Любимый за соседней партой

       После резкого ухода Цзян Чэна из мед. кабинета Вэй Ин смотрел в одну точку, пытаясь унять дрожь во всем теле. А ведь и правда, скоро окончание четверти… А это может значить лишь одно… В академию Гу Су Лань приедут родители Цзян Чэна, Мадам Юй и Цзян Фэн Мянь, последний является ректором академии Юнь Мэн Цзян. Не то, чтобы это плохо, просто у Вэй Ина с Мадам Юй сложились не самые приятные отношения еще с самого начала. Мать его лучшего друга с детства придиралась к осиротевшему мальчику, чем только закаляла его характер. А вот с отцом и главой семейства Цзян у Вэй Ина сложились самые теплые отношения, мужчина относился к мальчику как своему родному сыну, все время защищал от строгих выговоров своей жены. Многие даже поговаривали о том, что У Сянь родной сын Фэн Мяня, только тот это сразу же опроверг, даже доказал с помощью фотографии из его юности, на которой был изображен он сам, красивый юноша в черной кофте и рядом с ним стояла девушка в белом платье. Если сравнить Вэй Ина и юношу с девушкой, то можно заметить много сходств во внешности, помимо черной формы.       Пока Вэй У Сянь сидел, уставившись в стену, в мед. кабинет зашла медсестра Сунь. Сидящий там в таком виде ученик ее порядком удивил, но после выведения юноши из такого своеобразного транса девушка поняла с кем имеет дело. Сунь Джи Юи сразу вспомнила о Лань Ван Цзи и его странной просьбе, тут же начав осматривать У Сяня. Спустя некоторое время осмотра медсестра заключила, что Вэй У Сянь здоров, температура тела в норме, горло не имеет покраснений и нос хорошо дышит. Записав в журнал отчет, медсестра Сунь отпустила У Сяня со словами, чтобы впредь он был осторожней с ледяной водой. Вей Ин покивал головой со своей фирменной широкой улыбкой и быстренько вышел из кабинета, после чего просто брел по коридорам академии, погрузившись в свои мысли.       — Вэй Ин, — такой уже породнившийся голос вывел Вэй У Сяня из тумана мыслей, после чего парень почувствовал как горячая рука сжимает его контрастно холодную кисть.       — А?! Ой Лань Чжань! — Вэй Ин постарался скрыть свои, по всей видимости, печальные мысли за широкой улыбкой.       — Что тебе сказала медсестра? — Ван Цзи, как всегда, был спокоен, но все же он пристально смотрел на своего возлюбленного.       — Я здоров, — Вэй Ин все так же широко улыбался.       — Но почему ты был таким задумчивым? — от Лань Чжаня не укрылся этот мысленный беспорядок.       — Ну… — Вэй У Сянь не знал как сказать, но собравшись с мыслями продолжил: — Скоро же конец четверти… А это значит, что сюда приедут родители Цзян Чэна… И скорее всего они заберут нас на каникулы.       — Значит, ты уедешь? — после недолгого молчания ответил Ван Цзи, и только хорошо знающий его человек мог заметить нотки грусти.       — Наверное, — Вэй Ин и сам то был не очень счастлив от этого факта. Нет, возращение домой — это очень хорошо, но если смотреть с другой стороны, то выслушивать упреки все же неприятно.        Лань Ван Цзи вместо ответа только сильнее сжал руку любимого в своей, явно показывая свое нежелание отпускать его аж на три недели. Но грусть и печаль ходячий хаос не любил даже больше нравоучений старика Ланя, поэтому У Сянь постарался «разрядить» атмосферу:       — Лань Чжань, а ведь у нас скоро экзамены. Надо будет к ним подготовиться.       — Я помогу тебе, — спокойно ответил Ван Цзи, нехотя отпустив уже теплую руку.       — Я рассчитываю на тебя, — Вэй Ин широко улыбнулся и поспешил в свою комнату, а Лань Чжань посмотрел ему вслед и так же направился по своим делам, ну то есть к старшему брату.       Если смотреть на эти две недели в целом, то подготовка к экзаменам выматывала больше самих экзаменов. Даже супер-мега-сложный тест по этикету не сравнится с подготовкой к нему. Не зря академию Гу Су Лань называют одной из четырех сильнейших учебных заведений. Но у Вэй У Сяня был козырь в рукаве в лице Лань Ван Цзи, который помог отсортировать информацию для теста по этикету на более акцентированную и, соответственно, менее акцентированную, но даже он не мог предсказать вопросы самого экзамена. Его дядя хоть и консервативен до мозга костей, но не предсказуем. С остальными экзаменами Вэй Ин, итак, мог справиться сам, математика и другие точные науки ему давались достаточно легко, а вот музыка… На самом экзамене, где, как уже было сказано, будет мелодия из начала учебного года, У Сянь сыграл на своей черной с красными кисточками флейте так, что у учителя потекла вторая слеза. (первая потекла от игры неподражаемого Ван Цзи на гуцине) Эта нежная мелодия флейты пронзала сердца всех ее слушателей, если остальные ученики смотрели с удивлением и восторгом на лице, то Ван Цзи сидел с нефритовым лицом, и только его глаза выдавали такое замирание сердца, что аж ему хотелось наплевать на правила и скрытность отношений, поцеловав У Сяня прямо там, в кабинете музыки. Хотя нельзя сказать, что и сам У Сянь не хотел этого сделать, когда играл Лань Чжань на своем гуцине. Звуки струн не меньше трелей флейты пронзали сердца своих слушателей, только если от флейты создавалось настроение плача, то он гуциня шло немного резкое настроение печали.       С Вэй Ином все понятно. А что же с «мистером абсолютная серьезность» Цзян Чэном? Хоть он и не обладал таким умом, как его друг детства, но все же он был и не настолько глуп, чтобы не справиться с тестами. По его мнению, результаты вполне устроят его родителей, и те не будут его ругать за «позор», хоть ругать может только его матушка Мадам Юй. Ну тут Цзян Вань Иню повезло. А вот бедному Не Хуай Сану совсем не повезло. Он едва-едва смог преодолеть порог, что стоило ему кучи бессонных ночей за учебниками. Жаль только он за такие труды получит жестокий выговор от своего старшего брата Не Мин Цзюе, который, кстати, тоже явится в академию Гу Су Лань на каникулах.       В целом, если посмотреть, экзамены прошли хорошо и без происшествий, что обрадовало Вань Иня, а то знаем мы этот прекрасный хаос по имени Вэй У Сянь. Поэтому сейчас классный руководитель Зэн Лиу проводил беседу со всем классом, где большинство учеников хвалил, а кому-то все же делал замечание, указывая на то, что можно подправить, тем самым став лучше. Но неожиданно в дверь постучали, после чего та тихонько скрипнула и в дверном проеме показалась девушка в белом форме, ее голову опоясывала лобная лента. Девушка спокойно произнесла:       — Учитель Зэн Лиу, Цзян Чэна и Вэй У Сяня вызывают в кабинет ректора.       — Хорошо. Можешь идти, — так же спокойно ответил учитель, после чего девушка тихонько закрыла дверь и ушла. — Цзян Чэн, Вэй Ин, хоть мы и не закончили, но раз вас вызывают, то можете идти.       Вэй У Сянь и Цзян Чэн молча собрались и встали со своих мест, затем, поклонившись, вышли из кабинета. По телу Вэй Ина пробежали мурашки, а сердце уже готово было упасть в пятки. У Вань Иня состояние было не хуже, но и не лучше. Вот так молча эти двое дошли до кабинета ректора, за которым были слышны голоса. Вэй Ин не решился постучать в дверь, поэтому это сделал Цзян Чэн, сразу после этого открыв дверь.       — А-Чэн, А-Сянь, — знакомый и родной голос человека, стоящего спиной к дверям, поприветствовал юношей.       — Отец, — Цзян Чэн поклоном поприветствовал главу рода Цзян.       — Дядя Цзян, — У Сянь поприветствовал мужчину следом за другом.       Высокий мужчина в фиолетово-черной одежде и с убранными в прическу с двумя косичками волосами повернулся к двум юношам и кивнул им с мягкой улыбкой. Мальчики выпрямились и осмотрели помещение, в котором еще находился учитель Ци Жень. Почему-то Мадам Юй там не было. Юноши прошли в кабинет, дверь за ними закрылась. Но буквально через мгновение она просто распахнулась почти настежь, а на пороге стояла строго одетая женщина с распущенными волосами.       — Ах! Явился наконец! Негодник!       — Мадам Юй, — Вэй Ин вежливо поклонился только что появившейся женщине.       — Матушка, — Цзян Чэн тоже со всей вежливостью поклонился.       — Ты и здесь натворил дел! Поругался с Лань Ван Цзи, довел учителя Лань Ци Женя! — Мадам Юй сразу с порога начала упрекать бедного У Сяня, который все еще стоял в поклоне.       — Моя госпожа, но А-Сянь же помирился с Лань Ван Цзи, да и перед учителем Ланем извинился. Не стоит так сейчас кричать на него, — заступился за юношу Цзян Фян Мэнь, встав перед своими сыновьями.       — Опять защищаешь этого мальчишку?! Вот такой ты хороший человек, Цзян Фэн Мэнь?! — Мадам Юй нисколько не стеснялась присутствия в кабинете Лань Ци Женя, который уже много лет знал семейство Цзян.       — Мадам Юй, в академии запрещено так громко кричать, — холодно произнес учител Ци Жень, перед этим кашлянув, тем самым привлекая к себе внимание, никто даже не успел дать свой ответ.       — Прошу прощения, — Мадам Юй взяла себя в руки и поправила свое платье фиалкового цвета.       — А-Чэн, А-Сянь, завтра утром вы отправитесь домой вместе с нами, — нежно произнес Цзян Фян Мэнь, повернувшись к юношам. — Учитель Лань, вы собирались им дать задание на каникулы, так ведь?       — Да.       — Мы с вами еще успеем поговорить по дороге домой, так что сейчас можете идти собираться, — глава семейства Цзян все так же нежно обращался к сыновьям.       — Мы поняли, отец, — Цзян Чэн сделал еще один поклон и за руку потащил У Сяня из кабинета.       Стоило этим двоим выйти из помещения и отойти подальше, как Вэй Ин резко выдохнул и оперся руками о свои колени, а Вань Инь подпер своим телом белоснежную стену.       — Это было намного лучше, чем я себе представлял, — выдохнул Вэй У Сянь.       — Согласен… Никогда не думал, что учитель Ци Жень может так, — поддержал друга Цзян Чэн.       — Это да… — протянул У Сянь, после чего выпрямился и хлопнул в ладоши. — Надо идти собираться. Мы скоро увидим шицзе!       Вэй У Сянь старался скрывать свою грусть за радостью встречи со своей шидзе Цзян Ян Ли. Девушка старше самого У Сяня и своего родного брата Вань Иня. На предложение друга детства Цзян Чэн перестал подпирать стенку своей спиной и с улыбкой кивнул. Ему тоже не терпелось увидеть свою старшую сестру, которая по приезду обязательно накормит невероятно вкусным супом с корнем лотоса. Вэй Ин и Цзян Чэн отправились по своим комнатам, чтобы собрать только нужные вещи для трех недельных каникул. За этим занятием У Сянь даже не заметил, как настал вечер. Тихий стук в дверь отвлек ходячий хаос от такого увлекательного занятия. Вэй Ин удивился такому позднему визиту, но все же дверь пошел и открыл. На пороге стоял Лань Ван Цзи с бумагами в руках.       — Лань Чжань! — на лице У Сяня появилась широкая улыбка, хотя потом она тут же исчезла в какие-нибудь чертоги разума.       — Вэй Ин…       — Лань Чжань, скорее заходи! — Вэй Ин втащил Ван Цзи в свою комнату и плотно закрыл дверь.       — Мгм.       — Лань Чжань, а что это у тебя? — У Сянь указал взглядом на бумаги с изящных руках возлюбленного.       — Дядя просил тебе передать задание на каникулы, — хоть голос Ван Цзи и был привычно ледяным, но в нем слышались нотки грусти.       — Оу… Понятно… — Вэй Ин забрал бумаги и быстро убрал их в свою сумку, покоящуюся у кровати, после чего подошел к все еще стоящему у входа.       — Вэй Ин…       Вэй У Сянь ничего ему не ответил, только крепко-при-крепко обнял, сумев даже дотянуться до выключателя, свет в комнате погас. Ван Цзи сначала замер на мгновение, а после крепко обнял в ответ, уткнувшись в черную макушку носом.       — Я буду скучать, — тихий голос раздался прямо над ушами У Сяня.       — Я тоже, гэгэ! Но я могу привезти тебе из Юнь Мэна все, что ты захочешь, — Вэй Ин понимал, что это всего три недели, хотя они будут очень тяжелые, но все же ему хотелось поднять настроение любимому.       — Лучше приедь сам.       — Я для тебя лучший подарок, гэгэ? — Вэй У Сянь поднял голову на Ван Цзи, а его губы растянулись в улыбке.       — Мгм, — легонько кивнул Лань Чжань, на что У Сянь только сильнее заулыбался и потянулся к бледным губам.       Лань Ван Цзи сам поддался вперед, перехватывая инициативу и впиваясь в мягкие губы жарким поцелуем.       — Мхм… — сквозь поцелуй раздался стон удовольствия.       Ван Цзи начал наступать на любимого, толкая его в сторону кровати, пока они вдвоем не упали на нее.       — Лань Чжань… — Вэй Ин отстранился от поцелуя и тяжело дышал.        Лань Ван Цзи отвечать не стал, крепко прижимая любимого к себе за талию и утыкаясь носом в его шею. Светлые глаза были закрыты, а волосы рассыпались по кровати, но Вэй Ин принялся собирать их и зарываться в них пальцами. Эта ночь была на удивление теплой, а вот свет звезд контрастно холодным. Теплый ветерок шелестел листьями деревьев, которые скоро начнут стремительно желтеть и опадать. Но два быстро бьющихся сердца не остынут от вскоре наступающей зимы, они будут согревать друг друга своим теплом. Только надо подождать и дать огню разгореться сильнее. Утро наступило очень быстро, озорные лучики солнца забегали по комнате, пробуждая двух любящих друг друга людей. Настало утро, а значит пора попрощаться. To be continued…