со мной. Да и я на её фоне — такой точечной фигуры и со свежим румянцем на лице — был самым настоящим скелетом в дорогом смокинге. Она не позволяла брать себя за руку, стараясь быть подальше от меня, да и на фоне слухов, что у них с Робертом всё серьёзно, раз он пишет для неё песни, а она снимает его в своих клипах, её присутствие рядом со мной было каким-то смешным. Просматривая видео с Brit Awards, за то короткое время, что я находился на сцене, можно узнать травмированного ребёнка, каким когда-то был; и того, кто смог оправиться от травмы, что и удалось; и того, кто воздвиг стену между собой и болью, отчаянием, между собой и горем. За эти короткие мгновения можно увидеть ребёнка, подростка, молодого человека, а теперь и мужчину среднего возраста, борющегося со СПИДом. Перед тем, как уйти со сцены, я наклонился к микрофону и сказал: — Спасибо, спокойной ночи. По окончании церемонии вручения наград я и остальная команда сбежали с устроенной вечеринки и вместо этого ненадолго заглянули в Groucho Club в самом центре Сохо. Мы решили, что тысяча девятьсот девяностый год был достаточно близок к двадцатилетию Queen, и была организована вечеринка на четыреста гостей, чтобы отпраздновать это событие. Мои шансы дожить до девяносто первого года казались совсем небольшими, поэтому мы хотели отпраздновать годовщину как можно скорее. Вечеринка в "Groucho" была полна звезд — Лайза Минелли, Род Стюарт и Джордж Майкл были среди гостей, а торт по случаю этого события был сделан в форме доски для игры "Монополия", на которой вместо недвижимости были нанесены названия хитов Queen. В то время как вечеринка в клубе была в самом разгаре, снаружи рыскали стаи репортеров и папарацци, выискивая возможность добраться до меня. Их мечты сбылись, когда я наконец появился, чтобы сесть в ожидавшую машину и уехать домой; но сделав несколько шагов от двери "Groucho" до автомобиля, я успел попасть в объективы. Я выглядел усталым, измученным и погружённым в размышления. Именно о такой фотографии репортеры и мечтали, и на следующее утро она разошлась по страницам всех таблоидов. Бетти ещё на премии воссоединилась с Робертом, и папарацци охотились за ними. Рука Роберта вечно лежала на талии Бетти, а она смеялась над его шуточками. Все спрашивали Роберта и Бетти о предстоящем выходе их пластинок, и конечно, интересовались их отношениями. Они и не скрывались в тот вечер. Роберт светился от счастья, что может быть не таким сдержанным, как обычно, а Бетти не упускала возможности показать, как ей хорошо рядом с ним. Теперь, когда Мэгги всё знала, я потерял всё. Бетти отдалялась от меня всё больше, Мэгги тоже целиком и полностью погрузилась в свои заботы и переживания. Я не был нужен им обеим. Хотя когда-то это было иначе. А может, всё же не было?.. В марте я вернулся в Монтрё, а Бетти в это время выпустила свою пластинку, вообще перестав скрывать, что она в отношениях с Робертом. — Ну, песня же про вожделение, — Роберт тихо засмеялся. — Вообще это чертовски сложно — писать тексты для женщины. Для себя куда проще: ты описываешь свои переживания или же разные ситуации, но ты точно не уверен — думала ли бы так женщина. Но когда с тобой такая невероятная партнёрша, то некоторые вещи и правда перестают казаться неправильными. Хотя все мы знаем, что мужчины и женщины во многом разные: скорость разогрева, дорога до финала и конечные ощущения совсем иные. Но с шикарной женщиной примерно осознаёшь, что у неё в голове. Ну, если ты, конечно, не Дэвид Ковердейл и не воешь всё время про кувыркание в постели. Всё же все мы знаем, что мужчины и женщины ощущают вожделение по-разному, но у меня получается летать в её дружелюбном небе, хотя песня большей частью совсем о другом. Она про желание, которое двигает вперёд всю жизнь. — И согласись, что так аккуратно сейчас цитируя «Big Love», ты находишь, что она перекликается с «Heaven Outside My Door». Ты поёшь про приветливые небеса, а Бетти — про рай за своей дверью. — Это вышло случайно, — они все трое рассмеялись. — Хотя я точно могу сказать: когда связываешься с такой женщиной, как Бетти, у тебя будут и полёты в приветливых небесах, и рай за дверью. — Очевидно, что вы безумно друг другом увлечены, — уголки губ Дейзи хитро дрогнули. — Просто впервые за столько лет мы позволили себе, может быть, чуть больше правды и слишком много свободы. В любом случае я уже не раз намекал, что нахожусь в отношениях с Бетти. Просто когда тебе почти сорок два года, многое уже ощущается иначе и хочется вести себя совсем не так, как прежде. — Ты редко откровенничаешь о своей личной жизни. Впрочем, как и Бетти. Но для многих и не секрет, какие именно отношения вас связывали. Почему именно сейчас в вас такая степень свободы? — Ты сама сказала, что я записал самый хулиганский альбом со времён Led Zeppelin. — Чёрт, мой романтический альбом явно не подходит под ответ, — Бетти поправила волосы. — Я, наверное, не получу ответа. «Hardest Part Of A Broken Heart» уже совсем о другом. — Ну, идеально гладких отношений не бывает, — отметила Бетти. — У всех есть тяжёлая часть разбитого сердца. — Мне показалось, что именно ты стала образом многих песен Роберта, — ведущая Дейзи улыбнулась, глядя на Бетти. И таких интервью стало ещё больше. Бетти и Роберт флиртовали в это время, дотрагивались друг до друга. А про их тур говорили, что это нескончаемый оргазм, потому что они были идеальными партнёрами друг для друга на сцене. Я почти не видел её в то время. Она чаще была в дороге, а если приезжала домой, то старалась проводить все своё время с Робертом. Тогда у меня появился маленький катетер, вставленный в грудь, под левую ключицу, чтобы облегчить прием лекарств. Так препараты можно было вводить внутривенно, что было проще для всех: ничего не было видно, и это также позволило сохранять мобильность, что было жизненно важно для человека, который хотел сделать так много за столь короткое время. И большая часть этого времени была посвящена музыке. Одной из песен, над которой мы много работали в процессе записи, был трек под названием «Innuendo». Это сложная композиция, и хотя она написана не только мной, она имеет все отличительные черты моего стиля: сложная оркестровка в три четверти в бридже и середина, в которой представлено гитарное соло с фламенко, исполненное Стивом Хау из группы Yes. Хау пришел в студию, чтобы просто встретиться с Queen, но всё закончилось тем, что ему сыграли «Innuendo» и его неожиданно попросили добавить немного гитарной музыки. — Можно в стиле Пако де Лючии, — попросил Роджер. И я ощутил лёгкий укол в сердце. Пако был кумиром Бетти, и мы могли бы запросто позвать её для записи испанской гитары, но все остальные были против. Как-то она приехала вместе с Робертом. Он зашёл в студию, поздоровался со всеми, отметив, что песня очень похожа на «Kashmir». Мы и не скрывали, что это была дань той музыке, что вдохновила нас, и тем, на кого мы хотели равняться, несмотря на все мои сложные отношения с Робертом. Да, мы всегда завидовали им в хорошем смысле этого слова. — Мне кажется, именно ты мог бы исполнить эту песню, — сказал я. — Мне кажется, что я, исполняя чужие песни, всегда остаюсь самим собой, — напомнил Роберт. — А твои фанаты будут закидывать меня тухлыми помидорами за то, что я — не ты. Я выскользнул из комнаты — Бетти и Роберт обнимались в коридоре. На них падал свет, и рядом с высоким Плантом Бетти смотрелась такой хрупкой, что казалось, будто он её вот-вот переломит. — Нас пригласили на ужин, но мы можем не идти, — сказала Бетти. — Нет уж. Я не против поваляться с тобой в постели, но больше всего мне нравится напоминать всем и каждому, что ты моя женщина. — Я никогда не скрывала, что я твоя. — Скоро ты действительно будешь только моей. Мне показалось, что Плант намекал на мою скорую кончину, но нет он говорил о свадьбе. Они и правда вечером пришли в мой "Утиный дом". Бетти была одета в простой брючный костюм, почти не накрашена и такая улыбчивая. Мы старались быть лёгкими, забывая все наши распри, но я не мог отпустить ситуацию. Не мог смириться с тем, что Бетти постоянно кладёт голову на плечо Роберта, а он убирает пряди её волос за уши. Читалось то, как они влюблены друг в друга. Читалось то, как хотят друг друга, и им тяжело это скрывать. — Когда-то ты считал, что проиграл, — я подошёл после ужина к Планту. Роберт закурил, глядя на гладь озера. — Тогда она послала меня куда подальше. Отправила наладить отношения с женой. В те дни я ни на что не надеялся. Пока не случился тот самый Новый Год. — Так и знал, что ты соблазнил её тогда. — Нет. Она ничего мне не обещала, но мы стали снова общаться, — возразил Роберт. — Я видел вас. Видел, как ты целовал её у порога, — горько ответил я. — Да, потому что я не мог без неё, как и она без меня. Она сама приехала ко мне во время нашего последнего тура, — просто сказал он. — Я не надеялся, что вообще заполучу её. — Но до этого Ричард Коул растрепал, что вы спали в Швеции, — напомнил я. — Я не трахал её тогда. Вернее, да, но не в том смысле, — я понимал, о чём он, потому что знал, как Бетти любила доводить мужчин до безумия одними лишь губами и руками. — Теперь она твоя, — мне стало больно от этих слов. — Она всегда была моей, — Роберт потушил сигарету. — Жаль, что ты так не понял этого. — Ты сломаешь её окончательно. Добьёшь её своими неуместными желаниями, — сделал я вывод. — Нет, Фред. Нам хорошо и вдвоём, и думаю, что Бетти это скоро поймёт. Я говорю это искренне. Мне достаточно того, что у нас есть Кармен, Мэгги и Логан, — он не хотел меня ущипнуть тем, что теперь Мэгги больше проводит время с ним, а не со мной. Но мне всё равно было неприятно. — Это у Бетти в голове достаточно тараканов. Она считает, если у нас не будет ребёнка, то я заделаю его где-нибудь на стороне. Считает, что я её брошу, если мне будет недоставать своей Френни. Но я прекрасно понимаю, что не имею права требовать от Бетти нереального и уж тем более не имею права упрекать её за это. В Монтрё у меня был ежедневный ритуал, который заключался в том, что водитель, Терри Гиддингс, высаживал меня у берега озера по дороге в студию звукозаписи. Затем я медленно прогуливался, чтобы посмотреть на лебедей, которые там жили; я называл их «моими лебедями» и проводил некоторое время в уединении, созерцая их. В течение последующих недель эти прогулки становились всё медленнее и короче, поскольку СПИД продолжал разрушать и без того хрупкое тело. Я чувствовал себя всё слабее и слабее, а Бетти была всё дальше и дальше от меня. Как и Мэгги. Мэгги была занята своими экзаменами и переменами в личной жизни. Бетти же гастролировала с Робертом, и кажется, у неё было всё хорошо, а я просто был не нужен им. Мэгги встретила хорошего парня. Но меня пугало то, что он был иностранцем, да и во многом был похожим на Роберта. Нет, Хосе Морена не был таким ветреным, как Плант, он был спокойным и очень рассудительным, но иногда мне казалось: он просто может не понять Мэгги, особенно её странности. — Роберт уже готовится к тому, что мы с Хосе поженимся, — как-то сказала Мэгги. — Ты ещё слишком молода. Да и вообще, какое ему дело до этого? — Он поведёт меня к алтарю, — Мэгги откусила кусочек яблока. И это ещё больше напомнило о том, что я скоро умру. — Я никого другого на этом месте не представляю. — Именно поэтому меня с Хосе ты познакомила между делом, а с Робертом не стала так поступать. — Он теперь с мамой. Да и я не против, что они вместе. Наоборот, я давно хотела этого, просто боялась это принять, — она отвернулась от меня. Это была горькая правда, ставшая для меня ещё большим разочарованием. Ещё одним ударом, который мне пришлось пережить после возвращения в Лондон в начале лета, стало известие о том, что у Джо Фанелли также диагностировали СПИД в активной стадии. Я был подавлен, но решил позаботиться о Джо. Купил ему дом в Чизике, в котором Джо мог провести последние месяцы своей жизни после моей смерти. А до того трагически погиб Райан. Не справился с управлением машины. Такая глупая смерть. Можно было подумать о том, что его убрали сильные мира сего, но то, что у Райан украли плёнки Бетти, говорило о другом: в Англии это было частым явлением. В любом случае мои кассеты остались у моей бывшей возлюбленной, и я не был уверен, что Бетти их сохранит. Я долго не говорил ничего родителям. Они всё так же думали, что мы с Бетти в отношениях и что она постоянно рядом со мной. Я планировал, как на Рождество в этом году мы приедем к моим родителям, но в итоге Бетти сказала, что проведёт праздники вместе с Робертом. Мы решили встретиться уже после Нового Года. Всё случилось двадцать восьмого декабря. Бетти сама мне позвонила. И эта новость была ударом под дых. В тот день они с Робертом обвенчались в Бирмингеме. Было ли это решение поспешным? Я думаю, что нет. Они готовились к этому, но при этом мало кого посвятили в свои дела. Я набрал Бэсси, чтобы узнать, правда ли это или просто пиар-ход. — А что ты хотел? — Я думал, что это... — я запнулся. — Конечно, это правда. Они сегодня венчаются. Я об этом узнала три дня назад, как и все остальные. Даже родители Роберта ничего не знали. И уж тем более Виктор. — Почему она так поступила? — стенал я. — Наверное, потому, что не хотела, чтобы ей все трахали мозги. И думаю, что Роберт хочет то же самое. Я нашёл в себе силы приехать к вечеру, когда прекрасная рокерская свадьба уже была на исходе. Я долго стоял и наблюдал за танцующими Робертом и Бетти. Она была очень красивой в тот вечер, и я видел, как её лицо светилось от счастья. В итоге Роберт получил то, что хотел. Мы недолго говорили в клубе, а потом Бетти пригласила нас с Джо домой к Роберту. Это была фатальная ошибка — согласиться на эту авантюру. Я всё слышал. Даже видел силуэты, что отражались в зеркале. И вот сейчас впервые осознал этот факт: Бетти спала с другим мужчиной. Уже много лет спала в одной постели с другим. Хотя до этого я видел их с Плантом. Я не мог уснуть в доме Роберта, пусть Мэгги и говорила, что он волшебный и тут всех настигает покой. Сон никак не шёл, его вытесняли мысли о предательстве Бетти. Теперь я всё понял. Понял, в какой именно миг она меня предала. Это случилось ещё до того, как мы снова стали встречаться. По сути, все её слова о любви были враньём, потому что все эти годы она сходила с ума по Роберту. Ей нужен был только он и никто другой. Мэгги в тот вечер зашла в мою спальню, пока Роберт и Бетти сидели внизу у камина и говорили обо всём. Я ещё не спал, переживая о том, что случилось сегодня. — Почему она так со мной? — У неё нет иллюзий, что ты будешь жить долго. И ей хочется стабильности. — Думаешь, она у неё будет? — фыркнул я. — Нет, не будет. Но они с Робертом выточены из одного камня. Это же очевидно. — Ты раньше так не думала. — Я была очень глупой тогда, — Мэгги сдула чёлку с лица. — Мне было двенадцать лет. Что я понимала в жизни? — И что ты будешь делать сейчас? — Жить своей жизнью. Всё просто: у меня учёба, работа, Хосе. И вообще, маме давно пора заняться собой. — Мэгги убрала волосы за уши. — Я решил оставить тебе деньги и авторские отчисления. Бетти ничего оставлять не хочу: у неё есть свои отчисления, причём колоссальные. Они с Робертом до сих пор получают приличные чеки за те две песни, записанные в восемьдесят третьем году. — Ты осознаешь, что я встреваю в Queen? Я прекрасно понимаю, что если бы не твоя болезнь, то группа бы распалась. У вас уже было столько противоречий! И первый камень преткновения — Бетти. Никто уже давно не верит в её искренность, ища меркантильный интерес, а ты продолжаешь делать вид, что между вами любовь. И самое ужасное: завтра в газетах напишут, что она вышла замуж за Роберта, тем самым подтвердив все слухи, что между ними уже многолетний роман, начиная с её первого американского тура. Брайан и Роджер первыми же кинут в неё камень. А тут я и это завещание. — Мэгги, так будет в разы честнее. Думаешь, что при другом раскладе будет лучше? Я пусть всех их люблю, но очень сомневаюсь в том, что парни будут относиться к нашему наследию так же, как Джонси, Джимми и Роберт. — Я подумаю, — Мэгги поцеловала меня в лоб. — В этом доме всегда спится хорошо. — Поэтому ты любишь тут бывать? — Ну, тут у меня друзья и Роберт… Он всегда был для меня как солнце. Но я любила тебя и всегда считала, что должна делать твою жизнь проще. Мэгги вышла из комнаты, оставив во мне щемящее чувство вины. Это я виноват, что всё так вышло. Я так и не смог дать Бетти то, что она хотела. Я просто не смог сделать её жизнь лучше. Я просто не смог любить её так, как она того хотела. Я просто не знал, как сделать всё иначе. И до сих пор не понимаю. Сегодня первый день после свадьбы Роберта и Бетти, и я всё ещё не остыл. Мне всё ещё больно оттого, что женщина моей мечты просто взяла и предала меня в один миг. Утром мы с ней поругались. Бетти высказала всё, что думала обо мне. Она не выбирала выражений и старалась как можно больнее уколоть меня. — Зачем она так со мной? — я бросил взгляд на окно и увидел, как Бетти и Роберт обнимаются. Он делал это как-то по-отечески, словно защищал от всего мира свою малышку. Он видел в ней то, чего я никогда не замечал. — Я тебе говорил, что это плохая идея — приехать на свадьбу. — Я любил её... - Да, но она, похоже, перестала тебя любить, — напомнил Джо. — И уже давно. — Я не хочу её отпускать. — Но тебе придётся, — Джо завёл машину. — Скоро все узнают про их свадьбу. И твои родители тоже, и тогда они поймут, что твои отношения с ней — фикция. — Я знаю, но думаю, что у меня есть немного времени...