Моё зазеркалье

– Возможно из-за того, что я вырос в другом мире, мои пси-способности проявились немного иначе, – заливал я царевичу, искренне радуясь, что он сам не может проверить достоверность моих слов. А к тому моменту, когда найдется желающий убедиться в их правдивости, я уже успею заготовить «демоверсию». Рассказал, как в учебном центре сразу увидел ауры и потоки в браслетах. – Как только кому-то из учеников меняли серебряный браслет на золотой, тот за короткий срок обучался контролировать пси-способности, – пояснял я детали. – Ну... у вас же там разные браслеты, – не особо верил моим «доказательствам» Александр Иванович. – Всего есть шесть типов браслетов, – решил я просветить царевича. – Полностью блокирующие и неснимаемые; такие же, но с застежкой; малые блокирующие для учеников; обычный браслет пси-опекуна; браслет элитного псионика и малый индивидуальный браслет, дополняющий основной. Обычно их носят наставники. – Костик, который сейчас у отца в фаворитах... – начал царевич и стушевался. – Мы поняли, – кивнул Роман. – У него этих браслетов по десятку на каждой руке. – В них ни капли магии, обычные украшения, – возразил я. – У виконта всего один классический браслет псионика с золотыми вихрями внутри. Посиделки в гостях прошли плодотворно. Я, конечно, наболтал много чего лишнего, но и царевичу дал пищу для размышления. Немного побаивался, как бы мне не прилетело, но ни от царя, ни от наследника в последующие несколько дней известий так и не поступило. Я почти успокоился и решил, что царевич спустил все на тормозах. Да и не до того мне, если честно, было. Сонькина простуда затянулась. Я же, решив наконец посмотреть, чем, собственно, болеет друг, неожиданно обнаружил банальное проклятие. Ух, как Сонька взбесился! Едва с него сняли проклятие, помчался во дворец строчить донос. Правда, непонятно на кого. Но царская служба безопасности обязательно проверит всех, кто находился рядом с телепатом. В очередной раз я попенял на себя. Совсем нюх потерял. Прошел по особняку. Начал, естественно, с мужа. Затем осмотрел Мира и так далее. Но ничего не обнаружил. Даже больных. На будущее решил не терять бдительности. Была же у меня раньше привычка рассматривать ауры всех, кого встречал дома. Потом стал доверять Соньке и его телепатическим способностям. Оказалось, что одно другое не заменяет. Кстати, в клинике я тоже давно не был. И только подумал о ней, как позвонил Филат. – Славка, ты галовизор сегодня смотрел?! – как всегда, без особого почтения к моему титулу начал он. – Некогда мне его смотреть, – ответил я. – Там наш учебный центр показывали! Царь-батюшка отправил трансляторов, троих телепатов и кучу охранников. Там такое было! – зашелся в ликующем вопле Филат. – Телепаты всех наставников за яйца взяли. Восторгу Филата не было предела. Оказывается, нас всех в учебном центре обманывали. Не настолько много вкладывали в наше обучение, как расписали всем непосвященным. Закончив разговор с Филатом, я позвонил Соньке. Тот только буркнул что-то невнятное, пообещав объяснить всё вечером. Уставший и раздражительный Соня приехал как раз перед ужином. Раздражительность Соньки имела простое объяснение – он был не в том виде, чтобы его показывали по галовизору! Соня еще не оправился после проклятия, цвет лица чересчур бледный, волосы не уложены, макияжа ноль. А тут такая засада с трансляторами! – Меня же никто не предупредил, никто слова не сказал! – бесновался Сонька. – Романов, дрянь такая, передал приказ от Ивана Алексеевича и смотался быстрее, чем я в его скудных мозгах пошарил. – Расскажи, что там на самом деле было в учебном центре? – прервал я его стенания. – Передача велась днем, я в это время чертежи моделей самолетов листал. По словам Соньки допрос наставников был коротким. Список интересующих вопросов был подготовлен заранее. Обвиняемым требовалось только подтвердить их или опровергнуть. Возможно, у них была возможность как-то выкрутиться. Но тут сыграло роль присутствие трансляторов. – Согласно царскому указу казначеи пересчитают реальные затраты на каждого ученика, – продолжал Соня. – Передача долгов банкам тоже признана незаконной. Царь распорядился, чтобы центр, читай - Головины, вернул деньги банкам и брал с учеников только сумму, включающую в себя лишь непосредственные расходы на обучение. – И как они вернут банкам такую сумму? – не понял я. – А нечего было покушение на царя устраивать, – откинул со лба прядь Сонька. – Там же разобрались с виновным. Кажется, двоюродный брат главы рода? – припомнил я известные мне подробности. – Не... Иван, пока весь род не изведет, не успокоится. А тут ещё наследник так удачно решил поинтересоваться делами центра. Интересно, от кого он узнал? – игриво стрельнул в меня глазками Сонька из-под челки. Вздохнув, я приоткрыл память, показывая нашу беседу в гостях. Много смотреть Сонька не стал. Уже через несколько минут кивнул, что ему все понятно. Царевич устроил знатную кампанию по проверке учебного центра. Я не ожидал, что он так быстро все закрутит. Или здесь поддержка отца сказывалась? Тот был зол на всех бояр из Думы и Головиных в том числе. Потому и устроил массовую пропаганду про то, как в стране не хватает псиоников, а их гнобят, унижают, «держат в черном теле» и так далее. Новый учебный центр, вернее, школу младших псиоников учредили почти сразу. И о сюрприз! Под покровительством рода Романовых. – Все же быть царским фаворитом выгодно, – заметил я, когда прочитал эту новость в газетах. За что получил от мужа легкий шлепок этой газетой по макушке и полез к мужу заглаживать вину. – Мне никакие цари не нужны, – нашептывал я Роме, расстегивая пуговицы его рубашки. – Давай хоть в спальню переместимся, – простонал муж, когда я добрался до брюк. – Телохранители в дверях стоят. – А если что-то срочное, и войдут? – возразил муж и потащил меня на законное супружеское ложе. В последнее время к нам мог забежать, вернее, ворваться без спроса только Сонька, и я с доводами мужа согласился. Телепат сейчас был одной из самых популярных личностей в столице. И друг всегда спешил поделиться успехами. Как я и обещал, Соньку узнавали, он стал знаменит. Его салон галстуков приносил смехотворный доход, если сравнивать с прибылью от продажи плееров и фотоаппаратов. Но именно этот салон сделал телепата известным. Вдруг сразу и резко все стали носить галстуки. Вообще я не переставал удивляться, как с моим появлением в этом мире столько всего закрутилось. Пусть к технологиям, взятым из мобильного телефона, я имел косвенное отношение, но все остальное лично моя заслуга. Или мне изначально повезло, что я стал супругом графа? И все равно с трудом верилось, что один человек способен устроить столько преобразований в стране. Мало того, ко мне прислушиваются первые люди государства. И не просто прислушиваются, а действуют. Учебный центр, вернее, теперь уже школа младших псиоников тому подтверждение. Это меня беспокоило в том плане, что могут найтись завистники и прислать «пилюлю» в виде проклятия. Сонька так пока и не отыскал, кто его так приложил. Он чуть не по минутам перебрал день накануне получения «привета». Виконта Романова проверили в первую очередь. Говорят, мальчик так обиделся, что царь, заглаживая вину, купил драгоценностей у столичных ювелиров на сто тысяч. Оказался непричастным весь род Романовых. Служба безопасности во дворце свое дело знала. Кристалл с проклятием во дворец пронести невозможно. У нас в особняке Сонька лично всех проверил. Оставалась вероятность получения проклятия в салоне «От Сони». Мы заезжали туда вместе по пути домой. Был ли это случайный посетитель или Соньку поджидали, никто не смог вспомнить. В очередной раз я повздыхал, что в салоне нет записывающей техники. – Так бы промотали запись и просмотрели всех посетителей, – пояснил я мужу удобство камер наблюдения. – Ты знаешь, наши заводские технологи мне уже говорили, что можно использовать фотоаппарат для подобных целей. Конечно, его размер с экраном галовизора не сравнить, но нам же и не нужен такой формат. Экран фотоаппарата действительно был небольшим. Зато распечатать получалось довольно крупные картинки: не сравнить с тем, что раньше имелось у полицейских. Их сканеры были громоздкими, размером в рост человека. А выдавали в итоге портретик три на пять сантиметров в черно-белом варианте. Те немногие сканы, которые я обнаружил у Мирослава в вещах, делались в специальной студии. Чтобы получить скан приходилось несколько секунд сидеть не шевелясь. Неудивительно, что фотоаппараты «Соня» сразу стали популярны. Поскольку зимой в столице организовывали слишком много обязательных мероприятий, я предпочел сбежать в имение. С самого начала зимы наш секретарь только успевал перетасовывать приемы, на которые мы должны сходить, а на какие заглянем чуть позже. А еще званые обеды, визиты во дворец, театр и прочее, прочее, чего я не сильно любил. Лучше уж в имении пересидеть, где нас не достанут. И повод есть достойный – контролируем выпуск царского заказа. Оснащение плеерами полицейских участков шло полным ходом. Теперь все слова свидетелей и обвиняемых записывались. В провинции телепатов не имелось, зато такая подмога оказалась востребованной. Полицейские были довольны. Те, кто оплачивал это «удовольствие» - не очень. Как, впрочем, и подозреваемые. Еще к каждому случаю прилагались десятки фотографий, что тоже стало приятной новинкой для полицейских. В общем, мы с супругом забрали в очередной раз Мира с его воспитательницей и вылетели в имение. Покрытый снегом парк в имении выглядел просто сказочным. Жаль, что Роман, помня, как погибла жена, не позволил нам с Миром кататься на санках. Но мы с удовольствием поиграли в снежки и порезвились во дворе. Естественно, потом дружно выслушали лекцию от Глафиры Семеновны о недостойном поведении молодых виконтов. Отчитывать графа воспитательница не рискнула. На следующий день мы с Романом отправились с проверкой в рабочий поселок. Зимой стройка замерла. Но что-то все равно делалось. Я отметил, что улицы вычищены от снега. Как потом оказалось, это Ермак бдил. Он со скандалом и руганью потребовал на заводе соответствующую технику, и поселок почистили. А тут и граф с проверкой прибыл. Роман выслушал жалобы нескольких женщин на то, что в посёлке нет своего Белого знахаря. До больницы далеко. Зимой возить простывших детей на самобеглой повозке слишком хлопотно. – Для таких случаев нужно закрепить за поселком свой транспорт, – предложил я. – А в идеале иметь поблизости свою больницу. – Слава, столько всего нужно, что я сам не знаю, за что хвататься, – сетовал муж. – Стройка возобновится по весне. Кирпич доставлен, столярный цех уже работает в две смены. Найму целую армию строителей. Фундаменты будущих зданий уже были заложены. Оставалось переждать три-четыре месяца, чтобы продолжить строительство. Из поселка мы сразу двинулись на завод. И, не заходя в здание администрации, Роман припарковал машину возле столовой. Это тоже я посоветовал. Владелец завода никогда не снисходил до проверки места питания. А тут вдруг нагрянул. Перехватили на входе одного из работяг и попросили показать, что и как. – Голубчик, ты уж проследи, чтобы мне положили все то, чем вас кормят, – обратился муж к пойманному парню. Рабочий хоть и робел, но указание выполнил точно. И я, и Роман получили порцию жидкого супа, миску каши, где изредка встречались кусочки сала. Есть это убожество мы не смогли, но попробовали в гробовой тишине под недоумевающие взгляды всех, кто на тот момент был в столовой. Из всего того, что входило в обеденное меню, я посчитал съедобным только хлеб. Он был свежим и вкусным. – В документах это недоразумение оценивают в двадцать грошей, – напомнил я мужу о сумме, удерживаемой из зарплаты рабочих. Хотя открыто об этом и не сообщалось. Формально считалось, что питание на заводе бесплатное. К тому времени, как мы добрались до административного здания, прибежали все мои псионики. – Ну, покажите, что уже умеете, – попросил я парней. – Правду и ложь уже различаете? Псионики дружно закивали головами. – Тогда ставлю перед вами задачу разобраться со столовой. И не просто разобраться, но и зафиксировать показания. Для этого каждому из вас нужно получить личный плеер, мобильник и фотоаппарат с принтером. Я быстро написал нужный документ, отправил парней на склад и последовал в кабинет к мужу. Роман к моему возвращению уже довел управляющего до нервного тика. – Отстань, – махнул я Роману. – Сонька его несколько раз проверял. Он действительно не в курсе, что там накручивают поставщики и персонал столовой. Псионики со всем разберутся. – Мне такой идиот, пусть и честный, на месте управляющего заводом не нужен! – продолжал громыхать муж. – Как будто у тебя имеется другая кандидатура, – попытался я вразумить супруга. – Этот хотя бы в курсе дел. Пошлю своих ребят проверить каждый закоулок на заводе и прислать мне отчет. К тому времени, как Роман закончил «воспитывать» управляющего завода, у псиоников появилась кое-какая информация. Я велел вызывать полицию. Пусть разбираются и проводят прочие мероприятия. У нас других дел хватало. За этот день мы так и не успели дойти ни до конструкторов, ни до технологов. Но и на следующий день Роман начал с поселка. Первым же вопросом было, где дежурный водитель с машиной? – Афанасий Добрыневич оставил в школе мобильник. Если понадобится срочно машина, то позвоним, – сослалась на одного из моих псиоников старшая наставница школы. Роман возражать не стал. Действительно решение разумное. – Ваше Сиятельство, а нельзя ли деткам в школу ту машинку, что музыку играет? – робко попросила женщина, когда мы разобрались с транспортом. – Отчего до сих пор не оснастили школу плеерами? – тут же возмутился муж. Пока он опять не начал бушевать, я позвонил на завод Ермаку и пояснил, что еще нужно. – Вячеслав Варлаамович, мне без вашего письменного разрешения ничего на складе не дадут, – услышал я логичный ответ от псионика. – Хорошо, сейчас подъеду и подготовлю для тебя соответствующий документ, – пообещал я. Из шести псиоников Ермак оказался самым образованным и смышленым. До того как попасть в учебный центр, он имел неплохую работу на одном из заводов царевича. Потом произошел несчастный случай, из-за которого парень обрел пси-способности и попал не только в учебный центр, но и в долговую кабалу. Управляющему завода я еще раз довел информацию о полномочиях администраторов. А также выдал разрешение Ермаку на получение со склада любой продукции, которую он посчитает нужным. Ермак тут же напомнил, что Афанасий отдал свой мобильник в школу, и нужно бы его обеспечить новым. Роман пошел к конструкторам, а я остался проводить инструктаж своим парням. – Вы обязаны отслеживать возможные проклятия, проверять правдивость персонала. В идеале мне бы хотелось, чтобы вы лично ездили к поставщикам и проверяли товар еще до того, как его отгрузят нам на завод. – Некоторые поставщики с Урала, – напомнил Ермак. – А у тебя имеется дирижабль. Бери и лети. В очередной раз я ввел псиоников в глубокий ступор. Никак они не поймут, насколько огромные полномочия получили. Наконец, уверившись, что псионики меня поняли и не подведут, я отправился искать мужа.