(Не) нужный

      Дни проходят, учеба летит, и Питера замечает, что Стайлз оброс «мясом» на своих хрупких костях как-то внезапно. Прошел почти год, а значит выпуск уже совсем скоро. Стилински решил, что будет учиться удаленно, потому что перетаскивать стаю в город на четыре года не было смысла, учитывая как быстро волки привязались к этому месту, обрели здесь дом и отношения с Арджентами просто шикарные. Опять же нашлась дочь Питера от случайной и старой связи. Короче, в Бэйкон Хиллс столько всего, что просто бросить все и уехать он не сможет, хоть Хэйл и настаивает на том, чтобы подросток заткнулся и собирал вещи, и учился в самом лучшем университете, на самом лучшем факультете и не ныл о том, как сильно он нужен стае. Этот разговор был отложен, но вернемся в реальность.       Сегодня, в жаркий летний денек все выбрались к озеру, и подразумевая всех, имеется в виду весь город. Учитывая, наличие в участке шерифа оборотней безопасность стала на высоте и мэр организовал пикник для всех на озере. Стайлз, как истинный активист не смог пройти мимо затянув в это как стаю Дерека и Скотта, так и самого Хэйла, но тот согласился лишь быть спонсором огромной лавки с пирогами. Пироги эти самые готовили все члены стаи, а значит вкус однозначно безупречный, учитывая чутье оборотней. Посему неудивительно, что поступили предложения об открытии булочной. Стилински прыгал до потолка в шортах и… майке? Когда он успел снять с себя рубашку? Альфа откровенно подвис смотря на крепкие руки, пресс обтянутый тонкой тканью, сильные ноги и округлые ягодицы, пока подросток вытанцовывал победный то ли марш, то ли кошмар, под дружный смех друзей. Только сейчас Хэйл стал понимать, что перед ним больше не щенок, которого нужно защищать, а скорее молодой волк, с хитрыми глазами лисы.       Надо ли говорить, что в комнате Стилински всё завалено бумагами на тему тех охотников, клубками ниток, выявляющими причинно-следственные связи, фотками и прочим хламом, что помогли раздобыть Ардженты, вот только эти «Отступники», как они себя называли, хорошо умели прятаться. Носитель Искры с упрямством хищника, напавшего не след добычи возвращался к своему расследованию, находя все новые свидетельствования бесчинству данных ублюдков. В свете таких событий к ним вскоре приедет семья Колаверос. Никто не желает с ними общаться, но такую гниль как эти «Отступники» было необходимо искоренить раз и навсегда.       Сейчас же их стая могла просто насладиться праздником, а Питер видом уставшего, но счастливого Стилински с капельками пота на шее и висках, с озорной улыбкой на губах. Тот случай истерся из эмоциональной памяти, оставив после себя привычку спать только вдвоем. Да, иногда к ним в постель забирался Пит или малышня, но спальня Стайлза служила больше рабочим кабинетом. Шериф окончательно перебрался в комплекс небольших особняков семейства Хэйлов, отселившись с Андрэа в свое уютное гнездышко. Кстати, скоро ведь их свадьба, к которой привел все тот Стайлз работающий будто суперклей! Размышляя над этим альфа часто, в тайне от своей пары, радовался, что ни Скотт, ни Дерек не смогли разглядеть тот великий потенциал, что хранил в себе Стилински. Питер с гордостью представит своего Хранителя другим стаям вокруг их дома, собственно это также послужило причиной к совместным тренировкам.       Если в самом начале Хэйл просто валял подростка по земле, насмехаясь, то сейчас, особенно когда с носителем Искры занимается и Арджент, вожак осторожничает. Совсем опасным Стайлз становится вооружившись ножом, да тупым и ровным, но это не мешает ему удачно прицеливаться в самые болезненные точки в чужом теле. Бои между альфой и Хранителем так же усложняются и их связью, потому как Стилински неосознанно начинает черпать силу оборотня, нападая безудержно, ещё более безудержно смеясь стоит оказаться на лопатках, смотря как ухмыляется его вожак, фыркая.       Питер любит запах юноши, откровенно кайфует в спарринге, дыша глубоко и мерно, чтобы легкие пропитались ароматом полевых трав в грозу. За прошедший год Хранитель все больше походит на альфу, своим сарказмом, умом и взглядами на жизнь. Если Скотт мямлит о чужих жизнях, то Стайлз не собирается ждать новых жертв, он всадит свой нож так глубоко в сердце врага, что сталь выйдет с обратной стороны, пока стихия бушует вместе с Искрой впитывая чужую душ. Последнее, это всего лишь домыслы оборотня, но ничего нельзя исключать в этой жизни.       — Питер! — счастливый Стилински виснет на альфе, прижимаясь. Тесный тактильный контакт это то, чем они тоже особенно выделяются из всех вокруг. Юноше будто все время мало прикосновений, он обнимает членов стаи, прикасается, ерошит волосы, дерется на тренировках как бешеный, один раз даже пришлось отлеживаться, пока общая сила не вылечила сломанную руку, но больше всех перепадало вожаку. Хэйл был и любимой грелкой, и успокоительным, и скорой помощью, и учителем. Держаться за руки стало нормой так же, как и спать в одной постели, сбегать утром в душ, а после ощущать запах спермы в комнате, пока краснеющий Стилински одевается и выносит нечто в своих карманах.       — Хочу булочную! Давай сделаем её семейным бизнесом? — ладонь альфы покоится на пояснице Стайлза, ласково поглаживая, вырисовывая незамысловатые узоры, не переходя грани дозволенного. Да, фантазии и мечты юноши давно распространились только лишь на оборотня, вынуждая того вскакивать посреди ночи и дрочить, но в реальности Стилински не был таким смелым, предпочитая делать вид, что не знает насколько Хэйлу льстят подобные картинки. А может и злился, что Питер более не подпускал к этой стороне своего сознания Хранителя, предпочитая ждать, терпеть столько, сколько потребуется.       — Хорошо, но только если согласишься поехать учится хотя бы в Йель, — лениво тянет альфа, отводя свою пару в сторонку. Злое сопение тотчас же раздается совсем близко.       — Это не честный ход, крипиальфа, — возмущается Стилински. Они продолжают путь молча, по большей части, потому что связь обеспечивает их необходимой информацией о мнении и доводах друг друга. Альфа ждет, он готов ждать еще, потому что только рядом с этим мальчишкой его зверь успокаивается, а пустота в душе перестает пугать, наполняясь ароматом цветущего клеверного поля после дождя. Стайлз же в свою очередь все еще пытается принять чужую заботу о себе, но мозг, приученный забывать о своем носителе противится подобным явлениям. Юноша настолько привык заботиться обо всех вокруг, что Питер был вынужден напоминать об обеде.       — Ты же понимаешь, что я не смогу пробыть долго далеко от Неметона, — волк внутри радостно оскаливается. Это победа.       — И не надо. Поступи, а потом будешь летать на лекции на пару недель, с остальным я тебе помогу, или Дерек, или Лидия, — они ушли достаточно далеко, чтобы альфа мог притиснуть подростка к стволу дерева, мягко накрывая его губы своими, ласково обнимая щеки своими ладонями, «обжигая» своей страстью. Стайлз открывает губы для Питера, стискивая его талию своими руками, цепляясь пальцами за светлую рубашку, сминая ее. Хэйлу плевать, потому что его руки уже скользят вниз, подхватывая человека под ягодицы, поднимая над землей, помогая обнять себя.       — Питер… стой… ебаный боже! — шепчет, потому что губы вожака уже на шее Стилински, оставляют после себя отметины. Язык скользит по коже, где заполошно бьется венка, прикусывает зубами, порыкивая.       — Только не сьешь меня, — тихо смеется, потому что чувствует, что сейчас явно больше волка, чем Питера.       Язык скользит по шее, вниз, очерчивая ключицы, чтобы оставить там яркие отметины от зубов, по тихое шипение сверху, но Стайлз не отталкивает, лишь откидывает голову назад, с трудом сдерживая стоны удовольствия. Юноша купается в обожании, что дарит ему оборотень через связь. Ему не нужно говорить, чтобы Хранитель ощутил восхищение и страсть, он чувствует это внутри себя, а подкрепляется данный факт жаркими прикосновениями. Порой Питер совершенно исчезал из сознания и оставался только голодный волк, как сейчас, когда Стилински слышит тихий скулеж, от того, что человеческое тело не совсем подходит для хищника.       — Погоди, — осторожно слезает с рук, опускается на землю, садясь, чтобы дать Хэйлу перевоплотиться.       Огромная черная махина нависает сверху, блестя алыми глазами, как рубинами. Мокрый нос тычет в живот, задирая несчастную майку вверх, а Стайлз не сдерживает стона от того, как горячий и шершавый язык скользит по прессу вверх, подбираясь к соскам, нажимая на них, облизывая. Рычание отдается в позвоночнике, запуская ток по венам, а от хребта оставляя лишь желейную массу. Упасть на траву спиной так правильно, что Стилински не возмущается, не требует слезть, погруженный в чужую страсть.       — Альфа — Хэйл, — голос рядом заставляет волка зарычать. Да, человек, точнее целая делегация стоит на окраине поляны. Колаверос. Человек десять или пятнадцать, вооруженные, опасные.       — Привет! — машет рукой из-под волка Стилински, выбираясь и приводя себя в порядок, отталкивая морду альфы в сторонку. — Питер… немного занят, — толкает волка в сторону дома, сам подходя к главе клана, очень жесткой женщине, уже в возрасте.       — Доброго дня, — склонил голову и пожал руку женщине, оставив легкий поцелуй на ее ладони. — Хотите прогуляться? — на другой стороне появляется Пит, Стив и Андрэа в сопровождении шерифа. — А ваши люди могут проследовать с моим отцом в наш дом, — проговорил тихо, проводя женщину ближе к своей стае, пока Питер обращался обратно, одеваясь в свою одежду, и перенимая главу Колаверос с рук на руки.       — Ох, Хэйлы, вы как всегда весьма аристократичны, — проговорила женщина выхаживая с альфой под руку, а с другой стороны ее поддерживал Стилински.       — Что Вы, мы всего лишь рабы наших сущностей, — легкий сарказм и одобрительное хмыкание со стороны юноши.       — А еще каждую луны ты бегаешь по лесу и охотишься на младенцев, — пробормотал Хранитель, закатывая глаза, когда они погружались в суету пикника. В шатре, что был установлен для их булочной был свободен столик, за которым троица и расположилась, под неусыпным контролем Патрика, чтобы никто не помешал вести переговоры.       — Я очень рада, что вы решились пригласить нас в гости. Ваша стая за этот год зарекомендовала себя как очень стабильная. Ваши территории ширятся, а беспутные монстры пропадают с лица Земли. К тому же у вас есть тот, кто говорит с Неметоном, — её цепкие карие глаза посмотрели на Стайлза, заставляя того фыркнуть.       — Мы в свою очередь рады, что вы приняли наше приглашение. Очень надеюсь, что Ваши люди столь же лояльны, как и вы, — намёк на лёгкую угрозу со стороны Питера, всего лишь намёк, но женщина осознает, что сила Хейла велика. Мощь, которой наделён этот оборотень, проистекает из юнца, который очень умён.       — Иначе нас здесь бы и не было, — её голос слегка хриплый, а сердце бьётся ровно, не меняя ритма.       — Есть хочу, — тянет Стилински громко и покидает парочку, чтобы раздобыть им всем немного еды. Все эти переговоры он не обязан слушать, Хейл и так дал ему полный доступ к своим мыслям. Порой, когда Стайлз сосредотачивался на Питере, мог слышать его ушами, но потом был в отключке часов по семь от изнеможения.       — Вот теперь можно поговорить о делах, — расслабляется альфа, смотря в глаза охотнице. Арая, даже несмотря на свой возраст, всё равно очень опасна, но сейчас их объединяют общие цели.       — Твой волчонок всё равно ведь обо всем узнает? — женщина раслаблена, даже можно сказать ленива.       — Это Стайлз настоял на том, чтобы мы обратились к вам за помощью и предложили сотрудничество. Вы понимаете ведь, что «Отступники» рано или поздно вызовут волну негодования и ярости среди таких, как я. Их нападения на моего Хранителя не имело никаких оснований. Банши чуть не пострадала, благо моя стая позаботилась о ней, иначе весь клуб остался бы без слуха.       — Я понимаю, — Арая только кивнула, ведь вернулся Стилински с тарелками полными мяса, картофеля спиральками, напитками и горячими лепешками.       — Прошу, — выставил на столик, усаживаясь максимально близко к альфе, испытывая дикую потребность прикасаться, но держа себя в узде. Однако удары этой потребности выносили мозг оборотню, поэтому вожак глубоко втянул воздух носом, медленно выдыхая, на мгновение склонился к паре, сверкнув алой радужкой, стараясь успокоить. Калаверос наблюдала с интересом. На её памяти она никогда не встречала стаю в которой был Хранитель. То есть человек с Искрой в душе, добровольно помогающим волкам выживать. Сейчас инстинкты женщины не могли даже определить сколько оборотней вокруг, потому что вот такой центр «человечности» как Стилински гасил ауру хищников.       — «Отступники» приведут мир к войне. А не нам, не вам нет никакой выгоды от того, что кровью зальет мирные улицы, — говорить стал подросток, позволяя себе привалиться к альфе плечом, смотря только в глаза охотнице. — На моих руках много крови, и мне бы не хотелось видеть своими врагами весь мир, — Стайлз подбирал слова, чутко слушая связь между ним и Питером. В последнее время из неё исчез весь чувственный настрой, только спокойная нежность и забота. Стилински пытался понять в чем же проблема, но если первая дверь в сознании альфы для него была открыта, то теперь перед ним был огромный дом. Какие-то комнаты были доступны, но те, за которыми подросток чувствовал самые яркие эмоции, заперты на сто замков, опутаны цепями, вывешены предупреждающие знаки. Прикасаться к этим дверям даже было немного больно.       — Они уже связались с нами, потому что считают, что мы так глупы, что можем начать войну без особой надобности. Впрочем её никогда и не было. Мы сосуществуем мирно благодаря Кодексу, — Арая приступила к еде отмечая ее прелестный вкус. — Повар у вас отличный, — приятный комментарий.       — Как ни странно оборотни готовят просто восхитительно, — Стайлз смеётся, кивая Андрэа, которую заприметил в толпе. Питер же давал своему волчонку вести переговоры. С губ альфы не сходила немного ехидная улыбка, наполненная уверенностью в том, что Стилински сделает так, как будет выгодно его стае. После нападения парнишка больше доверяет оборотням, чем людям, стремится всё время быть в центре жизни волков, даже полнолуния проводит среди обращенных и хищных существ, принимая подношения, со смехом и легким отвращением, но только потому что несчастные кролики больше похоже не измочаленные кровавые куски. Впрочем, это нисколько не мешает скармливать эти подарки Питеру. Порой альфе казалось, что ещё немного и его разнесет до размеров небольшого автобуса.       — Никогда не сомневалась, что их нюх отличный помощник в кулинарии, — Арая осторожничает, потому что в глазах Хранителя плещется тьма, прячется глубоко, за коньячного цвета радужкой, клубится, стелется как туман, окутывая медленно, гранича со светом.       — Ты ведь был одержим? — Калаверос спрашивает в лоб, предпочитая знать все наверняка.       — Почему считаете, что был? — тут уже вступает в разговор Питер, вооружаясь бокалом с холодным лимонадом.       — Альфа, — шипит подросток, явно недовольный такой провокацией. Ей Богу, сладкая парочка. — Да… был. Ногицунэ. Но и альфа прав тоже. Нельзя избавиться от духа навсегда, он оставляет частичку себя в каждом своем носителе… во мне…       Тут Стайлз словно выпал из реальности, резко поворачивая голову к лесу, моргая медленно, а радужка наливается алым, зрачок расширяется. Арая уже хватает нож в свое кармане, готовая защищаться. Хэйл же спокойно достает очки с темными стеклами из своего кармана, пряча глаза Стилински за ними, позволяя уйти.       — Спокойней. Просто связь с Неметоном, не более того. Порой я начинаю ревновать.       Хранитель пробирался через толпу неторопливо, плавно, словно скользя по льду на коньках, гибко избегая столкновений, скрываясь за несколько минут из виду.       — Почему его глаза как у тебя? — Арая всё ещё нервничает, не отпуская нож.       — Потому что между нами связь, которую людям никогда не понять. Потому что моя сила его, его мощь моя. Его человечность наша, наша звериная ярость его, — улыбка на губах альфы так и пышет превосходством. — Прошу, не нервничай, Арая, это нормально. Вам все крупно повезло, что сейчас есть Стайлз рядом со мной. Иначе смерть поселилась бы в ваших домах, — Хейл не врал, не старался напугать, лишь доносил свою точку зрения о том, что за Стилински порвет любого, что готов принести в жертву все, что угодно, лишь бы парнишка был рядом. Был его.       — Он знает, на что ты способен ради него? — Калаверос иногда немного завидовала волкам. Их преданность тем, кого они любят не знает границ. В свое время, когда кланом правила ее мать, чтобы уничтожать стаи, воровали детей альф или простых членов стаи. Тогда все оборотни шли на поиски детеныша, чтобы забрать своего обратно, бросались в омут очертя голову. Как правило все они погибали в попытке спасти свое дитя. Именно от этого Арая отказалась сразу же, заняв пост главы еще в шестнадцать лет. Рано или поздно любая тактика давала сбой, эта сломала ее матери хребет, заставляя смотреть как жизнь вытекает из мамы кровавыми ручейками. Она никогда не забудет боль в чужих глазах, отчаяние и ярость. Что ж… сорок лет назад Калаверос вели на самые честные игры… (тина Кароль — всё во мне)       — Он не узнает, на что я способен, пока сам не поймет, на что идет ради меня. Подростки, они часто слепы к окружающему миру вокруг. Для них норма то, что в наше время было позволено перед свадьбой или спустя год отношений. Стайлз… с первых мгновений моего пробуждения был особенным.       — Я читала и слышала, что порой судьба смеется над нами, давая нам то, что мы так долго искали в самых причудливых формах. И тогда, когда мы этого совершенно не ждем, — Арая говорила о том, что знала на собственном опыте. Кто бы мог подумать, что пятнадцать лет назад она повстречает того, кто изменит ее жизнь, привнеся в нее любовь и ребенка, тщательно скрываемого ото всех, освобожденного от клановых обязанностей.       — Он принимает меня таким, какой я есть. Этот волчонок рано или поздно заматереет в смертоносоного хищника, пусть без клыков и когтей… но все же, — Питер помогает женщине встать, сопровождая к своему автомобилю, отправляясь в особняк. (Тина Кароль — Сила высоты)       Конечно же, охотники заставляли волков нервничать первые пару дней, что нельзя сказать о детях, которые с удовольствием лезли к опасным людям с играми, догонялками и прятками. Стайлз среди всей этой кутерьмы смотрелся лучше всего, выступая мостом между людьми и оборотнями, помогая и тем и другим понять, что различия у них только в физиологии. Питер и Арая наблюдали со стороны. Охотница отмечала, что постепенно ее люди принимали оборотней, даже тренировки стали проводить совместные. Вскоре к ним присоединились и Ардженты и младший Хэйл с МакКоллом.       — Скоро нам нужен будет еще один дом, — заметил Стайлз после очередной тренировки, падая рядом с женщиной, прямо на землю, потягиваясь. Всё его тело пышет силой и здоровьем. Если в альфе эта мощь укрыта за спокойствием и легким снисхождением, то в Хранителе течет бурным потоком, передаваясь остальным. — А для этого нужно больше места, — парень задумчиво разглядывал деревья на опушке.       Поднявшись на ноги человек пошел туда, куда смотрел. Оборотни понятливо куда-то отступали, покидая лес достаточно быстро, утягивая охотников за собой, не говоря не слова. Рядом оказался Питер, точнее вышел навстречу Стилински. Всего на мгновение положил руку тому на плечо, оставил легкий поцелуй на виске вставая за спиной, но не прикасался.       — Видимо есть среди Вас те, кто уже составил пару с нами, — заметила Андрэа, садясь рядом с Араей. — Смотрите на что способны дети Неметона. Восхищение в словах женщины было так много, что у Калаверос по спине побежали мурашки.       Тьма словно сгущалась вокруг пары, проникая в кожу Стилински, высвечивая все те руны, что подарил ему Неметон, алыми линиями рассекая кожу. Альфа против воли обращается, с ужасающим хрустом костей, сползающей кожей и зубами, выпадающими, потому как на их место встают опасные клыки. Арая была готова выблевать весь свой завтрак, наблюдая за тем, как ломается хребет Питера, вставая в новое положение, как отскакивают кровавыми ошметками ногти, суставы выворачиваются. Через несколько мгновений рядом с парнем уже был огромный черный волк. Деревья на опушке содрогнулись, и будто сделали прыжок назад освобождая землю. Волк же только успевает подставить спину для бессознательного Хранителя, унося куда-то далеко в лес, исчезая будто в дымке, пока тонкие и длинные пальцы Стилински хватаются за густую шерсть, дрожа.       — Что это было? — Арая была в шоке, в ужасе. Срочно захотелось вооружиться по самые зубы.       — Сила Неметона. Наша стая растет. Стае нужны земли. Стайлз добывает их, ему такое можно лишь раз в год. Его Искра слишком не стабильна, а на Тибет Питер его не отпускает