Враг Хюррем номер один

Январь 1523 года. Родос был взят и Сулейман возвращался в столицу с победой. Гарем и весь дворец готовились к его приезду. Разлука подходит к концу, любимые встретятся снова… Мурад с утра сильно капризничал, поэтому я не смогла пойти и встретить Сулеймана вместе со всеми и ждала султана в своей комнате. — Султан Сулейман Хан Хазретлери! — громко объявил евнух. Двери в мои покои открылись и появился Сулейман. Он стал ещё сильнее и величественнее. Очередная победа сделала его в глазах всех окружающих непобедимым и великим воином. Я дрожала от волнения и трепета, словно это была наша первая встреча. — Повелитель! — я поклонилась и улыбнулась. Колыбельные были выставлены в главную комнату и сейчас дети хлопали глазками и смотрели на своего отца. Сулейман подошёл сначала к дочери, он взглянул на неё, улыбнулся и присел рядом. — Атике Султан, моя милая дочурка, — он хотел её погладить, но султанша схватила его за палец и крепко сжала. — Какая сильная! — повелитель ещё ненадолго задержался у её колыбельной и, повернувшись спиной, посмотрел на мальчика. — Шехзаде Мурад. — Он взял ребёнка на руки и поцеловал. — Мой сын… Рад, что ты взяла заботу о шехзаде на себя, Михримах. Слышал, твои роды прошли тяжело. Как сейчас твоё здоровье? — Сулейман подошёл ко мне и крепко обнял. Я почувствовала себя странно, когда он дотронулся до меня, будто холодная молния пробежала вдоль позвоночника. Но я отвадила от себя дурные мысли и ответила: — Я здорова, не беспокойся… — Я скучал. — Я тоже сильно тосковала. Неловкость была между нами, неужели разлука так меняет людей и их чувства друг к другу? Мы немного поговорили о детях и вышли погулять в сад, чтобы не потревожить заснувших малышей. Погода стояла чудесная, свежевыпавший снег, не успевший растаять за день, блестел на солнце и слепил глаза, но всё это казалось мелочью, ведь сейчас рядом со мной мой мужчина, моя опора и любовь. Я так ждала его возвращения… — Слышала, ты дал Ибрагиму Паше пост Великого Визиря сразу по приезде в Стамбул… — завела я разговор. — Да, он заслужил. А почему ты интересуешься? — Приходили вести о ранение паши, сказали, что когда вы попали в засаду, он защитил тебя и сильно пострадал. — Да. В походе на меня покушались множество раз. Ибрагим был рядом и всегда успевал предотвратить мою смерть. На Родосе ко мне пытались подослать убийцу, но Ибрагиму было достаточно одного взгляда, чтобы опознать неверного. Не знаю, как он это делает… Садыка значит выполнила свою работу. Надо бы и её навестить… — Твой родственник был на Родосе. Как он? Ты спас его? Я сделала вид, что не знаю, кто был виновником этого происшествия. Сулейман шёл уверенно, гордая осанка и стальной взгляд, вроде бы всё как раньше, но что-то изменилось. Хотя он выиграл войну, его самооценка повысилась, подобные события немного меняют людей. Ведь так? — Сын Джема Султана оказался предателем, Михримах. Именно он и подослал ко мне убийц, используя наш семейный кинжал. Пришлось казнить его вместе с сыновьями. Неверные, должно быть, смеются сейчас над нами… — Мне очень жаль, что твой родич пошёл на такую гнусность. — Мне тоже, Михримах, но ничего уже не поделаешь. Он выбрал свой путь. — Ты уже видел шехзаде Османа? — я перевела разговор, чтобы немного его взбодрить. — Да. Славный ребёнок. Гюльфем Султан хорошо постаралась, я всегда переживал о ней. Смерть единственного сына её сильно подкосила, но теперь султанша счастлива, а вместе с ней и я. Кстати. Ты часто посылаешь свою служанку Айше-хатун во дворец Ибрагима Паши, как я слышал. Как его сын? — Ахмед в порядке, Нигяр-хатун хорошо заботится о своём ребёнке. Я собиралась навестить молодую маму в ближайшее время. — Хорошо. Навести. — Садыка Султан тоже давно не видела своего сына… — Ты просишь за неё? Зачем? — Сулейман был удивлён и даже остановился. — Я тоже мать и понимаю, что она чувствует. Разлуку с ребёнком ни с чем нельзя сравнить, Сулейман. Тебе ли не знать. — Эта женщина совершила серьёзное преступление! Я не хочу больше слышать о ней! — Сулейман взбесился, его глаза наполнились гневом. — Прости, я не хотела тебя расстроить, Сулейман. Если ты против, я больше не стану поднимать эту тему, — я была в смешанных чувствах. С одной стороны, хорошо, что повелитель не простил Садыку, с другой, Мурад уже давно не видел свою родную мать, какой бы она не была. Я ненавижу султаншу, но очень люблю шехзаде, не хочу, чтобы он винил меня в будущем за то, что я отняла его у матери и не позволяла видеться. То, что я воспитываю Мурада, нарушает все правила гарема. Наверное, Сулейман и Валиде Султан меня действительно очень любят, раз позволяют растить маленького шехзаде. Мы шли на праздник в честь возвращения повелителя. В малом приёмном зале всё уже было готово и ждали только нас. Но Сулейман не торопился идти. Он всё стоял на месте, злой, сжав кулаки, он смотрел на меня безумным взглядом, словно в первый раз увидел. Он жестом отослал стражников и рявкнул: — Как твоё настоящее имя?! Откуда ты взялась во дворце? — К чему эти вопросы, государь? — я испугалась резкой перемене его настроения и запаниковала, ведь раньше он себе подобного не позволял в моём присутствии. — Отвечай! — рявкнул Сулейман и подошёл ближе, я отшатнулась и впилась спиной в ближайшее дерево. Снег забился в мои сапоги и начал таять, холод немного взбодрил меня, но безумный блеск в глазах падишаха был мне непонятен… — Я задал тебе вопрос, Михримах-хатун! — Ауда моё прошлое имя, Сулейман, я ведь тебе говорила. Откуда точно я попала во дворец я не помню, когда вошла в Топкапы, ударилась головой в хамаме и потеряла память… — Значит, потеряла память… — ухмыльнулся падишах и провёл рукой по моей груди. — Ты такая красивая, и не скажешь, что совсем недавно родила, — мужчина прислонился к моим волосам и втянул в себя мой аромат. — Ты мне понравилась, хатун. И твоё вмешательство в эту реальность тоже… Не пугайся. Да, я больше не тот Сулейман которого ты знала, Михримах, — мужчина нагло улыбнулся и продолжил. — Одно покушение всё же удалось и Султан Сулейман Хан Хазретлери героически погиб, а на его место пришёл я. Знающий канон, прекрасный и неподражаемый… Хм… Имена нам ни к чему… Я попал в тело самого Султана Османской Империи. Ты не представляешь, как я счастлив иметь огромное процветающее государство и огромный дворец, полный юных и прекрасных наложниц! — Как он умер? — я еле стояла на ногах, мой мир рухнул после этого монолога. Погиб… Сулеймана больше нет… Я его потеряла… — Достойно погиб, как воин… Шутка, — он рассмеялся и продолжил. — Сулейман утонул когда утопили его галеры, Ибрагим Паша спас это тело, но вот душа великого османского султана улетела в райские кущи. Ещё не добрался до поля боя, а уже погиб. Великий Завоеватель Сулейман Великолепный! Какая ирония… Не попади я в тот момент в это тело, вот смеху то было по всей Европе! Я словно оказалась одна на всей планете, всё исчезло, лишь пустота и боль утраты наполняли меня в этот момент. Слёзы потекли из моих глаз градом, я чуть не упала на снег, но вселенец вовремя меня подхватил за талию и прошептал на ухо: — Только ты знаешь всю правду, Михримах, я доверил эту тайну только тебе, потому что ты такая же, как и я. Но если проболтаешься, задушу тебя собственными руками! Ты меня поняла?! — Да, повелитель, я вас поняла, — прошептала я дыша через раз от того, что мужчина схватил меня за горло и не давал воздуху попасть в лёгкие. — И ещё хочу кое-что уточнить. Я по понятным причинам не знаю как вести себя со своей семьёй и фаворитками из-за твоего вмешательства и изменения канона. Не хотелось бы чтобы меня раскрыли, — сказал «государь» уже более спокойно. — Если все догадаются, что в тело повелителя проник вселенец, боюсь представить себе последствия для себя, для истории этой реальности, и для тебя в том числе. Если я умру, ты пойдёшь следом за мной, как и твоя милая дочка Атике, поэтому не пытайся отравить меня. Я уже отдал приказ: если со мной что-нибудь случится, тебя похоронят вместе со мной в один день! — Я поняла. Что повелитель хочет знать? — спросила я, понимая, что этот человек не врёт и реально сможет убить меня и маленькую султаншу. Он ослабил хватку на моём горле и продолжил: — Умная девочка. Для начала, моя Валиде. Есть ли что-то такое, что в сериале не показали? На чём меня может подловить султанша? — Знаю только об одном случае… У Сулеймана была фаворитка, аналог русской Салтычихи, которая безнаказанно убивала его наложниц долгое время. Об этом знают несколько человек. Если заведёшь с Валиде разговор и припомнишь между делом этот инцидент, она успокоится. Твой характер отличается от характера твоего предшественника, но это можно списать на трудный поход. И, если честно, Султан Сулейман всегда был с прибабахом, достаточно вспомнить то, как он в сериале пожаловал пост главного визиря Ибрагиму, средневековый пранкер. Кстати как Ибрагим тебя не раскусил? — Он подозревал, но я, как и обещал ему мой предшественник, разрешил паше отправиться в Паргу и навестить своих родных, а ещё подогнал ему титул Главного Визиря. Он будет молчать, даже если и заподозрит неладное. Как относиться к сестре? Есть чем припугнуть Хатидже в случае моего разоблачения? Я долго размышляла, говорить ему или нет, но если он захочет и сам всё узнает, достаточно провести расследование и правда о ребёнке султанши выйдет наружу. — Говори! Или… — он снова схватил меня за горло, но я вырвалась и тут же упала в мягкий сырой снег. Я встала, отряхнулась и со злостью произнесла: — Не стоит меня пугать! Я уже сказала, что буду сотрудничать… Хатидже Султан родила ребёнка от Ибрагима и передала его на воспитание Нигяр! — Ёбушки-воробушки! — открыл рот «Сулейман», закрыв глаза на моё своеволие. — Бразильские страсти… Этим и пашу в случае чего можно припугнуть! Ну «сестрёнка Хатидже», ну ты конечно даёшь. Слушай, а эта принцесса точно не из наших? Уж больно резкая перемена настроения. То она любит Ибрагима, то нет. — Сомневаюсь, что это так. Хатидже всегда была подле Валиде, мать бы заметила подмену. И вообще, султанша всегда была скрытной особой… Я не могу сказать наверняка. — Ясно. А что насчёт Гюльфем? Как она снова оказалась в строю «моих» фавориток и смогла родить сына? — Ей помогла Садыка Султан, в девичестве Виктория. — Та самая, что сидит сейчас в Старом Дворце? — Да. — Венгерская наложница пыталась избавиться от тебя, чтобы занять место подле султана? — прищурившись спросил мужчина. — Да, Садыка, а точнее попаданка в теле Садыки, строила грандиозные планы в отношении империи, но была раскрыта и сейчас в опале. — Ну и дура… — протянул лжесултан. — Могла бы хорошо устроиться… — он многозначительно на меня посмотрел и продолжил. — Так, дальше Махидевран. Что с ней? Этот нытик уже пыталась избавиться от Хюррем и Садыки, тебя? — Нет, я стараюсь сглаживать возникающие конфликты. Махидевран Султан не плохая, в той реальности смерть ребёнка её подкосила, в этой её дочь жива и она в фаворе у Сулеймана… Была… — Так всё и останется, пока… Что насчёт Хюррем? Сулейман её действительно сильно любил? — Любил, но не так, как это показали в сериале. Маха не травила и не избивала Хюррем, поэтому не было сильной привязанности. Сулейман и Хюррем не так уж много времени провели вместе, а в походе человек может измениться. Если продолжишь читать ей стихи в стиле Муххиби, она вряд ли заметит разницу. — Гюльфем Султан? — Была какое-то время обделена вниманием государя, но беременность многое изменила. Эта проницательная особа может заметить подмену. Придётся тебе уделить султанше больше внимания, чтобы ненужные мысли не закрались в голову матери шехзаде. — Сюмбюль-ага? — Влюблён в Гюльнихаль-хатун. Дай разрешение на брак и он твой верный раб до конца дней. — Дайе-хатун? — Всегда на стороне Валиде Султан, не заметит она, и Хазнадар сделает вид, что ничего не изменилось в поведении падишаха. — Очень хорошо! — мужчина широко улыбнулся. — Так кого Сулейман любил больше всего в своём гареме? Хотя можешь не отвечать, Михримах-хатун, — он взял меня за руку и посмотрел на изумрудное кольцо. — Я найду для тебя камень покрасивее, если станешь моей… — вселенец начал нагло лапать мою грудь, но я сопротивлялась, и он вынужденно остановился. — Ты пожалеешь, что отказала мне, хатун! В этом дворце отныне я хозяин и моё слово закон! — Вы хозяин своего слова, повелитель. А я хозяйка своего сердца. Я согласилась на сотрудничество, а не на то, что стану делить постель с незнакомцем, находящемся в теле моего покойного супруга! — Ты слишком сильно привязалась к этой реальности и её героям, Михримах. Но если хочешь играть по правилам, что же, дело твоё. Но уверяю тебя, что ты пожалеешь о своём решении и приползёшь ко мне на коленях и тогда, — он сделал небольшую паузу. — Тогда я подумаю, стоит ли мне прощать тебя и принимать обратно. Мне было неприятно находиться рядом с этим незнакомцем в таком знакомом мне теле, я аккуратно вырвала руку, опустила глаза и спросила: — Я могу идти, повелитель? — Ты пойдёшь вместе со мной на праздник и не вздумай показать грусть или озабоченность. Веди себя как обычно, — жёстко отдал приказ государь. Я поклонилась и отправилась вместе с новым султаном в сторону дворца, отгоняя от себя суицидальные мысли. Девушки вовсю старались привлечь внимание падишаха своими манящими движениями*, но вселенец, даже после танца Махи и Хюррем**, отдал предпочтение своей фаворитке Гюльфем Султан***. Мужчина и женщина удалились в середине праздника. Я сидела с натянутой улыбкой и старалась не выдать своего волнения. Но когда почувствовала, что истерики не избежать, отпросилась у Валиде Султан и медленно направилась в сторону своих покоев…