Враг Хюррем номер один

Ночь с 10 на 11 декабря. Дворец Кимрана Эфенди и Хюррем-хатун. Сытая молодая женщина вышла из своей кареты и потянулась от удовольствия. Лицо её светилось, походка была ленивой, но очень довольной. Служанка, помогающая своей госпоже спуститься по ступенькам кареты, была удивлена ароматом, который слышался от Хюррем-хатун. Такой сильный запах чеснока заставил незаметно отшатнуться рабыню от своей госпожи, но Шура была столь довольна, что даже не заметила дерзости своей помощницы. Рыжеволосая султанша вошла в свой новый дом и сразу же направилась в хамам, чтобы привести себя в порядок перед встречей с Лукой-Кимраном. Девушка даже заготовила речь, в которой бранит и отчитывает своего бывшего возлюбленного, который осмелился забрать её из Дворца Топкапы от её любимых сестёр! Хюррем давно привыкла к гарему, его обитателям, интригам, но больше всего молодая госпожа жалела о том, что ей придётся редко видеться с Михримах и с Махидевран. Эти женщины стали её семьёй, когда это случилось, Хюррем и сама не знала, вроде совсем недавно они были соперницами и готовы были ради внимания государя друг другу козни строить (Маха и Шура уж точно), но вот они уже стали ближе родных сестёр, которых трудности и обстоятельства объединили в одну семью. Девушка вытерлась после принятия водных процедур, надела ночное платье, отбросив свадебное в сторону, и неспешной походкой направилась в свою спальню. Да, именно в свою. Хюррем не собиралась впускать в свои покои Луку-Кимрана, пусть не воображает себе! Хюррем-хатун отныне не рабыня! А свободная правоверная мусульманка, готовая подарить османской семье второго ребёнка, между прочим! Даже если и она не проживает в гареме, она всё ещё часть семьи султана, благодаря своим детям, которых Валиде Султан и Султан Тамерлан разрешили Хюррем взять с собой. Девушка была очень рада, что детей у неё не забрали и не заберут, со своей Хюмашах и тем, кто ещё не родился, Шура не готова была расстаться. Половину времени дети, разумеется, будут проводить с семьёй султана, но на это рыжеволосая госпожа была готова пойти. Александра долго не могла вспомнить, ворочаясь на шёлковых простынях, какой у неё теперь статус и имеет ли она права так поступать с Лукой? Но вспомнила разговор с Валиде Султан и успокоилась. Мать повелителя всё разъяснила Шуре. Хюррем-хатун по статусу равна почти султанше, и права у Шуры такие же. То есть, Александра по положению была выше своего мужа и в случае чего, могла с Кимраном Эфенди развестись и если в браке появятся дети (в чём Хюррем сильно сомневалась), почти-султанша после развода (для которых достаточно всего три раза сказать «развожусь!») забирала всех детей с собой по праву. Короче говоря, в семье Кимрана и Хюррем, по мнению последней, будет процветать жёсткий матриархат! Шура понимала, что Султану Тамерлану Лука-Кимран нужен, поэтому с разводом решила повременить, расстраивать султана хатун не спешила, зная, как иногда государь бывает, скор на расправу… Хюррем сладко потянулась и резко повернулась. В дверях стоял припозднившийся муженёк. — Твоя спальня дальше по коридору! — бросила недружелюбно хатун. — Я должен объясниться с тобой, Хюррем… — мужчина сел на кровать и попытается взять Шуру за руки, но та резко отдёрнула ладони. — Не смей ко мне прикасаться! Я твоя жена только по закону! Понял?! А будешь руки распускать… Разведусь!!! — Хюррем! Выслушай сначала! — Нет! Это ты меня послушай! Я думала, что ты мёртв, начала новую жизнь, скоро рожу второго ребёнка государю, и тут появляешься ты, такой «красивый»! Может, у нас раньше и было что, да прошло давно, а ты не маленький и не тупой, должен был понять, что пора бы уже оставить меня в покое! Я жила и горя не знала во дворце! Все меня в Топкапы любили и уважали! Михримах, Махидевран, Валиде Султан, Хатидже Султан, всё были мне семьёй! Но пришёл ты и всё разрушил из-за своего эгоизма! — Хюррем! Я не Лука! Я твой Сулейман! Я страстью сбит с пути. Брожу я, как в пустыне. Заботам нет числа. Мне ничего не снится. Моя душа больна. Но если кровь остынет, Твой взгляд меня спасёт, любимая Царица! Я сердцем ощутил всю грязь, весь стыд гордыни — Чем выше возношусь, тем больше грех вершится. Кто щедрость сохранил? Кто благороден ныне? Лишь ты, моя любовь, лишь ты, моя Царица! И все же в мире лжи, где рушатся святыни, Я верю: свет придёт, и нежность возвратится. Я горевал вчера. Кем я утешусь ныне? Тобой, моя любовь, тобой, моя Царица! * Хюррем не знала, как дышать. «Это он! Он! Но как?!» Девушка перенервничала и отключилась, осматривающий её лекарь сказал, что хатун чуть не потеряла ребёнка, её Сулейман-Кимран сидел подле своей возлюбленной до самого утра, пока его жене не стало лучше, а утром, за завтраком молодожёны поговорили и всё выяснили. Оба были безумно счастливы, что смогли соединиться в такое непростое время. «Михримах всё-таки оказалась права! Но… Значит и те её слёзы… Сулейман выбрал меня! Радует это меня или огорчает?! Сулейман-Кимран «предал чувства Михримах», так она сказала мне в ту ночь… А я? Неужели Сулейман-Кимран любит меня больше, чем всех остальных своих женщин, раз потребовал меня у государя?! Это льстит мне, но всё же с Михримах надо бы поговорить, ссориться со своей сестрой я не хочу, хатун теперь жена султана! А я? Я жена Сулеймана!» Шура улыбнулась своим мыслям и поцеловала мужа на прощание, выпроваживая на работу. «Не дело, если Михримах будет часто видеться с Кимраном! И вчера эта их ссора в саду… Я мало что слышала, но увидела достаточно… Что-то, между этими двумя происходит, и это что-то мне не нравится… Михримах мне конечно как сестра, а Кимран теперь муж! Да и замужем она! Как и мой Кимран-Сулейман женат… На мне…». Хюррем улыбнулась и мечтательно закатила глаза. Теперь Кимран только её! И никто не встанет между ними! А если встанет, пожалеет, что на свет родился! 11 декабря 1523 года. Карета остановилась возле небольшой лавки, что Явуз Эфенди приобрёл для меня не так давно. Раньше продавали в этом месте ткани, сейчас же здесь магазин кукол, так как тканевых лавок на этой улице несметное количество, а вот детских кукол в продаже я не увидела, сколько бы ни штурмовала местный рынок. Подобный товар редок и делается только по индивидуальному заказу. Вчера был день рождения Атике, а я так и не подарила дочери подарок, долго выбирала из красивых фигурок лошадок и серебряных погремушек, но куклы так и не нашла, поэтому ещё заранее приказала найти мастеров и мастериц для такого тонкого искусства. Сначала решила сделать несколько набросков, как по моему представлению должна выглядеть настоящая кукла для детей год плюс. Выбор был между огромной ростовой и мини-куклой, подобной знаменитой Барби, но всё же решила выбрать средний размер. Несколько художников расписали лица, после того, как столяры обтесали деревянные модели, портниха же сшила множество красивых платьев на смену, а специальный мастеровой умудрился-таки насадить на головы куклам с помощью клея конский волос и получились прекрасные волосы различной длины и цветов. И вот сейчас, я приехала в «Детскую Лавку» чтобы увидеть результат и выбрать несколько кукол для своей дочери и других дочерей Султана Тамерлана. Результат меня впечатлил. Десяток мастеров постарались на славу и по собственной инициативе сделали куклы не только для девочек, но и для мальчиков, в виде воинов с игрушечными саблями. На прилавках было несколько десятков кукол разных полов и цветов. Да-да! Именно цветов! Куклы я заказывала не только красивые, но и разнообразные, с которыми ребёнок будет не только играть, но и познавать мир. Поэтому на полках были европейцы, азиаты, афроамериканцы и даже индейцы, о которых в мире ещё мало кто слышал! Эх! Где мои пять лет?! Уж я бы не вышла из этого заведения! Играла бы и играла! Да что там! Даже сейчас мне было любопытно разглядывать искусные куклы, руки так и зачесались пошить десяток другой платьев! Я оглядела заведение и улыбнулась. Можно торжественно открывать! Только сначала выберу кукол для султанских детей… — Явуз Эфенди! — окликнула я мужчину, когда отобрала понравившиеся игрушки. — Да, госпожа! — Пусть этих упакуют и отправят в Топкапы! А лавку можно открывать прямо сейчас! — Слушаюсь! Я вышла из здания и направилась в своё поместье, которое вскоре тоже должно было открыться. Так называемый «Женский клуб»! Я всё думала на досуге, стоит ли «игра свеч»? Нужно ли подобное заведение местным богатым женщинам? Не посчитают ли, что я пошла против вековых традиций и нарушаю Коран и волю Аллаха? Но, как-то проезжая мимо одного местного заведения, определённого толка (борделя в районе Эюп, хотя женщины продавали себя и в кабаках, кафе, а также под видом прачек и продавщиц каймака), решила, что стоит! Почему мужчины, даже будучи мусульманами, добровольно идут к гуриям, хоть это и запрещено законами шариата? В то же время женщина будет просто «забита камнями», если посмотрит на сторону? Где местной аристократке развлекаться? Где отдохнуть от детей, рабов, хлопот по хозяйству и многочисленных родственников? Конечно же, у меня! В моём Женском Клубе! Там тебе и сауна с баней, и магазинчики с украшениями, и местные «косметологи» с их чудесными снадобьями, и музыка с танцами, и еда изысканная, и книги на разных языках, включая переведённые западные женские романы! И волосы тебе с ноготками покрасят, и ручки хной разрисуют! Всё можно купить, потрогать, попробовать и ненадолго позабыть обо всех семейных делах, поговорить с женщинами равными по статусу, а не слушать приторную лесть рабынь, которые и в моде то не разбираются! Посплетничать, посекретничать, разглядеть конкуренток, подобрать невестку в дом, узнать последние новости Стамбула и мира! Всё это уже через несколько месяцев я буду готова им предоставить! Моя любимая Нигяр-хатун уже занимается рекламной компанией среди жён пашей, агитирует непременно посетить хоть разочек Клуб, который возглавляет «сама жена Султана Тамерлана». Здание уже успели основательно отремонтировать и расписать, слуги выдрессированы, танцовщицы с музыкантами закуплены, косметологи, портнихи и прочие полезные люди наняты и готовы по первому моему слову начать работать! Построено несколько дополнительных пристроек и куплено несколько прилегающих зданий, в которых сможет проживать персонал и в которых планируются склады и подсобные помещения. Вообще, я строилась с размахом, на будущее, так сказать! Я была уверена, что даже несмотря на слухи, моя идея воплотится в жизнь и принесёт баснословные деньги! Уж кому как не жёнам пашей тратить огромные жалования этих самых пашей?! Хоть чиновников у султана и не так много (не более тридцати высших чинов), жён у них не всегда по одной, а до четырёх штук в наличии, а ещё многочисленные наложницы, которые тоже хотели бы тратить куда-то свои деньги. Да и просто богатых людей в столице Османской Империи было предостаточно, в убыток не уйду уж точно! Я быстро пробежалась по поместью, отдала необходимые распоряжения и направилась в гости к Хюррем-хатун, которую я обещала навестить на следующий день после свадьбы. Кимран Эфенди уже должно быть вместе с султаном ломает голову над очередной реформой, которую хотят провести сначала в Стамбуле, а уже потом и по всей империи. Что это была за реформа? Реформа эта напрямую касается проституток. Все мы понимаем, что бороться и искоренять древнейшую профессию бессмысленно. Даже в Турции двадцать первого века профессия сия была законна (практически единичный случай среди мусульманских стран), гурии получали лицензию и платили налоги в бюджет. Все довольны, все счастливы. Султан Тамерлан и Кимран Эфенди решили немного поторопиться и узаконить данную деятельность. Дабы контролировать венерические заболевания (с помощью обязательных осмотров у лекарей), контролировать возраст работниц (ведь нередко можно было встретить в подобных заведениях детей), и, конечно же, принести в казну значительную прибыль (годовой оборот в этой сфере на две тысячи четвёртый год составлял до четырёх миллиардов долларов США (при том, что Турция и Османская империя очень сильно отличаются по размерам и населению)). Короче, как говорится, не можешь победить проституцию, возглавь! Дворец тайного секретаря султана Османской Империи был под стать родственнику государя. Не очень большой (по сравнению с домом Великого Визиря Ибрагима Паши), но изысканный и построен не так давно каким-то влиятельным чиновником, но того казнили и здание Султан Тамерлан передал своему секретарю. Теперь же здесь вовсю хозяйничала Хюррем-хатун. Меня вышли встречать все рабы и слуги вместе с хозяйкой дома, всё же таки жена султана в гости приехала! Молодая женщина приветливо встретила меня и провела в беседку на задний двор, после того как провела экскурсию по своим новым владениям. Мы присели на мягкие подушки и выпили щербет. Я не знала, с чего начать наш разговор. Рассказал ли Кимран правду о том, кто он? По лицу Хюррем-хатун не понятно… — Михримах? — беременная хатун подняла на меня взгляд и продолжила. — Я должна извиниться перед тобой… Я вопросительно подняла бровь. — Ты меня предупредила, а муж вчера подтвердил твои слова… Когда Кимран Эфенди мне рассказал, у меня чуть выкидыш не случился, но так как я была тобой заранее подготовлена, всё обошлось. Шок был не таким сильным… Я выдохнула, но продолжала молчать. Пусть выговорится. — Мне было трудно во всё поверить, но Кимран мне всё доказал, и я рада, что покинула Топкапы. Султан Тамерлан всегда казался мне чужим и далёким, а мой муж… Я люблю его и рада, что этот брак состоялся! — Шура смотрела на меня настороженно, будто чего-то боясь. — Как ты это приняла, Михримах? Что ты чувствуешь? Зла на Кимрана? На меня? Ты ревнуешь? Обижаешься? Хочешь нам отомстить? — взволнованно спрашивала Александра, боясь услышать ответ. Я уронила серебряную чашку от подобных слов. — Нет! Я приняла это! Не переживай, Хюррем! Кимран Эфенди отныне только твой! — я несколько раз глубоко вздохнула и продолжила. — Да, я его любила, сильно любила, но этим отношениям пришёл конец, Кимран так решил, и я согласилась. Да и вообще, я уже люблю другого… — я старалась сдерживать слёзы и говорить беззаботно, вспоминая вчерашний вечер, но не выдержала и разрыдалась. Хюррем прижала меня к себе и погладила по волосам. — Тамерлан… Он груб с тобой? — тихо спросила Шура, когда я успокоилась. — Нет. Просто, вчера я решила для себя, что пришло время хальвета, явилась в покои государя без предупреждения, а там… — Что там? — Александра аж забыла, как дышать. — Садыка Султан в одной простыне! — И что же ты?! — Убежала… — Убежала?! Я бы закатила такую истерику! Ты жена султана, Михримах! Почему ты это стерпела?! — Я не имею права закатывать истерики, Хюррем-хатун. Я часть гарема османского императора, у которого всегда будет много женщин и детей. Я не имею права что-либо требовать… — Но ведь ты жена его! Султан перед всеми признал тебя! — Всё сложно, Хюррем… Ещё и Таня-хатун беременна… Слышала своими ушами, после того, как вернулась из главных покоев… — И ты ничего не предпримешь?! — Александра не могла перестать удивляться. — Нет. Не убивать же мне невинного ребёнка… — Ты права, но всё же… — Я справлюсь, Хюррем. Справлюсь. Кстати! — я достала коробку и передала Шуре. — Подарок для Хюмашах Султан! Хюррем открыла коробку и ахнула. — Какая красота! Где ты это купила?! — Такие куклы теперь продают в моей лавке! — я была горда собой. — Можешь съездить и посмотреть своими глазами! — Обязательно, Михримах! Обязательно! — воодушевлённо сказала Хюррем. — Госпожа! — служанка, что сопровождала меня подбежала и доложила. — Сюмбюль-ага прислал человека! Говорят, что государь отдал приказ о казни Ферхата Паши! — Что?! — я была в шоке, так как предполагала, что Тамерлан повременит с казнью своего зятя. — Я еду во дворец! Пусть готовят карету! — Я с тобой! — Шура подскочила и попыталась увязаться, но я опасалась за здоровье её ребёнка. — Нет! Останься, Хюррем! Ты и так еле на ногах стоишь! Думай о ребёнке, а я обязательно пришлю к тебе кого-нибудь с новостями, как всё разузнаю! Александра кивнула, но всё же проводила меня до кареты…