Глава 6: 1999-й, часть вторая
18 ноября 2018 г., 16:01
For most love comes for free
They don't pay the high cost
Of mental custody I'll pay bail for a guarantee
Please make space for me In the time yet to be
“Excuse Me Mr” by No Doubt
***
На улице тепло. Наконец-то. Очередная суббота. Рей — метрах в пяти от земли, на огромном дубе, что растёт на заднем дворе дома; одна нога свисает с толстой ветки, а другая поддерживает на весу альбом для рисования. Рей сосредоточена, язык чуть высунут меж губами, взгляд то и дело перелетает с рисунка на Роуз и Пейдж и обратно. Сёстры сидят в тени дерева и читают. На траве рядом с Пейдж орёт небольшой переносной магнитофон. Он — один из того немногого, что было у сестёр в их общем рюкзаке. Рей останавливается и хмурится, глядя на свою работу. Рука Роуз не пропорциональна телу, и Рей всё никак не может исправить… Она еле сдерживает припадок раздражения. Музыка затихает, и Пейдж сразу же включает тот же диск заново. Рей вздыхает. Больше Гвен Стефани. У Пейдж на ней башню рвёт. Рей представляет себе лицо Бена, если бы он узнал, каким количествам No Doubt Рей подвергается дома… Она едва заметно улыбается, думая об этом. Проходит пара минут, и Рей в третий раз стирает ластиком руку Роуз. Щебечут птицы. От чего-то волнующего в книге про космические корабли у Роуз перехватывает дыхание, и она живо зачитывает отрывок вслух. Рей и Пейдж чуть отрываются от своих дел и комментируют, проявляя вялый интерес. Роуз улыбается и опять утыкается в книгу. Её радость почти осязаема, и над её головой Рей с Пейдж обмениваются дружескими улыбками. Когда весеннее солнце начинает припекать, Пейдж лезет в рюкзак и достаёт пакетики крекеров. Роуз берёт свой, не отрываясь взглядом от книги, а пакетик для Рей Пейдж привычно, без труда подкидывает вверх. Рей ловит его одной рукой. Эта их похожесть — она умиротворяет. Субботы уже соревнуются с пятницами за место любимого дня недели Рей.***
Спустя несколько недель наступает май, и Рей выходит в сад Люка, что за студией. Среда, а значит, у Рей урок рисования. По-прежнему самая младшая ученица в классе, она выбирает на траве местечко подальше от остальных. Рей устраивается поудобнее и раскладывает то, что, как ей известно, понадобится для этой работы. Люк в красноречивом жесте разводит руками, как бы говоря, что они-де могут рисовать то, что их тут вдохновляет… Внезапно Рей охватывает тревога. Обычно Бен сидит на уроке рядом с ней и рисует или делает домашку, или слушает музыку, или спит. Он всегда присутствует. Вообще-то, в последний раз он пропустил урок, потому что… Рей напряжённо барабанит пальцами по коленям. Вот они, знакомые муки; прошлый раз она тоже боялась, что с Беном что-то стряслось. Она уже было начинает собирать свои принадлежности, но Люк тут как тут, смотрит на неё, приподняв бровь. Рей яростно буравит его взглядом, потому что… в тот раз он же дал ей выйти? Но Люк строго качает головой, и Рей застывает; и снова рука медленно вытаскивает блокнот, а щёки пылают от досады. Остаток урока тянется словно резиновый, Рей на взводе и ничего не рисует. Люк отпускает учеников, когда солнце начинает клониться к закату. Вечер тёплый и приятный, и те ученики, которые ещё не водят сами, прохлаждаются в саду в ожидании, когда их заберут. Но Маз не будет ещё как минимум полчаса. Люк раздражающе пристально следит за ней, но вот он отвлекается на учеников, которые показывают ему свои работы. Едва он отводит от неё взгляд, как Рей пулей влетает в студию, только рюкзак на спине подпрыгивает. В передней тихо на один короткий, короткий миг. Вдруг она слышит, как что-то разбивается вдребезги, а после — громкие крики. Рей будто прирастает к месту, слишком напуганная, чтобы двигаться. Но затем внутри неё словно срабатывает что-то, что жаждет проверить, как там Бен. Крики звучат громче. — … должен держать себя в руках… — Ведь ты такой пиздатый пример… — Твоя мать и я… — Да мне похер, что ты и… Рей притормаживает перед самым дверным проёмом, внезапно ощущая себя маленькой — как раз на девять лет. Это не имеет к ней отношения, это вообще не её дело, ей лучше развернуться и уйти… Прежде чем Рей успевает хоть на что-то решиться, слышатся шаги, и вот Бен стоит в коридоре и глядит на неё. Левая рука у него вся в крови, а выражение его лица Рей малопонятно. Через секунду за его спиной появляется взволнованный мужчина. Рей тут же узнаёт в нём того, кто был на семейном портрете на тумбочке Бена. Это его отец. И он, похоже, чувствует себя не в своей тарелке. — Э-э, малышка, ты заблудилась? Рей злит его приторная приветливость. — Рей. — Голос Бена мягок и спокоен. — Поди принеси влажных салфеток с кухни, для руки. Ни слова не говоря, она бросается выполнять. На пути в кухню-кабинет она слышит, как Бен обращается к отцу тихим, сдержанным тоном. Когда она возвращается к Бену, его отца уже нет.***
Люк в ярости. Она до конца недели должна будет подметать, мыть полы и вытирать пыль в студии. — Ты не можешь и дальше за моей спиной расхаживать повсюду без разрешения, — сказал он. Она никогда прежде не видела, чтобы её наставник так огорчался из-за неё. И из-за того, что она его разочаровала, Рей сама не своя от чувства вины. Но голос Люка не так уж зол, и у Рей такое чувство, что она ещё легко отделалась. — Ты разбил мою любимую кружку! — укоряет он Бена, когда они сидят за столом в кухне-кабинете. Бен промакивает салфетками ранки и царапины на костяшках и на тыльной стороне левой кисти. Рей никогда не видела столько крови разом. — И Хан ушёл прежде, чем я даже… Бен одаривает Люка тяжёлым взглядом и исподтишка кивает в сторону Рей. И опять, опять он оставляет её в неведении. Она горестно горбится на своём стуле. Звучит трель телефонного звонка, и Люк с досадой вскидывает руку. — Это, должно быть, твоя мать. Если не перестанет кровоточить, я везу тебя в травмпункт, пусть швы наложат. Он уходит, слышно, как его шаги удаляются по коридору, в сторону передней. Молчание. Бен встаёт, кидает окровавленные салфетки в мусорку и вытаскивает из пачки новые. И Рей в который раз спрашивает: — Почему ты живёшь с Люком? Бен садится на стул напротив неё, тёмные волосы в поту и лезут в его карие глаза. Не глядя на неё, он медленно качает головой: — Не знаю, Рей, — говорит он не спеша. — Мне кажется… кажется, ты слишком мала, чтобы мне тебя во всё это втягивать. Рей задирает подбородок выше и садится как можно прямее. Она снова это чувствует, эту извечную потребность защищать Бена Соло. Эту потребность подставить ему плечо и разделить с ним всё, что бы его ни тяготило. — Я просто хочу больше о тебе знать. Она пожимает плечами и понятливо ждёт. Ага, теперь ему есть над чем задуматься. Он вздыхает и долго и пристально на неё смотрит. — Хорошо, ладно. — Кровь сильнее просачивается на свежие салфетки, которые он сжимает в ладони. — Некоторые не прочь доебаться, знаешь, если ты сынок сенаторши. Когда я был в восьмом классе, парочка парней и я, мы, э-э, мы подрались… — Бен избегает смотреть ей в глаза. — Ты затеял драку, — заключает Рей, теребя ремешок рюкзака. Её взгляд мельком скользит к часам на микроволновке. С минуты на минуту появится Маз. Бен кивает, не поднимая глаз. — Они кое-что сказали… Ну, уже всё равно не важно, что именно они говорили. Я их обоих отправил в больничку. Один остался инвалидом. Я не хотел, я… Просто так вышло. Бен умолкает, и Рей понимает, что он ждёт её реакции. Ждёт её ужаса. Как только Рей ни обзывали за её девять лет жизни. Уродина, бездомная крыса, тощая какашка. Однажды в доме один мальчик постарше назвал её «наркоманским отродьем», и это показалось ей хотя бы оригинальным. Её оскорбляют, а с неё обычно как с гуся вода. Но не дай бог кто-нибудь при ней скажет гадость про Роуз, или Бена, или про Пейдж… Рей прекрасно представляет ярость, которую почувствовала бы. Она ничего не говорит, и Бен нерешительно продолжает: — Из-за всего этого в прессе понаписали всякой всячины о моих родителях, особенно о маме. Она подумала, что, может, будет лучше, если я поживу у дяди. Подальше от политики. Он глядит на свою кровоточащую кисть и морщится. И больше ничего не говорит. На миг Рей задумывается, прокручивая в голове всё, что он ей сказал. Она думает о Бене, который тычет ей в лицо мороженым. Бен хороший, думает она. Он изменился, что было — то прошло. Теперь он другой. Она думает так, потому что ей всего лишь девять. Рей пожимает плечами. — И это всё? Его губы удивлённо приоткрываются, и он, кажется, вот-вот что-то скажет, но тут в комнатку возвращается Люк, и, похоже, его что-то конкретно взбесило. Его выражение лица напоминает Рей о Бене. — За тобой приехали, — говорит он Рей. А затем гневно впивается взглядом в своего племянника. — Нужны швы. А ещё ты сделаешь мне новую кружку.
