Hard Corn Porn

2. Брачные игры земных обитателей Потом Ригальдо не мог бы с уверенностью сказать, как он на это согласился. Вначале все было более-менее прилично: прогулка по лесу, загорание и барбекю. Немного неловко, но не настолько, как ожидалось. Исли как-то очень непринужденно провел экскурсию по «фазенде»: предупредительно показал Клэр гостевую спальню, продемонстрировал вид на озеро, похвастался режимами «умного дома» и увел всех жарить мясо на задний двор. И дальше так и остался в центре внимания – спрашивал, отвечал, шутил, отпускал беззлобные подколки. Ригальдо помалкивал и радовался, что может не изображать радушного хозяина, и только поражался, откуда у Исли столько энтузиазма. Лаки, не затыкаясь, болтал о грядущем заходе серфингистов. Клэр, подначиваемая Исли, вдруг поделилась уморительно смешной историей о злоключениях младших медсестер. Ригальдо заводил разговор всего три раза – придирчиво выспросил у Лаки, как начался учебный год в колледже, зачем-то рассказал Клэр, какой забавный твиттер ведет местная полиция, и в голос выругался, когда во время прогулки Лаки разбежался и с медвежьим ревом сиганул с мостков в воду, обдав всех брызгами. Позже они сидели на шезлонгах вокруг гриля и пили пиво. Лаки время от времени встряхивал мокрыми волосами, Клэр скупыми движениями втирала ему в обгоревшую спину крем. На ней была простая черная майка и джинсовые шорты, и пару раз Ригальдо замечал, как рука Лаки украдкой ложится на ее голую коленку. – Ай, – сказал Лаки, и Ригальдо понял, что Клэр его ущипнула, а потом наклонилась и что-то сказала на ухо. Когда она отстранилась, вид у Лаки был сконфуженный, как у наказанного ученика. Потирая пострадавшее место, Лаки брякнул: – Кстати, из-за вас я пропустил первую в колледже вечеринку. – Ты ничего не потерял, – уверенно сказала Клэр. Исли, переворачивающий мясо на гриле, фыркнул. – Ну, не сказал бы. Вообще-то там бывает интересно. «Буффало», «Эстафета», «Топкий орешек», «Синдром Туретта»... Ригальдо едва не поперхнулся и посмотрел на него с осуждением. – «Бир-понг», – неожиданно сказала Клэр и поболтала пивом в своей бутылке. – Ты ходишь на такие вечеринки? – прищурился Исли. – Иногда, – спокойно ответила Клэр. – Редко. Лаки гыкнул. – Спорим, я знаю, кто никогда ни на одной не был. – Херню не пори, – беззлобно огрызнулся Ригальдо. – Ты еще пел «Кумбайя» в скаутском лагере, когда такие же придурки пытались развести меня на алкотур. – И как, успешно? – снова подал голос Исли. Ригальдо раздражала его безмятежная улыбка. Вот так потеряешь рядом с ним бдительность – и незаметно окажешься в озере без трусов. Он с удовольствием рявкнул бы, чтобы Фёрсты от него отвязались, но Клэр смотрела с искренним интересом, и Ригальдо произнес как можно весомее: – В соревнованиях на скорость я обставлю любого. – А на выносливость? – поднял бровь Исли. – А на смекалку?.. – «Я никогда не», – вдруг сказала Клэр. И пояснила, пожав плечами и почему-то глядя в лицо Ригальдо: – Моя любимая игра. Она смешная. И в нее можно играть вообще без алкоголя. – Без алкоголя неинтересно, – разочарованно сказал Лаки. – Жаль, что у нас все равно нет ничего крепче пива. – Ну почему же, – сказал Исли. Он обошел шезлонги и встал за спиной у Ригальдо. Это он правильно – Ригальдо хотелось слегка его стукнуть. – У нас все есть. Вы что хотите: джин, ром, ликер или текилу? – Давайте шоты! – подмигнул Лаки. И завертел головой: – Никто не против?.. Ригальдо закатил глаза. – Надеюсь, тут всем есть двадцать один. *** – Я никогда не катался на серфе, – отважно сказал Лаки и в одиночестве выпил. – Боже, ну хватит уже, – не удержался Ригальдо. – Были уже дайвинг, сноуборд и парашют! – Ты ничего не понимаешь, мальчик хвастается, – поддразнил Исли и задумчиво поглядел на закатное небо. – Ладно. Я никогда не надевал юбку. – Это слишком просто, – сказала Клэр, опрокидывая шот. – И... Лаки, ты что?.. – Мама заставляла меня петь в гавайской юбке. Исли, как всегда, бьет ниже пояса. Теперь ты, Клэр. – Я никогда не курила в школьном туалете. – Я себя чувствую таким старым, – вздохнул Исли, когда они с Ригальдо синхронно выпили. – Мы уже бросили, – хмуро уточнил Ригальдо. Он повертел в пальцах крошечный стакан и решился: – Я никогда не боялся Фредди. – Сука! – вскинулся Лаки. От неожиданности все рассмеялись. – Я боялся! В той части, где парня всосало в кровать! А он включал мне «Кошмары» на ночь. – Черт, – вдруг сказал Исли. – Я думал, что ты прикалываешься. Как стыдно! Не надо было заставлять тебя пересматривать. – Да я чуть не начал тогда писаться! Так, проехали. Я никогда не целовался на первом свидании. «Началось», – подумал Ригальдо. Выпили, искоса переглядываясь, вчетвером. – Какое прекрасное единство решительных и смелых людей, – довольно сказал Исли. – Я никогда не мыл полы. Клэр поставила шот на стол одновременно с Ригальдо. Он закатил глаза. Исли чуть ли не силой заставил его нанять приходящую домработницу. «Мне тридцать шесть, – серьезно сказал он, – и я не хочу тратить ни одного часа своей жизни, ползая с тряпкой вместо того, чтобы провести это время с тобой». Ригальдо помялся и согласился, договорившись, что домработница не будет приезжать к ним по выходным. Ей было сорок пять, и ее звали Джоанна. Кажется, она их шипперила. Во всяком случае, уже на третий день Исли нашел оставленный им персиковый пирог. – Ну, говори! – поторопил Лаки Клэр. – Я никогда не брила мужчине живот, – серьезно сказала Клэр. И быстро выпила. Ригальдо едва не перевернул бутылку. Лаки моргал. – Предоперационная обработка, – пояснила Клэр, отдышавшись. – Можно вопрос, – медленно спросил Исли, подняв палец. – Имеется в виду любой живот, и свой собственный тоже, или какого-нибудь дру... – Другой живот. Для чистоты эксперимента. – А. Ну, все равно, – сказал Исли, пожав плечами. И выпил. Ригальдо зажмурился. Он знал, что теперь зачахнет от ревности. – Я никогда не пел коту, когда никто не видит, – громко сказал Исли. Ригальдо показал ему средний палец. – Давай уж, пей, – усмехнулся Исли. Ригальдо опрокинул в себя разбавленный колой ром. – Я никогда не делал пирсинг, – сказал он, подумав, что надо бы притормозить. – Смысл называть то, чего никто не делал, – фыркнул Исли. – Вообще-то... – подал голос Лаки. – Давай, пей, – быстро сказала Клэр. – Ты делал? – Исли поднял брови. – Когда ты успел? – Это был акт протеста два года назад. – А почему я не видел твой акт протеста?.. Клэр прикрыла лицо. Ее плечи содрогались. – Он на таком месте, которое не всем показывают, – замялся Лаки. В повисшей тишине Исли шокированно произнес: – Боже, какой ты у меня дурачок! Теперь уже ржали все. Темнело, солнце опустилось за лесом. Исли подкинул растопку в костер. – Какие вы гнусные, – нежно сказал Лаки. – Вот вам за это. Я никогда не спал с мужчиной. – Лаки!.. Ну что за фигня! – Давайте-давайте, не стесняйтесь. «Маленький говнюк», – мрачно подумал Ригальдо. Он неожиданно почувствовал пьяное смущение, хотя что могло быть глупее. Все знают, что он спит с мужиком, вот тем, который сидит напротив и пьет свой шот насмешливо и довольно. Клэр поставила свой стакан на стол и вытерла губы. – Мне кажется, пора тормо... – Последний ход! – заторопился Лаки. – Сейчас не твоя очередь! – Все равно! Дабы никто не упрекнул нас в сексизме! Я никогда не спал с женщиной! Он торжествующе опрокинул в себя шот и громко ухнул. «Да блядь. Приехали», – подумал Ригальдо. Он наблюдал за тем, как неторопливо пьет Исли, а потом ставит шот на стол и сцепляет пальцы в замок. «Соврать при всех? Не соврать?» Он посмотрел на слабую улыбку на лице Исли и понял: если он соврет, то, когда дети уедут, это станет бесконечным поводом для стеба. – Я пропускаю, – мрачно сказал он, помешав в костре угли. Ему казалось, что к нему прилипли взгляды трех пар глаз. Как он и думал, у Фёрста-младшего не было ни намека на такт. – Да ладно? – сказал он, тараща глаза. – Что, никогда-никогда? Ни разу? Ригальдо встал. – Все, с меня хватит. Развлекайтесь дальше. Было приятно наблюдать, как с лица Исли сползает безмятежность. Он еще мельком успел подумать пьяную раздраженную мысль о том, что закроется в спальне до понедельника, прежде чем Клэр произнесла: – Шот. И, выжав в ром сок лайма, сделала долгий глоток. – А? – округлил глаза Лаки. – Ты чего? – А я встречалась с девушкой, – негромко сказала Клэр. – С Джин. Правила игры соблюдены. Не часто Ригальдо доводилось видеть такие обалдевшие рожи. – Я не знал, – Лаки потупился. – Ты не говорила. – Некоторые вещи не хочется обсуждать, – Клэр дернула плечом – наверное, стала замерзать в майке. Она обвела взглядом ошарашенные лица присутствующих и, сдвинув светлые брови, спросила: – Что-то не так? – Нет, что ты, – быстрее всех отмер Исли. – Мы ничего не имеем против. – Хорошо, – Клэр серьезно кивнула, собрала стаканы и встала, лишь самую малость пошатнувшись. – Может быть, тогда на этом закончим? Ригальдо захотелось ей поаплодировать. – Мисс, разрешите вам помочь, – галантно сказал Исли и забрал у нее посуду. – А то двор немного неровный. Когда они поднялись на веранду, Лаки ткнул Ригальдо в бок. – Мужик, мы друзья?.. – Друзья, – Ригальдо пихнул кулаком в ответ. А потом не удержался и щелкнул балбеса по лбу: – Береги девушку. Она у тебя офигенная. *** То, что Лаки принял его завет близко к сердцу, Ригальдо понял, когда заглянул на кухню примерно через час. До этого они лениво смотрели в гостиной какой-то очередной слэшер, а Симба топтался в темноте по коленям. У Ригальдо не было сил сосредоточиться на фильме, после алкоголя он впал в сонную апатию. Лаки и Клэр, втиснувшиеся в одно кресло, тоже больше шептались, чем следили за сюжетом. Исли расслабленно молчал. Потом Лаки и Клэр пообещали принести сока и пропали. – Пойду посмотрю, где они заблудились, – сказал Ригальдо, которого мучила жажда. Свет во всем доме, даже на кухне, был выключен. За холодильником громко возились. – Клэр, – Лаки говорил с характерными паузами. – Давай, когда все уснут, сходим на озеро. – Утонем, дурачок. Ты же пьян. – Никто и не сказал, что надо именно плавать. Ты только представь. Ночь, луна... и мы. – Это неудобно, – сказала Клэр со странным сожалением. – Нас точно заметят. Что скажет мистер Фёрст?.. – Будет в восторге, – мурлыкнул Лаки, и приросший к полу Ригальдо почувствовал, как неудержимо краснеет. – Исли любит, чтобы всем было хорошо. – Перестань. – Ну что ты такая. Такая серьезная, как... Как Ригальдо. – Зато ты ведешь себя как подросток, – сердито зашептала Клэр. – Лаки, мне неудобно. Они умные и взрослые, а мы будем тискаться у них на глазах. Они никогда бы... – Я тебя люблю. Ригальдо медленно отступил в коридор. Деревянный пол предательски скрипнул. – Там кто-то ходит. – Это кот, – пробормотал Лаки. – Всего лишь их кот. Поцелуй меня. Когда Ригальдо, крадучись, вышел в гостиную, его уши горели. Он чувствовал одновременно стыд и возбуждение. С ума сойти можно. Он молча сел в темноте под бок Исли. – Что, сок закончился? – хмыкнул Исли. – Или тебя выставили с кухни?.. – У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться, – негромко сказал Ригальдо, почесывая его за ухом. – Мы прямо сейчас поднимаемся и идем в спальню. *** Вопреки обещаниям не ржать, не смеяться Исли не мог. – То есть, – сказал он, нахохотавшись, после того как они поднялись в спальню и Ригальдо донес до него свою скромную просьбу, – ты хочешь устроить им «романтический вечер»? Ты совсем пьян или в тебе вдруг проявилась мужская гетеросексуальная солидарность? – А что такого? – немедленно ощетинился Ригальдо. – Привет, – Исли сидел на их широченной постели, поджав под себя ноги, и смотрел с искренним недоумением. – Я думал, ты идейно против ночных купаний. Антисанитария, опять же... Ригальдо набрал полную грудь воздуха... и невнятно произнес: – Ну, было довольно неплохо. – Что-что? – В озере, – четко сказал Ригальдо. – Было неплохо. Я думаю, никому не будет вреда, если они... покупаются, пока нас нет. – Ночью, голые, только озеро и луна, – поддразнил Исли. – Пока старые дядюшки будут чинно спать наверху. Кажется, я начинаю понимать, почему родной племянник уважает твое мнение больше моего собственного, – Исли похлопал по покрывалу рядом с собой. – Ладно, будем считать, уболтал. Ригальдо стоял, насупившись, и собирался обидеться. – Иди сюда, – мягко позвал Исли. – У меня тоже есть, чего тебе предложить. Он выключил прикроватный свет, и комната погрузилась в теплые сумерки. Ригальдо запер дверь на защелку, а после на ощупь двинулся к кровати. Они целовались очень неторопливо. Исли тянул его за руку, и Ригальдо поддался, позволил увлечь себя на постель. Весь выпитый алкоголь сделал его податливым и разомлевшим. Днем он был железно уверен, что никогда, ни при каких обстоятельствах не станет заниматься сексом, когда в доме посторонние люди – ему на всю жизнь хватило Люсиэлы, ебаный стыд. Однако здесь и сейчас, за закрытой дверью и в темной комнате, чувствуя, как Исли мнет в пальцах один его сосок и вылизывает другой, он думал о том, что может себе это позволить. У него мелькнула мысль, что надо бы предупредить: они не намерены сегодня спускаться вниз... Он подумал о том, что Лаки и Клэр там черт знает чем сейчас заняты, и его бросило в жар. Член стоял, будто каменный. Когда Исли стиснул его через шорты, Ригальдо замычал. – Мне надо в душ, – пробормотал он с закрытыми глазами. – Я быстро, обещаю. – Мы сегодня уже купались, – не сразу ответил Исли, прижимая его к кровати. Он вылез из своей одежды и стащил с Ригальдо трусы. Его губы скользили вдоль живота. – Будь добр, не мешай мне. Он заставил Ригальдо развести ноги – широко, очень широко – и подсунул ему подушку под ягодицы. Мягко поцеловал налившийся член, собрал языком выступившую смазку, покатал в пальцах яйца. И, пристроившись поудобнее, принялся медленно, с расстановкой вылизывать, вытворяя своим языком и губами такое, о чем никому не признаешься в самой откровенной игре. В окно сочился густой, ароматный ночной воздух, где-то в лесу ухала сова. На озере вроде бы кто-то со смехом плескался, а может быть, это только казалось. Исли время от времени прерывался, чтобы перевести дыхание, трахал Ригальдо согнутыми пальцами, безжалостно нажимая на простату. Наконец, проведя языком вдоль длины члена до самой головки, он приподнялся, дернул Ригальдо к себе и навис сверху. К этому времени Ригальдо уже запихал в рот угол одеяла, чтобы не орать. – Не думал, что после этих шотов тебя разберет такая сицилийская страсть, – донеслось до Ригальдо вместе с шуршанием вскрываемой упаковки презервативов. – Господи, заткнись, – сказал Ригальдо, кусая губы. – Я никогда не думал... Вообще никогда не!.. Он закрыл глаза и взгромоздил ноги на плечи Исли, чувствуя себя счастливым и пьяным. «Сицилийская страсть» царила этим летом везде.