Цена твоего дыхания

       Небо было необычайно чистым и светлым. В Англии такое бывает крайне редко, тем более в середине октября. Солнце щедро одаривало всех теплом и светом, а ветер - свежестью и приятной прохладой. Всё радовалось жизни. Сам мир цвёл... Казалось бы... Но, на самом деле, это было затишье перед бурей, перед войной. Скоро Магическая Британия вновь окунётся в хаос, снова будет куча ненужных бессмысленных смертей... Столько крови... Кажется, природа спешит дать как можно больше тем, кто не доживёт до следующей весны, природа вообще милосердна.       Но Гарри Поттер не обращал ни на что внимания. Ни на дары мира, ни на скорую резню. Ему было всё равно. Вот уже три недели он просто не замечает того, что происходит вокруг. Он абстрагировался от мира. Почему? Всё просто. Гарри Поттер медленно, но верно умирает.        Первый приступ случился четыре недели назад, после чего перепуганные друзья доставили Героя в Мунго. И там-то был объявлен страшный диагноз. Всего, конечно, гриффиндорец не понял, но основная мысль в том, что он будет медленно и мучительно умирать в течение этого года, настолько, что милосерднее было бы убить мальчишку сейчас, чтоб не мучился. Но почему-то ни у кого не поднялась палочка, чтобы оборвать жизнь Золотому Мальчику. И Гарри их понимал. Понимал, как никто, ведь сам он себя убить не может. И это не страх перед смертью, нет, о чём вы? Это банальное желание жить. Вдруг Поттер подумал, что его жизнь крайне скудная, он мало где бывал, мало чем интересовался, за семнадцать лет жизни у него не было каких-то ярких позитивных эмоций и опыта. И парень вдруг пожалел, что просто не послал это чёртово пророчество, вместе с Дамблдором и Волан-де-Мортом, к Мерлину, и не отправился куда-нибудь к морю. Гарри вдруг подумал, что он никогда не видел моря...        Друзья как-то разом отдалились. Собственно, об этом Герой не переживал вовсе, есть ли рядом кто-то или нет, какая разница? Да и сейчас, глядя на эту "дружбу" с другого ракурса, Гарри стал многое понимать... Но и это не важно. Важно то, что сейчас Поттер сидел на скамейке на обрыве какого-то утёса и всё ещё дышал, просто дышал. В любой момент может случиться очередной приступ и он уже, возможно, не оклемается.        Вдруг тишину разрушили хлопки аппарации. Поттер медленно обернулся: позади стояло около десятка человек в темных мантиях и масках - Пожиратели Смерти, и змеевидный монстр - Лорд Волан-де-Морт. Вдруг парень тихо рассмеялся, да так заливисто, почти истерично. Если подумать, то именно Лорд был с ним предельно честен, он не скрывал своей ненависти и жажды убийства. Пожиратели тоже никогда не притворялись. Да и сделали бы Тёмные то, что сотворили с ним Светлые? Почему-то Гарри был уверен - нет. — Что с тобой, мальчишка? Ополоумел от страха? — вдруг раздался холодный голос. Удивительно, но шипящие змеиные нотки почти отсутствовали в этом звуке, не то, что когда он только воскрес. — Ты пришёл меня убить, да? — совершенно спокойно спросил Гарри, игнорируя сарказм своего... Кого? Врага? Соперника? Такую же жертву светлой стороны?        Волан-де-Морт скривился. Он отчетливо слышал в голосе проблеск надежды (?!), чёртов Поттер хочет (?!), чтобы он, Волан-де-Морт, его, Поттера, убил? Где подвох? — Схватить мальчишку, — приказал Лорд Судеб.        И вот, что интересно, Избранный даже не сопротивлялся. Он безропотно позволил себя связать и аппарировать.        Малфой-мэнор встретил юного Героя своей мрачностью, холодностью и дороговизной, хоть и не чрезмерной. Поттер покрутил головой, всего на секунду, зелёные глаза вспыхнули любопытством, но почти в ту же секунду погасли. Его достаточно грубо протащили в какой-то зал, приложив при этом головой об какой-то косяк. Из раны мгновенно потекла неестественно тёмно-красная кровь. — Гарри Поттер... — сказал Волан-де-Морт и сделал устрашающую паузу. — Да? Ты что-то хотел, Волан-де-Морт?        Снова совершенно спокойно. Поттер устрашаться не желает. Реддл посмотрел на мальчишку внимательнее, чего-то не хватает в его враге. Вот только чего? — Как ты смеешь, мерзкий мальчишка, называть Повелителя по имени!? — истерично воскликнула Беллатриса. — О чём вы, миссис Лестрейдж? Я не назвал его по имени, лишь этой стремной языко-выворачивающей кличкой, которую придумал подросток с синдромом восьмиклассника. — Поттер! — прорычал тот, о ком говорили эти двое. — Да? — и он посмотрел сильнейшему Тёмному Магу столетия в глаза.        Вот! Он понял чего не хватает! Ненависти! От Поттера не фонит диким желанием мести, нет злобы, раздражения, презрения. Только спокойствие. Волан-де-Морт и сам не понял, когда поднял палочку и запустил невербальным Круциатусом в мальчишку, лишь бы разрушить это спокойствие, сломать стену отчуждённости, фальши.        Мальчишка упал на пол, но не издал ни звука. Он лежал без движений, просто ожидая, когда боль закончится. Лорд снял заклятия и стал ожидать, когда мальчишка встанет. Хотел увидеть пламя ненависти в глазах, ну или раздражение, на худой конец. Да хоть страх, но не это раздражающее безразличие. — Это больно... — почти обиженно пробормотал он. И поднял всё те же СПОКОЙНЫЕ зелёные глаза. — Зачем ты это сделал?        Таких вопросов Реддлу ещё никто не задавал. Поэтому Том даже растерялся, немного. — Захотелось. — Тебе нравится причинять боль людям? Значит ты садист!? — глаза мальчишки вдруг засветились любопытством.        А Псы вместе со своим Повелителем просто выпали в осадок. — Значит эта часть твоей биографии правда, они не соврали... Хм... — В смысле? — Ну, то, что ты неуравновешенный садист-психопат, который всех, кто попадется под горячую руку, расчленяет на обеденном столе и скармливает огромной змее, — охотно поделился информацией парень.        В комнате повисла напряженная тишина. Все ждали Аваду, ну или, на крайний случай, Круциатус. Но Лорд сидел в таком афиге, что даже забыл про наказание за дерзость. Просто Поттер говорил это всё таким уверенно-наивным тоном, что даже мысли не возникает, что он лжёт.        Не выдержав, Реддл попытался аккуратно залезть в голову мальчишки.        "Если я сопру этот шикарный ковёр, который напоминает шкуру белого медведя, они очень расстроятся? Хм, а они согласятся мне его продать? Интересно, он дорого стоит? Мне денег хватит? А если нет, то всё-таки сопру. Так и напишу в предсмертной записке: "Постелите этот ковёр мне в гроб". Гоблинам напишу. Они за золото не то, что коврик постелить, они мне туда свет, газ, воду проведут. Коврик..."        Вот такие мысли были у очкарика в голове. Посмотрев на Малфоев, потом на Поттера, который косит глаз на ковёр, рискуя заработать косоглазие, и фыркнул. Поттер совершенно не испытывал негативных эмоций. Если, конечно, план, по "заимствованию" малфоевского ковра, не считается негативной мыслью. А ещё Гарри было грустно. Совсем чуть-чуть, возможно, парень и сам этого не замечал, но вот Лорд почувствовал. И эта грусть, что удивительно, не была связана с ним. — Кто вёл Поттера? — вдруг спросил Волан-де-Морт. Вперёд сделал шаг Кэрроу. — Я, мой Лорд. — Круцио. Ты чёртов придурок, чем думал, когда сшибал головой этого гриффиндорца все углы в поместье? Он же остаток мозгов растерял! Весь бред несёт. — Эй, у меня есть мозги! — Заткнись, Поттер.        Глаза мальчишки наконец сверкнули злостью, совсем ненадолго, потом они снова погасли, будто бы маленький огонёк под струей воды. Мальчишка пожал плечами и отвернулся. Заткнись, так, заткнись, не очень-то и хотелось.        Потом Волан-де-Морт рассказывал о прилюдной казни, в Косом Переулке. Парень медленно кивал, думая о чём-то своём. И вдруг выдал, то чего от другого нормального человека, которому рассказывают о его скорой смерти, совсем не ожидаешь: — А коврик мне вот этот можно?        И тут Тёмный Лорд не выдержал. Он громко и заливисто захохотал. По-другому на шизанутого Поттера просто не отреагируешь. Ему тут про смерть и порабощение мира, а он про ковёр. — Люциус, уведи мальчишку. В подземелье.        Пожиратель кинулся исполнять приказ. Никому не хочется получить Круциатус для ускорения. Но у самой двери Поттер вдруг обернулся, сбросил магические путы и бросил что-то Волан-де-Морту, тот на автомате поймал. — Вот, снял с одной жабы. Лучше за такими вещами смотреть надо. И как ни в чём не бывало, вышел в коридор впереди Люциуса. Оставив офигевшего Тома Реддла с МЕДАЛЬОНОМ СЛИЗЕРИНА в руках. ***        Гроза Британии несся по мэнору пыхтя от злости. Как у мальчишки оказался его КРЕСТРАЖ!? После того, как Тёмный Лорд пришёл в себя, то помчался разбираться. Пришел в себя он, кстати, далеко не сразу.        И вот он уже в подземельях, подходит к камере мальчишки и что видит? Этот наглец СПИТ!        Реддл подошёл к лежанке, на которой спал...ребёнок. Да, Поттер сейчас походил на беззащитного несчастного ребёнка. И с ним Волан-де-Морт боролся? Глупо...        Лицо мальчишки было расслабленным и таким печальным. Между бровей залегла тень упрямой морщинки, казалось, что Гарри принял что-то, но не смирился. Но сил на упрямство становится всё меньше... Сам не осознавая, что делает, Том протянул к парню руку. Тонкие белые пальцы остановились в миллиметре от лица. Во сне Поттер схватил руку своего как бы врага и начал бормотать что-то неразборчиво, но отчаянно. Лорд попытался вытащить руку, но чёртов Поттер вцепился мёртвой хваткой, его бормотание становилось громче и разборчивее, а под конец превратились в мольбы: — Не уходи... Останься со мной, прошу... Пожалуйста...        Наверное Поттеру снился кто-то важный, дорогой... Наверное, ему очень одиноко, раз он принял Тёмного Лорда за кого-то...другого...        Откуда же Волан-де-Морту было знать, что в этот момент глупому Поттеру снился он сам. В этом сне вязком как болотная тина, в абсолютной темноте, Гарри оставался совсем один, Том уходил. Гарри было страшно оставаться одному, но здесь все ещё был Лорд не только наяву, но и во сне... Он уходил... Оставлял Гарри одного...        Вдруг Поттер резко открыл глаза, в них всё ещё плескался страх ото сна. А увидев перед собой того, в ком видел своё спасение в мире сновидений, подскочил и обхватил его руками. Чтобы не ушёл. Только бы не оставил одного в темноте, в этой мерзкой вязкой темноте.        Реддл таких жарких, да о чём мы вообще, он никаких объятий не ждал. Мальчишка вцепился в него как в последний оплот надежды. Совершенно открыто и так доверчиво. Какой раз за этот день этому ушибленному на голову гриффиндорцу удалось вывести Тёмного Лорда из душевного равновесия. Удивление было настолько сильным, что Том даже не возмутился, когда его кто-то коснулся. Пожиратели за такую вольность поймали бы Аваду мгновенно. Но Поттер... Согласитесь, это очень неожиданно, когда твой враг вдруг пылко и крепко обнимает вас. Тут даже Тёмные Лорды выбиваются из колеи.        Гарри было тепло. И впервые за несколько недель, а, возможно, и за всю жизнь, спокойно. Под щекой билось сердце, так быстро, тук-тук, человек рядом с ним по настоящему живой, тёплый, настоящий... Вдруг Поттер ощутил, что его уже начавшее подшаливать, как впрочем, и все другие органы в теле, сердце застучало так же энергично, в такт с НИМ. Поттер вдруг почувствовал себя живым. Также, как раньше, а может и ещё живее. — Поттер... — позвал Лорд, отцепить мальчишку самостоятельно он не смог бы, наверное, даже с помощью магии. Настолько хватка была отчаянной. Никакой реакции...— Гарри... — чуть мягче позвал он. — Ещё чуть-чуть. Совсем немного и я отпущу. Правда. Ещё немного... — послышался бубнёж парня.        Лорд схватил его за плечи и попытался отстранить. Какой там. Поттер задрожал и сжал Лорда так, что стало трудно дышать. Но Том не смог бы стать тем, кем является, если бы не упрямство, которое не каждому безумному гриффиндорцу уступит. Поэтому, приложив таки титанические усилия, он отодвинул Гарри. Недалеко... Тот всё ещё цеплялся за его мантию.        И вдруг в зелёных глазах, напоминающих так горячо любимое Лордом убивающее заклятие, Тёмный заметил слёзы. Всё, он окончательно перестал понимать, что творится в голове этого Избранного. Почему всем достаются нормальные Герои, а ему вот это? Ведь этот мальчишка вдруг оказался таким интересным...        В тот день Лорд так и не узнал, откуда у парня крестраж. Как только очкарик отцепился, Том постарался быстрее покинуть его общество. Во избежание так сказать. Нет, ненормальный Герой это что-то с чем-то.