Хроники Научного Сотрудника

1

Мартина вел спецназ по знакомым коридорам. Они добрались до зоны персонала и топот их ног с эхом разносился дальше. Весь персонал был эвакуирован в кратчайший срок, легче всего было тем, кто находился в легкой зоне. В тяжелой зоне персонал отделался легким испугом, так как были нарушены условия содержания 939-го. Монстр сразу решил добраться до легкой зоны. Причиной такого поведения был резкий толчок, сопровождавшийся громким звуком взрыва. Все таки в комплексе была совершена диверсия. Грамотная, четко спланированная диверсия. Однако, умерло всего два человека. И эти два человека, были близки Мартину.       Его привели в убежище, где он уже бывал, во время нарушения условия содержания 682-го. Спецназ оставил его и пошел дальше по делам. Он стоит на том месте, на котором его обняла Агата. Это было два года назад и тогда все ему казалось таким безоблачным и радостным. Огромный дом, с красивой лужайкой, гаражом, безупречной верандой и большим садом во дворе. Казалось, что жизнь у него продвигалась самым лучшим образом. Но теперь все было совсем не так. И больше никогда не будет.       Толпа удивленно взглянула на него, когда он только вошел в убежище. Ещё бы, ведь у него на руках его мертвая жена. А мертва она потому, что он слишком медленно бежал, а ещё его разум настолько был затуманен яростью, что он даже не удосужился оказать ей первую помощь. Хотя у него были лучшие результаты по её выказыванию ещё в школе, а в университете он свои навыки только подтянул. Он не обращал внимания на их взгляды, они были крайне удивленны, ведь в их глазах все прошло успешно. Они услышали тревогу, закопошились, взяли свои вещи и поспешили к выходам. Им не понять ту боль, которую испытывает Мартин. И теперь они смотрят на него ошеломленными глазами и думают только об одном. Хорошо что я не оказался на его месте.       Джон Вокт в это время находился в самом дальнем конце убежища. Он зашел туда одним из первых, так как с тяжелой зоны он быстро побежал в убежище, чье расположение хорошо запомнил с прошлого НУС. На ошибках учатся. Ему не хотелось стать трупом, вот он и побежал. Думал ли он тогда о Мартине и его жене? Переживал ли за Рика, чьи кишки будут отдирать от стен ещё пару дней? Нет. Его волновала его шкура. Единственный человек о котором он беспокоился умер ещё в НУС 2025 года. И этому же человеку он вышиб мозги. Иронично, тут нечего добавить.       Услышав трепет, который пронесся по толпе он поднялся с пола. Он был высокий, широкоплечий, поэтому смог разглядеть картину. По спине вдруг побежали мурашки. Он друг Мартина, но смотрит так, как все смотрят сейчас. Нет! крикнул себе Джон. Он подойдет к нему и утешит, как сделал бы любой хороший друг. Мартин просто сидел упершись о стену и гладил Агату, как будто она все ещё может чувствовать его касания. Зрелище было максимально отчаянным и мрачным, от чего общая атмосфера в убежище стала приобретать нагнетающий характер. Джон прошел сквозь толпу и захотел было утешить его, но к горлу подступил комок. Все это зрелище навевало ему воспоминания о той лаборантке, в которую он был влюблен. Не в силах сказать хоть слово, у него пошли слезы. Ему было искренне жаль своего друга. Но он так и не заговорил с ним. И не будет говорить ещё два месяца.       Хрясь. Хрясь. Хрясь. Ему хотелось ещё. Ещё пару ударов. Почему ты не взял пистолет, Мартин? Ты мог прикончить его быстро, но ты не хотел. Тебе хотелось убивать его медленно. Тебя успокаивала его кровь, что брызгала тебе в лицо. Тебе это понравилось. Не беспокойся, Мартин. Сегодня у тебя ещё будет шанс. В комнату вошел небольшой отряд охраны из трех человек. Вместе с ними был Анборо, они пошептались и один из них подошел к Мартину. Он знал к чему все идет. Они хотят забрать её у меня. Но я не позволю. Им придется бить меня или стрелять в меня. Но я её не отдам. Когда переговоры не возымели успеха, охранник нацепил, что-то длинное на ствол своего автомата и приставил дуло точно к шее. Он очнулся в медицинском блоке, где он проходил медицинское обследование вместе с Агатой. Лавиной на него нахлынули воспоминания и он вновь заплакал. Через пол часа, когда он снова задремал, в палату вошла медсестра и выписала его, заявив перед этим: — Вы пропустили экстренное совещание, поэтому доктор Анборо сказал, чтобы вы прошли в его кабинет, как только придете в себя. Мартин кивнул. — И ещё вам прописаны антидепрессанты. — Кто мне их прописал? — удивился он. — Я. И давайте вы не будете со мной спорить, — заявила медсестра. Спорить он с ней не собирался, но и пить таблетку тоже не хотел. Зато этот разговор напомнил ему о его слабости. Об аритмии. Поэтому он тут же достал из кармана маленькую пилюлю и взяв стакан воды со стола, выпил его. — Большое спасибо, — сказал он, скорее для приличия. — Пейте их каждый день. — Конечно. Мартин ушел оставляя медсестру в одиночестве. — Эй! Вернитесь и возьмите таблетки! Конечно же, он не вернется. Сейчас его мысли полностью занимала любимая. Мертвая любимая. И Анборо, казалось раскроет все завесы тайны над ним. Он все расскажет, все прояснит, как он это обычно делает. Скажет что делать дальше и как с этим смириться. Потому что кроме желания напиться и уйти в забытье, Мартину в голову больше ничего не приходило. Работа в комплексе вышла в привычное русло. Все работали как ни в чем не бывало. Как будто ничего не было. Мартин постучался в кабинет, на двери которого была табличка Д-р Анборо. — Входите, — послышался знакомый голос. Мартин послушно встал у порога. Как только его увидел Анборо, он словно ошпаренный чем-то, резко встал со стула и указал ему на другой. — Присаживайся, присаживайся, хочешь я сделаю тебе кофе или чай? — Виски, я знаю вы его прячете у себя в кабинете. Анборо вздохнул. — Ладно, виски значит виски. Они уселись друг напротив друга и Анборо стал разливать виски по рюмкам. На рюмках было выгравировано: «Республиканец». — Давайте сразу к делу, — сказал Анборо и проглотил содержимое рюмки. — Да, давайте, — подтвердил Мартин. — Все что произошло сегодня, это диверсия. — Чья? — перебил Мартин. Обычно Анборо злится, когда его перебивают, но сейчас он был спокоен, как удав. — Повстанцы Хаоса, по крайней мере, так предполагает отдел внутренней безопасности, они устроили подрыв в легкой зоне, кроме того, — зациклили все наши камеры, так что мы даже среагировать не успели. Их устройство де шифрования, оказалось гораздо эффективнее нашего шифрования, поэтому и систему безопасности 939 они тоже взломали весьма эффективно и взрывом направили её туда — куда им было нужно. D классу также промыли мозги. Судя по всему, диверсия была и среди сотрудников безопасности. Чертовы предатели! По докладам ОВД, около пяти охранников, методично обрабатывали D класс, готовили их к этому дню. Мартин слушал все, что ему говорил Анборо и кивал в нужный момент, когда Анборо говорил что-то вроде: — Всех предателей нужно вздернуть, как нацистов в Нюрнбергском процессе! Он кивнул. Виски снова разлилось по рюмкам и Анборо перешел к следующей части разговора. — Сейчас слушай меня внимательно, Мартин. Мартин напрягся, видимо разговор будет касаться Агаты. — Ты же понимаешь, что нам придется сфальсифицировать смерть Агаты? Обычно мы делаем все сами, но раз ты был её мужем, то вправе выбрать сам, — Анборо протянул документ. — Агата… У Мартина навернулись слезы на глазах, но он не напрашивался на жалость со стороны Чарльза. — Хорошо, я выберу автокатастрофу. В списке, что ему предоставил Анборо были всевозможные способы фальсификации смерти. Среди них было убийство, самоубийство, несчастный случай, автокатастрофа, болезни (если имеются). — Кто ещё погиб во время инцидента? — спросил Мартин. — Только твоя жена, один сотрудник класса B, один сотрудник службы безопасности и огромное количество класса D. Сотрудник службы безопасности? — А кто умер среди СБ? — Агент Рик Валдесон. Мартин не мог вымолвить и словечка. Все внутри снова сжалось. В ушах стоял звонкий гул, словно его задело световой гранатой и ничто больше не занимало его голову, кроме повторяющихся раз за разом кадров. Он стоит парализованный страхом и дожидается смерти. Она все ближе и ближе, но Рик окликнул её. Ему тоже было страшно, но он её окликнул. Он спас его ценой своей жизни. Отдавал ли он таким образом свой долг? — Это… это он… он… — по щекам Мартина стали идти слезы. — Спокойно, спокойно, — Чарльз не придумал ничего лучше, кроме того, чтобы налить ему ещё одну рюмку, — ты можешь пить, я тебе разрешаю. Мартин послушался совета и ускорил темп поглощения виски. — Эй, не так много, тебе сегодня ещё за рулем ехать, — Чарльз спрятал бутылку обратно и аккуратно сложил рюмки. — Они все умерли из-за меня, Чарльз. — Ты не можешь быть уверен! — воскликнул он, — не говори такие слова! Во всем виноваты балбесы из внутренней безопасности! Ты не гребаный Джон Уик чтобы раскидывать всех направо и налево, поэтому не говори так. — Но ведь… — Никаких «но»! — перебил его Анборо, — ты сейчас же поедешь домой и отдохнешь! У тебя административный отпуск на две недели и ещё после него последует отпуск на месяц. — Ладно, — Мартин поднялся и направился к дверям. Хорошо, что Чарльз остановил его от питья виски. Выпей он ещё пару рюмок, то точно попал бы в аварию. Черный мерседес ехал по красивой черной дороге. И все-таки любил он Америку! Его мерседес и эти черные дороги были словно созданы друг для друга. Сейчас он проезжал шоссе на Сперривилл Пайк и по дороге домой хотел прихватить пару бутылок виски. Пожалуй, из всех алкогольных напитков именно виски вызывало у него приятное ощущение.       Мини маркет «Boston general store» располагался рядом с дорогой и представлял из себя магазин, который был раньше скорее частным домом. Веранда красовалась своими цветами и удобной лавочкой, что стояла рядом с дверью. Сам магазин был двухэтажный, а его балкон ещё раз напоминал, что дом был раньше для проживания, но вскоре здесь открылся бизнес. Напротив дома, гордость американской нации, — американский флаг. А окружал его аккуратно постриженный газон. У магазина уже было припарковано пару автомобилей и проехав чуть дальше, Мартин припарковал свой мерседес. Он вышел из машины и взглянул на часы. Они не были дорогими, как и его отцу, ему совсем не нравились буржуйские нравы. Одним из которых было ношение дорогих часов. Подумать только! Они носят на руках чью-то квартиру! Или может даже жизнь! На часах было 22:30. И сколько же он пролежал в отключке? Мартин не желал знать. Все чего он сейчас желал, — это купить алкоголь, чем больше тем лучше. Благо время ещё позволяло ему купить спиртное.       Магазин внутри был обставлен скромно, видимо хозяева недавно открыли свой бизнес. Однако, у них уже была лицензия на продажу алкоголя. Большой успех для такого маленького магазина! Недолго думая и особо не разбираясь в выпивке, вот была бы здесь Агата, он берет виски наугад, считая, что чем дороже тем лучше. Он вышел на крыльцо магазина и прохладный вечерней ветерок приятно охлаждал его. То и дело поднимая в верх его черный пиджак, во внутреннем кармане которого всегда был пистолет. Сделав пару глотков из бутылки он двинулся к своему автомобилю. Он был припаркован за углом и покорно ждал своего хозяина, как вдруг послышался голос сзади. Как раз тогда, когда он потянулся в брюки за ключами. — Выворачивай свой кошелек! Он медленно обернулся на крик и увидел темнокожего парня в капюшоне. Он был ещё совсем молодой. На вид лет 15. Наверное, сложись все иначе он мог стать хорошим ученым или инженером. Но у его матери рак и ему нужны деньги на лечение, а городская администрация продолжает драть с них налоги не принимая их заявку на «помощь гражданам в экстренных ситуациях». — Быстрее! Розенкранц не собирался церемониться с ним. Он хотел отдать ему кошелек ведь денег у него навалом, но голова вдруг резко заболела. Заболела ровно так, как тогда в комплексе. И ему снова захотелось убивать. — Да, конечно, сейчас. От такого спокойного тона даже сам преступник опешил. Как можно оставаться таким спокойным когда на тебя наставлен пистолет? Впрочем это не важно. У него пистолет, — значит он хозяин ситуации. — Почему так долго! Мартин продолжал копошиться внутри пиджака и это напрягало преступника. — Тебе не терпится умереть? — Что ты сказал? Пистолет Мартина находился во внутреннем кармане, поэтому он повернулся к нему боком, как бы доставая кошелек, но на самом деле Мартину нужно было лишь хорошенько прицелиться сквозь пиджак. И у него получилось.       Хлоп. Хлоп. Хлоп. Хлоп. Хлоп. Хлоп. Мартин быстро выпустил шесть пуль прямо в тело грабителя через пиджак. Тот моментально согнулся и пронзительно крикнув, упал на землю. Он даже не понял, как по нему произвели стрельбу. — Больно! Больно! Ты что творишь, а?! Пистолет который он выронил оказался травматическим. — Не на того нарвался, урод! Мартин нагнулся к нему и дулом своего пистолета стал давить на раны. Крики потерпевшего раздавались на всю улицу. Не исключено, что копов уже вызвали. — Нравится быть под дулом пистолета? Нравится, да? — Аааа! Пожалуйста, прекрати! Я не хотел тебя убивать! Мартин продолжал давить на раны, тот стал кричать ещё сильнее. Тогда Мартин треснул его прикладом по лицу. Как же раскалывалась голова от его криков! — Молчать! Иначе я убью тебя, слышишь?! — Пожалуйста, не надо! — паренек заплакал, — Я… я это ради семьи делал! Дяденька простите! Я ради семьи! Ради семьи! Семья, семья, семья, семья, это слово выводило Мартина из себя. Голова разболелась ещё сильнее. — Ради сем… — пареньку не дали договорить. На всю улицу раздался ещё один хлопок. Мозги паренька разлетелись от выстрела на стену. На лице Мартина появилась улыбка Долго придется чистить стену, подумал Мартин и как ни в чем не бывало встал над трупом, вытирая своё лицо от крови. Головная боль стихла. Какое наслаждение.       Черный мерседес тронулся с места и двинулся по шоссе, оставляя позади труп темнокожего подростка. Которому просто не повезло. Уже завтра телевизоры будут трещать об этом случае по всем каналам. И Фонду придется сильно постараться, чтобы замять дело, называя действия Мартина «самозащитой». Однако, люди не дураки. 6 выстрелов в тело и 1 пуля в голову. Поэтому от него отвернутся все. Абсолютно все, кроме родителей, маленькой Саши и Джеймса, который сейчас мирно спал в Токио. Это все ещё предстоит Мартину пройти, а сейчас перед ним, — бутылка виски и рюмка. И он будет пить всю ночь, как и хотел.