(Не) нужный

      Утренний стук в дверь застал обоих крепко обнявшимися. Такой нетерпеливый стук. Стайлз первым покинул постель, точнее упал с неё под недовольное ворчание Питера, сопровождавшееся тихим обещанием оторвать руки тому, кто в такую рань ломиться в спальню к вожаку. Стилински нашёл это очень милым и бережно потянулся к «двери» Хейла, ощущая, как она слегка приоткрывается, показывая лишь сонное раздражение и недовольное ворчание хищника, который так давно не спал нормально. Альфа перекатился на ту половину постели, где спал подросток, уткнулся носом в его подушку, крепко её обнял и замер, снова засыпая.       Стайлз вышел из спальни и был смят в крепких объятиях Пита, который будто ласковый щенок стал обтираться щеками о горло и плечи человека, стремясь пропитаться ароматом Хранителя и поделиться своим, смешать его с запахом вожака и дома.       — Доброе утро, Пит, — Стилински наслаждался этой лаской, чувствуя за собой ответственность за этого щенка, который открылся ему, хотя в первые мгновения был весьма подозрительным.       — Доброе утро… Школа?       — Да, только я сначала переоденусь, — подросток не стал уточнять, что просто сменит боксёры и будет ходить в той одежде, что пропиталась запахом альфы. После похищения Стайлз с легкостью прибегал к способностям вожака, острее различия ароматы вокруг, раскладывая их на составляющие. Чего греха таить: запах Питера на его собственной коже это что-то с чем-то. Идеальная гармония и тёплое сочетание, пронизанное связью, единением и заботой.       Поездка в школу не заняла много времени. Скотт налетел на друга ураганом, крепко обнимая, стискивая до боли, в то время как за его спиной маячила Лидия, глаза которой точно были наполнены слезами, переживанием и облегчением.       — Бро, — Стилински почему-то чувствовал себя неловко, быстро выпутываясь из объятий лучшего друга, и ощутил себя лучше только когда понял, что за спиной стоит Пит, напряжённый, как кобра перед броском. Маленький бета уже воспринимал Хранителя как свою стаю, как свою семью, готовый броситься защищать человека от любой угрозы.       — Всё хорошо, Скотт, просто Неметон… любит поиграть, — подросток обхватил запястье члена своей стаи, поглаживая местечко, где прощупывается пульс, успокаивая волчонка.       — Стайлз, — Лидия робко подошла поближе, с некой опаской посматривая на Пита и совершенно забавно дернув головой, скорее всего чутко улавливая голоса вокруг себя.       — Лидия, — Стилински позволил себя крепкие объятия, и Мартин будто отпустило. Напряжённая девичья спина расслабилась, стресс схлынул, а тонкие её пальчики вцепились в одежду Хранителя.       — Я думала, что ты умер, — она шепчет, дрожа всем своим хрупким телом и судорожно всхлипывая. Казалось, ей впервые было плевать, что вокруг куча народу, что Пит стоит максимально близко, сдерживая порыв обнять и её тоже.       — Я тоже так думал, но, как видишь, старый пень в этом не заинтересован. Перестань плакать, у тебя тушь потечёт, — смех разрядил обстановку, и все четверо отправились в класс.       Стайлз был рад тому, что Скотт наконец-то принял тот факт, что теперь Стилински в другой стае, что он принадлежит Питеру, их некогда заклятому врагу.       Биология как всегда была такой скучной, что подросток привалился к плечу Пита, прикрывая глаза. Однако не прошло и пары минут, как по телу прокатилась тёплая, успокаивающая волна, оседая в позвоночнике едва ощутимой щекоткой, волнением в сердце и таким знакомым томлением в паху. Слишком знакомые ощущения. Тёплая волна мягко окутывала тело, начиная пульсировать под кожей, протекая от затылка к кончикам пальцев. Связь натянулась, скручивается в тугой узел, словно притягивая Стайлза и Питера друг к другу. Судорожный вдох заставил Скотта оглянутся на друга, и Хранитель изо всех сил прикусил губы. Невозможно было спокойно терпеть это. Пальцы, призрачные пальцы, скользили по горлу, спускались к соскам, поглаживая их, пощипывая, выкручивая, вынуждая ерзать на стуле стискивая колени под столом, складываясь пополам, чтобы уткнуться лбом в парту в попытке скрыть яркий румянец. Глубоко дыша, Стайлз старался унять безумное возбуждение, едва ли сдерживая беспомощный скулеж и сладкие постанывания.       Вскинув руку вверх, кое-как покинул класс, цепляясь за стену в коридоре. Связь, до этого легко подчиняющаяся его воле, сейчас туго звенела, захлёстывая волнами чужих ощущений. Переставляя ноги под мантру: «Стайлз, не вздумай обкончаться в коридоре!», Стилински добрался до уборной, уселся на крышку унитаза в кабинке, закрыв дверь на замок.       Собачка на молнии брюк постоянно ускользала, а вот член просился наружу, потому что, судя по ощущениям, Питер переходит к более агрессивным ласкам вооружившись любрикантом. Плавное скольжение крепкой ладони по стволу, срывает громкий стон. Щекотливые прикосновения к мошонке, вынуждают вцепиться в свой ствол двумя руками, дабы пережать семяток.       — Только не вздумай остановиться, Питер! — рычит Хранитель, прогибаясь в спине, вскинув бедра вверх. Стайлз хочет узнать как можно больше! Как альфа любит к себе прикасаться, в какой последовательности, использует ли смазку, или только свою слюну, с какой силой мощные пальцы смыкаются на стволе. Все это ему просто необходимо знать. Зачем? А разве сейчас это важно? В тот миг когда оборотень ускоряется движения, придерживая свой мощный член у основания, а вторая рука, берет быстрый и жёсткий темп, направляя струю спермы вверх. С криком Стилински кончает на дверь туалетной кабинки, распластавшись на унитазе, не в силах собрать себя в единое целое, испытывая небывалое ощущение полета и эйфории, разве что сухо во рту немного, и хочется залезть под бок альфы, получая ласковые поглаживая по волосам.       Связь открылась в обе стороны. Питер ещё явно не кончил, но близок к этому, и Стилински с удивлением наблюдает за чужой фантазией. Фантазией, в которой его тело изогнуто над постелью, пальцы вцепились в подушку за головой, ноги на плечах Питера согнуты в коленях, а сам альфа входит в тело подростка жёсткими, длинными толчками, сверкая алой радужкой глаз, с ухмылкой наблюдая за тем, как Стайлз молит кончить в него. И… дверь чужого сознания со всей силы бьёт Хранителя по носу, возвращая в реальность, где ему предстоит вытереть сперму с себя и кабинки, привести себя в порядок и вернуться в класс, чтобы увидеть, в каком недоумении Пит оглядывается, Скотт смущённо морщится, умная Лидия понимающе улыбается.       Весь остаток дня Стилински умело уворачивается от расспросов со стороны друга, радуясь молчаливому пониманию своего беты, изредка ласково поглаживая по волосам послушного волчонка. В особняке никто не поднимает эту тему. Только Хейл подозрительно ведёт носом по ветру, когда подростки входят в гостиную. Альфа занят какими-то финансовыми делами, неторопливо рассматривая нечто на ноутбуке и в неизвестной газете. Оборотень одет странно… можно сказать, по-домашнему. На нём просторные штаны, обыкновенная футболка и очки на носу. Очень сексуальные очки, надо признать… Стайлз мысленно уже обозвал альфу — «профессор Хейл». Видимо, у подростка ещё один неожиданный фетиш нарисовался.       Андрэа приготовила ужин, а позднее приехали и шериф со Стивом и Патриком. Как оказалось, эти двое полицейские, а помощь оборотней в Бикон Хиллс просто необходима в каждом преступлении. Домашние задания выполнены в срок, Стилински зачитывается книгой по магии, старательно пытаясь зажечь свечу при помощи заклинания на латыни, но увы. Ещё через час к дому подъезжает Лидия. Мартин с беспристрастным лицом приветствует альфу и направляется к Хранителю, берясь за обучение языкам. Все в стае слышали час назад разговор вожака по телефону и выторгованные туфли от Джимми Чу и бонусом возможность разговаривать со Стайлзом в любой момент времени. Мало кто знает, что девушка именно та, кто первый почувствовал одиночество без подростка. Пожалуй, Стилински один из немногих, кто весьма умён, остёр на язык, да и вообще тот, кто не дал ей сойти с ума, помог, спас жизнь. Стайлз видел все её взлеты и падения, и никогда не осуждал, любил, пусть как сестру, но всё же.       Бормотание на латыни по вечерам стало обыденным явлением, как и взрывающиеся вещи в особняке, горящие кусты, внезапные запахи неизвестного происхождения, а так же икота, чихание и сон. Одно неверно произнесённое слово ломало все заклинание, отнимая силы хранителя до нуля. Первый обморок от истощения случился через неделю.       Стайлз шёл по коридору в сопровождении Пита, Скотта, Айзека, Бойда и Эрики, когда мир потемнел и полетел ему прямо в лицо. Нос был разбит, кровь перепачкала любимую худи, а Хейл напугал администрацию всей школы до усрачки, своим появлением. Он как ураган промчался через всё здание в медпункт, чуть не вскрыв глотку Скотту, который боялся за друга и решил защитить от опасности, которой нет. Альфа только прикоснулся ко лбу подростка, мягко пробуждая, вытягивая боль максимально, отчего вены на руке да и кожа почернели на несколько минут.       — Лапушка, я же просил не терпеть боль и не выматывать себя, — ласковый укор, за которым по связи последовала лёгкая угроза. Унесённый на руках Стилински впечатлил всех, пока Скотт спрашивал свой несчастный живот в единое целое. С этого дня все занятия проходили под строгим присмотром альфы. Впрочем, как и сон, пробуждение и питание. Стайлз принял это на удивление легко, под пораженные взгляды отца и остальных членов стаи. Подросток, что с лёгкостью мог бы противиться Питеру, легко принимал заботу о себе, перенаправляя свою энергию на Пита, Стива и Патрика, даже на Андрэа, когда брался готовить ужин.       Первая ссора произошла перед полнолунием, когда альфа, как порядочный вожак, предложил Стайлзу купить новый, куда более крепкий автомобиль, с армированным корпусом, пуленепробиваемыми стеклами.       — Стайлз, давай купим тебе машину, — предложил Питер, хотя скорее приказал в мягкой форме.       — Мне моя машина вполне нравится, — тихий ответ расположившегося в кресле Стилински. Стая замерла, прекрасно чувствуя запах напряжения от обоих лидеров.       — Лапушка, твоей машине пора… на заслуженный отдых, — заметил Хейл, откладывая свой ноутбук в сторону, под тихое исчезновение Пита из дома. Следом сбежали и остальные члены стаи.       — Моя малышка тебя переживёт, — комикс откладывается Стайлзом в сторону под пристальным взглядом альфы. — Это машина моей матери, и я её не продам и не оставлю ржаветь на свалке, — по связи альфу обожгло обидой, горечью и тоской.       — Хорошо. Она будет в гараже, но новая тебе больше нужна. Та, которая сможет обеспечить твою безопасность и комфортное передвижение, учитывая, что ты член моей стаи… это всё же статус, — Хейл откровенно не понимал, что происходит, почему мальчишка отказывается от щедрого подарка.       — Мне не нужна новая машина, — уже злость стала в нём закипать, вынуждая альфу отвечать на агрессию через связь, вбивая обиду между ними. Оба не замечали, что в этот миг за ними наблюдали шериф и Лидия.       — В таком случае улучшите машину Стайлза, а пока она в ремонте, Питер может его возить в школу, — лениво отметила Мартин, разряжая обстановку парой фраз. Нить связи, до этого пульсирующая, как передавленная вена, провисла, принеся облегчение и альфе и хранителю.       — А теперь заниматься, — рыжая как обычно, не теряла самообладания. Схватив Стайлза за руку, заперлась с ним в спальне, погружаясь в заклинание тишины. Оно далось подростку за пару минут, после чего Лидия медленно начала свой допрос.       — Ты же понимаешь, что это не просто прихоть? — девушка писала транскрипцию в тетради, пока Стайлз, мучился с пентаграммой для ритуала призыва защиты и руническим письмом одновременно.       — Ты о чем?       — Я о том, что Питер хочет купить тебе машину. Я думаю, он готов купить тебе многое, судя по твоей спальне, — Мартин театрально обвела комнату взглядом, откладывая свою работу в сторону, с удовольствием отмечая, что парень сделал то же самое.       — А мне это не нужно… я же не принцесса какая-то! — фырчит подросток, сложив руки на груди.       — Ты его Хранитель, его пара. Ты принимаешь заботу о себе, но не хочешь принять вещественное доказательство этого глубокого чувства признательности за установленную связь, — Лидия откровенно не понимала, как можно быть таким умным и не замечать очевидного желания угодить.       — Моя детка, только моя, остальное… это другое совсем, — лёгкий румянец покрыл щеки, потому что каждое утро, альфа приходит к нему в комнату с чашкой горячего шоколада и зефирками, будит приятными ароматами еды и только потом может прикрикнуть, чтобы Стилински поднимал свою пятую точку на занятия. Именно так! Пятую точку. Хейл не допускает себе вольностей, хамства и вульгарности. Он джентльмен, с головы до пят, напичканный хитростью, сарказмом и ядом, не считая смертоносного волка. Порой, по выходным Альфа будит его по связи, потому что утро субботы они проводят вместе, в лесу. Стилински учится доверять и понимать волка без слов, а Питер дает своему зверю насытиться запахом пары. Субботние прогулки по лесу часто приводят их к Неметону. Тогда волк смиренно ждёт пока Хранитель наобщается с этим могущественным пнём. Кстати, на его гладком спиле стали появляться листки и наросты, свидетельствуя о том, что Стайлз напитывает древнюю сущность силой, черпая её в ответ.       — Вы понимаете друг друга, и сегодня ты не прав, Стайлз.       После этих слов Лидия собрала свои вещи, открыла дверь спальни Стилински, при этом снеся с ног Стива и Патрика. Мужчины явно пытались подслушать их разговор, но, увы, ничего у них не вышло, посему и альфе доложить было нечего.       Поздней ночью, уже переодетый в пижаму с эмблемой Бэтмена, Стайлз, держа в руках свою подушку стучал в спальню Питера. Подросток замер в страхе, потому что боялся получить отказ. За последнее время для альфы и хранителя стало нормой — спать вместе по обоюдному желанию. Поэтому спальни Хэйла и Стилински пропахли ими.       — Заходи, — ответили из-за двери. Питер сидел на постели с ноутбуком на коленях, в пижамных штанах, с очками на носу. Зачем они ему? Да кто бы знал вообще!       В полной тишине Стайлз забрался под бок альфы, закутываясь в одеяло, устраивая подушку на половину на альфе, лег на неё головой, уставившись в колонки цифр на плоском экране.       — Мы можем улучшить мою детку, — шепчет подросток, а после чувствует ладонь на своей голове, тёплые пальцы, которые перебирают пряди, мягко поглаживая и массируя кожу головы, принося успокоение и облегчение.       — Завтра её заберут на ремонт, а пока её не будет, можешь пользоваться моим внедорожником, — Питер говорит негромко, приоткрывая дверь своих эмоций, чтобы Стайлз расслабился ещё больше, закрывая глаза.       — Только… пусть будут осторожными с ней, — а дальше только мерное сопение уснувшего Хранителя, погруженного в положительные эмоции от альфы и свои собственные.       Хейл закончил с работой ещё через час, и потянул Стилински в свои объятия, обнимая за талию, утыкаясь носом в вихрастую макушку. Засыпать со Стайлзом стало чем-то сокровенным. Обнимать его при стае или шерифе Хейл не рисковал, получив четкий посыл от Ноа Стилински держать свои руки подальше. Поэтому он избрал тактику вежливости и уважения, встречая яркий отклик Хранителя на любую мелочь. Подросток на удивление быстро и безболезненно принял все знаки внимания, с того дня когда Хейл потерял контроль над собой предаваясь плотским утехам с самим собой. После он был вынужден делать это только под порно, чтобы не мечтать о том, как Стилински будет податлив, как закричит от боли в миг, когда зубы альфы оставят метку на светлой молочной коже. Все эти мысли Питер вынужден гнать от себя, занимаясь лишь механическим удовлетворением, закрывая глаза лишь на пике, чтобы вспомнить вкус чужих губ.       Уснуть он так и не смог. К середине ночи, когда сон был готов прийти, возбуждение Стайлзу ударило по телу как разряд тока, окуная в его жаркую фантазию о том, как горячо альфа будет его брать. В этом видении Стилински смотрел прямо в глаза оборотня, обнимая за шею, стройные ноги его лежат у альфы на плечах, по коже стекают капельки пота, и подросток очень возбужден.       Тело и сознание Стайлза, ещё не знакомые с сексом, не дают ощутить весь спектр, но Питеру тяжело сдержаться. Подросток всегда крепко спит, поэтому не составило труда стянуть с него пижамные брюки, обнажая твёрдый, аккуратный и влажный член. Альфа глубоко вдохнул мускусный аромат смазки, смешанный с полевым терпко-сладким ароматом самого подростка. Плоть Хранителя исчезла во рту Питера, выбивая новые фантазии из сознания Стилински, подталкивая к краю, сбивая дыхание в реальности, разрушая грань между сном и явью. Тихий скулёж заполняет комнату, смешиваясь с влажными причмокиваниями, сбитым дыханием и стонами. Стайлз раздвинул ноги, пытаясь приподнимать бёдра в такт мощным глоткам Хейла, стремясь получить разрядку, пока полутрансформировавшийся язык альфы запоминал вкус подростка, скользил от основания к головке, погружая шершавый кончик в щель уретры, ловя брызги спермы, не упуская ни одной капли.       Стайлз так и не проснулся, даже когда Питер тёрся своим большим членом об обнажённое бедро Хранителя, помогая себе прийти к молчаливому финишу.