Хроники Научного Сотрудника

1

      В колонне Мартина было три хаммера и два замыкающих броневика, один спереди и другой сзади. Все машины были с маркировками фонда, с лесным камуфляжем. На хаммерах было тяжелое пулеметное вооружение, на каждом из которых был стрелок. Мартин поинтересовался, почему стрелки так сосредоточенно смотрят в лес, если они по словам офицеров, находились далеко, от линии фронта. И тут перед Мартином начали открываться новые подробности. — Зверьё тут всякое шныряет, мистер Розенкранц, от того мы и на чеку. — Мне не говорили о каких-либо мутантах в ЧЗО, — сказал Мартин. — Это не удивительно… — говорил водитель, — в лабораториях от них мало толку, но, как хищники, — очень опасные. У нас даже есть отдельная классификация на случай, если кого-то загрызут эти твари… настолько часто они нападают. Настолько часто, что вполне вероятно, что где-то за этими лесами, за нами уже охотится та или иная стая «серых»… благо для пулеметов такого калибра эти твари не помеха.       На улице вечерело и становилось темно, от чего слова водителя наводили ещё больше жути. Ведь ты понимаешь, что где-то там, куда свет фар не попадает, эти твари бегут за колонной, ожидая момент для атаки. Фонари также были на пулеметах, а сами пулеметчики постоянно крутились, но тем не менее, их фонари тоже имели слепую зону, куда свет не доходил. — Что за «серые»? — спросил Мартин. — Эти твари мутировали от волков, — он помолчал, — у них неестественно большие размеры, они быстры и их много, а в совокупности с высокой агрессией, их это делает ещё более опасными, — он снова помолчал, глядя на зеркало в салоне, — не волнуйтесь, мистер Розенкранц, у них есть одна очень сильная слабость. — Слабость? — сказал Мартин. — Да… у этих тварей непереносимость света, причем любого, будь то костёр или фонарик. Как вы уже поняли, днём они не выходят… но если ты случайно наткнешься, на их логово днём… тогда им напрочь сносит крышу… они не пытаются, как-то уворачиваться от пуль и им совершенно все равно на солнце, они просто прут на тебя не чувствуя боли. Как-то раз, мы с моим напарником были в отряде по ликвидации такого логова, это долгая история, но скажу вкратце. Когда мы начали выжигать их напалмом, они толпами повалили на наши заставы, расположенные у пещер, заставы должны были встретить их тяжелым огнем из пулеметов и всего, чего только можно. Мы отбивали одну волну за другой, эти твари и не пытались уворачиваться от пуль… самое страшное было потом… Водитель умолк, потом вздохнув, продолжил. — Они притворились мёртвыми, можете себе это представить? Когда все их трупы, как нам тогда казалось, лежали бездыханно в лесной чаще, мы двинулись вперед, чтобы заложить взрывчатку и окончательно покончить с логовом. Мы продвинулись где-то на метров 50 вперёд, оставляя за собой тела этих монстров. А уж поверьте мне, вся лесная чаща была усеяна их телами… и когда мы почти подошли к логову, тварь, что лежала прямо перед напарником… клянусь, я видел у неё не меньше 10 дырок от пуль, мне даже показалось, что у этой суки вытек мозг, но она… она взмыла вверх! Не быстро, конечно, раны давали о себе знать, и сделала отчаянный бросок вперёд. Её пасть впилась моему напарнику в ногу и он в панике стал палить по ней. Но это было напрасно, поскольку уже тогда, когда она сделала этот рывок, она умерла. Тварь потратила все свои последние силы на то, чтобы нанести врагу максимальный урон. Напарник скинул её пасть с себя, а сам упал, потому что нога больше не держала его… и тогда все твари чтобы были вокруг, молниеносно двинулись на нас, как ёбаные зомби… Военный, что сидел справа, имел у себя три лычки, что говорило о его сержантском звании. Он часто давал команды через рацию и, конечно, тоже слушал мрачную историю водителя. — На сегодня хватит историй, капрал, лучше следи за дорогой. — Так точно, сержант.       Дальше они снова ехали в молчании, не считая постоянных глухих звуков прибора, что был прикреплен рядом с ноутбуком. В хаммере на котором они ехали, была расположена сама рация, которая обеспечивала сержанту связь со всей колонной, ноутбук с базой данных фонда SCP и другой прибор, за которым также смотрел не только сержант, но и водитель время от времени. На приборе было разграничение местности, разделенное линиями, по которой проходила «волна», которая, как раз и издавала этот глухой звук. По словам сержанта, это «датчик движения», который издает громкий писк, когда замечает передвижение. Причем малейшие движения, например, ветки деревьев и полет птиц, — он не замечает, но движение животных, техники и прочего прекрасно распознает. — Чтобы умело пользоваться им, нужен не хреновый опыт, мистер Розенкранц, — сказал сержант, — если писки одиночные, значит бояться нечего, но если мы нарвемся на стаю «серых», придется останавливать колонну и отбиваться… эти твари догоняют хаммеры, поэтому у нас и броневики с парнями в колонне. — Проверенные бойцы? Или новички? — поинтересовался Мартин. Сержант посмотрел на Мартина подозрительным взглядом. — Вы не доверяете моим парням, мистер Розенкранц? — Я не это хотел сказать. — Расслабьтесь, мистер Розенкранц. Только сержант развернулся, как тут же схватился за рацию и закричал: — Приближаются «серые»! Все по местам!       Собака Мартина стала лаять, что есть мочи, солдаты в хаммерах выскочили из машин и стали занимать круговую оборону. Хаммеры резко осветились ярким светом во все стороны. Пулеметчики развернули свои пушки. Впереди пехота также высадилась из броневиков и заняла оборону. Мартин остался в машине совсем один, со своим псом, который все никак не мог угомониться. — Замолчи, Джонатан! — крикнул Мартин. Пёс послушался. Солдаты были вооружены современной модификацией автомата калашникова. Они любят его за убойную силу, которая отлично справляется со шкурой мутантов и броней повстанцев хаоса. Хотя американские подразделения используют М16А4. — Смотреть в оба, они рядом, — сказал солдат. Вокруг, колонну окутала тьма, и все что было слышно, это топот монстров, так как они не издавали больше ни единого звука. Серые кружили вокруг колонны, — как акулы в воде. Тихо и угрожающе. Между тем вся колонна была небольшим островком безопасности, где свет давал надежду на лучшее. — Мы стреляем? — спросил капрал. — Нет, они испугаются света и уйдут… просто ждём, — сказал сержант. — Но они могут и не испугаться… «серые» нападают исподтишка… вы сами это знаете. Капрал сжимал свой автомат и вглядывался в темноту, благо наличие товарищей рядом слегка обнадеживало. С каждой стороны машины сидело по пять солдат с автоматами, солдаты с ручными пулеметами по два в каждом отряде, ставили свои пулеметы на плечи товарищей, потому что принять положение лежа, — означало смерть. Так в бою с этими чудовищами самое главное значение имеет твоя мобильность, чтобы уворачиваться от их стремительных атак. Серые не любят свет, но тем не менее они делают яростные наскоки в сторону солдат, пронзая кого-либо своим острым когтем, обычно в области шеи, и так же быстро уносятся прочь. Можно сказать, что атака и уход у этих тварей соединен во едино. Напряжение накалилось до предела. Свет фонарей освещавший темноту, теперь освещает монстров и Мартин, наконец, смог разглядеть этих тварей. Размерами они были чуть меньше медведей, с безобразной шерстью по всему телу, изуродованной мордой с перекошенной пастью и ушами, что напоминали летучих мышей. Они бегали вокруг, как бешеные, пока одна из тварей вдруг не ринулась в сторону колонны. Тело монстра устремилось стрелой вперёд, но солдат сидевший у хаммера, заметил этот маневр и чудом уклонился в сторону, благодаря простому перекату. Монстр застрял в окне хаммера и Мартин в ужасе потянулся за кольтом. — Ах ты урод! Громкие хлопки заполонили всю округу. Мартин, максимально отодвинувшись назад, расстрелял всю обойму в морду твари и тут же выронил пистолет, хватаясь за уши. — А! Сука! Я оглох! Снаружи же солдаты кормили свинцом всю стаю. Монстры не могли даже приблизиться ближе 5 метров, поскольку тут же падали от пуль. Огонь из крупнокалиберных пулеметов и автоматов долго сдерживал натиск, пока одна из тварей своим прыжком не ранила одного из солдат, что стоял рядом с сержантом. Коготь монстра, как бритва проносится по шее солдата и монстр уносится прочь, в то время солдат пятится назад и упирается спиной в хаммер, падая на пол. Сержант увидел это и отдал команду: — Жги их огнём, Дима! Сожги пидорасов! Сам сержант ринулся к раненому, в то время, как броневики стали поливать огнем все в округе, а некоторые солдаты перешли на стрельбу из подствольных гранатометов. Струя пламени ярко освещала все вокруг и было слышно, как твари пищат от боли и уносятся прочь, поджав свои хвосты. Сержант засунул свою руку прямо в распоротую шею солдата и сжал трубку, что кровоточила. На удивление, это помогло, солдат держался в сознании. — Слушай сюда, Гриценко! Не отключайся! С тобой все будет хорошо, дружище! — кричал сержант. Рядовой Гриценко лишь беспомощно смотрел на сержанта, потому что говорить не мог. В ту же минуту к ним подбежали медики с носилками, что ожидали команды из броневика и сержант, продолжая держать свою руку в шее, ушел с ними в задний броневик, оставляя командование на капрала. Сражение длилось не больше 5 минут и большую часть времени солдаты продолжали стрелять в темноту. Они не видели тела монстров, но были уверены, что попадают в цель. — Патроны на пулемете закончились! Нужна коробка! — кричал пулеметчик. — Уже несу! — донеслось ему снизу. У переднего броневика ситуация была более напряженной. — Капрал! Дай нам ещё парней сюда! Не справляемся!.. Огнемет больше не стреляет! — Ничем не можем помочь! У самих туго! — ответили ему по рации. — Ах сука! — крикнул он и вернулся к стрельбе. На него выбежало три твари, но благо свет обнаружил их. Он тут же принял боевую стойку, но выстрела не раздалось, лишь предательский тихий щелчок, — кончились патроны, а перезаряжаться некогда. — Блять! Парни! — паниковал он. Он тут же достал гранату Ф1 и швырнул её вперед к тварям. Те резко отпрянули от неё, уставились на гранату, а затем с оскалом снова взглянули на солдата. Произошел взрыв и твари разлетелись на кусочки. Солдат совершивший этот маневр был рядовой Артём Фролов. Пусть звание у него и малое, но служит он в рядах украинских МОГ, где даже рядовые, — уже смертоносные машины. Наконец выстрелы прекратились. Все спокойно выдохнули и сложили оружие, некоторые автоматы и вовсе дымились от нагрева. «Серых» больше не было слышно. Капрал подбежал к ведущему хаммеру и закричал: — Менеджер! Ты там как? — он постучал по хаммеру. Труп монстра вывалился из окна хаммера и из машины донесся голос Мартина: — Ну и мерзкие же твари! — Вы в порядке, мистер Розенкранц?! — А?! Не слышу! Капрал уже выходил из себя и распахнул дверь хаммера. — Я говорю вы в порядке?! Мартин обернулся на него. — А?!

2

      Остальную дорогу ехали без происшествий. Сержант вернулся в хаммер и судя по его довольному выражению лица, — раненный солдат поправится. Потом сержант намочил спиртом вату и вставил Мартину в уши, затем порекомендовал делать щелчки по черепу не менее 40-50 раз. Через 5 часов звон в ушах прекратился, как раз к тому времени, когда Мартин уже приближался к Чернобылю. Чем ближе они были к городу, тем лучше становилась инфраструктура и тем больше было напоминаний о том, что война в самом разгаре. Всюду ездили грузовики с солдатами, проезжали танки и во всю орал громкоговоритель направляющий солдат и части в определенные места. Также все больше становилось агитационных плакатов и всевозможных флагов. Чаще реяли американские и украинские флаги, но иногда встречались и простые черные флаги с логотипом фонда.       Как только колонна подъехала к огромной панельной многоэтажке, которую инженеры фонда уже успели превратить в огромную штаб-квартиру, Мартин попрощался с колонной солдат и сержантом, что защищали его. В будущем ему ещё предстоит пересечься с сержантом, но сейчас Мартин входит в штаб. Его никто не встречает, лишь пара солдат на входе отдали честь, когда он прошел мимо них. Он зашел в лифт, и внутри него были пометки рядом с каждым этажом. На одном из них была пометка «командный центр», туда Мартин и направился.       Лифт распахнулся и Мартин уверенно вышел. Этот этаж был переоборудован таким образом, что лифт стоял по середине, а сам командный центр был вокруг него. Окна стали широкими и высокими, что давало хороший обзор на округу. В этом центре люди упорно суетились, но ярче всего выделялись несколько генералов, что стояли бок о бок с офицерами у огромной карты. Сама карта была расположена на столе и взглянув на неё можно было увидеть детали, которые ранее были недоступны младшему военному составу.       Один из генералов обернулся на звук лифта и увидев Мартина, выпрямился, поправляя свою форму. — Здравствуйте, менеджер, — улыбался генерал, — генерал Макарти к вашим услугам, — он протянул руку. — Мартин Розенкранц, — представился Мартин, пожимая руку. Второй генерал также пожал руку Мартину. — Генерал Назаренко, — представился второй. Закончив представление они втроём склонились над картой. — Доложите обстановку, — сказал Мартин. Макарти был генералом американского филиала. Об этом говорят его американские черты лица, слегка вытянутый подбородок и подозрительный взгляд в совокупности с курительной трубкой, делали из него стереотипного представителя высших американских чинов. Он сделал затяжку и выпустив дым указал пальцем на населенный пункт. — Этот населенный пункт был захвачен повстанцами в недавней контратаке и мы собираемся его отвоевать, направив вот эти и эти бригады в атаку. К беседе подключился Назаренко. — Мы также подключим к атаке две танковые бригады с фланга. Мартин внимательно смотрел на карту и затем заговорил: — А танковые бригады прикрыты? — Вы имеете ввиду, могут ли их контратаковать с другого направления? Это исключено, — сказал Макарти. — Почему вы так уверены? — Наша разведка докладывает, что у них просто не хватит сил для контратаки, тут не о чем волноваться, — сказал Назаренко. — Ну предположим вы захватите этот населенный пункт, а что дальше? Это будет победа местного значения не дающая больших преимуществ. — И что вы предлагаете? — спросил Макарти, — нам приходиться иметь дело с ограниченными ресурсами, с минимальной поддержкой с воздуха, в добавок к этому повстанцы хаоса довольно хитрый противник, часто они просто заводят наши части в ловушку и потом перебивают, прямо, как партизаны. — Я обеспечу вам все целую поддержку ВСУ, но вы должны приложить максимальные усилия для того, чтобы скрыть передвижение украинской армии, для их внезапного и сокрушительного удара по центру. Услышав слово «ВСУ» генералы изменились в лице, ведь если подключается армия страны, вероятно у этого менеджера, есть, что предложить. — МОГ SCP делают отвлекающие атаки по флангам, в то время как ВСУ со всей своей мощью атакует здесь по центру. Кроме того, я разрешаю вам использование АС-130, что хранятся в резерве. — Мы собираемся… атаковать Припять? — спросил Назаренко. — Именно так, — подтвердил Макарти, — с такими силами и эффектом внезапности мы вполне можем взять Припять. — Остается только одно, — сказал Мартин. Генералы вопросительно посмотрели на него. — Та вещь, что сторожат повстанцы хаоса… мы должны заполучить её. Генералы молчали. — Как думаете, почему они так вцепились в это место? Я читал доклады военных, на некоторых местах имели место и суицидальные атаки постанцев, я верю, что это неспроста… этот аномальный объект либо не подпускает их к себе, от чего они вынужденны оборонятся… либо они сами не нашли его. — Что вы предлагаете, господин Розенкранц? — спросил Назаренко. — Нужно собрать «Специальный отряд», небольшую группу из лучших бойцов, с ними пойдет пара лучших научных сотрудников, замаскированных под военных, их цель будет обнаружение и захват объекта. Они будут нападать с Северо-Запада и продвигаться максимально скрытно. — Я могу сформировать такой отряд, — сказал Макарти, глядя на карту, — дайте мне одну неделю и вы получите лучших бойцов ЧЗО. — На себе я оставляю научных сотрудников… — Мартин помолчал, — Назаренко, у вас есть право призыва на помощь от менеджера SCP CCMU, с ним вы призовете ВСУ нам на помощь. — Так точно… — сказал Назаренко. — Я поручаю вам проработать максимально эффективный план вместе с командованием ВСУ и помните, что главная наша задача это обнаружение и захват объекта. — Мы закрепимся на позициях и будем ждать подхода резервов… план будет готов через несколько месяцев, — Макарти посмотрел на Мартина, ожидая, что тот будет возмущаться сроком, но его реакция была совсем не та, которую он ждал. — Хорошо… я понимаю, — сказал Мартин, — готовьтесь столько, сколько нужно, генерал. На уголках губ Макарти появилась слегка заметная улыбка: — Так точно.       Обсудив ещё пару вопросов с генералами, Мартин начал свой тур по штаб-квартире, посетив каждый этаж здания. За довольно короткий срок, Мартин стал кумиром солдат, он много времени проводил с ранеными и обсуждал уйму вопросов со всеми, с кем только можно. В итоге свой смотр войск, Мартин закончил лишь к вечеру. Выходя из здания, Мартин вновь встретил колонну, которая будет сопровождать его обратно.

3

      На часах 15:00, погода ясная, направление ветра западное. В прекрасных лучах солнца блестела от недавнего дождя трава, а деревья, что сторожили поляну, застыли в своем великолепии, ведь ветер едва колышет их. На этой поляне все не так просто. Два куста медленно движутся вперёд и никто этого не замечает, ни животные, ни птицы. У этой поляны был выступ, откуда открывался замечательный вид на равнину. — Рино 2-3 на позиции, — сказал снайпер и достал бинокль, — видим дорогу… по ней должна ехать цель? Прием. — Да, — донеслось из рации, — по нашим разведданным, цель будет ехать по этой дороге в одном из хаммеров, со скорость 50 км в час. С ними так же будет охрана из двух отрядов пехоты в броневиках, как приняли, Рино 2-3? — Приняли хорошо, Рино 2-1. Будем ждать цель. Второй снайпер медленно догнал первого и поставил винтовку на сошки. Это отделение снайперов было вооруженно снайперской винтовкой британского производства L96A1. — Дистанция до цели? — сказал второй, выставляя дальность. Первый продолжал смотреть в бинокль и говорил: — 500 метров. Снайпер выкрутил дальность и посмотрел в прицел. Пока что, кроме пустой асфальтированной дороги и зеленки впереди, он ничего не видел. — Никита, — сказал второй, — сколько нам ещё ждать колонну? — 20 минут, — ответил он, — надеюсь ты не промахнешься, Святослав. — Мы лучшие снайперы Хаоса, и мы никогда не промахиваемся… ты же сам знаешь.