Мягкая улыбка страха

      Ровас говорил: до темноты.       Темнота настала раньше, чем я ожидал. Небо неожиданно быстро заполонили тяжелые тучи, густые и клубящиеся. Я оглядел их, вдохнул воздух. Дождь. Меньше, чем через час. Скорее всего, ливень. Наверное, в непогоду здесь не тренируются?.. Наверное…       — Все свободны, — закончил я счет очередного упражнения. — Завтра в то же время.       Парни тут же повскакивали с земли и поспешно направились к выходу. Высокий, проходя мимо меня, смерил меня злобным взглядом, но промолчал.       Я смотрел им вслед.       Самый молодой, невысокий и худощавый, оглянулся уже у самой калитки, в его глазах мелькнуло что-то — кажется, он хотел что-то сказать. Но не сказал. Неловко дернул плечом и вышел вслед за остальными.       Подождав немного — не хотелось идти с ними, — я направился к выходу. Надо ли найти Роваса и отчитаться? Наверное, нет. Но завтра я все же его найду, еще до тренировки. Есть несколько вопросов…       На улицах уже зажгли фонари. Тучи клубились все яростнее, ветер усилился. Холодно. Зря не взял с собой куртку…       Дождь хлынул стеной. Штаны и рубаха мгновенно промокли и неприятно облепили тело. Улицы опустели. Я огляделся неуверенно — можно ли вообще бегать по городу?.. Или это привлекает внимание стражи?.. А, какая разница. Кто будет ходить в непогоду?       Бежать было легче, чем идти. Хоть немного теплее. Вода, льющаяся с небес, обдавала не просто холодом — морозом.       Ближе к дому Лиэсса фонарей не было, и там царил полумрак, только светились в темноте окна домов. Я бежал быстро, стремясь поскорее добраться до крыши над головой, до тепла. Но взгляд то и дело выхватывал из смазанного дождем мелькания домов какие-то кусочки: в этом доме сидело за низким столом целое семейство, а в том — обнималась какая-то парочка, в третьем — встречали кого-то, снимали промокшую куртку, укутывали одеялом…       Я хотел побыстрее в тепло, но когда слишком чего-то хочешь — Артанэ любит щелкать по носу, мол, не забывай, кто здесь все решает. Ливень стоял сплошной стеной, все вокруг смазывалось, и в какой-то момент я свернул не туда. Дорогу спросить было не у кого, и я еще с полчаса плутал по узким извилистым улочкам, пока не выбрался, наконец, к дому Лиэсса, продрогший до костей.       Ключ ждал на обычном месте. Я кое-как достал его онемевшими от холодной воды пальцами, открыл калитку, запер за собой. Наверное, Лиэсс уже спит… Ладно. Не буду будить.       Я осторожно прошел в спальню и замер. На столе тлела свеча, а на кровати спал, свернувшись клубком, Лиэсс. И что делать, не будить же?.. Зачем он здесь лег, а не в той своей комнате?       Впрочем, неважно, я могу и на полу поспать одну ночь. Главное — избавиться, наконец, от этого куска сплошной воды на мне. И рубашка, и штаны были безнадежно грязны. Отстирывать долго придется.       Ежась от холода, я стянул мокрое, бросил на пол. Схватился за чистую одежду. И уловил чужие эмоции — тепло, интерес, легкая смешинка… Я оглянулся. Так и есть. Лиэсс проснулся и лежал на кровати, щурясь и наблюдая за мной.       — Ты поздно, я ждал тебя раньше, Рэй. Решил ждать тут, на случай, если усну.       — Извини, не хотел будить. Да ты спи, я на полу лягу…       Он рассмеялся и вскочил с кровати. Схватил с нее плед, который обнимал во сне, бесцеремонно накинул мне его на плечи.       — Оставь в покое штаны, потом наденешь. Кутайся и пошли, чай ждет.       В кухне на теплой еще печи стоял чайник, на столе — чашки. Лиэсс и впрямь ждал меня. Эта мысль вызвала невольную улыбку.       — Сейчас заварю, посиди пока…       Я сел на скамью, кутаясь в плед. Все еще немного трясло от холода. Наконец-то тепло…       Тепло. Темнота. Теплые руки…       — Проснись, Рэй…       Я вскинулся и уставился на Лиэсса.       — Ты задремал, — улыбнулся он. — Давай пить чай, а потом спать.       Аромат душицы и мяты разносился по кухне. Лиэсс поставил передо мной чашку с дымящимся чаем и тарелку с хлебом и тонкими ломтями сала, рядом в маленькой глиняной пиалушке ярко пах цветами мед.       Терпкий вкусный чай грел изнутри и унимал мелкую противную дрожь. Все сильнее клонило в сон.       — Рэй? Да ты совсем спишь… давай, я помогу тебе дойти.       Веки слипались от желания спать. Я не запомнил, как мы дошли до комнаты, запомнил только, как меня накрывают одеялом, тепло в голосе Лиэсса, желающего мне светлых снов. И — покой…       

***

      Утром я проснулся в неожиданно хорошем настроении. Было тепло, даже слишком, почти жарко. Оказалось, что я укрыт одеялом и пледом.       Лиэсс уже что-то готовил на кухне. И как он умудряется вставать порой раньше меня? У нас бы одобрили эту привычку, долго спать не приветствовалось…       Зайдя, я задумчиво посмотрел на его обнаженную спину — от печи шел жар, и Лиэсс стоял в одних штанах. Волосы, собранные в небрежный полураспущенный хвост, прихватывала лента. Под загорелой кожей шевелились лопатки. Он худощавый, весь из жил. Прямо как эльфы.       Лиэсс оглянулся, явно почуяв мой взгляд. Широко улыбнулся.       — Утро доброе, Рэй?       — Пойдет. Вот только…       Я нахмурился и сел на скамью, облокотился на столешницу. Вчерашний вечер обволакивал теплом и уютом, но уже утро… И в это время суток нет места теплу. Так всегда бывает, утро — время разочарований.       Вчера утром здесь же, на кухне, он сказал, что попробует узнать, где девочка. Но вечером мы не поговорили… Значит, придется говорить сейчас, делая утро более холодным, чем оно есть.       Он внимательно посмотрел на меня. Его спокойствие и тепло словно бы померкли.       — Принеси воды, Рэй. Ее совсем мало осталось, на чай не хватит.       Я молча вышел, почти радуясь возможности оттянуть неприятные расспросы.       На улице оказалось холодно, и я зябко поежился, почти бегом спеша к колодцу. Вчерашний ливень оставил за собой размокшую землю и лужи, подернутые первым, еще непрочным, ледком. Я прокрутил ворот, уже привычно набирая воды в ведра. Понес их в дом, стараясь не пролить на доски.       Когда я пришел, Лиэсс сидел за столом, опустив голову на руки. Блюдо с разваренной картошкой стояло на столе, рядом — соленое масло и свежие огурцы. Простая, даже слишком по нашим меркам, еда. Но я уже привык.       Я прошел к высокой, литров на пятьдесят, бадье, поставил ведра на пол и открыл крышку, чтоб налить туда воды. И замер. Бадья оказалась полной до краев. От воды ощутимо веяло холодом — ее натаскали совсем недавно.       — Прости, Рэй… — тихо сказал Лиэсс, не поднимая головы. — Я просто хотел спровадить тебя с кухни ненадолго. Давай… Давай просто поедим. Молча. Все плохие разговоры потом, кухня… не место для них. — Он поднял на меня глаза, и я не нашел, что сказать, просто молча кивнул — слишком много в них было грусти.       Поели в тишине. Лиэсс почти не ел, больше пил чай.       Потом молча прошли в комнату. Лиэсс накинул рубашку, сел на подоконник, вполоборота, прислонившись лбом к стеклу. Помедлив, я сел на кровать.       Через некоторое время я нарушил тишину:       — Так… и что?       Он сказал, все так же глядя в окно:       — Я узнал, кто тот человек.       — Где он живет? — Радость, темная и злая, стуком крови отдалась в моих висках. Еще чуть-чуть!       Он глянул на меня с тревогой. Вскочил с подоконника, шагнул ко мне. Но замер, не дойдя до кровати.       — Рэй… девочки уже нет в его особняке. Все кончилось…       — Что это значит? — я нахмурился. — Он убил ее?       — Скорее всего… Или же просто выгнал. Тело пока не нашли. Рэй… больше нет нужды искать его. Помочь уже некому.       — Значит, тем более нужно убить его, — отрезал я.       — Ее все равно уже нет, Рэй! Она не могла выжить, я знаю… Не лезь. Просто забудь о нем.       Темная радость обернулась злостью, мгновенной и резкой. Я сцепил руки в замок на коленях — слишком сильно, до тошноты, захотелось что-нибудь сломать. Злоба душила изнутри, заполняла чем-то черным и тягучим.       — Да с какой стати?! — мне хотелось заорать, но удалось сдержаться. — Шаен заслужил смерть. И его дружки тоже. Как и полгорода! Ты сам говорил, что Калерна прогнила! Почему ты за них заступаешься, ты же не такой!       Под конец мой голос все же сорвался в крик.       — Ничего не выйдет… — Лиэсс смотрел слишком понимающе. От его взгляда хотелось отвернуться. — Ты не сможешь убить его незаметно. Он занимает слишком высокое положение. Один из Совета и родственник короля… Не надо, Рэй! Ты погубишь себя!       — Адрес! Ты обещал.       Он вдруг подался вперед. Его ноги словно подломились, и он упал на колени прямо передо мной. Схватил меня за руки, заглянул в глаза. Его отчаяние затапливало, мешало думать. Оно смешивалось с моей злобой, и казалось, что я вот-вот задохнусь от дикой, надрывной мешанины.       — Ее будут искать, — умоляюще сказал он. — Как только найдут, мне скажут, и я скажу тебе. Но не ищи его. Не ломай себе жизнь! Прошу тебя.       — Она уже сломана! — я почувствовал, как мучительно кривится мое лицо. — Проклятая Бездна, я и так не живу! Это все — не жизнь, ваш проклятый город и проклятые шаен! Это — не жизнь!       Его руки обжигали мои теплом, и я попытался выдернуть их. Но он не выпустил. Злоба на миг стала особенно яркой.       — Отпусти, или я сломаю тебе руки! — рявкнул я на него.       Он дернулся от моего крика и прикрыл глаза. Но не отпустил.       — Пожалуйста, Рэй… Не хорони себя раньше времени, ведь ты еще жив. Дай богам возможность все наладить. Или судьбе, неважно. Прошу тебя, Рэй…       — Перестань, — сказал я, чувствуя, как поверх злобы на меня накатывает бессилие, тяжкое и мучительное. — Отпусти меня… И скажи адрес.       Он покачал головой.       — Нет, Рэй. Если ты к нему сунешься, ты подставишь меня. И Миэллу. Нас убьют вместе с тобой. Из-за тебя. И главное… — он открыл глаза. Они блестели от подступивших слез, но смотрел он словно мне прямо в душу. — …ты погубишь себя, Рэй. А я… я хочу, чтобы ты жил.       — Это не жизнь, Лиэсс… — говорить под пристальным взглядом зеленых глаз оказалось неожиданно трудно. — Она сломана, я сам сломан, разве ты не видишь?       — Только временно. Ты на коленях, но я чую, что ты еще поднимешься. Поверь мне, Рэй. Я знаю это, — отчаяние, идущее от него, теперь смешивалось с верой в собственные слова.       Я смотрел на него, и с каждым мигом моя решимость таяла. Его глаза, его голос… Они внушали доверие, нет — они заставляли верить ему, верить в каждое его слово.       — Может, однажды у тебя будет возможность его убить, — вдруг тихо добавил он. — Убить безнаказанно. Но не сейчас. Просто подожди, Рэй. И позволь себе жить.       Раздался приглушенный хлопок двери. Миэлла никогда не могла закрыть ее тихо… Лиэсс вздрогнул и сильнее сжал мои руки. Подался вперед, еще ближе ко мне.       — Обещай, что не будешь искать его сейчас. Обещаешь, Рэй? Ат’тэнли аэлна?       Я кивнул, окончательно сдаваясь под его взглядом. Злоба ушла, оставив лишь пустоту.       — Аэлна ат…       Он медленно поднялся с колен, все еще сжимая мои руки.       — Как только я узнаю, что с девочкой, я скажу тебе. И… Наверное, не будем говорить Миэлле?       Я молча кивнул, соглашаясь. Ей это ни к чему.       Лиэсс отпустил мои руки и вышел. На мгновение мне захотелось его остановить. От его присутствия рядом было легче даже сейчас — как будто пустота и горечь разделялись на двоих… Но я только молча прикрыл глаза. Обещание, еще одно обещание. Я сдержу его, но… Но все же надеюсь, что слова Лиэсса сбудутся, и я еще встречу того шаен. И отправлю его в Бездну. Хоть кого-то…