Моё зазеркалье

Бал царских невест ждали с нетерпением не только сами невесты, но и половина страны. Холостой царь - это нестабильная страна без наследника. Бояре и прочий родовитый люд мечтали устроить выгодные партии дочерям и получить больше власти. Только мы с Романом были в курсе того, что интриги как таковой не будет. Я занимался планированием съемок. Все камеры имели теперь жесткое крепление к штативу. До бала я успел поднатаскать выданных мне государем операторов. За час до открытия бала Соньке и Костику были выданы фото. Парни должны будут отыскать девиц и пристроиться неподалеку. Операторы и сам царь будут ориентироваться на телепата и псионика. В общем, режиссировать и давать указания я собирался по ходу дела. Главное, чтобы родственники невест ничего не устроили. Царские смотрины хоть и назывались балом, но формально им не были. Вместить такую толпу не мог ни один из дворцовых залов. Потому в парке было установлено несколько павильонов. В каждом должно присутствовать около сотни девиц. Все сопровождающие обязаны стоять за пределами павильонов. Даже не представляю, как бы Александр Иванович кого-то выбирал, не посоветуй я ему заранее с анкетами. Все невесты заходили в произвольном порядке. Они сами выбирали, куда им пойти и где встать. В каждом павильоне имелись музыкальный плеер, столы с напитками и сладкими угощениями. Также имелись диваны и кресла для тех, кто устанет ждать. Распорядители следили за тем, чтобы количество кандидаток в каждом павильоне оказалось примерно равным. Наша команда сильно волновалась. Мы боялись пропустить избранниц, боялись не узнать, опоздать, да что угодно! Такая ответственность и такая секретность, что было отчего нервничать. Конечно, время и номер павильонов, в которые положено заходить, были указаны на пропусках. Но оставались опасения, что мы не узнаем девушек в лицо. Сонька с Костиком в форме телохранителей встали прямо за спинами проверяющих пропуска, чтобы ещё и имя услышать. Баронессу Елисееву мы узнали все сразу и безоговорочно. Костик отправился за ней следом, а Соня продолжал ждать. Дарья Наумова в сопровождении отца прибыла в точно указанное время. Вот ее я бы мог и не узнать. От фотографии девушка отличалась пусть и не сильно, но не в лучшую сторону. Позировала она для анкеты в наиболее удачном для себя ракурсе, когда ее снимали чуть снизу. Сейчас же было видно, что носик у представительницы боярского рода немного длинноват, а кожа лица не настолько идеальна. Но Сонька все равно последовал за кандидаткой. Через час павильоны были заполнены нервными девицами в праздничных нарядах, родственники топтали траву за их пределами, слуги сновали по тропинкам, выспрашивая, не нужно ли чего и не стало ли кому плохо. А операторы снимали с разных ракурсов это знаменательное событие. Наконец распорядитель объявил, что царь начал обход, и девицы дружно загомонили. Ауры поголовно у всех выражали крайнюю степень волнения. Псионики бдительно следили, чтобы не проявилось агрессии или злобы. Я, пользуясь тем, что тоже имел браслет, подошёл вплотную к павильону номер семь. Ориентировался на спину Костика. Надеюсь, оператор тоже его не пропустил, заодно в кадр попадет и баронесса. Потом для широкой публики подадим как чисто случайную запись. Тем более что сделать это нетрудно. Оператор на самом деле не знает, почему его поставили снимать именно тут. Трансляторы на галовизоры вообще выдавали крупный план, расположившись на входе в павильон. Девушки выстроились по периметру и ожидали появления царя. На всякий случай Роман позвонил Александру Ивановичу и доложил: «Седьмой павильон, тридцать шестая в строю слева баронесса Елисеева». Ждать нам пришлось почти час. Невольно я посочувствовал девушкам. Столько времени стоять, да еще нервничая, не каждая выдержит, но, похоже, тут собрались самые упорные. Наконец зашел царь. Как и положено государю, немного высокомерно и отстраненно, как будто это не он сейчас выбирает будущую жену. Царь громко поприветствовал всех, поблагодарил, что прибыли на смотрины. – Памятные сувениры и видеозаписи этого события вам пришлют каждой независимо от моего выбора, – улыбнулся по-доброму государь. – Вы же понимаете, что вас тысяча, а выбрать я могу только одну. Девицы полыхали румянцем и аурой волнения, робко поглядывали на царя и продолжали ждать, пока он закончит обход. – Прямо как на рынке лошадь выбирает, – не смог сдержаться я. – Тише, – легонько стукнул меня по спине муж. Царь тем временем закончил обход и вышел наружу. Поскольку у летнего павильона были только стойки и полотняная крыша, то все зрители могли наблюдать происходящее внутри. Но и царю были видны гости. – О! Граф Вязов, и вы здесь? – вполне натурально продемонстрировал удивление Александр Иванович. – Ваша родовая интуиция подсказывает, что моя невеста в этом павильоне? Роман такой подставы не ожидал и промычал нечто невнятное. – Тогда попрошу девушек из седьмого не расходиться до конца смотрин. Царский «спектакль» по поиску невесты продолжился через час. Девицы к тому времени только что не истерили. Но к появлению царя снова выстроились по периметру. При этом немного перемешались и изменили тот порядок, что был ранее. Вера Елисеева теперь стояла почти возле входа. Только царь начал движение с другой стороны. Костику пришлось оббежать вокруг всей толпы родственников стоящих у павильона, чтобы встать условно позади баронессы. Вместе с Костиком и оператор начал плавно смещаться. Получилось действительно реалистично. Царь немного растерялся, не найдя своего ориентира в лице псионика. Потому он оглядывался и искал, как казалось посторонним зрителям, искал будущую царицу. Костик наконец занял свое место, оператор напротив него, продолжая съемку. Государь успокоился. Вышел в центр павильона и громко объявил: – Всем спасибо. Я сделал свой выбор. О нём объявят завтра в двенадцать часов пополудни. Девицы недовольно загомонили, озираясь по сторонам. Мол, как это выбор сделан, а претендентка не названа? Царь же покинул павильон. Даже головы не повернул в сторону молоденькой баронессы. А девочка, между прочим, расстроилась. Появившийся распорядитель попросил пока не покидать павильон, чтобы не возникла толчея. Вначале из парка выйдут девушки и их родственники из первого павильона, затем из второго и так далее. Я же названивал Соньке и ещё двум операторам. Пусть снимают, как Елисеева волнуется, а потом бредет на выход вся такая печальная. – Семён, попробуй сделать крупный план той девушки, рядом с которой стоит виконт Романов, так, чтобы показать глаза. Кажется, они полны слез, – руководил я операторами. Роман предусмотрительно ни к кому подходить не стал. Все помнят об интуиции министра. Вдруг решат, что он подтасовал выбор царя? Не нужно нам такого. Утомились на этих смотринах все. Покинуть дворец у нас получилось лишь в глубоких сумерках. Кандидатки заполнили павильоны в течение часа, а покидали его часа три, не меньше. Слуги сопровождали девушек партиями до туалетов, кому-то все же стало плохо, кто-то испортил наряд и закатил истерику. В целом, нормальное такое мероприятие при участии большого числа девиц. Позвонить Елисеевым личный помощник царя должен будет утром. В полдень объявят о выборе. И еще через день состоится бал в честь помолвки государя. Мне до этого времени нужно успеть отобрать кадры и скомпоновать из них приемлемую версию фильма. Технологи с оборудованием уже дожидались в мастерских нашего особняка. Без лишней скромности могу сказать, что получилось изумительно. Я ещё сумел наложить звучание Венского вальса. Первые две минуты фильма показывали прибытие невест во дворец под музыку моего мира. Баронесса Елисеева только мелькнула на заднем плане. Затем оператор начал снимать девушек в павильоне. Следя за Костиком, он обошел всех по кругу и занял позицию напротив псионика. Камера располагалась так, что баронесса попадала в нее, но была больше к левому краю экрана. Вначале все увидели, что царь ни на ком не заострил внимания. Зато, когда он снова вернулся в павильон, камера показала, что государь ищет, ищет... и вдруг в его глазах мелькает «огонь любви», как назовут позже журналисты это событие. Но невеста ещё не объявлена. Грустная Вера Елисеева стоит чуть в стороне. Прекрасные очи наполнены слезами, но она сдерживает себя. И потом идет на выход с гордо поднятой головой. Александру Ивановичу фильм понравился. – Хороша девка, хороша, – разглядывал он на стоп-кадре Веру. – И ведь расстроилась как! Мне доложили, что были и такие, которых родственники силой погнали на смотрины. – Да неужели? – не поверил я. – Кто-то не захотел стать царицей? – Были такие, у кого там любовь... – сделал неопределенный жест рукой царь. – Главное, моя матушка успокоится. Царица с дочерьми мероприятие, устроенное в парке, не посетила, чтобы не смущать ещё больше претенденток. Зато уже атаковали царя с требованием объяснить, как он смог так быстро выбрать невесту. А тут я такой пусть и документальный, но лиричный фильм предоставил. – На помолвке тоже операторами руководи, – пожелал напоследок царь и распрощался. О царской помолвке в столице не говорил только немой или глухой. Мне повезло, что все слуги в особняке уже посмотрели этот фильм и прониклись. – Вот оно как бывает, – вздыхал Фёдор, собирая меня на бал. – И рода баронесса захудалого, и не столичная, а ежели душа пожелала... Бояре по поводу выбора царя так добродушно настроены не были. Открыто протест, конечно, не заявляли, но их ауры показывали такое, что число телохранителей решили удвоить. Краем уха я подслушивал совсем нелестные отзывы: – Да у неё и магии, наверное, нет... – Выбралась из леса выскочка... – На молодую повелся, говорила же, и нашу Фроську нужно было на смотрины. А ты: «Ей только пятнадцать, только пятнадцать...» – пеняла мужу очередная боярыня. Роман тоже бдительности не терял, заверяя службу безопасности, что помолвка пройдет без эксцессов. Жаль, что успокоить саму баронессу муж не мог. Когда в зале появились Елисеевы, сразу стало тихо. Бедная девочка медленно шла по залу. – И куда это годится? Не царица. Нет... – продолжались зловредные шепотки. Костик с Сонькой тем временем переместились поближе к семейству с невестой. Телепат, как всегда, хотел узнать первым, кто и о чём думает. Я тоже решил немного если не похулиганить, то просто собрать досье. Висящий у меня на боку плеер был давно на записи. Все злопыхательства записывались. А один из операторов снимал то, на что я показывал. Мы отрепетировали несколько условных жестов. Так что я потом только наложу на кадры слова тех, кто сейчас так неосторожно высказывался. Вот такой я коварный. Впрочем, до Соньки мне далеко. Тот уже наверняка настучал царю, и для него мнение бояр сюрпризом не будет. Сам государь появился в сопровождении царицы-матушки. Сестры пристроились на шаг позади. Царица сказала короткую речь, государь обратился к родителям невесты, те дали согласие. Ручку своей нареченной государь облобызал и надел перстенек. Тут же подошёл секретарь с документами. Громко зачитал и попросил ближайших родственников и доверенных лиц поставить подпись, подтверждающую о том, что помолвка свершилась. Свадьбу назначили на первое мая или, как здесь говорят, травеня. Дальше были обычные танцы. Мы с мужем в последнее время нередко танцуем. Глафира Семёновна от меня не отстала и добилась того, что я стал приемлемо двигаться под музыку. Мне же танцевать с любимым очень даже нравилось. Был в этом какой-то экстрим. Огромный зал, сотни людей вокруг, а мы прижимаемся друг к другу телами в самых, так сказать, пикантных местах, и плевать на всех и на всё. Пока звучит музыка, я вижу и чувствую только Романа, а он меня. Через несколько дней после бала невест нас ждало приглашение на свадьбу барона Демидова и Матвея. Я по этому поводу уже слышал сплетни. В смысле, министру и графу, обласканному вниманием царя, не пристало опускаться до визитов к барону. Мне на эти мнения было наплевать. Мужу тем более. Но, как потом оказалось, Матвей, простая душа, отправил приглашение и царю! Секретарь, не зная, как поступить от такой наглости, продемонстрировал карточку государю. А тот возьми и согласись. Вначале подарок отправил – машину Александровского завода. Потом и сам заявился, шокировав немногочисленных гостей. Как-то все уже начали забывать, что Матвей заслонил царя от пуль. На приеме было много народа, и только Матвей среагировал, как нужно. Конечно, псионик видел в ауре тех людей желание убивать, но все равно его никто не заставлял рисковать собой. Царь по-прежнему испытывал благодарность к парнишке. В свадебном наряде Матвей выглядел ослепительно. Я привел с собой одного из операторов. Заодно видеокамеру в подарок приготовил. Роман поздравил своего зама с удачной женитьбой, вздохнул и пообещал две недели отпуска. Тут, правда, влез Сонька и напомнил, что отпуск отпуском, но срыв поставок чернил для принтеров недопустим. – Я поменял управляющего, такого больше не повторится, – пообещал барон. Царь посетил только торжественную часть и вскоре откланялся, пожелав счастья молодоженам. Мы же веселились до утра. Сколько выпили, я и не вспомню. Хорошо, что нас всегда сопровождают телохранители, они и принесли мою тушку в родную спальню. Раздевал меня, кажется, Фёдор. Он же и отпаивал нас с мужем, когда мы проснулись. Ворчал, как обычно, но своё дело знал. Настойка имела мятный привкус, и голове сразу полегчало. Я даже начал припоминать фрагменты того веселья. Хорошо, что я убрал оператора сразу, как только царь уехал, а то бы он такого наснимал! Самому стыдно. – Слава, я тебя, конечно, люблю, – пробормотал где-то за спиной муж, – но ты больше не пой песни при людях. – А еще лучше не пить столько, – согласился я. – И купание в фонтане под конец было лишним. – Ты какой-то дайвинг-клуб обещал открыть, – вспомнил еще что-то муж. – А почему меня все называли Золотым виконтом? – всплыло у меня еще кое-что из памяти. – Это известная сплетня в столице. Считается, что всё, к чему ты прикасаешься, начинает приносить доход, золото. Потому столько бояр возжелали с тобой сотрудничать, мой Золотой Виконт, – с этими словами муж перевернул меня на спину и недвусмысленно потерся стояком. Дальше мне все эти московские сплетни стали неинтересны.