У моей Евы расцвели камелии

      Было холодно. Ева вздрогнула и открыла глаза. Тело одеревенело от долгого лежания на холодном полу. Девушка с трудом разогнула конечности и встала. Голова болела, в висках стучало, темнело в глазах, а ноги не слушались и подкашивались. Еве пришлось несколько минут стоять, опершись на бочку, чтобы прийти в чувства.       Когда оцепенение спало, Ева, покачиваясь, прошла в комнату. Яна нигде не было. — Ян? Ян, ты тут? — решила попытать удачу девушка. Но ответом ей служила гробовая тишина, даже камин был не разожжен. — Ян, это не смешно, выходи сейчас же, я больше не злюсь на тебя, выходи скорее! — сказала девушка со все нарастающей тревогой. Она выбежала во двор, но и там его не было, а выпавший снег не давал возможности узнать, куда же ушел Ян. Ева не на шутку испугалась, в голове вихрем начали проноситься страшные мысли. А вдруг он ушел навсегда? А вдруг его поймали сабэрские солдаты? Об этом Ева даже помыслить боялась, поэтому постаралась убедить себя в том, что он скоро вернется. Но у нее ничего не получалось, тревога никуда не исчезла. Она уже хотела побежать искать его, но потом подумала, что пока она будет рыскать по всему Фьорду, Ян может сам вернуться домой. Поэтому она решила подождать до вечера, а уже потом бить тревогу.       Она разожгла камин, сухие поленья вспыхнули и подвал постепенно начал прогреваться, и Ева немного успокоилась. Чтобы совсем отвлечься, она начала стирать белье. За всем этим прошло около часа; неожиданно в дверь, ведущую во двор, кто-то постучал. Радостная Ева, решив, что это Ян вернулся, побежала открывать. Когда она распахнула дверь, то вместо объятий Яна ее схватили за запястье и выволокли наружу. Крепкие мужские руки заломили ей руку и схватили за горло. Несколько мужчин в сабэрской форме забежали в подвал.       Ева начала вырываться, но солдат сильнее сдавил ей горло, и она успокоилась. Во двор прогулочным шагом вошел мужчина средних лет в офицерской форме. Он прошелся по двору, по-хозяйски огляделся и обратил внимание на Еву и солдата, держащего ее. Офицер подал знак солдату, и тот быстро отпустил девушку и забежал в подвал, к товарищам. Во дворе осталась только она и этот мужчина. Ева не испугалась его, а пытливо разглядывала и ждала, когда он заговорит. Но она была озадачена тем, что сабэрцы наведались к ней. За столько лет это был первый прецедент. — Какое чудесное местечко, — офицер решил первым нарушить молчание. Надо отдать ему должное, говорил он почти без акцента. — Соглашусь с вами, — ответила ему девушка и скрестила руки на груди. — Как вас зовут, сударыня? — Офицер довольно неплохо изображал любезность, но вот его глаза, холодные и надменные, выдавали его с головой. — Это допрос? — ответила вопросом на вопрос Ева. — Это зависит от того, что мы найдем в вашем доме. — Мужчина снял фуражку и пригладил волосы цвета соли с перцем. — А что же вы ищете? — Ну, например, солдат рагнасской армии, которых вы можете укрывать, или оружие. — Простите, что который раз отвечу вопросом на вопрос, но по какому праву вы вторгаетесь в мое жилище, это не ваша территория. Риттер Фьорд уже несколько лет служит приютом для солдат обеих стран. — Ах, сударыня, вы, видимо, не слышали последних новостей, — его лицо расплылось в улыбке. Он полез в нагрудный карман и достал оттуда какую-то бумагу, сложенную вчетверо, развернул, оправил и зачитал вслух. Там было сказано, что Рагнас пал, все территории отходили Сабэру, а воины рагнасской армии подлежат военному трибуналу.       У Евы подкосились ноги, но она усилием воли устояла на них и все так же спокойно смотрела на офицера. Нельзя показывать им страх, они, как животные, видят испуганную жертву и нападают. Ни один мускул на лице девушки не дрогнул, пока мужчина зачитывал ей приказ. Сейчас она мысленно молила Бога лишь об одном: пускай Ян не возвращается, пусть он скроется где-нибудь, чтобы его никто не нашел. — Так как вас зовут, сударыня? — офицер улыбался, как мартовский кот, нализавшийся сметаны. — Ева. Ева Кауфман, — сохраняя королевское спокойствие, ответила девушка. — О, какое прекрасное имя. Дарующая жизнь, стало быть? — Вы не ошиблись, но как зовут вас, господин офицер? — Ах, как невежливо, где мои манеры, — голос мужчины был слаще меда, но взгляд не предвещал ничего хорошего. — Меня зовут Кристиан Лефевр. Я посвятил армии всю свою жизнь, за что получил звание полковника. — Он картинно повел плечами, демонстрируя погоны на безукоризненно чистом мундире. — А что такое чудесное создание забыло в этой глуши? Такая красавица должна блистать в столице, а не на задворках государства. — Он подошел ближе к Еве. Его серо-зеленые глаза буквально гипнотизировали девушку, заставляя смотреть ему в глаза, но она стоически держалась. — Мне нравится провинциальное спокойствие. Да и мой дом, который сейчас ваши ищейки так тщательно обыскивают, мне полюбился, и я не хочу его покидать. — Зря, сударыня, очень зря. Он начал обходить Еву по кругу, не отрывая от нее взгляда, — одно ваше слово — и вы станете лицом нашей Победы, — он хотел взять ее за подбородок, но девушка мотнула головой и отошла на шаг назад. — Вы очень любезны, господин Лефевр, но я вынуждена отказаться. — Вы многое теряете, сударыня, — он взял прядь волос Евы и поднес ее к лицу. Еву покоробило от этого, но она не подала виду. — Вы пахнете свежим лугом и лавандой. Каким парфюмом вы пользуетесь? — Во-первых, невежливо у дамы спрашивать о том, как она пахнет, господин офицер. Где ваши манеры? Во-вторых, если вам так интересно, то я травница, поэтому от меня «пахнет», как вы выразились, лугом. В-третьих, я могу дать вам снадобье, устраняющее неприятные запахи, а то с вами рядом находиться неприятно. — Глаза Лефевра налились кровью. Сохраняя последние крупицы спокойствия, он спросил: — И почему же, сударыня? — От вас за версту несет мертвечиной, господин офицер, — с наслаждением ответила ему девушка. На секунду показалось, что он вот-вот потеряет контроль, но уже через мгновение он стоял все такой же спокойный, с милой улыбкой. — Сударыня, а вы довольно смелая, мне нравится эта черта в женщинах. — Спасибо, — холодно ответила ему Ева. Неожиданно Лефевр устремил свой взгляд на могилу Ханса. Он подошел к ней и стряхнул снег с таблички. — Кто тут похоронен? — спросил он с толикой любопытства. — Солдат сабэрской армии. Его звали Ханс, больше я о нем ничего не знаю. — А почему он похоронен на вашем дворе? — в глазах офицера вспыхнули искорки неподдельного интереса. — Я лечила его. — Как? Вы же из Рагнаса! — Это не имеет значения. Я утверждала и буду утверждать, что для целителя все жизни равны. Если человек нуждается в моей помощи, я сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти его. Но вот этого солдата я спасти не смогла… — Ваш поступок заслуживает восхищения, сударыня. — Вы преувеличиваете, господин офицер, любой врач поступил бы на моем месте точно так же. — Нет, вы глубоко заблуждаетесь. — Ева разглядела в глазах мужчины странный блеск. Чего же он хочет от нее? Надо скорее его спровадить. К счастью, наружу начали выходить солдаты. Они доложили своему командиру, что ничего подозрительного в доме не обнаружили.       Ева облегченно вздохнула, а вот по лицу Лефевра было видно, что он был бы не прочь еще «мило побеседовать» с девушкой. — Что ж, сударыня, до скорой встречи. — Надеюсь, что встреч больше не будет, — ответила ему Ева, поджав губы. — О, милочка, это мы еще посмотрим, — он коротко поклонился и вышел со двора вслед за солдатами.