Мягкая улыбка страха

      Я присел на бревно в тренировочном дворе. Расслабленно улыбнулся: до прихода учеников еще с полчаса, а мне оно всегда нравилось, это время перед началом. Мне нравилось просто сидеть, рассеянно думая о чем-то своем, ловя мелкие признаки весны в воздухе. Да, зима еще была в самом разгаре, снежные метели старательно и часто накидывали огромные сугробы, но ночь становилась короче с каждым днем, а до Равноденствия, времени, когда весна придет уже уверенно и насовсем, осталось всего-то чуть больше месяца. Настроение сегодня было на удивление спокойным. Может, потому, что все постепенно налаживалось. Может, этому способствовала улыбка Миэ по вечерам, искренняя и — наконец-то — совершенно спокойная.       Прошла уже неделя с тех пор, как она наконец ушла из борделя. Мне до сих пор не верилось в это, ей, впрочем, тоже. Первые несколько дней она рьяно взялась за уборку дома. Я только удивлялся, сколько же дел можно было там найти. «Если продавать, то надо привести в порядок», — сказала она. Я помогал ей, но она не больно-то нуждалась в помощи. Кажется, ей просто хотелось занять себя чем-нибудь. Впрочем, невозможно убирать бесконечно один и тот же не такой уж большой домик, так что в последние пару дней она заговорила о том, что хочет пойти в таверну с Лиэссом. Посидеть там, половить новости, пообщаться… Может, найдется какая-то мелкая работка до лета.       Я вспомнил вдруг слова Талласа про таверны и меня. Усмехнулся. Что ж, может, он и прав… В принципе, мне это неважно, поверю на слово. Все-таки идти в подобные места не хотелось. Чем больше народу в одном замкнутом пространстве, тем более они агрессивны. А уж тем более в месте, где есть алкоголь. Не стоит мне ходить туда, слишком удобная мишень для того, чтоб докопаться.       И, кажется, мы в итоге и без лишних работ справимся… Время до лета еще есть, сколько там нужно денег на новый дом? А ведь еще и деньги с продажи нынешнего будут, неужели не хватит хоть на что-нибудь?       Легкий ветер уже морозил пальцы не так сильно, как с месяц назад. Я снова поймал себя на том, что улыбаюсь.       Может, настроение еще и само стремилось вверх, потому что уже целую неделю не назначали тренировок среди наставников? Не нравились они мне все-таки. Было-то не так много раз, а сил отняло, как будто полгода упорных ежедневных занятий прошло… А, Артанэ с ними.       Часы пробили шесть. Вот-вот появится моя группа. Первым обычно приходит Хелл, он освобождается раньше всех...       Калитка распахнулась, со стуком ударилась о забор. Айрах — запыхавшийся, шумно дышащий, всполошенный — ввалился во двор, оперся руками о колени, пытаясь отдышаться. Вскинул голову почти сразу, по нервам мне ударило острой тревогой и злостью.       — Там!.. наши… наших бьют!       

***

      Это казалось чем-то нереальным. Мы бежали через вереницу одинаковых дворов. Я неплохо в них ориентировался, но сейчас отвлекся и запутался. Айрах злился и одновременно беспокоился так сильно, что это тоже сбивало с толку.       Кого, кто, где — выяснить не получалось, он спешил, а говорить на бегу, как я, не смог бы. Вот ведь дурная его привычка курить. И так дышать правильно толком не умеет, еще и туда же, курением сбивать…       Остановились мы неожиданно. Очередная калитка. Айрах толкнул ее, не задумываясь…       Самый разгар драки. Удары вперемешку с матом, злость, боль. Человек десять вокруг — азарт от них, подначивания, мат. Я даже не мог понять, ни кто в круге, ни кто вокруг. Похожие шапки, похожие куртки, крепкие спины… На мгновение ощутил вдруг жуткую растерянность, не понимая, что делать.       — Там Хелл! — выдохнул Айрах, едва успев отдышаться.       Глянул на меня вопросительно.       …Он ждал, что я что-то сделаю. Исправлю. Наверное, именно в этот момент я ощутил, что да: он действительно считает меня своим наставником. Полностью.       — Прикрой, — тихо вздохнул я, понимая, что лезть в толпу вообще не лучший вариант. Да и доставать нож — тоже. Дилемма. И убить нельзя никого, и покалечить. Зато они, разгоряченные, объединенные общим делом, могут сделать что угодно.       В круге кого-то били.       Напасть сразу на ближайших? Которые пока стоят и наблюдают, но в любой момент могут присоединиться.       Попробовать обойти, втесниться в их круг миром, чтоб не увеличивать количество противников?..       Нет.       Я ударил ближайшего под колено. Тут же добавил в плечо сверху. Рывок. Неожиданность играла мне на руку, в круг я прорвался быстро.       Отчаянный мат Рихаса резанул по ушам. Он повалился набок, хватаясь за пах — точный и сильный пинок свалил его с ног. А на земле лежал, скорчившись, Хелл…       Злоба. Шум в ушах.       Двое легли сразу и прочно. Я не знал, куда их бил и смог ли не покалечить. Все плыло.       Третий встретил меня матовой гладью стали. Лезвие ножа процарапало куртку. Мы покатились по земле.       Не попасть под чьи-то ноги. И не в голову, только не в голову.       Ноги расступались. Никто не мешал.       Нож снова мелькнул в опасной близости, я ушел перекатом сразу на несколько метров, вскочил на ноги.       И замер, глядя на точно так же — отражением — вскочившего противника. Низковатый, коренастый… Я узнал его, как и он меня.       Наставник, чье имя я не запомнил за несколько тренировок…       «Я не буду тратить на тебя время. На мой уровень не тянешь и близко. Или сам плати».       О да, я узнал.       Да что здесь происходит?!       — Сзади! — выкрикнул Айрах.       Я успел отскочить раньше, чем сообразил почему.       Закружил, не зная, куда прижать спину. Повсюду враждебные лица…       — Остроухий выродок, — сплюнул наставник. — Вот и столкнулись.       — Помнится, ты собирался со мной никогда не драться, — оскалился я в ответ, все так же кружа.       «Или вдруг осмелел», хотелось добавить мне. Но не стоит его провоцировать, хотя так хочется. Дело дрянь… Их слишком много, накинутся разом — не отобьюсь. И нож тоже не поможет. Шаенский выродок… Наставник, который избивает учеников в окружении… других учеников или стражников, я не знал, вот тут и стоит пожалеть, что все время работы здесь держался в стороне и ни с кем не общался. Тоже мне, дипломат... И за что вообще он их?!       — Наставник, я требую объяснений. — Я наконец остановился, постаравшись встать так, чтоб Айрах видел меня, а я его. Может, догадается вовремя предупреждать, ведь догадался же в первый раз. — Вы напали на моих учеников. Причина?       Вокруг загоготали. «Не, ну ты слыхал? Умора!» «Причина, нада ж!» «Ишь ты, требует!»       Я молча смотрел, привычно рассеивая взгляд, чтоб видеть все на периферии.       — Их учит эльфийский выродок, этого достаточно. — Наставник сплюнул на землю.       Рядом с Рихасом, все еще корчащимся на земле… Злоба новой волной колыхнулась внутри, подступила к горлу. Так сильно, что хотелось или выблевать ее, или убить источник, раздражитель.       — Если тебе что-то не нравится, обратись к Ровасу, — хмуро выдавил я. — Или хоть к маршалу напрямую. Пусть уволят меня, и дело с концом. Какие проблемы-то?       — Уж не знаю, какие… Может, ты его деньгами завлек? Или… — наставник скривил брезгливо губы, — своей задницей?       Теперь кроме злобы нахлынуло еще и отвращение. Я почти задохнулся от этого.       — Мастер Рэйл, — голос Талласа откуда-то сбоку оказался полной неожиданностью. — Вас разыскивает эхад Ровас…       С чего бы вдруг… Таллас с обычной своей улыбкой вклинился в круг, подошел поближе, как бы невзначай подсел к Рихасу.       — Ты чего развалялся тут? Идем, у нас тренировка вообще-то, — заглянул ему в глаза, явно пытаясь понять, насколько тот пришел в себя.       За лучезарной улыбкой скрывался обычный лед, черный и тонкий. И напряжение.       Точно, как я сразу не понял. Он же просто блефует. Никакой Ровас меня не ищет, ему просто не с чего это делать…       Хорошая была попытка, но шаен тоже догадался. Скривился снова.       — Ребят, заприте-ка калитку. Как раз все мышки в сборе. Вот и разберемся сразу по-свойски.       — Не все, мастер, у них еще один был. Видать, запоздал сегодня, — подал голос один из окружающих.       — Эхад Ровас ждет мастера… — начал было Таллас, взглянув на мастера снизу вверх.       — В отъезде эхад! — перебил тот. — Захлопнись, мальчик, достанется меньше. Хватайте их, чтоб не дергались, мешаются.       Я незаметно постарался вздохнуть поглубже, выдохнуть. Надо успокоиться и подумать. Просто подумать. Злость мешает, она деструктивна.       Откуда-то снизу тонко всхлипнул Хелл, приходя в себя.       — Да вы серьезно, что ль! — громко, растерянно, с ноткой испуга сказал Айрах, делая пару шагов назад. — Эй, ребят, вы чего вообще… нам же всем вместе потом работать, ну! Одна стража же!       — Не с тобой, жополиз эльфийский, — огрызнулся один из «ребят».       Его схватили за руки с двух сторон, заламывая их за спину. От неожиданности он даже не успел ничего сделать.       Злоба уступила место спокойствию. По сути, они тут из-за меня все. Айрах, Таллас, Хелл, Рихас. Я же остроухий выродок, чего еще можно было ждать. Удивительно, что до этого ни разу не возникло конфликтов, ну что поделать, объяснимо. Удобная штука — маленькие группки. Никаких стычек. Никаких…       Только вот и контактов — никаких. Впрочем, если гнильца есть, никакая система обучения не спасет.       Мысли прыгали. Они из-за меня здесь… Из-за меня. Моя вина. И как им потом здесь жить… как работать?.. Но сейчас — неважно, сейчас и для них я тоже — защитник.       Сознание опустело. Все словно замедлилось — медленно схватили Айраха, медленно поймали за волосы так и не успевшего встать с земли Талласа. Я пошел к наставнику — тоже медленно, расслабленно. Как во сне.       А потом время рвануло вперед, возвращаясь в обычный темп.       Сперва только наставник, потом сбоку попытался вмешаться кто-то еще. Рявканье почти над моим ухом: «Не мешать, ушлепки!» А потом, через три, пять, десять ударов — не сосчитать — «он мой!». Боль — живот.       Рефлекторно согнулся, и тут же — холод по шее. Боль.       Крик Талласа откуда-то сбоку. Некогда оглянуться.       Мягкое — подо мной. Живое. Боль. Теперь — чужая? Удар — по мягкому, по живому, еще, еще...       — Мастер Рэйл! — громче, ближе. Испуганно. Хелл.       И время снова замедлилось.       Мат откуда-то. Мягкое подо мной — наставник, глаза закатились — от боли или обморок?       Нож в моей руке. Мимолетно удивляюсь: когда успел достать? — потом понимаю, что рукоять — чужая.       — Мастер… — это снова Таллас, голос напряженный. — Рэйл, успокойся…       Я поднял на него взгляд, пытаясь понять, что произошло. Все слишком быстро. Едва ли прошло несколько минут.       Таллас все так же сидел на земле, но теперь он почти обнимал кого-то со спины. Я моргнул. Нет, не обнимал — захватил за горло рукой, ласково касаясь лица ножом, зажатым в другой руке. Айраха по-прежнему держали, Хелл смотрел на меня с испугом, сидя на земле.       Я опустил глаза. Я сидел, даже почти полулежал на наставнике, ногами держа его ноги — почти интимно, если бы не в драке. А лицо… Я перевел взгляд на нож — чужой нож в моей руке. Что ж… Хорошо хоть, не лезвием. Но, наверное, пару зубов рукоятью ножа я ему выбил.       И что теперь?       Как часто бывало после вспышки злобы — пустота в голове. Звенящая, бескрайняя, застывшая. Даже просто пошевелиться казалось чем-то невозможным. Как будто тело резко утратило связь с сознанием, а сознание — с реальностью. А делать-то что?.. Он рано или поздно придет в себя, этот шаенский выродок…       — Слышь, ты охренел совсем… — не слишком уверенно подал голос кто-то из окружающих.       Кто-то шикнул на него.       Но кто-то из довольно молодых парней вдруг просто развернулся и пошел к выходу.       — Куда собрался? — окликнул его вслед Таллас.       — А стражу позову, — с вызовом откликнулся тот. — Нападение на мастера, между прочим, попытка убийства!       Оглянулся на нас.       — А что, кто-то попробует остановить? Как, интересно знать? Вас все равно меньше!       Таллас чуть задумчиво шевельнул ножом у лица парня, которого держал, но промолчал.       Я знал, почему он молчит. Нечего сказать. И мне тоже — нечего. Мало ли, у кого тут нож у горла или лица, и неважно, кто получил временное преимущество, якобы «победил». Сделаешь что-нибудь — и выйдешь отсюда максимум до тюрьмы… если раньше не прибьют за «своего».       Мерзко как, когда такие вот «свои», с гнильцой. А куда от них денешься?       Я так и сидел, почти застыв в одной позе, сжимая чужой нож в ладони, а в голове судорожно бились мысли. Куда деться? Что делать? Это не глухая ночная улица, отсюда не сбежишь, да и Лиэсса рядом нет, чтоб показать дорогу, увести домой от проблем. Избавить от этого клятого ступора…       — Вот и сидите ждите, — злорадно заключил парень. — Некуда отсюда бежать.       Открыл калитку, вышел.       Я попытался поймать взгляд Талласа. Мне нужен был чей-нибудь совет. Хотя бы его, раз нет Лиэсса… Но в его глазах тоже была лишь растерянность.       Так глупо попасть в передрягу? Загнать себя в угол?..       Калитка снова открылась. Неужели так быстро?..       Но, почти пятясь, в нее зашел только что вышедший. А следом — еще трое.       — Вечер добрый, мастер Рэйл, — хмуро сказал мне Ливар. — А я тут вас потерял. Тренировка, между прочим, срывается.       — И что вы тут устроили? — мрачно поинтересовался один из его спутников. — А ну отпустили его!       Обращался он к двоим, что держали Айраха. На удивление, те сразу послушались.       Таллас отпустил парня, которого держал в захвате, обернулся ко мне, делая страшные глаза, но думать, к чему это он, мне было некогда. Ступор прошел сам по себе. Я соскользнул с как раз начавшего шевелиться мастера. Поколебавшись буквально мгновение, оставил нож около него, пользуясь тем, что всё смотрели только на пришедших. Да и… ран от ножа у него вроде бы нет… Вспомнить бы еще, куда там и чем я бил…       Вошедшие были одеты в темно-красную форму, смутно мне знакомую. Они прошли к центру круга легко и сразу — окружающие ее ученики расступились, как по приказу, хотя царила почти гробовая тишина. На поясах — мечи, на плечах — наручи из витой черной кожи, сплетающейся в сложный узор…       Королевская гвардия!       Что они забыли в казармах стражи?..       — Вставай… те, мастер, — хмуро сказал мне один из них.       Я встал, пытаясь не очень явно косить вниз, на того наставника. Так и не успел его осмотреть, как бы не слишком сильно я его приложил… Ведь, кажется, сейчас как раз именно на это обратят внимание.       Гвардеец подошел ко мне вплотную, несколько бесцеремонно схватил за плечо, разворачивая боком к свету.       Что он там высматривает?..       Второй в это время присел около наставника.       Гвардеец заглянул мне в глаза. Заставил пройти пару шагов, так и не отпуская плечо. Потом рука в перчатке с обрезанными пальцами приподняла мне волосы. Я с трудом удержал желание отшагнуть или хотя бы скинуть чужую руку, просто сцепил зубы покрепче. Глаза проверяющего чуть сузились: явно увидел гирэн. Удивление. Ну надо же, неужели еще кто-то не слышал, что в городе изгнанник? Впрочем, хоть об этом и наверняка некоторые и в некоторых местах болтали (в той же казарме, например), далеко не факт, что при дворе об этом слышали многие. Слухи наверх иногда просачиваются тяжело, особенно если в них нет чего-нибудь завлекательного.       Вот сейчас спросит что-нибудь…       — Айе, Тар, шея — царапина, но нож. Больше особых повреждений нет, хотя синяков хватает наверняка. Куртка порезана — повезло, могло неплохо прилететь по боку. А что у тебя? — суховато спросил он у второго.       Про гирэн не спросил.       — Вырублен… — откликнулся второй. — довольно чисто. Синяк на шее максимум будет. Правда, в себя трудно приходит. К лекарю надо. Займись им.       Названный Таром встал, обвел взглядом всех присутствующих.       — Немедленно все к дежурному по казармам. Наказание за массовую драку: неделя чистоты каждому. По двое на сектор. Выполнять.       — Лар, — торопливо наклонил голову Таллас. — Нас заманили сюда… Мастер Рэйл подтвердит. Двоих здесь избивали, мы пришли случайно и пытались их защитить…       — Правда? — обернулся ко мне Тар.       Я кивнул.       — Моя группа не была в числе зачинщиков.       — Хорошо, вы будете проверены. Остальные — дежурный вас ждет.       Все вышли практически в полной тишине, хотя за дверью почти сразу начались возмущенные шепотки и переговоры. Интересно, гвардейцы что, правда рассчитывают, что все пойдут получать наказание?.. наверняка ведь кто-нибудь попытается увильнуть. Может даже, заставит остальных себя прикрыть, кто понаглее…       — Кто сможет назвать поименно всех присутствующих? — Все-таки не рассчитывают.       Тар обернулся ко мне снова.       — Я не знаю их поименно, — чуть неловко ответил я.       Все-таки надо было проводить в казармах побольше времени. Общаться. Да только какое общение, когда я для них эльфийский выродок, разве что раньше бы конфликт произошел…       — Я смогу назвать, — вызвался Таллас.       Гвардеец кивнул. Второй тем временем помог подняться наставнику. Тот пытался что-то сказать, взгляд расфокусированно плавал.       Они повели его к выходу.       — Спасибо, лар Таронэ, — вдруг сказал Ливар им вслед. — Очень благодарен вам за ваше время.       — Не стоит благодарности, — отмахнулся лар. — Не опаздывай послезавтра.       Калитка закрылась за ними. Я несколько недоуменно оглядел взглядом оставшихся. Вся моя группа. Прямо как на тренировку мы собрались, да только не в своем дворе. Рихас уже оправился, молча сидел, оттряхивая одежду. Хелл даже на ноги поднялся и все щупал голову, кажется, ему здорово досталось. Айрах курил. Он закурил еще прежде, чем ушли гвардейцы. Жадно, судорожно, старательно успокаиваясь дымом. Таллас задумчиво водил пальцами по лезвию своего ножа.       Первым заговорил, как ни странно, Ливар.       — Ну что, Таллас, и кто из нас теперь умелец заводить хорошие знакомства?       Таллас фыркнул. А через мгновение все смеялись — громко, заливисто, почти судорожно, как бывает после сильного напряжения. Мне самому стало неожиданно смешно. Это же надо! Только что казалось, что все, проблем не избежать, что все пропало, — а тут раз — чудесное спасение. И вообще проблемы светят уже не нам.       Правда, кто его знает, не обернется ли еще ситуацию не в нашу пользу… не в мою, вернее. Учеников-то я выгорожу без труда. По сути, они и ни при чем, так, оказались не в том месте, не в то время, а я бил наставника, это хуже, чем бить учеников.       В каком-то смысле я почти позавидовал Айраху: вот так вот куришь, а на душе спокойнее. Мне бы не помешало так же. Завести, что ли, эту вредную привычку?.. Все равно уже курил, и не один раз даже.       — Разоржались тут, — ворчливо сказал Ливар, хотя только что сам смеялся вместе со всеми. — Пойдемте в наш двор, мало ли кто еще сюда прискачет.       Хелл ощутимо хромал всю дорогу.       В нашем дворе было пусто, как, в общем, и всегда. Хелл с усилием опустился на бревно. Болью от него веяло всю дорогу… не то чтобы сильной. Скорее, как от Миэ, когда мы к ней перед Солнцестоянием в бордель приходили… Ощутимо, да, однако с ног не свалится.       Рихас шел бодро, хотя и ему было больно. А удар-то нехороший вышел, в пах. Конечно, цель любого сражения — победить, конечно, тут будешь бить по самым уязвимым местам. Но думал-то он чем, этот наставник? Рихас же будущий стражник… Зачем бить своего, ведь правильно Айрах сказал — бок о бок работать еще… А если уж бить, то почему так жестко? Он же наставник, опытный боец, с Рихасом бы и так справился, мог просто вырубить, на худой конец...       Ничего я не понимаю в мотивах поступков людей.       Айрах вдруг подошел к забору. Воровато оглянулся на меня — и достал бутылку. Пузатую, низкую, совсем не похожую на бутылки с вином, которые бывали в доме Лиэсса.       — Мастер, тренировка-то все равно того… сорвалась. Давайте понемногу? Ну, им вот не так больно будет… — неуверенно предложил он.       — Я могу просто отпустить вас пораньше… — нахмурился я.       Пить вместо тренировки? Интересная идея, однако, но я их не такому учить должен вообще-то.       — Мастер Рэйл… — тихо подал голос Таллас. — Давайте все-таки выпьем? Вместе… Все. Мы же и там были — вместе. Против остальных.       Я хотел было возразить — и осекся. Ведь и правда. Я не знаю, с чего там все началось… Но Рихас и Хелл были там, вдвоем против всех, а ведь еще полгода назад Рихас задирал Хелла по поводу и без. И Айрах, который побежал за мной, чтобы привести на помощь, — он даже не просто отправил меня туда, он зашел туда вместе со мной… хотя народу там было немало, и нас обоих могли бы просто задавить числом. В давке сложно действовать, голыми руками особенно, один удар по голове сзади — и готово, и никакие мои умения не помогут…       И Таллас, который тоже зашел туда. Конечно, рассчитывая, что его блеф сработает, но все же — пришел на выручку своим. И Ливар… «ученик гончара, двадцать пять лет» — слишком поздно, чтобы чего-то добиться, и почти поздно даже для стражника. Я помнил все его огрызания, с самого начала, хотя после проверки их стало намного меньше. Все его слова о том, что это все ненужное дело, пренебрежения и почти неприязнь в сторону остальных. Неприязнь? Он пришел к ним на выручку, о какой неприязни можно говорить.       — Хорошо. — Айрах глянул на меня недоверчиво, а я вдруг ощутил почти залихватскую легкость в душе. — Что смотришь, как девчонка испуганная? Тащи сюда свое пойло, хотя я не знаю, как ты собрался поить шестерых одной мелкой бутылкой.       Айрах расхохотался, я чувствовал его удивление и что-то похожее на восторг.       — Ну даешь, мастер! Ой… даете. О… ну, в общем… Пойло, короче, не водичка, вот! Хватит на шестерых.       Он протянул бутылку Рихасу, тот глотнул, одобрительно крякнул. И почти неожиданно для меня протянул бутылку Хеллу. Хотя почему неожиданно? Я ведь уже думал, что они, эти парни, не такие уж гнилые, как многие шаен. Особенно когда на наставников посмотрел… А общее дело — сплачивает. Прав Таллас: после общего дела, неважно, что это не большое сражение, — можно и выпить. И — за сплоченность выпить. За это их «вместе».       Хелл нерешительно взялся за бутылку.       — Давай, мелкий, — снисходительно подбодрил его Рихас. — Пей, болеть меньше будет.       Он не сказал ему что-нибудь вроде «ты неплохо держался», но мне казалось, я чувствую невысказанное. Эмпатией. Нервами. Кожей.       Фыркнул, закатывая глаза, Айрах.       — Ну ты еще сопли разведи… Не, серьезно. Ты хоть спасибо скажи! Сопляк же, мог вообще сбежать.       — Ну да, вот ты как раз и сбежал, — возразил ему Рихас. — Только тебя и видели. Пятки засверкали, ага!       — Я, между прочим, мастера на помощь привел! — возмутился Айрах.       Схватился за еще одну сигарету.       Бутылка прошла по кругу и пошла заново по нему же. Это и правда оказалось то еще пойло. Крепкое, ядреное, от него аж глаза слезились. И где он там в заборе спрятать умудрился только? И зачем? Бухал после тренировок — так вроде я последним уходил обычно… Айрах-куряка, Айрах-пьянь. Пройдоха Айрах.       Я покосился на него, и губы сами растянулись в улыбку. Айрах, не бросивший своих.       — А эхад правда в отъезде, что ли? — спросил Ливар у Талласа.       Тот насмешливо покосился на него.       — Ну надо же, кто заинтересовался новостями! Тебе осталось только поиграть в интерес к политике.       — Ну, я серьезно вообще-то…       — Я тоже, — перестал улыбаться Таллас. — Вообще, видимо, уехал, раз тот так сказал. Но я этого не знал, мой косяк.       — Мда… Ты — и чего-то не знаешь. Видимо, правда моя пора пришла тебя сменить, — вздохнул Ливар.       Таллас уставился на него — напряженно, непонимающе. Да и все остальные замерли, прислушиваясь.       — В смысле?       — Ну смотри: знакомства у меня полезные появились, новостями интересуюсь… Глядишь, так тебя и вытесню.       Глядя на недоуменное напряженное лицо Талласа Ливар вдруг рассмеялся. Так искренне, задорно — непривычный от него звук.       — Ты что, шутишь? — спросил Таллас.       И тут уже не выдержал даже я, начав смеяться. Нет, ну надо же! Такого недоумения в голосе Талласа я еще ни разу не слышал.       Ливар подхватил мой смех, а следом захохотали и остальные. Таллас моргнул пару раз — никакого льда в глазах сейчас не было, одно только недоумение, — а потом почти растерянно улыбнулся.       Я потом еще не раз удивлялся, почему никто не заглянул к нам на хохот — мне кажется, мы шумели на все казармы. Но факт есть факт, никто не заглянул, никто не мешал. Мы прикончили бутылку на шестерых, и, Илэйнэ свидетель, этого действительно хватило. Боли я больше не чувствовал, хотя попали по мне знатно.       Впрочем, тут больше помог не алкоголь. Сильнее грело другое ощущение: то, что я все-таки добился своей цели. Неважно, гожусь я в наставники или нет, — но я все-таки смог научить их чему-то действительно важному.       Всегда стоять друг за друга.