В западне

Hey come here, let me look at you Your virgin eyes, they are so blue Doesn’t anyone take care of you, Little boy? Where’s your mommy, is she out again? No doubt, she’s got a pen, Crossing numbers of a card This world it’s got no heroes Where it’s going all but he knows This world is sunshine through the lay Geordie – «Little Boy»

Год назад. В Истаде проходила ежегодная пасхальная ярмарка. Радуясь первому весеннему солнышку, горожане выбирались на центральную площадь, довольно щурясь под ласковыми лучами и наслаждаясь долгожданным теплом. Тут и там мелькали знакомые лица, люди приветствовали молодого полицейского, желая ему хорошего отдыха. Только вот Магнус был не на отдыхе, он дежурил. Как обычно, взял смену в выходной, когда остальные его коллеги старались всеми правдами и неправдами откреститься от работы в праздничный день. Но Мартинссон был только рад такому стечению обстоятельств, лишние деньги ему не помешают. Он внимательно осматривал прогуливающихся горожан, с некой затаенной тоской наблюдая за семейными парами с гомонящими детьми. Беззаботные, они неприятно резонировали с его собственным настроением. Взгляд его уткнулся в пухленького малыша в голубой коляске, он протягивал крошечные ручки, и его смеющаяся мать торжественно вручила ему большой разноцветный леденец на палочке. Мальчик довольно угукнул, и лакомство тут же полетело на мостовую и непременно упало бы, не подхвати его вовремя инспектор. Молодая мамаша тут же рассыпалась в благодарностях, Магнус же не преминул сообщить, какой милый у нее сын, за что его тоже попытались угостить леденцами. Представив себе, как грозный полицейский будет смотреться с ярким леденцом, Мартинссон с трудом, но все же отбился от излишне эмоциональной мамочки. Хотелось есть и мужчина не смог устоять перед кондитерской лавкой и купил себе сдобный крендель с корицей. Он уже собирался вонзить зубы в свой скудный обед, как почувствовал, что в его карман пробирается чья-то ладошка. Реакцию полицейского нетрудно было предугадать, и вот уже через секунду он вцепился в тоненькое запястье уличного мальчишки. Тощий, бледный, с россыпью веснушек на длинном носу – обычная, в общем-то, внешность, если бы не глаза – огромные, удивительного прозрачно-зеленого оттенка, которые взирали на Магнуса без малейшего признака испуга, даже наоборот, дерзко и вызывающе, будто говоря «Ну, поймал ты меня, и что дальше?». Ко всему этому нахальный воришка еще посмел нагло ухмыльнуться, тем самым определяя свою дальнейшую судьбу на ближайшие сутки. «Посидит в камере, подумает дважды, прежде чем по карманам лазить», - решил Мартинссон, застегивая браслеты наручников на руках мальчишки. Тот сразу как-то сник, то ли признавая свое поражение, то ли просто притворяясь. *** В участке кроме скучающего дежурного офицера никого не было. Еще бы – все наслаждались долгожданным праздничным днем. Отведя парнишку в допросную, Магнус уселся напротив и принялся изучать свою «добычу». Симпатичный парнишка, невысокий, едва ли достанет до плеча самому Мартинссону, очень изящный, даже, пожалуй, слишком уж худой. Если постарается, сможет просунуть кисти рук через браслеты, болтающиеся на косточках. Да и сами руки маленькие, с тонкими пальцами, такими только по карманам и шуршать. Черные джинсы, черная водолазка, черный же дутый жилет – карманник, похоже, редкий мерзляк, даже шапочку натянул аж на лоб, несмотря на довольно теплую погоду. На вид пареньку было лет четырнадцать-пятнадцать – не больше. «И что мне с тобой делать?» - подумал Мартинссон и потянулся через стол, чтобы снять наручники, негоже ребенка закованным держать. Но не успел инспектор коснуться цепи, как мальчишка каким-то неуловимо плавным движением отстранился и волком глянул на него. - Эй, ты чего? – удивился Магнус, - я только наручники сниму. Воришка недобро зыркнул на полицейского и вытянул перед собой руки. Прежде чем он сжал пальцы в кулаки, Магнус успел заметить, как подрагивают кончики. «Неужели никогда не арестовывали?» - заметил про себя Мартинссон, расстегивая наручники. - Ты немой что ли? Ни слова не сказал еще. - Не о чем мне с вами разговаривать, - почти прошептал мальчишка. - Хорошо, - согласился Магнус, открывая блокнот. – Зовут-то тебя как? - Алекс, - прохрипел воришка. - А с голосом что? - Простудился. Магнус кивнул, теперь понятно, почему пацан так тепло одет. - Тебе дома надо быть, лечиться, а не на площади по карманам лазить. Алекс только усмехнулся, но уже без прежней бравады. Вообще наглости у него поубавилось, когда Магнус его в участок привел, испугался что ли. - Алекс, а дальше? Документы есть? Мальчишка упрямо сжал губы и отвернулся. - Не хочешь со мной разговаривать? Хорошо. Давай номер телефона, сейчас позвоним твоим родителям, пусть забирают свое чадо. Инспектору очень хотелось разговорить паренька, он был уверен, что при упоминании о родителях тот, как каждый напуганный подросток, все выложит, лишь бы не рассказывали предкам, как именно развлекается их сын. Но добился Магнус кое-чего совершенно другого. Теперь Алекс смотрел на него в упор, и в глазах светилась неприкрытая ненависть. - На тот свет звонки не доходят. Связь плохая, говорят. Тут Мартинссону стало не по себе, он поймал себя на малодушном желании отвести глаза, но удержался. - Мне очень жаль, Алекс. Кто же за тобой присматривает? Родственники, опекун? - Никто, - пожал плечами мальчишка, - я сам по себе. - Вижу, ты отлично справляешься, - прошептал Магнус. Он отбросил бесполезный блокнот и по привычке запустил руки в свою шевелюру. Что же делать с этим ребенком? Надо бы вызвать социальную службу, пусть разбираются. Но портить пареньку будущее, рассказывая, что поймал его при попытке грабежа, Мартинссону совершенно не хотелось. Ему стало жаль этого диковатого и такого одинокого подростка. - Что же мне с тобой делать, Алекс? – задал риторический вопрос Магнус. - Отпустить, - жалко улыбнувшись, ответил тот. Мартинссон лихорадочно перебирал в уме варианты. Разве можно просто так отпустить мальчика на улицу? Он же снова попытается что-нибудь украсть, в этом инспектор был уверен. А что, если попадется ему вовсе не полицейский, и возмущенный гражданин попытается решить проблему по-своему. Почему-то Мартинссону вовсе не хотелось, чтобы с Алексом случилось что-то плохое, а представив себе, как он находит его мертвым, избитым в какой-нибудь канаве, мужчина похолодел. Нет, отпускать нельзя. Должен быть другой выход. Магнусу нужно больше информации, только так он сможет помочь. - Тебе придется кое-что сделать, чтобы я отпустил тебя, - Мартинссон выдал самую располагающую улыбку из своего арсенала. Обычно все свидетели просто таяли от подобного и рассказывали все, что ему нужно было знать. Однако, мальчишка снова удивил его. Он смерил Магнуса нечитаемым взглядом и медленно поднялся со стула. Мартинссон непонимающе смотрел на Алекса, который грациозно обходил стол и приближался к нему. Встав напротив сидевшего инспектора, паренек скривил губы в презрительную гримаску и плавно опустился на колени, огладив бедро Магнуса сквозь тонкую ткань брюк. - Ты что творишь? – Мартинссон сбросил руку мальчишки и уставился на него во все глаза. - А разве вы не это имели в виду? – невозмутимо поинтересовался Алекс. - Боже, конечно, нет! Как ты вообще до такого додумался? – негодовал инспектор, почти крича на мальчишку. - Вы сами сказали, - упорствовал Алекс, он все так же сидел на коленях возле Магнуса и смотрел на него снизу вверх своими невозможными глазами. Мартинссон вынужден был признать, что вид у мальчишки при этом невероятно соблазнительный, тот словно невзначай облизнул губы, и Магнусу внезапно стало жарко. Он отвернулся от этого демона-искусителя в обличье невинного ребенка и глубоко вдохнул. - Что мне сделать, чтобы вы отпустили меня? – раздался хриплый шепот, на колено инспектора снова легка маленькая ладошка и медленно двинулась вверх. - Точно, не это, - так же хрипло ответил Магнус, пытаясь успокоить сердцебиение. Не ожидал он от своего организма такой подлости, Мартинссон никогда не замечал за собой влечения к детям, да еще и мужского пола, неважно, какими привлекательными они выглядели. «Неужели я извращенец», - с ужасом думал инспектор. А рука Алекса продолжала свое движение. - Вам понравится. - Нет! – рявкнул Магнус, отбрасывая мальчишку от себя с такой силой, что тот не удержался и рухнул на спину. Падая, он задел головой угол стола, и его шапка сначала сползла на затылок, а потом и вовсе слетела с его головы. Мартинссон с удивлением наблюдал за волной рыжих волос, освободившихся от плена и рассыпавшихся по плечам мальчишки. Мальчишки? Теперь Алекс не был похож на мальчика. Все то же бледное лицо, длинный нос, но теперь влажные глаза в сочетании с огненными волосами безошибочно выдавали в нем девчонку. Магнус думал, что это просто детство делает черты ребенка такими мягкими, но теперь стало ясно, что перед ним на полу лежит девушка и с каким-то ужасом ждет его реакции. - Алекс, значит. Имя хоть настоящее? – Магнус поднялся со стула, намереваясь помочь девушке встать, но та, не издав ни звука, начала отползать от него, пока не уперлась спиной в стену, где сжалась вся, обхватив себя руками. Мартинссон нахмурился и медленно приблизился, пока не разобрал тихий шепот: - Пожалуйста, не надо. Поняв, что так только пугает ее, он сам опустился на колени и, взяв ее за руки, мягко отвел их от лица девушки. - Не бойся, я не причиню тебе вреда, - тихо, но уверенно сказал Магнус, пытаясь убедить ее в своих словах. Девушка долго всматривалась в его глаза, сильно закусив нижнюю губу, а потом как-то разом расслабилась и кивнула. Она позволила инспектору помочь ей подняться и усадить себя на стул. Магнус уселся на краешек стола рядом с ней. - Успокоилась? Принести тебе воды? Или кофе? Девушка отрицательно покачала головой. - Ну, и как тебя зовут? - Алекс, - ответила она, теперь в голосе не было слышно никакой хрипоты. Нормальный женский голосок. Магнус понял, что его пытались провести, но предположения, почему она это сделала, были одно ужаснее другого. - Ты бывала в таких местах раньше? - Да, - тон нарочито равнодушный, но губы дрогнули. - Тебя кто-то обидел? Алекс отвела взгляд, это и был ответ. - Тогда почему ты… Девушка невесело усмехнулась. - Лучше уж отсосать, чем по-другому, - довольно грубо ответила она. - Хорошего же ты мнения о полиции, - заметил инспектор. - У меня есть на то причины. - Расскажешь? - Нет! Магнус только тяжело вздохнул. Ну почему жертвы всегда молчат, неужели они не понимают, что своим молчанием только потворствуют подобным действиям? - Хорошо, Алекс, скажи мне свою фамилию. Мне нужно все проверить. Тебе придется посидеть здесь до выяснения личности. Алекс полезла в карман жилетки и достала оттуда пластиковое удостоверение – водительскую лицензию. - И здесь соврала, - обреченно сказал Магнус, рассматривая карточку. Девушка только легко улыбнулась. Итак, водительское удостоверение, выдано Александре Линдгрен, Стокгольм, дата рождения – 1990. Мартинссон недоверчиво уставился на пластик в руках, получается, девчонке уже двадцать два. Но выглядит она максимум на шестнадцать. «Может, подделка», - подумал инспектор. - Посиди здесь, я проверю документы и вернусь. - Спасибо, - прошептала Алекс. - За что? – уже в дверях спросил Магнус, но девушка снова отвернулась. Проверка заняла всего несколько минут – документы оказались настоящими. На всякий случай Магнус проверил и другие имеющиеся в системе данные на Александру Линдгрен – паспорт, страховку, судимости. С фотографии в паспорте на него смотрела, сердито насупившись, та же девушка, судимостей нет, биография чиста. Мартинссон не поленился и проверил данные о ее родителях – отец неизвестен, мать умерла десять назад. Алекс воспитывалась в детском доме, а после выпуска практически никаких сведений. «Бедный ребенок с покалеченной судьбой», - думал Магнус, возвращаясь в допросную с двумя чашками кофе. Такое впечатление, что с момента его ухода девушка не двинулась с места и даже не пошевелилась, она все так же внимательно изучала стенку напротив. Магнус поставил чашку с горячим кофе перед ней и сел за стол. - Значит так. Слушай меня внимательно. Я собираюсь отпустить тебя, - Мартинссон сделал паузу и, столкнувшись взглядом с недобрым прищуром Алекс, поморщился. – Расслабься, мне ничего от тебя не нужно. Инспектору показалось даже обидным, что девушка его воспринимает как какого-то насильника, готового прельститься любой доступной добычей. - Но, - продолжил он, - ты должна рассказать мне правду. У тебя проблемы с деньгами? Алекс кивнула, опустив голову. - Я просмотрел все данные о тебе. Ежемесячно тебе выделяется определенная сумма денег. Пусть не шикарно, но на жизнь должно хватать, даже если не работать. Что случилось? - Мне нужно больше денег и быстро. - Зачем? У тебя неприятности? - Нет, мне для работы. Я… я дизайнер. Мне нужен мощный компьютер для работы. А мой сломался. От Магнуса не укрылась незначительная пауза перед словом «дизайнер», но в остальном девушка казалась искренней. А своему чутью он привык доверять. - И ты думала собрать недостающую сумму, порывшись в карманах у честных граждан? – не удержался от подколки инспектор. - Честных людей нет, инспектор. Магнус поежился от холода, прозвучавшего в ее словах и, ругая себя последними словами, он спросил: - Сколько тебе нужно? Наградой ему был совершенно ошалелый взгляд. Запинаясь, Алекс назвала цифру. Магнус присвистнул. - Ты атомной электростанцией собралась управлять или картинки рисовать в фотошопе? Алекс спокойно выдержала его взгляд. - Я знаю, что именно мне нужно. Магнус уже все решил – он даст ей эти деньги. Пусть какая-то часть его кричала, что это глупо, что у него есть, на что направить средства, что другой человек отчаянно нуждается в его помощи, но иначе поступить просто не мог. Он не хотел снова видеть эту девочку на улице, не хотел, чтобы с ней что-то случилось, он знал, что никогда не сможет простить себе. А деньги? Ему есть, у кого попросить, в крайнем случае, а она совсем одна. Алекс не сводила с него глаз, пока он выписывал чек на ее имя и вручал ей бумажку. - Я верну, - пообещала она, - совсем скоро. Мартинссон только кивнул, понимая, что, скорее всего, эти денег он больше не увидит, как и самой Алекс. *** Каково же было его удивление, когда через три недели, он столкнулся с Алекс у входа в участок. Девушка была не похожа на себя – темные волосы, короткое синее платье, туфли на каблуке и стильная сумка на плече. - Я к вам, - просто сказала она. – Мы можем уйти отсюда? Они уединились в соседнем кафе, где Магнус заказал чай. Оглядевшись по сторонам, Алекс достала из сумки бумажный пакет и протянула его ничего не понимающему Мартинссону. - Как и обещала. Магнус только открывал и закрывал рот, как рыба на суше. Он не мог поверить, что девушка сдержала свое слово. - Ну-у-у, - протянул он, - спасибо. - Нет, инспектор, это вам спасибо. Вы мне очень помогли, и я этого не забуду. - Зови меня Магнус, - сказал он. Мартинссон на несколько мгновений отвлекся, наблюдая за ссорящейся семейной парой, а когда обернулся, девушки и след простыл и только пухлый бумажный пакет на столе доказывал, что ему это не привиделось. Больше Магнус не встречал Алекс. До сегодняшнего дня… Наши дни Дверь приоткрылась на ширину цепочки. - Магнус? – удивленный голос. - Да, - сил у Мартинссона почти не осталось, он с трудом держался на ногах. Алекс распахнула дверь, и Магнус почти ввалился внутрь. Девушка попыталась удержать мужчину и согнулась под его весом. - По-моему, теперь у тебя проблемы, - тихо сказала она, Мартинссон полностью с ней согласился бы. Только в этот момент он уже уплывал в сказочную страну, где нет боли и никаких тревог.