Жгут не по-детски

       День седьмой. Для кого-то конец рабочего дня, а для кого-то начало ночной смены. Рэйнбоу уже поджидали у входа. Глаза начальницы просто горели от счастья, и она возбуждённо подлетела к Дэш: — Бегом в отдел кадров, подпишешь допсоглашение, а в кассу получать зарплату. Живо метнулась, пока у них рабочий день не кончился! И зайдёшь ко мне, надо поговорить. Рэйнбоу оживилась при слове «зарплата», что даже полуголодный желудок одобряюще заурчал. Вообще-то выдать деньги должны были завтра после ночной смены, но кто будет отказываться от денег?! В отделе кадров её не ждали и встретили совсем неприветливо: пони собирались расходиться по домам, а тут под конец дня их вынуждают работать. На почти пустом столе сиротливо лежало два листика, дожидаясь подписи Рэйнбоу. Написано совсем чуть-чуть. «Пункт 1.6 трудового договора изложить в следующей редакции: Установить пропорциональный повышающий коэффициент к окладу с учётом уровня важности работы и острой нехватки сотрудников в отделе. Остальные пункты договора оставить без изменений». — И что это значит? — у Рэйнбоу не водилось привычки подписывать непонятные документы. Даже если на неё оказывают давление и ощущается искусственно созданная нехватка времени. — Что именно непонятно? — огрызнулась пони в годах. — Сейчас у тебя нет повышающего коэффициента, и ты получаешь голый оклад. А будешь получать в два-три раза больше. Пропорциональный — значит, что будет меняться в зависимости от наличия незанятых мест. Будешь работать за троих — будешь получать за троих. — И где прописан коэффициент? Я не вижу точных цифр в договоре. — Во внутренних приказах. Впрочем, у Рэйнбоу был устный договор с начальницей, что ей повысят зарплату. Видимо, эти бумагомарательные термины её выбешивали, и особенно злило, что она не понимала их и казалась тупой. Она уже была готова подписать, как заметила, что допсоглашение составлено задним числом. В день. Когда её взяли на работу. Она ткнула кончиком крыла в дату и вопросительно посмотрела. Ей так же молчаливо ткнули в другую копию договора, на которой простым карандашом было жирно написано «Оформить задним числом». И размашистая подпись. Ощущая жёсткую подставу, но даже хорошенько помыслив, Рэйнбоу не придумала, как именно её хотят обмануть, и подписала оба экземпляра. Чувство подставы усилилось, когда через зарешетченное окошко кассы ей отсчитали крупную сумму денег, превышающую раз в пять, чем она ожидала. На охреневший взгляд протянули квиток с расчётами. Ага, оклад, повышающий коэффициент 3,5, разовая стимулирующая выплата?! Дальше скучнее, налоги, вычеты за обязательную медицинскую страховку. Сумма сходилась. На радостях Рэйнбоу уже захотела свалить домой, но с сожалением пошла к рабочему месту, уже в раздевалке вспомнив, что её позвала начальница к себе в кабинет. — Вы охренели?! — вместо приветствия сказала она, оглядывая собравшихся. За столом сидели несколько важных пегасов, сразу видно: высокое начальство. С краю — её непосредственный руководитель, и совсем у двери: охранники с КПП и, внезапно, школьный психолог, у которого была запоминающаяся внешность из-за шрама по поллица. — Опустим формальности, — начал говорить главный пегас. — Нам понравились ваши методы работы. Так изящно и хладнокровно избавиться от печально известных индивидов, — он покачал головой, слегка улыбаясь. — Нам тоже приходила в голову мысль их убить, но дар убивать нынче редок, этому сложно обучиться. — Не понимаю о чём вы говорите, — эмоции Рэйнбоу словно вымерзли. Эмпатия прицепила на всех ярлык «враг». — Я лучше пойду, мне работать надо, — она повернулась, случайно встретившись взглядами с психологом, внимательно изучавшую её. — Мы вам хотели предложить повышение, — этот оклик достиг ушей Рэйнбоу, когда она уже находилась в дверях. Выше должность — больше денег, да? С неохотой она вернулась. — Я слушаю. — Это только ещё в далёких планах, у нас на этот год расписан весь бюджет, — начал оправдываться другой пегас, нервно теребя папку перед собой. — Спрос на радугу постоянно возрастает, и мы хотим расширить производственные мощности. Нужен начальник в новый отдел. Вы идеально подходите. — Серьёзно? Я, кобыла без образования, и в начальники? — выкрикнула Рэйнбоу. Главный пегас кивнул. — Ну не сразу. Будете справляться на текущей работе и помаленьку продвигаться по карьерной лестнице. Месяц в одном отделе, месяц в другом. Нахватаетесь знаний, обработаетесь. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. — В чём подвох? — В новой технологии производства радуги. Экспериментальная установка показала феноменальную эффективность, и наши техники говорят, что принцип прекрасно масштабируется и подходит для промышленного применения. Рэйнбоу обещала подумать с недельку. На самом деле хотела свалить, уволившись по собственному желанию, но стала зависимой от еженедельной порции денег. Каждый раз, она обещала себе, что эта получка была последней, но каждый раз ей казалось, что она не оправдает оказанного ей доверия. История с «несчастным случаем» закончилась для Фабрики крупным штрафом и увольнением начальницы Рэйнбоу. А Рэйнбоу через пару месяцев повысили..

***

День девяносто третий Санфлауэр считала глупостью слухи, что окружали Фабрику. Тем более она всю осознанную жизнь мечтала работать на Фабрике Радуги, вот только погодным талантом природа её обделила. Даже стажёром она умудрилась косячить, а за последнюю провинность, когда по её вине остановилась линия по производству грозовых туч, её практически с позором вышвырнули из Фабрики. Ярко-рыжая пегаска плакала под дверями Фабрики, когда к ней подошла пони с радужной гривой и участливо поинтересовалась почему она ревёт. «Сделаешь всё, чтобы работать на Фабрике? Брезгливая? Запаха крови испугаешься?» — и ещё множество вопросов, на которые она едва успевала отвечать и между ними не смогла спросить сама. — Приходи к началу ночной смены, временный пропуск будет лежать на вахте. Как ты говоришь, тебя зовут? Рэйнбоу довольно улыбнулась, когда увидела, как Санфлауэр преданно ждёт неизвестно чего около внешнего КПП, нервно сминая временный пропуск без фотографии. Дэш приветственно кивнула и молча повела новенькую. Много свободного пространства, высокие потолки. И они приближались к самому центру фабрики. Перед Рэйнбоу открывались любые двери, начали встречаться патрули охраны, которые никак не реагировали на двух пони. Санфлауэр уже не была уверена, что найдёт выход обратно самостоятельно, как вдруг их путь закончился в раздевалке. Пони с радужной гривой комментировала и знакомила новенькую, словно на сто двадцать процентов была уверена, что та будет здесь работать. — Тут у нас личные шкафчики, где рабочие переодеваются в спецовки, — голубое копыто прошлось по ряду одинаковых шкафчиков, пока не остановилось на одном из них. На поверхности которого была кровавая, или стилизованная под засохшую кровь, надпись «Тронешь — умрёшь, RD». — Э-э… — новенькая было попятилась спиной назад. — Это такая шутка, типа, — ответила Рэйнбоу. — Надевай респиратор, обычно фильтров не хватает к концу месяца, можешь подходить ко мне, я тебе дам из личного запаса. Она взяла один из респираторов со стойки и подписала на нём маркером «RD». Точно так же, как на окровавленном шкафчике. — Не люблю, когда трогают мои вещи. Я серьёзно. А теперь давай наденем на тебя щиток. Ага, там сзади можешь подрегулировать под размер головы. Идеально. Рэйнбоу довольно осмотрела одетую пегаску, на мордочке — респиратор с большими фильтрами, само лицо спереди прикрывает пластиковый щит. — Душ там, он понадобится тебе после рабочей смены, идём, а покажу тебе рабочее место. И они вновь пошли по длинным коридорам, Рэйнбоу беззаботно болтала: — Мы называем её тёмная фабрика. Или внутренняя. Или просто Фабрика Радуги. Потому что здесь темно. И ещё производят радугу. Но сам процесс производства ты не увидишь, у тебя будет чуть грязная работа. Они подошли к низкой ржавой двери. Со скрипом замок открылся, и Рэйнбоу жестом крыла пригласила зайти. И заперла за собой дверь, вешая ключ на шею. Рядом со входом висел кармашек с бумагами на стене. Как почтовый ящик, только с двумя отделениями: «In» и «Out». — Ничего сложного, от сюда берёшь заявки, которые нужно сделать за смену. Дальше находишь клиента, иногда они здесь залёживаются долго и начинают пованивать. Привыкнешь. Но мы регулярно проводим ротацию. Или нет, — задумчиво произнесла Рэйнбоу. Давно она не была здесь, на первом её рабочем месте в крематории. С тех пор много времени прошло, она формализовала взаимоотношения между отделами, разработала и добилась внедрения заявок. Теперь на каждого оформлялся документ, легче стало расследовать происшествия, особенно если один из пегасов внезапно решал не становиться радугой и сбежать. С лязгом открылась дверца и на салазках из холодильника выехал залежавшийся труп. Санфлауэр решила потерять сознание и медленно скатилась на пол. Дэш выругалась.

***

День триста шестьдесят девятый Рэйнбоу успешно раздала долги. Гибкий плавающий график работы позволил вернуться на привычный режим дня, хотя от привычки спать в любое удобное время осталось сложно избавиться. Для души она вернулась к занятию спортом, но уже без фанатизма. Вондерболтами восхищалась, всем говорила, что мечтает стать одним из них, но на самом деле её устраивало быть верной фанаткой. Иногда Фабрика буквально забирала у неё всё время — даже ночевать приходилось, забившись где-то между облаков. Но чаще всего у Рэйнбоу было много свободного времени, что позволило на полставки работать в понивильской погодной команде. Никакой ответственности на второй работе, ни тупых подчинённых: пригнала и расставила облака — и спи хоть весь день. Был обычный солнечный денёк, Рэйнбоу отмечала день рождения Флаттершай в очень узком кругу друзей. Помимо четверых подруг: Пинки Пай, Эплджек, Рэрити, самой Флаттершай — пришла и тройка Меткоискателей. Две сестры подруг и Скуталу, к которой Рэйнбоу испытывала добрые сестринские чувства. Эмпатия остро работала в обе стороны, а Скуталу словно не была ведома усталость. Клаудсдейл начал рассылать повестки на экзамен пегасов. Явиться нужно обязательно всем пегасам школьного возраста. И Скуталу не могла дождаться, когда и ей придёт повестка. Тогда она сдаст экзамен и получит аттестат зрелости, доказав всем, что она не какой-то там «земной пегас». Рэйнбоу озабоченно попыталась отговорить названную сестру от посещения экзамена. — Скуталу, не ходи и даже не смей брать повестку. Ты постоянно живёшь на земле, тебе ничего не будет за неявку. Немного поспорив, и когда не получилось надавить авторитетом взрослого, Рэйнбоу сдалась: — Давай я на этих выходных свожу тебя на экскурсию. Увидишь, что бывает с теми, кто провалил экзамен.