Saving Mom / Спасти маму

      Звонок сына попал на голосовую почту, и пока Эмма стояла возле бара «Финнигана» и в отчаянии пыталась перезвонить, она не могла не думать, что, возможно, как раз сейчас Генри наговаривает сообщение. Она бросилась было в направлении дороги, как вдруг её схватили за плечо и рывком развернули. Её глаза встретились с встревоженным взглядом Реджины.       — Эмма? — прошептала Реджина. Столько вопросов уместилось всего в два слога.       Эмма, ни на мгновение не оставлявшая попыток дозвониться до Генри, посмотрела на мобильный в своей руке.       Реджина проследила за её взглядом. Испуганно вскинулась.       — Генри? Всё в порядке?       — Не знаю… — ответила Эмма тихо.       В то же мгновение всё вокруг окутал густой фиолетовый дым. У неё в животе что-то перевернулось, как если бы она каталась на древних американских горках в тематическом парке, и только что её вагончик обрушился вниз с приличной высоты. Эмма зажмурилась в попытке не потерять равновесие, а когда открыла глаза, поняла, что они перенеслись в сад за мэрским особняком.       Реджина недовольно осмотрелась. И Эмма предположила, что должно быть алкоголь каким-то образом повлиял на её навыки телепортации, раз они оказались не внутри дома, а за его пределами.       Реджина поспешила к входной двери, и Эмма, собравшись с духом, последовала за ней. Обе ненадолго задержались возле «Мерседеса», сигнализация которого отчаянно надрывалась, рассекая ночную темень крошечными огоньками. Реджина вырубила её коротким взмахом руки, затем вбежала на крыльцо и распахнула дверь, тоже не без помощи магии.       Стоявший посреди холла Дэвид резко развернулся. Он выглядел смущённым и потерянным, а с виска стекала струйка крови. Вокруг него повсюду валялись осколки стекла, обломки люстры, которая, наверное, зацепила его, когда падала.       — Мам, ты почувствовала? — накинулся на неё сбежавший по лестнице Генри. — Почувствовала?       Реджина опустилась на колени, Генри повис на её шее, а Эмма бросилась проверять Дэвида.       — О чём ты говоришь, Генри? — отстранившись, Реджина смахнула волосы с лица сына и стала осматривать его на предмет повреждений.       — Землетрясение! — объявил Генри торжественно.       Дэвид утешающе похлопал дочь по руке и на нетвёрдых ногах сделал шаг, другой.       — Ты в порядке, приятель? — спросил он взволнованно, поравнявшись с Генри. — Я пытался добраться до тебя, но…       Дэвид развернулся, махнул на тяжеленную люстру, а потом изумлённо дотронулся до лица и посмотрел на запачканные кровью кончики пальцев. Реджина в последний раз взглянула на сына, довольная тем, что он не ранен, и, выпрямившись, обеспокоенно нахмурилась. Легонько коснулась локтя Дэвида, вынуждая повернуться к ней лицом, и провела ладонью вдоль линии его волос.       Дэвид пугливо вздрогнул, когда слабое свечение, исходившее от пальцев Реджины, исцелило царапину на его голове.       — Иди на кухню, — приказала Реджина. — Рана заживлена, но надо смыть кровь.       Дэвид ответил коротким кивком и не спеша прошёл на кухню. Реджина держалась на шаг позади него. Остановилась всего лишь на мгновение, чтобы бросить быстрый взгляд на тысячи осколков, разбросанные по всему полу.       Эмма подошла к сыну.       — Всё нормально?       — Да, было супер, всё вокруг тряслось, ты почувствовала? — на одном дыхании выпалил Генри.       Эмма хотела съязвить, но не стала, вспомнив, что недавно целовалась с Реджиной. Неужели она могла из-за этого пропустить что-то значимое, вроде землетрясения? Да, поцелуй был потрясающим, а она — пьяной, но всё равно почувствовала бы, если бы здание ходило ходуном. Генри продолжал в красках рассказывать о землетрясении, но внимание Эммы привлекла лишь одна деталь.       — Что произошло?       — Сигнализация завизжала, — повторил Генри.       — Нет, до этого… что-то про свет? — уточнила Эмма.       — Ага, был очень яркий свет. Вспышка исходила вроде бы отсюда. Это, наверное, из-за упавшей люстры, — и лишь когда Генри махнул куда-то в сторону, Эмма запоздало осознала, что он стоит посреди усыпанного осколками холла, в пижаме «Железного человека» и босиком. Она подхватила его на руки, дотащила до лестницы и бережно поставила на ступеньки. — Оставайся здесь, пока не уберу битое стекло. Где здесь метла?       Генри кивком указал на закрытую дверь.       — В чулане…       Эмма осторожно пересекла холл, не забыв заглянуть на кухню, где Реджина влажной тряпкой вытирала с лица Дэвида кровь. Ей даже захотелось рассмеяться. Забавно, что даже бессердечная Реджина, перебравшая коктейлей, стремилась помочь мужчине, который попытался спасти её сына во время стихийного бедствия, пусть и не преуспел в этом.       Эмма заглянула в чулан, мигом обнаружила метлу и стала подметать осколки. Боковым зрением она заметила, что напротив двери, ведущей в кабинет Реджины, тоже валяется битое стекло. Убрала и его, а после решила проверить, что делается внутри. Приоткрыв дверь, она почувствовала, как у неё перехватило дыхание, и попятилась. В кабинете царило разрушение. Вся мебель была разбита вдребезги, пол был усыпан бумагами вперемешку с битым стеклом, как если бы здесь произошёл энергетический взрыв большой мощности.       К счастью, Генри не заметил её реакции, и Эмма, закрыв дверь, принялась сметать осколки в кучу посреди холла.       — Генри, надень тапки! — крикнула она. — Вроде бы всё убрала, но рисковать не хочется.       Когда сын, кивнув, послушно припустил наверх, Эмма решительно прошла на кухню.       — Я решил налить себе воды, — рассказывал всё ещё не отошедший от шока Дэвид, пока Реджина споласкивала в раковине тряпочку, — и вдруг загрохотало, затряслось… всё случилось очень быстро. Я побежал за Генри, но, кажется, на меня упала люстра… — он покосился на дверь. С того места, где он находился, прекрасно просматривалась куча стекла. — Надо думать, мне повезло, что отделался малой кровью…       Эмма сдержанно кивнула. Посмотрела на Реджину, но та упорно избегала встречаться с ней глазами.       — Нам надо в управление, — Дэвид встал со стула. — Людям может понадобиться наша помощь. — Он с тревогой посмотрел на дочь, не понимая, чего она ждёт. — Эмма?       — Боюсь, землетрясение было… местечковым. Мы в баре Финнигана ничего не почувствовали, — проговорила она медленно, надеясь, что Реджина не оставит её слова без внимания.       Дэвид осмотрелся и кивнул.       — Тогда надо начать с улицы, — с этими словами он вышел в холл и натолкнулся на спустившегося вниз Генри. — Как ты?       Пацан стал что-то оживлённо ему доказывать, и Эмма, воспользовавшись случаем, вплотную подошла к Реджине.       — Это не землятресение. Что-то в твоём кабинете разлетелось ко всем ебеням.       Реджина смерила её шокированным и затуманненым алкоголем взглядом. Было видно, что она лихорадочно пыталась сообразить, о чём говорит Эмма, а когда сообразила, то открыла от удивления рот.       — Нельзя, чтобы они разнесли эти бредни про землетрясение по всему городу, — процедила Эмма.       — И что ты предлагаешь, мисс Свон? — пробормотала Реджина, украдкой поглядывая на сына и его деда, воодушевлённо обсуждавших произошедшее.       — Ты знаешь, что я предлагаю, — парировала Эмма. — Зачаруй, взмахни ручкой и заставь их забыть.       — Зачаруй? Ты пересмотрела «Настоящей крови», — Реджина покачала головой. — Ты на полном серьёзе просишь меня стереть воспоминания твоему отцу и твоему сыну?       — Ты смотришь «Настоящую кровь»? — вопросом на вопрос ответила поражённая Эмма. Качнула головой. — Не суть. Потом обсудим, но да, заставь забыть. Нельзя, чтобы об этом узнали в городе, иначе все начнут гадать, что за чертовщина случилась в особняке. А мы с тобой прекрасно знаем, что бывает, когда эти дикари вбивают себе в голову, будто ты что-то замышляешь!       Реджина окинула Эмму нечитаемым взглядом, но кивнула и вышла в холл.       — Мальчики, — громко проговорила она. Оба, Генри и Дэвид, не ожидавшие такого обращения, посмотрели на неё. Реджина взмахнула рукой. Фиолетовая дымка, слетевшая с её пальцев, опустилась на головы ничего не подозревавших Дэвида и Генри. — Не было никакого землетрясения, Генри, ты сейчас же вернёшься в кровать, всё в порядке, ты не звонил Эмме, ничего не случилось… а теперь, иди, — когда сын сонно кивнул и, развернувшись, медленно зашагал прочь, Реджина переключила внимание на застывшего изваянием Дэвида. — Люстра не падала, ты не был ранен, вечер прошёл спокойно, и ты ушёл, когда я вернулась домой… — она собиралась отойти, но передумала и напоследок внимательно посмотрела на него, — и моя лазанья была намного вкуснее, чем у Белоснежки, а теперь иди домой…       Дэвид кивнул, покинул особняк и пошёл вниз по дорожке.       Эмма поравнялась с Реджиной.       — Серьёзно?       Реджина ответила ей лукавой улыбкой.       — Моя лазанья вкуснее.