7.
14 января 2019 г., 12:50
— Стайлз! — крик вырвал его из сна. Стилински приподнялся на локтях и увидел, как на поляну к Неметону выбежал его отец в сопровождении огромного волка. Глаза зверя мерцали кровавым светом.
— Сынок! — шериф выглядел измотанным и даже постаревшим, а под его глазами залегли глубокие тени. Оборотень с опаской подошёл к пню, прислушиваясь к чему-то внутри себя и отзываясь по «связи» лёгким беспокойством.
— Пап, всё нормально, я поспал всего пару часов, — сонно пробормотал Стилински, протягивая руки к альфе, всё ещё будто оглушённый неизведанной силой, перетекая в объятия обратившегося Питера. — Что у вас, оборотней, за дурная привычка расхаживать голышом, — рассмеялся он, прижимаясь к сильному и крепкому телу, обнимая руками за шею, наслаждаясь ощущением парения в воздухе в чужих руках.
— Тебя не было почти сутки, лапушка, — проговорил оборотень, глядя в лес, из которого выходила его стая, точнее Пит и Андрэа, державшая в руках штаны и одеяло. Вручив штаны своему альфе, она сунула одеяло волчонку, который выглядел очень виновато.
— Вот не надо сочинять, волче, — фыркнул Стайлз, снова зевая и поворачивая голову к бетам. — Эй, Пит, чего такой грустный?
Стилински с мягкой улыбкой глянул на младшего оборотня, протягивая к нему руку и с удовольствием ощущая, как Пит подставляется под прикосновения, получив кивок от Хейла, и срывается при этом на довольное урчание из-за того, что получил одобрение от старших в стае.
— Между прочим, мы съели пиццу, которую я приготовила для тебя. Будешь знать, как пропадать, — сказала женщина, отходя к шерифу, чтобы обнять его и успокоить осторожными прикосновениями.
— Андрэа, вверяю тебе своего отца, не кусайся только, — рассмеялся звонко Стилински.
— Так, всё, лапушка, лучше бы тебе помолчать. Неметон накачал тебя своей силой, как болтливый бармен начинающего алкоголика. Скоро начнёт выветриваться, — проговорил альфа, направляясь прочь к своему дорогущему внедорожнику, укладывает на заднее сиденье полусознательного Стайлза и поручает Питу присмотреть, чтобы тот не отключился, пока они добираются до дома.
***
Как оказалось, Стайлз и правда пропал почти на сутки, всё это время пребывая в анабиозе среди призрачных корней Неметона. Он впитывал его силу как губка, а учитывая, что Стилински всегда был жадным до всего, то понятное дело, что он слегка «переел» и вынужден был оставаться на месте, пока искра «переваривала» то, что он получил от мистического пня. Дом стаи Питера наводнили все: Дерек со своими волчатами, Скотт, семейство Арджентов и даже Дитон с каким-то саквояжем, полным трав. — Бро! Мы так испугались, — начал Скотт, бросаясь к Стилински, но вовремя был перехвачен Дереком и Дитоном, как раз перед тем, как из глотки Питера раздалось утробное рычание, а глаза полыхнули алым. Всем было ясно в этот миг, что никто не прикоснётся к человеку, пока альфа не убедится в его полном здоровье. — Дитон, осмотри Стайлза, — попросил Хейл, опуская подростка на тот самый диван из лофта. Стилински застонал, прижимая раскрытые ладони к тёплой и мягкой обивке. Он с трепетом сжал мягкий плюш, стреляя по связи прямой наводкой в самое сердце Питера и заставляя последнего призвать всю свою выдержку, чтобы сдержаться. Будь они в одиночестве, разморённый силой и сном Стайлз точно остался бы без одежды, а диван пришёл бы в негодность. Эмиссар ловко провёл свой странный осмотр и только мягко улыбнулся. — Мальчик просто немного… перебрал силы Неметона, только и всего. К закату будет в порядке, полнолуние разбудит его вовремя. Скотт снова хотел подойти, но, словно на стенку, налетел на взгляд Питера. — Дерек, предупреждаю тебя единственный раз: если твои щенки ещё раз попробуют навредить моей стае и моему человеку — я вырву одному из твоих щенков сердце, а после заставлю тебя его съесть. Сырое. А ты, недоальфа, — теперь Хейл-старший обращался к МакКолу, глядя своими меняющими цвет глазами прямо в самое нутро, вынуждая чужого волка сжаться в комок от страха. — Не вынуждай меня делать твою мать несчастной. Я не потерплю никаких нападок и угроз, — закончил он, принимая от Патрика светло-серую хенли и скрывая своё тело за мягкой тканью. — Стайлз, — голос альфы изменился настолько, что все замерли, будто кто-то щёлкнул тумблером, переключая оборотня в режим «заботливая мамочка». — Лапушка, посмотри на меня, — просьба сопровождалась осторожным прикосновением к бледной щеке. Карие глаза открылись, а по самому краю радужки была видна красная линия, что острыми стрелками впитывалась в коньячный оттенок глаз человека. — Вот так, — улыбка оборотня вызвала ответную на губах человека. Словно нечто отделило этих двоих от всего мира. Для Стилински больше никого сейчас не существовало. — Давай отнесём тебя в спальню? — продолжил Питер, на что подросток только замотал головой в отрицательном жесте, поворачиваясь к оборотню лицом и устраиваясь на боку, отползая к спинке дивана. Длинные пальцы вцепились в ткань хенли Питера, притягивая ближе, тонко намекая, что прямо сейчас Стилински желает видеть альфу лежащим рядом с ним. Предельно близко к себе. Перед всеми. Плевать на мир. Альфа ощущал, что связь пульсирует силой искры, которая успокаивается, чувствуя волка рядом, давая сознанию Стайлза вновь вернуться в тело. — Здесь, — прошептал он, а альфа мог только подчиниться, укладываясь рядом под шипение своей стаи, намекавшей, что чужакам пора выметаться. Так они и остались лежать вместе. Подросток вжался в оборотня всем телом, пряча лицо у того на груди и уплывая в заоблачные дали до самого заката, утянув за собой и альфу, даря тому спокойный сон. Хейл думал, что сойдёт с ума, когда оказалось, что Стилински сбежал в неизвестном направлении. Он ощущал связь и чувствовал через неё, что парень в полном порядке, вот только его аромат пропал. Будто некто прошёлся по городу и лесу со стиральным порошком, вычистив отовсюду запах Стайлза. Альфа метался по лесу, как слепой и голодный хищник. Питер решил умолчать, что хорошенько отделал одного и второго альфу, спустив пар только тогда, когда Крис нашёл его в лесу и пригрозил аконитовыми болтами. Тогда они стали прочёсывать весь лес. Пит был подавлен, вина волчонка сбивала со следа, пока альфа не нарычал на него, сказав, что никто в этом не виноват, кроме Скотта и мелких щенков, у которых полностью отсутствуют мозги. К ним так же подключился шериф, изрядно вымотанный волнением. Никто ещё не забыл о том, как все искали Стайлза, когда его телом овладел Ногицунэ. Как бы странно это ни звучало, но первым Неметон заметил именно шериф, едва не хлопнувшись в обморок от волнения и не схлопотав сердечный приступ. Питер изрядно нервировал мужчину, потому что решительно отказался выглядеть как человек, сопровождая Стилински безмолвной и бесшумной тенью с красными глазами. Альфа лежал на диване, крепко обнимая своего человека, прикасаясь своими большими ладонями к его бледной спине. Стайлз сейчас выглядит абсолютно беззащитным, таким уязвимым, таким родным. Нежность, забота, покой и трепет окутывали альфу и его пару, передавая через связь, как Хейл был обеспокоен, а сейчас рад тому, что Хранитель без сознания. Никогда раньше Питер на был так напуган и не находился на грани. Да, он терял рассудок от ярости, жажды мести, множество раз был раздражён и безразличен, но страх… страх за жизнь своей пары был для него в новинку. Это раздражало, но волк внутри говорил о том, что это вообще-то нормально. Каждый альфа должен стараться защищать свою пару, не закрывать связь со своей стороны, не пытаться юлить — в общем, быть отзывчивым и открытым. С первым пунктом почти не было проблем, зато со втором имелась большая такая, мягко говоря, проблемка. Хейл привык доверять только себе, рассчитывать только на силу. Оборотень впервые набрал стаю, применив рассудок, а не слепое стремление обратить как можно больше пешек. Каждый член его почти семьи был подобран, изучен и принят разумом и сердцем. Правда, вперёд всех там оказался Стилински — хитрый лисёнок практически прогрыз путь в сердце альфы, устроившись внутри уютным комочком, вцепившись своими острыми зубками и коготочками в податливую плоть. — Не вздумай так больше пропадать. Я волновался, и мне это не понравилось, глупый ты ребёнок, — прошептал он, прикасаясь кончиком носа к виску человека, нежно проведя по теплой коже пальцами, впитывая это ощущение абсолютной тишины и тихого счастья. Сейчас Питер мог забыть про свои бастионы, что выстроены вокруг хрупкой души, отозвать орудия, призванные стрелять на поражение, стоит только врагу подойти поближе. В этот миг всё стало несущественным, таким жалким и ненужным.***
Как и было предсказано, к восходу луны Стайлз начал шевелиться, прижимаясь к Питеру всем своим телом, довольно мурлыча и счастливо улыбаясь. — Доброе утро, — пробормотал он, купаясь в тепле, что дарила связь и крепкие руки альфы. Парень крепко обнимал волка, закинув ногу ему на бедро, ощущая, как в паху от мыслей о том, как интимно они прижаты друг к другу, становится горячо и тесновато. Прикасаясь к двери, что вела в дом души оборотня, под своими ладонями Стилински чувствовал тепло, пульсацию чужих эмоций, таких ярких и мощных, что дверь дрожала изнутри. Вибрировала и гудела, призывая Хранителя войти, вот только ручки или даже зазора для ногтей там не было. Следуя смутному порыву, подросток прижался к этой преграде, думая о том, как сильно ему хотелось бы оказаться там, внутри, увидеть этот сияющий белизной мир. — Лапушка, прекрати так ломиться, ты меня сломаешь, — насмешливо проговорил Питер, сменяя дверь на стену. — Я всё равно найду способ оказаться в твоей голове! Я хочу всё знать, хочу знать, о чём ты думаешь, зомби-альфа! — Стайлз всегда был весьма активным, но, судя по всему, связь влияла на него очень сильно, стирая некоторые грани дозволенного. Парень ловко взобрался на живот альфы, прижимая того к восхитительному дивану, немного поёрзал и посмотрел внимательно в чужие глаза. — Ты в курсе, что я никогда ещё не видел твоих глаз так близко? В основном ты либо закатывал их, либо читал свои книги, да светил клятыми фонарями. Но мне очень хочется посмотреть, покажи мне, как они становятся красными, — ласково попросил Стилински, обхватывая ладонями лицо альфы, глядя так пристально, что Питеру захотелось повалить его на спину и втрахать в диван. Волна чужого желания заставила парня застонать, прогнувшись в спине. Глаза альфы медленно стали окрашиваться в красный, пока цвет не достиг зрачка, и только теперь оборотень увидел, как зрачки Стилински расширяются от восхищения, а по самому краю радужки проступает алый ободок, словно вторя цвету альфы. — Сейчас ты очень красивый, — проговорил альфа, погладив мальчишку по щеке, мягко и аккуратно, глубоко дыша, впитывая восхищение и трепет парнишки, наслаждаясь теплом. — Правда? — смущение горячей волной прокатилось по телу Стайлза, заставляя все волоски вставать дыбом от того, как рокочет голос оборотня. — Правда, Мечислав, — впервые это имя прозвучало из уст Питера, практически оглушая оборотня в ответ восторгом и страстью, благодарностью и едва уловимым страхом. — Ты очень красивый, и я бы мог… пустить тебя внутрь своего сознания, дать побывать внутри моей головы, но мы должны привыкнуть друг к другу, пережить несколько полнолуний. Взаимодействовать вместе. Тебе надо научиться управлять силой Неметона, потому что впустить кого-то в свою голову — это значит дать власть. Пока я не готов к такому, — Питер был предельно честным со своим человеком, не пытаясь скрыть хоть что-нибудь. — Я понимаю, Питер, — проговорил Стилински, прикрывая на секунду глаза. — Нам пора, лапушка, надо выводить волчат на прогулку, — Хейл помог своему человеку встать на ноги, сноровисто снимая с себя одежду и обращаясь в волка с громким хрустом костей. — Никогда к такому не привыкну, — проговорил парнишка, погладив волка по холке и радостно улыбаясь ощущению мягкой шерсти под пальцами. Крепко держась за альфу, Стайлз пошёл за ним, встречая за домом стаю волков. Самым крупным, почти как Питер, явно был Патрик — красивый зверь практически песочного цвета с золотыми глазами. Рядом с ним, лёжа на траве, расположился дымчатый волчонок — Пит. Он нетерпеливо порыкивал, но стоило ему завидеть вожака и Хранителя, кончик его хвоста стал приветливо сучить по земле. Андрэа встретила их своим белоснежным обликом. И шерифом за её спиной. Было видно, что мужчина нервничает, но держится близко к волчице. Итан появился из-за кустов, его голубые глаза осмотрели членов стаи, задержавшись на миг на Питере. Стив, не скрывая своих эмоций, серым облаком смёл Стилински с ног, радостно вылизывая лицо подростка, несмотря на рык альфы. — Стив… ты меня слишком… прости, но ты малость воняешь, — Стайлз рассмеялся, отталкивая волка от себя, но перед этим нежно потрепав бету по холке. — Стайлз, ты в порядке? — шериф подошёл ближе, помогая сыну встать. Питер подвинулся в сторону, давая немного пространства для семьи. Он был слишком умён, чтобы вставать между Стайлзом и его отцом. — Да, пап. Не ожидал увидеть тебя здесь, — подросток обнял крепко своего отца и улыбнулся. — Мы… поговорили с Андрэа. — Вау! «Мы»? Пап, серьёзно? — рассмеялся Стайлз, направляясь следом за волками вместе с шерифом. Он ощущал Питера в своей голове, но не явственно, а будто он засел в самом дальнем и тёмном углу, просто иногда подсказывая, куда следует повернуть. Спустя почти три часа стая завалила оленя и, разобрав тушу на части, съела сначала внутренности, а потом принялась за мясо. Шериф развел костёр и, как оказалось, заранее подготовил решётку для барбекю и нож, которым разделывал мясо, отправляя его на угли, предварительно присыпав его солью с обеих сторон. — Господи! Я голодный как волк! Питер! Ну, где ты там! — прокричал Стайлз, подпрыгивая на месте и поминутно сглатывая слюну. На самом деле парень был готов вцепиться в несчастное животное прям там, на месте, грызть его плоть своими зубами, несмотря на то, что они не такие острые, как клыки волков. — Лапушка, не кричи, мясо ещё не готово, хоть я и уверен, что ты готов съесть его прямо так. Это нормально, — Питер притянул парня к себе, крепко обнимая. — Сейчас это отголоски моего голода. Это нормально. Мы накормим тебя. Стая никогда не оставит тебя голодным, а я тем более, — проговорил альфа, помогая шерифу заняться приготовлением стейков, краем глаза наблюдая за волчатами. — Питер, я хорошо помню о том, что ты говорил про моё обучение, но я не понимаю, о чём речь. Какое обучение? Кто меня будет обучать? — Стайлз блаженно выдохнул, устроился на поваленном дереве и вытянул ноги, запрокидывая руки вверх, чтобы потянуться. — Я думаю, что мне стоит обратиться к итальянским друзьям и ведьмам, потому что ты воин. Алан может научить тебя прекрасным методам врачевания и защиты, но тебе нужно так же научиться и нападать, отстаивать наше право на жизнь. Твоя искра такая сильная, что я будто нахожусь внутри тебя, словно мы делим одно тело на двоих. Это необычно. Ты этого не чувствуешь, потому что я решил, что будет лучше научить тебя сначала обращаться с той мощью, что течёт в твоих венах, — слова явно давались альфе с трудом. Оборотень перебрался поближе к человеку, чтобы уткнуться своим носом в его плечо, успокаивая разрывающую жажду крови, мести, убийства. Сейчас, уткнувшись в запах Стайлза, альфа мог очистить разум. — Ты пахнешь так хорошо, — произнёс он шёпотом, крепко обнимая парня, оглаживая стройные бока, прикасаясь губами к светлой щеке, усыпанной маленькими родинками. — Давайте есть! — проговорил шериф, отвлекая парочку друг от друга. Стая в тот же миг замерла, вслушиваясь в сердца альфы и его советника, запоминая этот счастливый аромат, оседающий на языке, как снег на опавшую листву, мягко, неторопливо, словно крылья бабочки, скользнувшие по щеке.
