В танце под луной

      — Она была где-то здесь... Ох, чёрт, — колкая боль пронзила палец и тот вмиг запульсировал, — сейчас-сейчас, — я прошарил рукой в другую сторону и наконец пальцы нащупали плотную кожу. Я выполз из-под кровати и отряхнул увесистую книгу от небольшого количества пыли. — Вот она. Пока искал, обо что-то укололся, — отдал книгу Биллу, а сам принялся зализывать палец. — Я её... м-м-м... одолжил у Зверя.       — Зверя? — Билл выгнул одну бровь и с ещё большим интересом стал осматривать книгу.       — У Кейна. — Кровь остановилась. И ранка потихоньку стала затягиваться. Быстро. Полнолуние скоро, как-никак. — Не то чтобы одолжил, скорее спёр. — Я тут же отогнал навязчивые мысли от упоминания Зверя. — Когда первый раз увидел её, она показалась мне очень необычной. — Я поднялся на ноги и осторожно взял книгу из рук друга. — Ну, знаешь, почувствовал, что мне нужно её прочесть. В общем, не знаю, как объяснить. Чуйка?       — Спёр? — Билл улыбнулся. Его клыки показались из-за губ, отчего создавалось ощущение, что он скалится. — Мне казалось, что больше уже невозможно в тебя влюбиться, но ты, Ангел, снова и снова доказываешь мне обратное.       — Ага, как и ты. Ты только что произнёс одно из немногочисленных предложений без единого мата или «жаргонного» слова. Поздравляю, мы оба делаем успехи.       — Твой сарказм ахуенен, Ангел, — он расхохотался и плюхнулся на кровать.       — Так, отец уедет завтра примерно в семь вечера. Молись на него, он позволил тебе быть у меня дома во все три дня полнолуния.       А затем я резко замер. Насколько я помню, мне всегда говорили, что в эти дни даже взрослые оборотни с трудом удерживают свои инстинкты, что уж говорить о молодняке.       — Билл, ты ведь... Можешь держать себя в руках?       Жуткий холодок прошёлся по спине.       Помнишь, что было в прошлый раз? Конечно, помнишь. И Билл точно такой же. Они все одинаковые. Альфы — твой персональный кошмар.       — Что? — Билл привстал на локтях. — Бля, Ранди, зуб даю. В какой-то период жизни я был не в лучших отношениях с родителями. Зачастую слонялся в одиночестве по всяким... уёбищным, заброшенным местам. Одиночество и максимальный покой позволили изучить себя и своё тело примерно на процентов семьдесят. — Его голос был непривычно тих. А лицо настолько серьёзное, что стало неуютно.       Я совершенно не знаю Билла. Он для меня как чёрный ящик — не знаешь, что попадается в следующий раз.       — Ты удивишься, но у меня с волком очень гармоничная связь. Понимаем, что ли, друг-друга, — он мягко полуулыбнулся, — у нас нет противоречий. А значит и нет конфликтов.       — Значит никаких опасений? — на вдохе спросил я.       — Никаких опасений, — он в мгновенье вновь стал прежним Биллом. Раздражающим, но таким близким. — Чё там с книжонкой? Читать будешь, Ангел?       — Храни меня Луна, — я поражено раскрыл рот, пролистывая страницу за страницей. — Ты только взгляни, это книга о всевозможных и невозможных ритуалах! Буквально!       Билл подскочил ко мне, неосторожно плюхаясь рядом на пол.       — «Связанные поневоле» «Как приворожить любовь всей своей жизни», — он покосился на меня. — Вау, да, огонь. Мне кажется, это книжонка для законченных извращнцев, которые в жизни полные нули. Ничего крутого не вижу.       — Ну, с целевой аудиторией ты явно угадал, — я не сумел сдержать смешок. — Но нет, мой дорогой друг, полистай ее вперед и назад, сомнения отпадут. Вот, например, — я не церемонясь перелистнул книгу в самый конец. — «Лунная Мгла». Звучит уже обнадеживающе.       — Да тут настоящая черная магия! — воскликнул Билл, указывая на одну из строчек. — Кровь требуют, прикинь, крутяк!       — Да уж, пожалуй, возьму ритуал на заметку, — я быстро перелеснул книгу в самое начало.       Там говорилось о различных символах и их значениях, упоминаемых в книге. На обложке как раз был изображен один из них. «Тройная Луна», как я вычитал чуть позднее. Она означает единство всех трех аспектов Богини Луны, которые вплетены в полную луну. Каждый оборотень знает, что луна свята сама по себе, независимо от ее фазы. Но, к сожалению, в нашем современном обществе упор стали делать лишь на полнолуние. Забываем свои истоки. Я не исключение.       Моей целью было найти хоть какую-то информацию о метках, но пока я ее искал, обнаружил нечто другое. Было несколько практик на воссоединения со своим звериным «Я». Практики помогали укрепить, или, возобновить утерянную связь с внутренним волком. И отчего-то мне почудилось, что наткнулся я на них не просто так.       — Пойдем, Билли, — я захлопнул книгу, поднимаясь на ноги.       — Эй, я не дочитал, — он поднялся следом. — Пойдешь пробовать? В сад или в лес?       — В идеале, конечно, в лес пойти, но я сомневаюсь, что мне позволят. А тут в саду есть парочка мест, куда не кидал взор оборотень.

***

      Мягкий шепот листвы и пение птиц создавали приятную атмосферу, наполняющую воздух нежным мелодичным звуком. В окружении величественных деревьев и цветущих растений Билл разместился в тени, открывая книгу.       — И так, там сказано, что нужно разуться. Заметиться.       — Заземлиться, Билл, — я поспешил снять обувь. Мягкая трава окутала ступни. Нервные окончания отреагировали на каждое прохладное прикосновение, создавая приятное покалывание и легкую вибрацию.       — А, ну да. Извиняй.       Шарканье страниц слилось с пением птиц. Я закрыл глаза, попытался максимально глубоко дышать. Спокойно, медленно, чувственно.       — Короче, еще нужно представить, как земля делиться с тобой своей энергией. Как ты соединяешься с ней, с ее корнями, идущими от самого ядра.       Ноги завибрировали. Мне захотелось представить, как мягкие лианы опутывают мои ноги, держат осторожно, но крепко. Как можно ближе к земле.       — Блин, у нас луна взойдет только через несколько часов. А, хотя, и без нее можно обойтись, — копошение со стороны Билла нагнало облако мыслей, сбивая с практики.       Глубоко вдохнул. Сосредоточился на лианах. Тяжело. Мысли крутят в голове как змеи в яме.              — Я выбрал обычную практику заземления. Лунной энергии во мне в последнее время больше, чем земной. Отсюда и высокая тревожность, — я присел на корточки, зарылся пальцами в траву.       — Правда? Я думал, тревожность появляется от бед с башкой, — я ощутил его улыбку.       — Не знаю, так в книге написано было. Возможно, это одна из причин.       — О, наконец-то, что-то интересное, — снова шуршание страницы. — Так, теперь представь, что ты находишься внутри себя. В каком-то белом, чистом пространстве. Представил?       — Да.              — Позови своего Волка. Повой, — он не удержался и издевательский смешок слетел с его губ, что окончательно выбило меня из процесса.       — Прокляни тебя Луна, Билл! — я раздраженно уселся рядом с ним и выхватил книгу с его рук. — Не мог что-ли сдержаться, — я захлопнул книгу, грубо сжимая темную кожу.       — Да ладно тебе, Ангел, — он толкнул меня в плечо. — Ну, извини, пожалуйста, я просто первый раз участвую в подобном... эээ… эксперименте.       — Так ведь и я тоже, — злость прильнула к щекам, я ощутил как они заалели. — Но почему-то я делал все возможное, чтобы достичь хоть какого-то результата! В отличии от тебя!       — Да, я накосячил, признаюсь, — он поднялся, сложил руки на груди. Защищался. — Но я уже извинился.       — Прости, пожалуйста, — я закрыл лицо ладонями. — Не знаю, что на меня нашло. Просто… все, за что я берусь, должно быть сделано идеально, понимаешь? А иначе какой смысл?       — Смысл в том, чтобы не ебать себе мозг идеалами, а делать все в кайф. Я так и живу. Мне хорошо, — он пожал плечами и помог мне подняться.

***

      Отец опаздывал и я не успел с ним попрощаться как следует. Как я хотел бы этого. Но, к счастью, печаль не успела очернить душу, ведь через какие-то три дня он снова будет со мной. Рядом.       Биллу выделили отдельную комнату, которая располагалась недалеко от моей. Очень жаль, что мои ночные кошмары не позволяют устроить ночевку у меня в комнате. Совесть сожгла бы меня заживо, если бы я знал, что во время процесса мой друг посапывал за стеной. Жуть.       Однако первая ночь превзошла все мои ожидания.       — Смари, ща руку оторвет, — Билл закинул попкорн в рот и зловеще улыбнулся, когда из экрана телевизора раздался истошный вопль девушки и очень красноречивый треск кости.        Залитая лунным светом комната создавала атмосферу, полную мистики. Несколько свечей, расставленных по комнате, едва освещали пространство, но бросали таинственные тени на стены. Очень кстати.       — Да че ты снова в этот подвал прешь?! Прошлого раза было мало? — он закатил глаза, когда главная героиня в очередной раз встретилась с потусторонним существом.       Мое сердцебиение ускорилось, когда ноты мрачной музыки заполнили комнату. Напряжение нарастало, а каждый скрип стула или шорох за окном казались предвестниками чего-то зловещего. Билл кидал на меня мимолетные взгляды. Его хитрые, довольные глаза так и вопили, что ему безумно нравятся мои реакции на сие творение кинематографа. В воздухе витало ощущение адреналина, будто время замедлило свой ход, чтобы мы оба могли полностью погрузиться в этот чертовый мир ужасов. Что б его. Никогда не любил этот жанр.       — О. Ща будет моё любимое, — не успел он договорить, как на экране один из героев попал в огроменную мясорубку. Я поспешил закрыть глаза, жалея о том, что могу слышать все, что продолжалось дальше.       — Билл, это отвратительно!       Когда экран потух, замененный тишиной и мягким светом свечей, мы посмотрели друг на друга. Билл с благоговейным спокойствием, растянулся на кровати, щурясь лунному свету.       — Че кислый такой? Киношка не зашла? У меня есть еще лучше. Более реалистичная.       — Давно не смотрел фильмы. Все нормально. И я, пожалуй, откажусь от твоего предложения. Ненавижу ужасы. Сегодня я убедился в этом окончательно.       Я разместился рядом с ним. Тепло его тела создало приятный контраст, мурашками охвативший всего меня.       — А, забыл предупредить. Завтра мои обожаемые предки попросили помочь им с чем-то. И короче, возможно, задержусь. Надолго. Ты, если что, маякни охране, а то не признают и повяжут, — он достал свой телефон, щурясь от яркого света. — Уже почти три ночи. Спать будешь?       — Навряд ли уж, — я перевернулся на бок, подцепил ритуальную книгу, и открыл на месте, откуда торчала небольшая закладка. — Я почитаю, ты не против?       — Не-а, хоть зачитайся, я пока еще одно кинцо посмотрю.       Лунный свет плавно сменился на пастельный розовый. Рассвет окутал город, пробрался сквозь окно, выхватывая ночные тени из каждых углов. Через несколько часов, после плотного завтрака Билл оставил меня, объяснившись тем, что родители хотят убедиться жив ли он вообще, и пообещал, что совсем скоро мы вновь увидимся.       И он не солгал. День прошел смазано, но быстро. Из-за сбитого режима бодрствование ощущалось чем-то нереальным. Будто я весь день проходил под толщей воды. Даже спорт не помог отрезвиться. Хотя, нужно отдать должное Биллу, из-за его ужастиков застоялся адреналин, который я благополучно спустил на тренировку. Когда я только вернулся домой, пришлось пропустить несколько занятий из-за очевидных причин, и заметил, что в эти дни я чувствовал себя гораздо хуже, чем в те, когда занимался. Кошмары гораздо прогрессивнее без спортивных нагрузок. А если учесть их цикличность, то именно благодаря им я все еще поддерживал форму.       Под вечер мое состояние ничем не отличалось от выжатого, а потом зажарившегося на солнце лимона. Очень не хотелось ложиться спать, зная, что Билл еще не пришел. Но с каждым прошедшем часом я думал об обратном. И я не выдержал, ввалился в комнату, практически не различая сон от яви. Да, уж, постараюсь больше не нарушать график сна. Наспех принял теплый душ, потому что боялся согнать эту приятную сонную пелену. Под легким одеялом позволил себе расслабиться окончательно, прощаясь с реальностью.       Подъём был резкий и внезапный. Боль. Острая, поглощающая. Кромешная тьма стояла перед глазами, и наводила лишь больший ужас. Спину прожигала метка. Так сильно, как никогда прежде.