Нет в списке пропущенных (2 части)

— Вставай, пьяница! — Джина входит в квартиру подруги, которая тем временем спокойно отсыпается после долгой репетиции своей группы, а затем и долгой вечеринки в честь того, что им предложили выступить в одном из крутых ночных клубов в Ванкувере. — Блять, Джин… — Рут сонно бурчит в подушку, накрываясь одеялом от девушки, — Ты должна играть на барабанной установке, а не на моих барабанных перепонках… — Давай, вставай, — тормошит, усмехаясь, — тебе нужно сдать сольный проект, а потом начать готовиться к выступлению. — Отвянь, — Джеффри удерживает цепкой хваткой свое одеяло, но Джина все же вырывает ее укрытие: — Нечего было нажираться, я же не пила. — Да, ты просто выпила бутылку виски в соло, — бурчит, открывая недовольно глаза, — ты вообще должна валяться еще. — Однако, я уже на ногах, а ты еще лежишь и воняешь перегаром, — морщится подруга, — фу, блин, ты реально воняешь. — До тебя не воняло, — фыркает Рут, зло принимая положение сидя. — Я поражаюсь твоей работоспособности, — меняет тему Джина, — ты всего за одну неделю сделала свой проект, пробила нам место на одной из крутых сцен в городе и написала еще три песни, — но все же подруга хмурится, — я понимаю, что это все из-за той девчонки, но может быть тебе стоит поговорить с ней? Ты же уже почти знаменитость, — ухмыляется, — покажите мне человека, который не хотел бы встречаться с солистом рок-группы? — Пожалуйста, — саркастично усмехается Рут, делая пас рукой, — Ниа Зандер, эта придурочная до сих пор, наверно, не доперла, что Тейлор — это я, — зевает, после чего поднимается с постели. — Ты говорила, что она умная… — морщится, корча рожу, — оказывается, она та еще дура, раз еще не поняла… — Да мне плевать уже, — вздыхает Джеффри, направляясь в ванную. — Врешь же, — кидает ей в спину Джина, поджимая губы. — Отвянь, — скрывается за дверью брюнетка.        Джина Мин была лучшей подругой Рут уже на протяжении четырех лет, и она знала, что за всей этой грубостью и сарказмом скрывалась та Джеффри, которая, может быть, и не любила выражать свои чувства, но зато показывала их на деле. Ведь именно она «приютила» девушку, когда та просто лишилась всего и осталась на улице побираться. Да, Рут не умела красиво выражать свои чувства словами, она могла фыркать, скрываться за сарказмом, но на самом деле она выражала их куда лучше — своим вниманием и всеми средствами, которые у нее были, делясь, практически, последним куском хлеба, когда были трудные времена. Такой ее знала Джина и еще пара людей, играющих в их группе, хоть Мин и являлась для Рут наиболее важной, чем остальные. Была бы ее воля, она бы сама все рассказала той девчонке, но не смела этого сделать, так как подруга всегда делает то, что считает нужным. Она могла лишь подтолкнуть девушку, но не более. — Ты же взяла сегодня выходной, ведь так? — появляется в дверях Рут в нижнем белье и полотенце на оголенный верх. Мокрые темные волосы спадали на шею тонкими прядями. — Шутишь? Мой босс почти дал мне пинок, с радостью отпуская на сегодняшний день. — усмехается Джина, смотря на то, как подруга достает из шкафа спортивный бюстгальтер, который тут же надевает, сбрасывая махровое полотенце: — Мне кажется, что ты ему нравишься, — находит среди вешалок свою любимую свободную майку, подол которой был чуть ниже бедра, — он отпустил тебя на съезд байкеров на целый месяц, а теперь и вовсе радуется тому, что ты сваливаешь на день, чтобы подготовиться и выступить, — надевает майку, откидывая свои мокрые волосы назад, — Или ты стала просто ужасно варить кофе, — усмехается. — Ну, он предлагал однажды сходить в кино, — смеется Джина, смотря на то, как подруга начинает трясти головой, тем самым подсушивая волосы, — но я отказалась. — Он же симпатичный, — выпрямляется в спине брюнетка, — и старше тебя всего на четыре года. — Я дам ему шанс, так и быть, но только если ты поговоришь с той девчонкой, — заявляет девушка, но ловит лишь холодный ответ: — Нет, — Рут проходит к своей прикроватной тумбочке и берет в руки лосьон для тела. — Почему? — непонимающе морщит нос. — Потому что она меня терпеть не может, а быть кем-то другим я не собираюсь, — растирает лосьон по рукам, а затем слегка и по шее. — Ясно, — фыркает подруга, — давай быстрее, помимо того, чтобы сдать проект, тебе нужно его еще и показать. И держу пари, тебе не особо дадут проходу те, кто уже прознал о твоем выступлении, да и те, кто лелеет надежду переспать с тобой. — Да я быстрее Супергерл. Сейчас, уже все, — кидается к черным узким джинсам, с дырками на коленях. — А плащ где твой? — усмехается подруга. — Джина, блять… — Рут в спешке застегивает ширинку, кидая взгляд на время. — Ладно-ладно, жду тебя в машине.

* * *

       Ниа бренно идет в сторону колледжа, замечая подругу в обществе парня, который уже второй день добивается свидания с блондинкой. Не то, чтобы Зандер было плевать на это, в глубине души она рада за Меган, хоть у кого-то все нормально в личной жизни, но девушка уже несколько дней не могла понять, почему незнакомка перестала отвечать на различного рода сообщения и звонки, а потом и вовсе ее номер стал недоступным. Да, может быть они и не были парой, но Нию не покидало чувство собственного ничтожества и винила себя во всех грехах смертных. — Привет, — натягивает улыбку Зандер, дабы не получить оплеуху от подруги, которая обвиняла ее в том, что та слишком доверчива. — Привет, — отвечают ей хором Меган и парень, стоявший подле. Ниа не помнила его имени, даже не смотря на то, что блондинка несколько раз его называла. — Я, пожалуй, пойду, встретимся после пар, — подытоживает третий лишний и уходит, получив кивок от Шиллер. — Ты все еще ноешь из-за той девчонки по телефону? — вздыхает девушка, окидывая проницательным взглядом подругу, — сколько можно? — Сколько нужно, — фыркает, поправляя лямку рюкзака. — Я, кстати, слышала, что группа Рут будет сегодня выступать… — пытается сменить тему, но Ниа ее обрывает: — Мне все равно. — а затем направляется к дверям учебного заведения, заставляя Шиллер идти следом: — Ты же понимаешь, что страдаешь из-за незнакомого тебе человека? — Я уже не страдаю, мне просто неприятно, — отвечает Ниа. И это была истинная правда. — Окей, но ты все равно ходишь с таким лицом, будто у тебя закончилась черная акварель, а денег на нее нет. — Ты не поверишь, но она, действительно, закончилась, — усмехается Зандер, бредя вместе с подругой по коридору. — Значит заглянем сегодня в художественный магазин, ибо такое бренное лицо я уже устала видеть, — приобнимает ее за плечи, чему девушка ответно улыбается: — Хорошо.

* * *

— Ну, сейчас начнется… — вздыхает Рут, кидая взгляд через лобовое стекло на толпу, ожидающую ее. — А что ты хотела? — усмехается Джина, — тяжко бремя рок-звезды. — Ты-то чего ржешь? К тебе тоже пристанут, — слегка толкает ее кулаком в плечо. — Я здесь по крайней мере не учусь, и не все меня знают, — довольно пожимает плечами, отстегивая ремень безопасности. — Сучка, — качает головой Рут, открывая дверь автомобиля и хватая свой рюкзак с заднего сиденья.        Девушки вылезают из машины и двигаются в сторону колледжа. — Просто веди себя нормально, нам нужны фанаты, а не толпы разгневанных людей, которых ты посылаешь в задницу. — Я постараюсь, — бросает Джеффри, уже встречаясь с толпой. — Ты пока иди сдавай проект, а я отойду в туалет, — бросает Джина подруге, оставляя ту в назойливом обществе поклонников.

* * *

— Держу пари, в лысину нашего препода по графике можно смотреться как в зеркало. — тихо смеется Меган, выходя вместе с подругой из аудитории. — Может быть для этого он и полирует ее каждый день, — усмехается Ниа, — ты пока иди и займи нам столик, а я схожу в дамскую комнату. — Окей, — кивает блондинка и направляется в столовую.        Зандер же быстро доходит до женского туалета и ставит рюкзак на раковину. Открывает и пытается найти среди вещей нужное: — Да где, черт побери, эти тампоны? — тихо ругается, но ее глаза замечают какой-то маленький свернутый листок бумаги. Она хмурится, достает находку и разворачивает, опешенно прочитывая:       «Если хочешь встретиться с Тейлор лично, то приходи в The Cellar сегодня в нули. Вышибале у VIP-зоны скажи, что ты от Джины и тебя посадят за специальный столик.»

* * *

       Ниа очередной раз глядит на записку в руке, сидя на диване в своем номере. С одной стороны она жаждала увидеть незнакомку вживую и спросить «какого черта?», а с другой — какой от этого толк, если та оборвала всякую связь с ней?        Девушка бросает взгляд на дисплей мобильного, взирая на время. Уже почти одиннадцать. Она вздыхает, чертыхается собственному желанию и отсутствию гордости, а после вскакивает с места, накидывает у выхода косуху и захлопывает дверь.

* * *

— Волнуешься? — усмехается Рут, встречаясь с Джиной, входящей за кулисы. — Ага, — нервно почесывает затылок, несколько виновато глядя на подругу. — Мы уже это несколько раз делали, — обхватывает рукой ее плечи, прижимая к себе, — нечего сопли разводить. Мы должны бомбануть сегодня. — Хей, — к ним подлетает парень со светлыми волосами и с выбритыми боками на голове, что ему очень даже шло. В ушах несколько серебряных колец разной величины, также была проколота и переносица. Он явно не отличался и стилем одежды среди своей группы: черная футболка с кислотными разводами, зауженные брюки такого же черного цвета, кожаная жилетка с заклепками и висящие на шее амулеты на веревках. — Уже немало народу собралось, — улыбается, протягивая кулак Рут, — ты просто охуенна. — Я знаю, Зак. — Джеффри ответно легко ударяет кулаком, ухмыляясь, — инструменты все готовы? — Да, Рыжий сейчас заканчивает с барабанной установкой Джин, — улыбается, демонстрируя белые ряды зубов.        Данная кличка второму гитаристу их группы была дана неслучайно, так как вошедший за кулисы парень обладал яркими рыжими от природы волосами, что, конечно же, сопровождалось и многочисленными веснушками на его теле, которые были видны на оголенных руках. Он так же не отличался наличием стиля: черные брюки с подтяжками, свисающими с талии, белая майка, массивные ботинки и серебряный кулон в виде медиатора на шее. — Дэн… — Рут ухмыляется, радуясь собственному составу перед выступлением, — Ты такой молодец, я бы даже тебя расцеловала за то, что ты взял на себя ответственность за инструменты. — Так целуй уже, три года жду, а ты все «лесбиянка, да лесбиянка», — смеется парень, приобнимая руками обеих девушек, хохочущих в ответ.        Рут отпускает Джину, а после чмокает рыжеволосого в щеку, что сопровождается недовольным демонстративным бурчанием другого: — Я как бы тоже здесь. — но его лицо расплывается в улыбке, так как Джина тоже целует его в щеку: — Не ной. — Прости, Рут, но между нами все кончено, — усмехается Зак, — я теперь с Джин.        Мин же смеется, а после заглядывает за кулисы на собравшуюся толпу, возвращается обратно: — Ребят, скоро наш выход. — Давайте сделаем это, — улыбается Рут, протягивая перед собой кулак, к которому друзья тут же подставляют свои, — раз, два, три… — громко просчитывает Джеффри, а после шипящим голосом в унисон ударяется кулаком о другие, — Pistols and flowers! — выкрикивают название своей группы, затем поднимают руки вверх, выстреливая в воздух, что сопровождается смешными имитирующими выстрелы звуками, — бомбанем!

* * *

       Ниа с волнением в сердце входит в клуб, окидывая взглядом толпу. Ей становится неловко, но она берет себя в руки и движется к VIP-зоне, столики с диванами которой были почти все заняты. — Стоять, — преграждает ей путь вышибала, но девушка, сглатывает ком в горле: — Я от Джины. — Третий столик, — отвечает, смягчая тон, и пропускает Зандер.        Она проходит к нужному столику. Свет в помещении гаснет, а после появляется неоновая малиновая подсветка. Ниа садится на диван, к которому тут же подходит официантка с подносом: — Мне сказали передать это вам, будите что-нибудь пить? — Один Мартини, пожалуйста, — выпаливает Ниа, беря с подноса футляр для очков.       Официантка удаляется, а девушка с замиранием дыхания открывает переданную вещицу и встречается взглядом с очками в толстой прозрачной оправе. Адреналин подскакивает к сердцу, но ее отвлекает вышедшая на сцену Рут Джеффри, тело которой освещается тусклой синей подсветкой: — Не буду врать, что мы выступаем в первый раз, — усмехается девушка, — но перед такой публикой это, действительно, впервые. Не буду вас томить, для вас сегодня играет и поет Pistols and flowers! — толпа одобрительно завизжала, кто-то засвистел.        Ниа непонимающе глядит на сцену, которая тут же освещается неоновым цветом. Два гитариста стоят по бокам от Рут, а сзади восседает девушка за барабанной установкой. Джеффри обхватывает микрофон тонкими пальцами. Звук электрогитар с битом ударных заполняет зал, отражаясь эхом от стен. Голос брюнетки вступает, а Ниа опешанно округляет глаза, узнавая это пение… — Аккорд, который раз меня бьет,        А сердце кричит мне «апорт!»        Ты беги, не сдавайся,        Пусть и спотыкайся, и падай.        Не стой, не кричи им спину «постой!»        Пусть этот бой и не твой,        Но война за тобой,        Ты останешься прежним… Останься!        Зандер судорожно глотает воздух переводя взгляд то на очки, то на брюнетку, мощное соло которой вдруг снова врывается в ее грудную клетку под шквал ударной установки и гитар: — Гитарой пробьет эти стены,        Сжигая соседские нервы,        Мой рок.        Кулак бьет мне в сердце, оставив лишь пепел,        Лишь струны, мой гнев        И песок.        Так спусти же курок!        Этот бархатный и хриплый голос… Ниа, пытается ловить ртом воздух, сопоставляя все произошедшее в голове. Официантка приносит ей выпивку, которую девушка тут же залпом осушивает, морщась: — Повторите, — работница удивленно усмехается, кивает и удаляется с опустошенным бокалом.        Ниа смотрит, как девушка в эйфории встряхивает волосами, пинает воздух ногой, освобождает микрофон от подставки, накручивая шнур на руку: — Ты свой. Ты выиграл в рулетку с судьбой.        А тот, кто стал вдруг чужой        Пусть останется там, где остался.        Ниа шумно выдыхает, улавливая подтекст, говорящий о ней… она же, буквально, посылала всяческие попытки девушки поговорить. Неприязнь к солистке перерастает в чувство вины. — Пусть дождь потушит огонь, где живешь.       По телу мелкая дрожь        Пробежит, исцелит твои раны.        Звонок. Пропущенный вызов умолк.        Он целился точно в висок,        Очередной подтекст, от чего Ниа корчится в гримасе боли и ненависти к самой себе. — Но не тот он стрелок,       Ты сорвал поводок,       И включил…       Рут снова стряхивает головой, напрягая бархатный голос в взрывном припеве, что сопровождается визгом ликующей толпы: — Гитарой пробьет эти стены,       Сжигая соседские нервы,       Мой рок.        Струной зашьет сердце        И пустит мне в вены другой кровоток.        Электрический ток        Мне оставит ожог        Чтоб усвоил урок.        Я нашел свой исток:       Я — есть рок! — на последней строчке Рут выпрямляется в спине, вставляя микрофон обратно, разводит руки в стороны, словно открывая себя толпе, — я — есть рок… Толпа восторженно ликует. Музыка стихает, а Рут выдыхает в микрофон: — Ничего такое вступление? — усмехается, а толпа одобрительно визжит, что заставляет брюнетку ухмыльнуться, — тогда мы продолжим!        Заиграла очередная громкая музыка, дух которой пронизан старым роком, а Ниа закрывает лицо ладонями, сдерживая слезы от собственной ненависти к себе. — Ваш заказ, — окрикивает ее сквозь шумное исполнение официантка. — Ага, — Ниа принимает коктейль. — Я слышу эту группу впервые, но должна сказать, столько восхищенных лиц я здесь еще не видела, — проговаривает, убирая поднос, кидает взгляд на сцену, а после оставляет девушку наедине с выпивкой, футляром с очками и музыкой, раздающейся в недрах ее легких.

* * *

      Группа еще больше часа выступала, а Ниа все это время сдерживала себя, чтобы не сбежать, боясь после концерта подойти к девушке. Но она дождалась завершения выступления, уже с улыбкой глядя на то, как Рут обращается к зрителям: — Для вас сегодня играл на бас-гитаре — Дэн Ноах, — подходит к рыжеволосому привлекательному парню, кладя кисть руки ему на плечо. Толпа одаривает его воплями и аплодисментами, — он, кстати, недавно расстался с девушкой. — лукаво подмигивает залу, что сопровождается женскими возгласами и смехом, — а этот парень, который держит свою гитару как свой… ну вы поняли, — уже подходит ко второму гитаристу, подшучивая над ним, что тоже сопровождается возгласами, смехом и воплями, — Зак Авери, — представляет светловолосого толпе, который тем временем проигрывает изумительное соло на гитаре, высовывая в кураже язык, — тоже, кстати, свободен для вас, девушки! — усмехается в микрофон, улавливая смущенный смех парня, на что Рут отвечает, уже направляясь к подруге, — Я же сказала, что найду тебе девушку, — она так легко обращается с толпой, что казалось, будто девушка родилась на сцене, — без обид, горячие гейские парни, — шутливо подмигивает, а после кладет руку на плечо восседавшей Джины за ударной установкой, — а эта цыпа, что талантливо колотит несчастные барабаны — Джина Мин! — зрители снова одаривают группу одобрительным шумом, — она занята, так как я пытаюсь свести ее с ее боссом Bel Cafe, — подруга закатывает глаза, качая головой. Дэн подходит к Рут, забирая микрофон: — А замечательная солистка, играющая не только на наших нервах — Рут Джеффри! — и толпа уже истошно вопит, на что брюнетка лишь с усмешкой смотрит, — спасибо!!! — и освещение гаснет, давая ребятам возможность покинуть сцену. Ниа собирается с духом, чтобы пройти за кулисы, берет в руки футляр и встает с дивана. Путь ей преграждает вышибала: — Вам туда запрещено. — Я от Джины… — нервно теребит в руках футляр. — Какой столик? — скрещивает массивные руки мужчина. — Третий. — отвечает, поджимая губы. — Проходи. — впускает девушку, закрывая за ней занавес.       Ниа с замиранием в сердце впечатывается глазами в высокую брюнетку, которая что-то шутливо обсуждала со своими ребятами. Но, услышав что-то от барабанщицы, тут же поворачивается в сторону Зандер, ее лицо приобретает оттенок злости, при виде футляра в руках девушки, затем она поворачивается к подруге, шипя: — Я тебя сожру…        Джина виновато улыбается, но брюнетка уже поворачивается к Ние, которая тем временем не знает, куда ей деться. Однако, как только Джеффри предстает перед ней, выпаливает с дурацкой улыбкой: — Привет… незнакомка… — Зачем ты здесь? — как можно холодно задает вопрос, скрещивая руки на груди. — Я хочу извиниться… — пытается подобрать слова, нервно сжимая футляр. — Извинения приняты, теперь верни мои очки, которые тебе дала моя скоро покойная подруга, — ровным голосом отвечает, протягивая ладонь, тем самым прося свою вещь обратно. Ниа доли секунд смотрит то на брюнетку, то на ее протянутую руку, пытается подобрать нужные слова, но мозг отказывается работать. Она нервно берет футляр в одну руку, второй хватает девушку за протянутую кисть, притягивает к себе и целует, вставая на носки. Рут хмурится, но позволяет этому свершится. На стороне послышались возгласы парней и довольный свист Джины: — Я же говорила!        Джеффри отстраняется, недоуменно смотря на девушку, глаза которой наполняются слезами: — Только не реви… — Я не реву, — закрывает ладонью лицо, нервно улыбаясь.        Рут еще секунду мнется, хмурится, тяжело вздыхает, затем обращается к своим ребятам: — С гонораром разберетесь без меня, только про меня не забудьте! — окидывает Нию взглядом. — Так ты меня не грохнешь?! — кричит ей Джина, довольно ухмыляясь. — Я подумаю, — ответно кричит Рут. Ниа открывает покрасневшее лицо, шмыгает носом, пытаясь не смотреть в глаза девушки, — я отвезу тебя домой. — обхватывает пальцами кисть руки Зандер, утягивая за собой. Она давно хотела взять ее за руку, и сейчас, наконец, сделав это, брюнетка внутри себя улыбается, но и матерится нехило. — Постой… — Ниа останавливается уже на улице у черного входа. Рут непонимающе поворачивается к ней лицом, — я живу не дома, — поджимает губы Зандер. — Сложно не догадаться, когда видишь твою комнату по Скайпу, — усмехается, достает из своей черной джинсовой куртки пачку сигарет, вытаскивает табачное изделие, фильтр которого обхватывает губами, а после поджигает под взгляд Зандер, которая вдруг выдает: — Можно мне тоже?        Рут удивленно поднимает бровь, но с ухмылкой протягивает открытую пачку: — Ну нихуя ж себе.        Ниа позволяет девушке поджечь ее сигарету, делает затяжку, прикрывая облегченно глаза, а после выдыхает, окидывая брюнетку взглядом. Та с хитрой ухмылкой втягивает легкими табачный дым, смотрит на огни ночного города, пытаясь переварить то, что сейчас происходит. — Меня зовут Ниа Зандер, а тебя, незнакомка? — вдруг протягивает ей ладонь, упираясь спиной о холодную стену здания. — Рут Джеффри, — пожимает руку брюнетка, а после с лукавой ухмылкой добавляет, — раз ты не хочешь ехать домой, то я могу предложить тебе прокатиться со мной до озера Сасамат. — Чтобы утопить? — усмехается Ниа. — Нет, чтобы показать тебе свой мир.

* * *

       Ниа сконфуженно стоит позади брюнетки, которая тем временем спокойно сидит на песке, смотря на ночную гладь озера. Девушка не понимает, для чего Рут привезла ее сюда и почему молчит, что еще больше выводило Зандер из себя. Она не выдерживает и садится подле, держа дистанцию.       Но здесь было, действительно, красиво. Водная гладь была на удивление спокойной, и только изредка легкий ветер создавал рябь на спокойном ночном озере, переливая свет Луны волнами. Ниа даже застывает, глядя на это уединение, но брюнетка вдруг нарушает эту тишину: — Было бы лучше, если бы ты проигнорировала мою подругу, — многозначительно, но спокойно говорит, не отрывая глаз от озера. Зандер лишь хмурится, пытаясь понять, к чему ведет брюнетка, — все стало куда сложнее чем было, потому что ты не сможешь изменить меня, а я не смогу изменить тебя, — легкий ветер слегка взъерошивает ее волосы, и целует девушку в лицо, охлаждая бледную кожу, освещенную природным спутником, — да и я бы не хотела меняться, это мой образ жизни, моя душа… ты бы отказалась от души ради человека, который ее не принимает? — тихо выпаливает, встречая глазами новые лунные блики на водной ряби, — посмотри на это озеро… на эту ночь и тьму, окружающую нас… — вдыхает легкими воздух, наполненный свежестью и лесом, — тебе кажется, что внутри этого озера, как и оно само, царствует спокойствие… но только подумай, сколько всего на его дне? — Ниа завороженно сглатывает, — сколько таких, как мы с тобой, побывали здесь и оставили в нем что-то? Кинули камень, распугали его обитателей… — вздыхает, опуская глаза на свои кисти рук, обнимающие колени и переплетающие между пальцами, — тебе может показаться, что я такая же спокойная, как это озеро, но в его недрах столько грязи, боли и шрамов, собственно, как и во мне. — спокойно продолжает, так и не отводя глаз от воды, — кинь в эти воды камень, и ты увидишь, как озеро поглотит его и оставит внутри себя, — Рут вдруг поднимается с песка, скидывает с себя легкие сапоги и шагает в воду по щиколотку, — неужели ты хочешь увидеть всю эту грязь, боль и пороки? — поворачивается к Ние, та едва сглатывает: — А что, если это озеро — не только ты? — поднимается следом и в кедах шагает в воду, сбрасывая лишь с себя куртку. Она встречается с бесстрастными бледно-бирюзовыми глазами брюнетки, — в каждом из нас есть грязь и камни, которые когда-то кто-то кинул в наши воды… — шагает глубже, Рут лишь спокойно смотрит, как одежда на светло-русой намокает, — ты тоже не знаешь меня, даже я себя не знаю, тогда почему ты начинаешь судить? — оборачивается, пытаясь разглядеть в едва освещенном лице девушки хоть какие-то эмоции. — Ты простудишься, — только и отвечает Джеффри, а после спокойно выходит из воды, доставая из кармана куртки сигарету. — Ты так хотела, чтобы я поняла тебя, чтобы я узнала, что ты — это она, а теперь ты просто говоришь мне про это озеро и поворачиваешься ко мне спиной?! — срывается на крик Ниа, резко направляясь вслед за брюнеткой, та лишь делает затяжку, облегаясь спиной о пикап, — Зачем?! Чтобы красиво послать меня?! Это твое хобби?! — зло ударяет в поверхность машины в сантиметрах от лица Рут, но брюнетка вздыхает, кидая взгляд на девушку: — А что ты хочешь от меня? Чтобы я вела себя как какая-то дура с розовыми очками на глазах? Весь мир — кусок дерьма, а я лишь пытаюсь оставить в этом куске дерьма хоть какое-то напоминание о себе! — хватает девушку за запястье свободной рукой, — я ненавижу эти сладкие речи о какой-то там любви, меня тошнит от этих сентиментальностей и прочего дерьма, так что смирись и отвали от меня, — шипит, оскаливаясь, Ниа же шумно дышит, раскаляя собственным гневом воздух, но она ответно глядит в глаза брюнетки, словно бросая вызов, что окончательно выводит Джеффри из себя. Она бросает сигарету в песок, грубым рывком прижимает девушку к машине, обхватывая кистью ее горло, — какого черта тебе от меня надо? — произносит отчетливо каждое слово, приблизившись к ней вплотную, опаляет своим дыханием шею девушки, которая будто теряется в подобной близости, — Тебе нравится? — оскаливается Рут, обхватывая подбородок Нии, — что, если я трахну тебя прямо сейчас, тогда ты отвалишь от меня? — оскаливается, но получает резкий и сильный толчок в грудь: — Иди к черту, Джеффри!        Брюнетка опускает голову, поджимая губы. Пытается найти в себе еще хоть каплю жестокости, но видя, как девушка решается идти домой пешком, вздыхает, бьет босой ногой песок, подбирает свои сапоги и садится в пикап, быстро заводит двигатель. Доезжает до бредущей Нии, слегка притормаживает: — Сядь в машину. — Катись к черту, — фыркает девушка, пытаясь согреться уже намокшей косухой. — Сядь в машину, блять, я довезу тебя, — зло сжимая пальцами руль, пытаясь сдерживаться. — Катись к черту, — повторяет Зандер.        Рут останавливает ход автомобиля. Быстро выходит из машины и догоняет девушку, резко хватая ее за запястье: — Я не хочу, чтобы потом меня винили в твоей смерти или еще в бог знает в чем, так что сядь в ебучую машину, пока ты, блять, не замерзла! — Ниа еще доли секунд колеблется, но перспектива идти до своего отеля несколько часов ее не особо радовала. Она разворачивается в сторону пикапа. Рут же, чертыхаясь про себя, снимает с себя джинсовку, грубо накидывает на девушку, а после садится в машину, включая отопление. — Ты чокнутая. — вздыхает Ниа, прикрывая глаза, чувствуя тепло. — Ты тоже.

* * *

— Ну как? — Джина сразу же задает вопрос, услышав, как входная дверь открывается, но тут же осекается, так как стены задрожали после того, как дверь с грохотом закрывается, -видимо… мне нужно валить… — тихо шепчет себе под нос, закрывая глаза и готовясь к ругани. Но Рут лишь проходит мимо, даже не кидая и взгляда на подругу, от чего та еще больше пугается. Нет ничего страшнее злой, но молчащей Джеффри. Девушка поднимается с дивана, решаясь спросить в чем дело. Обеспокоенно глядит на то, как брюнетка достает из холодильника бутылку пива, открывает ее и с горла начинает высушивать, — Джеф? — Не лезь ко мне, — выпаливает Рут, садясь на пол и облегаясь спиной о холодильник. — Что случилось? — недоуменно глядит на подругу. — Я случилась, — фыркает, снова отпивая из бутылки. — Я не понимаю… — хмурится Джина. — Я тоже. — Ты издеваешься? — Сними уже свои, блять, розовые очки, мы с ней разные! — Да она засосала тебя прямо за кулисами! Разные?! Она такая же чокнутая как и ты! — вскипает подруга, на что брюнетка лишь усмехается, — просто признай, что тебе страшно! — Что?! — нервно смеется, — от чего же мне, блять, страшно? — Подпускать к себе людей. Ты гребаная одиночка, потому что ты боишься! — Отвали, — огрызается, снова отпивая пиво. — Ну и отлично. Будь и дальше сукой, — делает пас рукой, а после уходит прочь из квартиры, оставляя брюнетку в обществе алкоголя.

* * *

       Джеффри откидывается головой на сиденье дивана, закрывая глаза. Алкоголь скручивает сознание в спираль, а разум и вовсе скатывается куда-то. Она сделала то, что должна делать каждые три месяца, то, о чем никто не знает, даже Джина. Рут кидает хмельной взгляд, ожидая звонка, и это ожидание не обманывает ее. Вялой, будто не своей рукой девушка нажимает на вызов, включая громкую связь: — Да… — выпаливает, пытаясь контролировать головокружение. — В этот раз больше, чем обычно. Жду столько же через три месяца, — мужской ненавистный девушке голос, — если ты только не хочешь вернуться. — Я завязала, — выпаливает, хмурится от собственного пьяного сознания. — Тогда плати или все узнают, как ты заработала на свою квартирку, машину и прочую хрень. — А если у меня больше нет? — пьяно фыркает. — У тебя три месяца и тогда у тебя остается два выбора — либо все узнают, и репутация твоего папочки летит в задницу, либо ты становишься моей шлюшкой. — Я достану, — огрызается, чертыхаясь про себя. — Еще сто пятьдесят семь тысяч, ты отдала только сорок три, — смеется, — за четыре года, ты же понимаешь, что срок скоро закончится и ты не спрячешься ни за своими песенками, ни за популярностью? Тик-так, Рутти, тик-так, и скоро ты перестанешь быть такой принципиальной. — Я достану, — с омерзением в оскале выключает вызов от неопределенного номера. Хмельно кидает взгляд на футляр для очков, поджимает трясущиеся губы, а затем выпаливает, — какого черта ты вообще прилетела в этот город, Зандер?

* * *

— Ты снова портишь свою тетрадь, — подмечает Меган, глядя на то, как подруга что-то чирикает на листах лекционных записей. Ниа же кидает холодный взгляд на блондинку, чем вводит ту в ступор, — Да что с тобой такое? Ты будто выпила зелье «стать сучкой». — Просто нет настроения, — фыркает, кидая ручку на тетрадь, а затем просто роняет голову на стол. — Я, конечно, знала, что ты не особо разговорчива, но сейчас ты будто и вовсе не Ниа Зандер… — вздыхает Меган, возвращаясь к своим записям, но подруга вдруг выдает: — А что, если никто не знает настоящую Нию Зандер, даже она сама? — хмурится, устало потирая лоб пальцами, — Мэг, я серьезно, вчера я будто… — но звонок, вещающий об окончании пары прерывает ее. Девушка поджимает губы, ловя непонимающий взгляд блондинки, вздыхает, — забей, — поспешно собирает вещи и просто выскакивает из кабинета, оставляя Шиллер в недоумении.

* * *

       Рут одиноко сидит на диване своей студии, положив голову на согнутые колени. Джина так и не вернулась домой, видимо, она все же у Дэна или Зака. Брюнетка тяжело вздыхает, кидая взгляд на свой мобильный, чтобы заставить себя позвонить отцу.        Мистер Джеффри был заместителем комиссара федеральной полиции в Торонто, где он, собственно и жил вместе с приемной матерью Рут, с которой сама девушка была более чем в натянутых отношениях, так как однажды застала ее в постели с другим мужчиной. Но она не стала говорить отцу по той причине, что он и так страдал после смерти матери девочки.       До шестнадцати девушка везде была номером один, иначе было нельзя. Чирлидинг — она капитан, научные олимпиады — она капитан, футбол — она нападающий, доска почета — она в середине. Но потом… ей надоело…       Рут как сейчас помнит. Стояло знойное лето, от которого кожа горела. Она шла после очередной тренировки, изнывая от жары. Где-то на площади, в сквере сидел парень на скамье, а его руки создавали чудесную мелодию. И он был свободен. И тогда девушка вдохновилась, она стала посещать курсы гитары, против которых был ее отец, но она все равно старалась, все равно хорошо училась, просто зная предметы. И в один момент она вдруг поняла… это был, наверно, первый урок уже выпускающегося класса, а что ей делать дальше? Идти по стопам отца в полицию? Нет… она этого не хотела. Вообще, все, что связано с ее семьей, было отвратно Рут. Ей было бы спокойно, просто зная, что они в порядке и живут где-нибудь за тысячи километров от нее.        Брюнетка сидит в своей комнате на втором этаже родного дома и играет на гитаре, ей нравилось создавать что-то. Какую-то мелодию, музыку, в которой была часть ее души. — Ты идешь ужинать? — вдруг прерывает ее отец, а после хмуро уставляется на музыкальный инструмент в руках дочери, — И долго ты будешь страдать этим? — Я не страдаю, — отвечает, откладывая гитару. — Ты должна закончить школу и поступить в академию, — скрещивает руки на груди мистер Джеффри, — а эта дурость ничего не даст тебе в жизни. — А что, если я не хочу идти по твоим стопам? — вдруг не выдерживает угнетения тени отца, — Я не хочу. — А что ты хочешь? Бренчать на своей гитаре и петь песенки? — подлетает к ней мужчина, подхватывая гитару за гриф, на что брюнетка с ужасом смотрит: — Положи ее… — Ты мне еще указывать будешь? — хмурится, — этого больше не будет в моем доме, — открывает окно, а девушка с ужасом смотрит, как ее первая гитара исчезает из вида, а после слышится характерный шум разбившегося инструмента. Она медленно встает с кровати, сглатывая ком слез, а после выпаливает: — Ты мне больше не отец. И ноги моей в этом доме не будет.        Она отчетливо помнит и другое… еще менее приятное. То, как она связалась с наркобароном, которого ее собственный отец пытался поймать более пяти лет. Она помнит, как якобы получила квартиру в Ванкувере после того, как помогла ему с контрабандой в аэропорту. Никто бы и не подумал, что девушка с такой милой наружностью везет в своем школьном портфеле амфетамин на миллион долларов, скрытый от собак упаковками мяса. Ей чертовски везло, а мафия любила ее ровно до того момента, как она захотела уйти, но уйти можно было только если ты покончишь с собой или начнешь платить либо деньгами, либо собственным телом.        Рут вздыхает, проклиная себя. Еще раз кидает взгляд на выданные данные поиском в интернете: Ниа Зандер — дочь сенатора штата Нью-Йорк, наследница более пятидесяти миллионов долларов за счет акций нефтекомпаний. — Блять… это не должна быть ты… Просто, блять, не должна! — вскакивает с места, обхватывая голову руками. Переводит дыхание, прикрывает глаза и выпаливает, — Черт бы тебя побрал…

* * *

       Ниа выходит из кабинета, оставляя Меган в недоумении, но путь ей преграждает Рут: — Подожди… — Отвали, Джеффри, — пытается обойти ее девушка, но та хватает ее под локоть: — Да постой же ты, — нервно шипит брюнетка, принуждая ту обернуться. Она старается игнорировать толпу зевак, но все же это тоже ее выводит из себя, так как они начинают принимать во внимание и Нию, — а вы что столпились? — уже обращается к ним, на что Зандер поджимает неловко губы, а после берет Рут под локоть и тащит в дамскую комнату, замечая, что Меган была, мягко говоря, удивлена, увидев ее вместе с брюнеткой. Яро захлопнув дверь туалета, Ниа с недоумением обращается к девушке: — Ты что творишь? Мне не нужно лишнее внимание, — шипит, а Джеффри тяжело вздыхает, понимая, что никто не знает о социальном статусе семьи Зандер, поэтому та и старается держать от себя излишние взгляды подальше. Брюнетка потирает лоб, а после обращается к девушке: — Давай сходим куда-нибудь?        Ниа поднимает удивленно брови: — Чего? — Вчера я была на взводе из-за того, что Джин даже не спросила меня, а просто взяла и… — пытается контролировать нецензурную лексику, но это ей дается плохо, — блять, Зандер, просто сходи со мной в долбанное кино на свидание, — опускает плечи, заглядывая в темно-зеленые глаза девушки. — Ты же понимаешь, что ты чокнутая? — усмехается, немного краснея. — Я тебя пыталась предупредить об этом вчера на озере, но… как бы я здесь, а ты стоишь передо мной в этой майке… и… — шумно выдыхает, саркастично округляя глаза, не скрывая того факта, что несколько секунд смотрела на оголенную грудь, видную из-за глубокого выреза ее свободного одеяния, под которым торчал спортивный бюстгальтер черного цвета, — Господи, что я несу? — нервно смеется, отмечая про себя, что она, действительно, искренне смущается общества этой девчонки. — Ты несешь полную хрень, Джеффри, — вздыхает Ниа, стараясь не думать о своих покрасневших щеках. Рут же усмехается, вопросительно глядя на нее: — Ты сказала слово на букву «Х», или мне показалось? — Нет, тебе не показалось, — саркастично округляет глаза, а после отвечает на предложение, — Я свободна после девяти. Отель Шангри-Ла, не спрашивай про мои бюджеты, — тут же добавляет, — может быть я и живу в отеле, но езжу я на метро, а питаюсь в кафе и столовых. — не дает и шанса сказать брюнетке, — и да, никаких мелодрам или комедий, дерзай, — делай пас рукой и уходит прочь из женского туалета, оставляя Джеффри с открытым ртом: — Ну ни хрена ж себе «пирожочек».

* * *

       Высокая брюнетка, одетая в темно-синюю джинсовую куртку, стоит на автостоянке отеля, уперевшись спиной о пикап. Она шумно делает глоток воздуха, оттягивая карманы расстегнутой джинсовки, под которой виднелась черная свободная футболка с логотипом группы Nirvana. Покачав головой и запустив пальцы в волосы, тем самым зачесав их, Рут достает из кармана пачку сигарет, так как ожидание заставляет ее нервничать. И не от того, что она увидит девушку, а от того, что просто ненавидит это сосущее и пустое чувство незаполненного ничем времени, которое тянется будто часы. Губы обхватывают фильтр, а тонкие пальцы преподносят к табачной стороне зажигалку. Дым заполняет легкие, слегка расслабляя разум брюнетки. Все же девушка нервно почесывает ногу о ногу, что сопровождается характерным звуком ее обтягивающих черных брюк. Очередная затяжка, и последующий шумный выдох. Рут кидает взгляд на главные входные двери отеля, и только потом замечает уже идущую к ней девушку, одетую в излюбленную косуху, в темные обтягивающие джинсы с дырками на коленях, под курткой виднелась легкая заправленная рубашка в темно-синюю клетку, а на ногах были черные ботинки на высокой подошве. Не то, чтобы Джеффри была впечатлена, но в этой походке девушки играло столько страсти и дерзости, а ее распущенные светло-русые волосы, зачесанные на левую сторону, встречались с легким ветром, что брюнетка даже слегка приоткрывает рот, но после берет себя в руки, выбрасывая сигарету: — Привет. — Привет, — кивает ей Ниа, а после садится на переднее пассажирское место. — Я взяла нам билеты на «Дом, в котором меня нет», — садится за руль, захлопывая дверь. — Окей, — пожимает плечами, — я не смотрела трейлер, но название звучит.        Рут заводит двигатель, кидая боковой взгляд на девушку. Поджимает губы и выезжает на дорогу, отмечая про себя, что Ниа обладает красивыми чертами лица, впрочем, она и раньше это замечала, просто тогда это не сопровождалось трепещущим чувством в груди. — Зандер… — обращается к девушке, не отрывая глаз от дороги. — Что? — Ниа же смотрит в мелькающие здания в окне. — Ты хорошо выглядишь, — бросает как можно спокойным тоном, и останавливается на светофоре. — Одинаково.

* * *

       Рут выходит из машины следом за девушкой. Не смотря на то, что они сидели на последнем ряду, уверенности брюнетки это не придало, напротив, она на протяжении всего фильма переводила взгляд на лицо Нии, пытаясь понять, может ли она положить руку ей на плечо или нет. По сути, она давно могла это сделать, но это было тогда, когда она была Тейлор… — Спасибо за вечер, — нарушает тишину Ниа, двигаясь вместе с девушкой к отелю. — Не за что, — выпаливает Джеффри, а после осекается, нервно усмехаясь, — я должна была сказать не это, — Зандер останавливается, издавая смешок, — просто я никогда раньше не ходила на свидания, — пожимает плечами Рут, тоже останавливая ход, — поэтому я не знаю, что нужно делать в таких случаях. — Все было хорошо до тех пор, пока ты не открыла рот, — качает головой, поддевая брюнетку, но та лишь ухмыляется, ловя момент: — Так закрой его, — но Ниа только смеется: — Джеффри, ты никогда не упустишь момента высказать сальности, да? — Ну, блять, я думала, что ты уже должна была это понять, — делает невинное лицо, оттягивая карманы джинсовки, а после задает вопрос, кидая взгляд на губы девушки, — куда пойдем завтра? — Еще одно свидание? — поднимает бровь Ниа, улыбаясь. — Ну, да. А что? — хмурится Рут, чувствуя приступ адреналина. — Ничего, я думала, что тебе будет достаточно первого, чтобы понять, что я все равно, вопреки закону, не поцелую тебя и на первом, — высказывает колкость, на что брюнетка фыркает: — Больно надо. — она уже разворачивается к своей машине, но Ниа останавливает ее: — Океанариум. — Что? — с недоумением на лице оборачивается Рут, встречаясь с ухмыляющейся девушкой: — Океанариум. Завтра. В семь. Не опаздывай, — и разворачивается к отелю с дебильной улыбкой, в которую вводит и Джеффри. — Тоже мне «пирожочек», — качает головой брюнетка, доставая пачку Marlboro, — та еще заноза в заднице.

* * *

— Ну и чего ты опять лыбишься, как дура? — Меган не выдерживает, смотря на выражение лица подруги, которая с дебильной ухмылкой ковыряла вилкой свой салат из морепродуктов. — Кто? — просыпается Ниа, хмуря брови, — просто задумалась. — Окей, ладно. Это мы опустим, но ты мне расскажешь, что творится между тобой и Рут Джеффри, — настойчивым тоном заявляет блондинка, откидывая прядь своих волос назад. — Ничего, — девушка принимает непринужденное выражение лица, спокойно кладя себе в рот вилку с салатом. — Ага, как же. А я — мать папы римского, — саркастично усмехается, — чем вы занимались в туалете? — продолжает допытываться. — Между нами произошел конфликт, вот и решали его, — пожимает плечами. — Ага, и как же? Ты сидела на раковине, а она между твоих ног? — ухмыляется уголком губ. — Фу, нет, — фыркает Ниа, хоть и чувствует, как щеки покрываются краской, — мы друг друга бесим, вот и все. Она была натурщицей… — Звучит как начало порнофильма, — прерывает ее Меган, не сдерживаясь. — Заткнись. — прищуривается Зандер, — так вот, мы с ней поссорились, и как бы вот — друг друга ненавидим, — пожимает плечами, непринужденно делая глоток сока. — Ладно… — смиренно выпаливает блондинка, а после сжимает губы в полоску, — черт, а я-то думала, неужели мое шипперское сердце обрадуется… — Прости? — недоуменно поднимает бровь Ниа. — Эн, да вас половина колледжа шипперит. Ты, конечно, прости, но не одна я заметила, что она пожирает тебя глазами, — усмехается Меган, — хоть и не все знают твои имя и фамилию, но название фандома уже придумано, — возвращается к своему овощному салату. — Ну, и какое же? — вздыхает девушка. — Риа, — ухмыляется Шиллер, смотря на то, как подруга закатывает глаза и хлопает себя ладонью по лбу: — Серьезно? — Ну да, — подавляет в себе смех, чтобы не подавиться, а затем добавляет, — с вашими именами так просто не поиграешь, а фамилия твоя известна только мне, еще нескольким нашим одногруппникам и преподавателям, — запивает коктейлем, — Занфри… — вдруг задумывается, выдавая новое название, на что Ниа снова накрывает лицо ладонью: — Боже, перестань, это глупо. — Глупо, это шипперить меня и тебя, что, кстати, и делают некоторые девчонки из нашей группы, а вот заказать футболку с названием вашей парочки — совершенно неглупо, — с улыбкой глядит на то, как лицо подруги искажается гримасой: — Вы все чокнутые, вы и кошку с носорогом скрестите. — Ну, как никак, а котопес уже есть, — усмехается, показывая свою футболку с изображением героев мультсериала. — Господи… — вздыхает Зандер, округляя глаза, — с кем я общаюсь… — Я и тебе закажу, — подмигивает Меган подруге, издавая довольный смешок. — О, да, я уже мечтаю о ней, — саркастично кивает, цепляя вилкой креветку, — а что у тебя с этим… как его… — виновато корчится в лице, понимая, что не помнит имени парня подруги. — Брендоном? — подсказывает блондинка, поддевая Зандер. — Да. — вздыхает девушка, пытаясь в сотый раз запомнить это чертово имя. — Спасибо, что спросила, — Меган вдруг приосанивается, на что Ниа смотрит с несчастьем на лице, понимая, что ее ждет очередной и долгий рассказ подруги о том, какой он клевый и т.д., — так вот, позавчера мы были в клубе, где выступала группа Рут, — тут Ниа нервно почесывает плечо, а после берет в руку стакан, отпивая, — это, кстати, было круто. Не клуб, а ее группа… и голос у нее… — слегка отдаляется от темы, но осекается, — так вот, мы целовались. Господи, он так офигенно целуется… — Зандер закатывает глаза, заставляя себя слушать подругу, так как та была ее единственным другом за долгие годы одиночества, — вот, и мы теперь встречаемся. А завтра идем в кино… — Ниа подпирает подбородок рукой, сосредоточивая внимание на Меган. И все бы ничего, пока в столовую не вошла Рут Джеффри в сопровождении своей «назойливой свиты», но брюнетка, казалось, не обращала на них внимание. Она проходит мимо девушки с ухмылкой, подмигивает, а после возвращается к диалогу с одной из одногруппниц, оставляя Нию с подавляющей улыбкой на лице, — вот! — вдруг указывает пальцем на подругу Меган, — вы снова это сделали. — Что сделали? — уставляется на нее Зандер, сглатывая образовавшийся ком. — Она прошла мимо, а ты посмотрела на нее и прикусила губу, все Эн, как хочешь, но мое шипперское сердце кричит вам двоим — канон, — заявляет, кивая головой с ухмылкой на лице. Ниа же закатывает глаза: — Чокнутая…

* * *

       Высокая девушка со светло-русыми волосами, одетая в драные джинсы и белую, заправленную в них рубашку, стоит у огромного аквариума под потолок и с блаженством на лице глядит на плавающих в нем медуз. Рут же с недоуменной ухмылкой смотрит на завороженное лицо девушки: — Это только первый аквариум, а ты уже минут десять пялишься на этих беспозвоночных, — скрещивает руки на груди. — Я люблю медуз… — отвечает с таким же выражением лица, не поворачиваясь к Джеффри, та лишь поднимает брови вверх: — Обычно девушки котиков любят или любую другую пушистую хрень, которую можно потискать… — Посмотри на них, — улыбается Ниа, не обращая внимания на остроту высказываний Рут, — они — одни из самых простых животных нашей планеты, кажутся такими хрупкими, а на самом деле могут выдержать на себе давление на глубине до десяти километров от поверхности воды… — брюнетка хмурится, подходя к девушке ближе, — их тела состоят на девяносто пять процентов из воды, они почти прозрачны и незаметны, но то, как они переливаются, эти оттенки их шляпок и щупалец… — улыбается, а Джеффри в свою очередь уже внимательнее смотрит на проплывающую мимо медузу, — у них нет мозга… — Как и у большинства людей нашей планеты, — не сдерживается брюнетка, усмехаясь, но ловит легкий толчок в плечо от девушки: — Зато у них есть две нервные системы. И они дышат всем телом, и воспринимают мир от органов осязания и зрения. — Продолжай… — Рут завороженно переводит взгляд на восхищенное лицо Зандер, отмечая про себя, что ранее подобные изречения не стали бы ей интересны, но сейчас… она познает мир этой девушки и, что самое интересное, он ей нравится. — И эти вот, простые животные, кажущиеся настолько беззащитными, могут убить своим прикосновением… некоторые из них, — добавляет, качая головой, переводит взгляд на брюнетку и встречается с уже даже голубоватыми глазами, чему даже улыбается, отмечая про себя, что Рут обладает меняющей цвет радужкой. — А какое твое любимое животное? — меняет тему, поджимая губы. — Собака, — пожимает плечами Джеффри, уже двигаясь к следующему аквариуму, — только ее у меня никогда не было. — Тогда с чего ты взяла, что это твое любимое животное? — усмехается Ниа, подходя к толстому стеклу, за котором плавала пара небольших акул. — Не знаю, — становится рядом, — они верные, вернее, чем люди. Они ждут тебя, когда ты вне дома… — вздыхает, глядя на проплывающую акулу. Ниа замолчала, опуская глаза; в брюнетке, действительно, было много боли, ее многие предали, поэтому она так скрывается за панцирем, покрытым шипами, — а что ты можешь рассказать об акулах? — меняет тему, ухмыляясь девушке. — Ну-у… — почесывает затылок, — они не спят, потому что их жабры работают только тогда, когда они двигаются, если бы акула остановилась — она бы просто задохнулась, — пожимает плечами, — так же я знаю, что не смотря на голливудские фильмы, белая акула не так опасна, как, например та же тигровая или бычья, — смущенно смеется, ловя на себе ухмылку Рут, — про медуз я могу говорить часами, — накрывает лицо ладонью, — правда… — Верю, — усмехается Джеффри, — белая акула, раз ты уже начала про нее, грозный хищник, однако она также знатно идет в рацион косатки, — Ниа поднимает удивленно бровь, — кстати, в неволе белые акулы не живут, они лучше сдохнут от голода, чем будут жить в каком-то аквариуме. — кидает взгляд на аквариум, — вообще, мало какие акулы переносят неволю… — Ты точно про акул сейчас говоришь, а не про себя? — усмехается Ниа. — Ой, то есть тебе можно поумничать, а мне нет? — фыркает брюнетка. — Нет, что ты, продолжай, — улыбается, — просто непривычно осознавать, что Рут Джеффри может умничать. — Ты меня бесишь… — прищуривается девушка. — Вот, так намного привычнее, — поддевает ее, и идет уже к следующему аквариуму с белухой, проходя мимо других, не менее зрелищных. Ниа с улыбкой наблюдает как к ее лицу за толстым стеклом подплывает белый дельфин и с любопытством смотрит на нее. Рут ухмыляется этому зрелищу, а после подходит ближе и кладет ладонь на стекло, глядя за тем, как белуха радостно приоткрыла рот. — Я, честно, впервые здесь, — выпаливает Джеффри, улыбаясь дельфину. Ниа же вдруг подходит к брюнетке и берет за руку, на что та поворачивается, вопросительно глядя в темно-зеленые напротив. Зандер же вздыхает: — Я тоже, поэтому не поела перед тем как идти сюда, и… очень хочу перекусить, — уже тащит девушку, но Рут смеется: — Кафе здесь в другой стороне. — И откуда ты знаешь, если не была здесь ни разу? — хмурится. — Здесь табличка висит, — усмехается Джеффри, указывая на большую вывеску с указательной стрелкой, из-за чего Ниа только фыркает: — Давай, ты сделаешь вид, будто этого не было? — вздыхает, накрывая лицо ладонью. — Без проблем, — сдерживает смех, поднимая беспомощно руки, — пойдем, я накормлю тебя. — уже кивает в сторону коридора, освещенного водным сиянием. — Чур, плачу я, — заявляет Ниа, а после снова берет брюнетку за руку, быстро утягивая ее за собой.

* * *

       Брюнетка выходит из автомобиля, зачесывает рукой свои непослушные темные волосы и поворачивается в сторону другой светло-русой девушки, уже захлопнувшей дверцу машины. На улице уже было темно, но огни города не давали возможности царствовать ночи. Рут подходит к Зандер, нервно оттягивая рукава джинсовки: — Куда пойдем завтра? — Уже третье свидание? — вскидывает брови Ниа, — Джеффри, ты ли это? — усмехается. — Блять, ну если тебе так не нравится в моем обществе, то… — но она не договаривает, потому что Зандер подходит к ней вплотную и тяжело сглатывает, Рут прикусывает нижнюю губу, — что ты делаешь? — Я давно этого не делала, так что… если что, просто сделай все сама… — выдыхает в губы напротив, — если быть точной, я уже забыла, как это делается, — но брюнетка только хмурится, не решаясь прикоснуться к губам девушки, — господи, Джеффри, я тебе уже прямо говорю, что тебе еще надо? — недоуменно уставляется на нее Ниа, — ладно, как хо… — но Рут все же с недоумением на лице впивается в ее губы, закрывает глаза, обхватывая подбородок девушки, углубляя поцелуй. Возможно, слишком нахально, но Ниа отвечает, сжимая пальцами джинсовую ткань куртки Джеффри. Воздух становится раскаленным, а Зандер едва глотает кислород, отстраняясь от брюнетки, прикусывая машинально ее губу. — И это ты называешь «я забыла, как это делается»? — ухмыляется Рут, не сдерживаясь от высказываний. — Это был комплимент? — Ниа смущенно улыбается, отводя взгляд. — Возможно, ты, и не такой пирожочек, как кажешься, — кивает в качестве подтверждения. — А с чего ты взяла, что я, как ты выразилась, «пирожочек»? — хмурится Зандер. — Не знаю, — пожимает плечами, стараясь скрыть смущение на лице, — ты такая…- морщится, — правильная… — Пусть будет так, — усмехается Ниа, а после подытоживает, — спасибо за вечер, Джеффри. — делает несколько шагов в сторону отеля, уже повернувшись спиной. — Одинаково, — кричит ей в спину Рут, поджимая губы, еще сохраняющие недавние прикосновения, — обернись… — шепчет себе под нос, смотря на удаляющуюся девушку, и та оборачивается, а затем снова возвращается лицом к отелю. Джеффри улыбается уголком губ, достает пачку сигарет и вздыхает, — разгон от «пирожочка» до сучки в одну секунду. — обхватывает фильтр губами, хмурится, ощущая вкус клубники во рту, от чего задается легким нервным смехом, поджигая табак, — вот ты сучка, Зандер.

* * *

— Слушай, Эн… — обращается к ней Меган, задумываясь при просмотре профиля подруги в Твиттере. — А? — отрывается от своего эскиза девушка, сидящая рядом с ней под деревом в парке возле колледжа. — Я тут подумала, почему у тебя нет фото, где ты дома? — хмурится, переводя взгляд на Нию, — Я к тому, что ни разу за месяцы нашего общения я не была у тебя… — Ну-у, не знаю, — неловко пожимает плечами. — Может быть сегодня посмотрим какой-нибудь фильм у тебя в хостеле? — отключает дисплей блондинка и кладет мобильный обратно в сумку. — Я не думаю, что тебе там понравится… — хмурится Зандер, продолжая накладывать штрихи на рисунок медузы. — Брось, Эн, ну правда… — умоляюще глядит на подругу, — Чего ты так боишься?        Ниа поджимает губы, борясь с желанием сказать девушке правду. Хотя, она доверяет ей… — Ну, была — не была… — вздыхает, зажмуриваясь, — я живу не в хостеле, а в отеле, потому что я дочь сенатора штата Нью-Йорк, — но она не получает ответные вопли, поэтому осторожно открывает глаза, впечатываясь в опешенные карие: — Охренеть не встать. Боже, да моя подруга сама… — громко вскрикивает, но быстро прижатая ладонь Нии к ее рту заставляет ту прийти в себя: — Вот поэтому я и не говорила, черт возьми, Мэг, не ори. — Все-все, я молчу… — шепчет в ладонь подруги, которую тут же отстраняет от себя, — какого хрена, Эн? — обиженно смотрит на подругу, — не заставляй меня гуглить… — Это все неважно, потому что я хочу сама всего добиться, — выпаливает шепотом, — и я не хочу, чтобы со мной дружили только из-за того, что моя мать обладает большим количеством нулей на счетах, — фыркает. — Мать моя женщина, Эн! — восклицает, но после осекается, — сегодня я ночую у тебя в твоих хоромах, а не в этой общаге, ясно? И только вякни мне, — надувает губы, демонстративно скрещивая руки на груди, — а насчет твоей тайны — я могила, — добавляет, уже приобретая улыбку, — но мне все же обидно, что ты мне не доверяешь. — Я не доверяю твоим эмоциям, — тыкает указательным пальцем в бок блондинки, — и потом… я же сказала тебе сейчас правду, нечего дуться, — вздыхает. — Ладно-ладно… — глотает кислород. — Ты переварила? — усмехается Ниа, возвращаясь к эскизу. — Почти, — выдыхает Меган, — мне резко захотелось покурить… — Остынь, — качает головой девушка, поправляя непослушную прядь своих светло-русых волос, хмурится, берет эту же прядь и смотрит на нее, — слушай… Мэг… — Что? Еще скажи, что у тебя есть красавчик-брат, занимающий тридцатое место в списке Forbes, — нервно усмехается, а после хмурится, — нет же? Или есть? — Нет, я одна в семье, — закатывает глаза Ниа. — Блин… — поджимает губы, затем переводит лукавый взгляд на подругу, — а двоюродный? — Мэг… — издает смешок Зандер, — остынь. — Да шучу я, — легко толкает в плечо подругу своим, — так что ты хотела спросить? — Я хочу покрасить волосы, — выдает, морща лоб. — Чего-о? — округляет глаза Шиллер, — Эн, кто-то мне говорил, что никогда не красил волосы, а тут… это точно ты? — поддевает девушку. — Ой, Боже, просто во мне что-то изменилось, и я хочу покрасить волосы, а не задницу, — фыркает. — Окей, и в какой цвет? — приосанивается, чувствуя, что хоть где-то пригодиться подруге. — В… — хмурит брови, — бледно-розовый? — Воу, ничего себе, деточка, что же с тобой такое приключилось, и где та моя занудная подруга? — смеется блондинка, поправляя на себе полосатую легкую кофту. — Это все… — осекается, прикусывая губу, — Тейлор. — Тейлор? — поднимает недоуменно бровь, — это кто? — Та девушка, с которой я говорила вечерами по телефону, — вздыхает Ниа, ловя себя на мысли, что не врет подруге, просто не рассказывает все полностью. — Серьезно? — саркастично усмехается. — Да, — пожимает плечами, но после с прищуром глядит на Меган, — если ты и дальше будешь подкалывать, я тебя с ней не познакомлю. — Окей, все, — поднимает беспомощно руки вверх, — сегодня я тебя раскрашу. — улыбается. — Вот и отлично, — довольно продолжает накладывать штрихи. — Эн, ты реально меняешься прямо на глазах, но, черт возьми, такая ты мне больше нравишься.

* * *

       Ниа терпеливо сидит на махровом белом ковре с косметической шапочкой на голове и еле сдерживается, чтобы не прикончить Меган, фотографирующую ее: — Ах-ха-ха, тебе бы еще маску зеленую и вообще было бы… — делает кадр. — Мэг, если ты не успокоишься, я измажу твое лицо зеленкой, пока ты будешь спать, — сжимает недовольно губы, раздувая ноздри. — Застынь! — и делает очередной снимок на свой мобильный. — Блять, Меган! — кидает в нее подушку Ниа, недовольно скрещивая руки на груди. — Да все-все, тихо, — старается подавить смех светловолосая, кидая мобильный на сиденье дивана, — чур я иду в ванную после тебя, ибо я очень хочу понежиться в джакузи. — мечтательно прикрывает глаза. — Это не джакузи… — вздыхает Ниа, — а просто ванна с массажем… — Не ломай мне кайф, — морщится, продолжая о чем-то мечтательно думать. — Я хочу есть, ты будешь что-нибудь? — переводит тему Зандер, включая огромный плазменный телевизор. — Господи, ты спрашиваешь? — восклицает Меган, плюхаясь на диван, — конечно, буду. — Сейчас закажу, — поднимается с пола Ниа и подходит к стеклянному журнальному столику, на поверхности которого лежал ее мобильный, — какую кухню будешь? — обращается к подруге, уже находящейся в нирване. — Японскую. — Окей, а я просто пиццу, — вздыхает Зандер, набирая номер обслуживания.       Девушка не тратила особо деньги со своей карточки, так, на раз сходить в обычное кафе или купить что-нибудь из художественных принадлежностей, но сейчас она хотела немного побаловать подругу, тем самым извиняясь за то, что не сказала изначально правду. Не то, чтобы она чувствовала себя виновной, это была оправданная ложь, но да, Ниа хотела немного потратить деньги из своего бюджета, который мать преувеличила в разы необходимого.

* * *

— Ну что там? — нетерпеливо спрашивает Ниа в очередной раз, пока Меган сушит ее волосы, не позволяя подруге посмотреть на результат в зеркале. — Увидишь, — только и отвечает, а про себя улыбается собственному мастерству, ощущая мягкие бледно-розовые волосы девушки. — Мне тебя пытать что ли? — нервничает Зандер, ерзая в кресле, — я чувствую, что волосы у меня все же остались, но блин, скажи, что они нормального цвета, а не хрен пойми какого. — Ты опять сказала это слово, — игнорирует, меняя тему. — Какое? — закатывает глаза Ниа. — На букву «Х», — усмехается, — черт, не знаю кто ты, но продолжай. — Что там с моими волосами, Мэг? — в который раз спрашивает, но подруга тут же выключает фен и довольно обходит девушку: — Черт, да ты прям горячая…        Ниа хмурится, вскакивает с кресла и поворачивается к большому сплошному зеркалу, встречаясь со своим отражением. Длинные, когда-то светло-русые волосы, стали бледно-розовыми, красиво спадающими на плечи. — Теперь я могу поесть? — с мольбой в голосе спрашивает Меган. — Да, — ухмыляется собственному отражению Ниа, — ты можешь есть, пока не лопнешь. — Спасибо, — радостно подрывается с места блондинка к стоящему серому дивану у журнального столика, на котором лежала коробка еще теплой пиццы и две коробочки с японской кухней, — а то ты не в курсе, что рабства у нас в Канаде не было. — Ваша страна официально образовалась в 1867 году, к этому времени рабства уже нигде не было, но давай не будем вспоминать тот факт, что Канада существовала и до своего официального релиза и рабство в ней вполне процветало, — вздыхает девушка довольно садясь напротив подруги, которая в свою очередь закатывает глаза: — Ты такая зануда… — вылавливает палочками лапшу с устричным соусом. — Не надо зато вступать со мной в историческую перепалку, я тебя в ней сделаю, — ухмыляется, открывая коробку пиццы. — М-м, боже, это так вкусно! — вдруг восторгается Меган, прикрывая глаза от удовольствия своих вкусовых рецепторов, чему Зандер улыбается: — Если у меня не выпадут волосы, то можно будет потом еще как-нибудь так посидеть.

* * *

       Девушка с бледно-розовыми волосами подпирает подбородок рукой, продолжая рисовать эскиз вслед за преподавателем. Белая рубашка, заправленная в джинсы, слегка просвечивает ее бюстгальтер того же цвета, от чего та еще больше привлекает внимание мужских глаз, но она просто этого не замечает или не хочет замечать. К чему обращать внимание на интерес других людей в свою сторону и придавать этому какое-то значение, если все ее мысли сносятся к образу дикой девушки, образ жизни которой это — свобода, гитара и песни. И хоть она и мало знает ее, как саму ее, а не ту, кем брюнетка притворялась, это не значит, что она вовсе ее не знает. Это просто означает, что у нее есть время и есть ночи, которые укрывают их от любопытных глаз, чтобы окунуться в то озеро, скрывающее все тайны девушки. — Эн? — Меган с ухмылкой отвлекается от эскиза. — Что? — отрывается от своего графического планшета Ниа, кидая взгляд на загадочное лицо подруги. — На тебя все наши парни пялятся, — шепчет ей в ухо в усмешке. — И что? — равнодушно отвечает, возвращаясь к эскизу. — Зануда, — фыркает блондинка, с неохотой продолжая следить за указаниями преподавателя. — Ага.

* * *

       Ниа идет в сторону метро, попрощавшись с Меган, которая спешила домой, чтобы прихорошиться на свидание. Ее волосы приятно развиваются легким ветром, встречающим ее лицо. — Хей, — неожиданно кто-то хватает ее за руку, слегка задыхавшись. — Что? — оборачивается недоуменно девушка и тут же встречается с бледно-бирюзовыми брюнетки, пытающейся отдышаться: — До тебя хрен докричишься, — выпаливает, выпрямляясь. — Курить меньше надо, — усмехается Ниа, а после хмурится, — что ты здесь делаешь? — Я довезу тебя, — кивает в сторону припаркованного в неположенном месте мотоцикла, но затем расплывается в ехидной улыбке, — тебе, кстати, идет, — окидывает взглядом бледно-розовые локоны девушки. — Ага, для тебя старалась, — язвительно отвечает, скрывая смущение. — Пойдем, а то скоро дождь начнется, — не дожидаясь ответа берет за руку и тащит к своему байку. — Это ты так заботишься обо мне? — ухмыляется Ниа, пытаясь успеть за брюнеткой. — Просто, если ты промокнешь, то простудишься, а если ты простудишься, то ты засядешь дома и пропустишь занятия в универе, — доходит до мотоцикла, отпускает руку девушки и берет шлем, висевший на руле. — А тебе? — хмурится Зандер, замечая, что шлем всего лишь один. — Помолчи, — закатывает глаза Рут, бесцеремонно надевая шлем на голову девушки.       Застегивает ремешки, слегка касаясь кончиками пальцев шеи Нии, от чего поджимает губы и быстро отводит взгляд, покончив с креплениями. Снимает с педали байк, на что Зандер с ухмылкой глядит, как брюнетка, будучи в косухе и черных кожаных леггинсах, перекидывает ногу через сиденье, оседлав железного коня, — Залезай. — кивает на пассажирское место позади себя. Зандер чувствует, как щеки снова начинают гореть, но она сглатывает ком смущения и садится, упираясь руками позади себя, — Держись за меня. — усмехается Рут, а после чувствует волнение внизу живота от робкой хватки рук девушки на своей талии, но она берет себя в руки, едва ли правда, но берет, кладет ладони поверх кистей Нии, затем принуждает ту придвинуться ближе, — я сказала держаться, а не мизинцами коснуться. Если свалишься, то сама будешь виновата. — наставляет командным голосом, пусть и слегка хриплым. — Ладно, — выпаливает Ниа, а после в ехидной улыбке прижимается к спине брюнетки, надеясь, что тем самым введет ее в смущение.       Двигатель. Сцепление. И они трогаются с места, каждая про себя думает о том, что как же неловко быть настолько близко друг к другу, зато есть прикрытие — чтобы не упала.

* * *

— Кажется, мы не успели, — вздыхает Рут, слезая с мотоцикла вслед за девушкой. Легкий дождь постепенно набирал темп, но Ниа спокойно снимает шлем, не торопясь: — Я люблю дождь. — Я тоже, но лучше смотреть на него, сидя на подоконнике, а не с мокрой задницей стоять под ним, — вздыхает, беря в руки шлем, протянутый девушкой: — Если хочешь — езжай, — пожимает плечами Зандер, закидывая голову, тем самым обнажая лицо навстречу дождевым каплям. — Так заболеть можно, — выпаливает Рут, смотря на то, как одежда на Зандер намокла и стала просвечивать почти весь ее верх, пока та вдруг не сняла кеды и босиком не прыгнула в травянистый мокрый ковер, держа пару обуви в руке, — ты чокнутая, — но Джеффри говорит это не с претензией, а даже с улыбкой, уже самой шагая за девушкой. Дождь усилился. Волосы стали мокрыми, одежда прилипает к телам, но Ниа вдруг смеется, берет хмурую брюнетку за руку и тянет за собой в сторону аллеи, — шлем, блять, я забыла оставить шлем! — кричит ей в спину Рут, но Зандер игнорирует ее. Достигает дерева и упирается в него спиной, машинально разворачивается, еще утаскивая за собой девушку, от чего та по инерции впечатывается лицом к лицу Нии. Лиственные ветви укрывают их от назойливого дождя, а они секунды стоят вот так, чувствуя неловкость и пылкое дыхание, — я забыла оставить шлем, — нервно повторяет Рут, кидая взгляд на губы в миллиметрах напротив, а после бесцеремонно обхватывает нижнюю девушки своими, запуская свободные пальцы в мокрые бледно-розовые волосы.        Какого это? Целовать кого-то, кто странно заводит твое сердце, будто заражая аритмией? Вроде бы, губы как губы, ничего необычного. Фейерверков нет, как это описывается в любовных романах, это… просто поцелуй, казалось бы… но кое-что отличало его от других — ты не хочешь его прерывать, этот контакт, пусть даже и кислорода в легких не осталось. И плевать на эту воду, падающую с неба; кто вообще придумал дождь? Спасибо ему, он укрывает водяной завесой под листвой. Хотя, это неважно. Вообще все неважно, сейчас существует лишь противоположное каждому тело, находящееся в миллиметрах, и противоположные губы…        Брюнетка шумно вдыхает воздух сквозь ярое прикосновение к губам, а пальцы Нии сжимают черную кожу куртки девушки, настойчиво и слепо пытаясь притянуть к себе ближе. Рут чувствует, что скоро самоконтроль пойдет другим, левым путем, поэтому резко отстраняется и, ничего лучше не придумав, с глупым выражением на лице надевает шлем на недоуменную Нию: — Я устала его держать.

* * *

— Рут сегодня не видно… — задумчиво выпаливает Меган, оглядывая столовую. — Ну и что? — Ниа пытается скрыть нотки беспокойства в голосе, ковыряя вилкой салат с кусочками курицы. — Наверно, она пишет очередную песню или репетирует, — продолжает девушка, но вдруг хмурится, — надо посмотреть ее Твиттер, — берет в руки мобильный. — Ты знаешь ее Твиттер? — скидывает бровь Зандер, начиная немного нервничать, из-за чего оттягивает рукава своей обтягивающей кофты в черно-белую полоску. — Ну, ее группа стала набирать популярность, видимо, после этого она его завела, — пожимает плечами, — а вот и ее новый твит… — улыбается, но после вздыхает, — она заболела, — Ниа хмурится, а подруга тем временем показывает ей экран своего мобильного с фотографией, на которой было изображена женская рука, державшая чашку горячего чая. Подпись гласила: «Гулять под дождем не всегда хорошо, но это того стоило.» — Ясно, — Зандер как ни в чем не бывало возвращается к салату, думая про себя:       «Черт, она простыла из-за меня…» — Кстати, она только недавно стала выкладывать новые публикации, раньше это было раз в две недели, а то и реже, — подмечает Меган, смотря на фото, — может быть у нее кто-то появился? — поджимает губы, — если это так, то мое шипперское сердце разбито… — Мы можем поговорить о чем-нибудь другом? — Ниа недовольно кладет себе в рот вилку салата. — Можем, — откладывает телефон, — мой брат недавно расстался с девушкой, с которой встречался три года, и теперь он живет у друга, потому что эта сволочь еще не забрала свои вещи, — вздыхает Меган, — он даже планировал сделать ей предложение, но она решила, что ей нужно пожить для себя и так далее, хотя мой братец работал и оплачивал все ее выкрутасы, — корчится в лице, — и теперь я должна вывести его из депрессии, потому что иначе он может потерять свой бар, управление которого теперь на мне, — устало подпирает рукой подбородок. — Ты не говорила, что у тебя есть брат, — щурится Ниа. — Только не начинай, я знаю, что Дюк тот еще красавчик, но это я тут в семье самая красивая, — усмехается Шиллер, — и вообще, сводить лучшую подругу с братом — ужасно, — фыркает, — это все равно, что смотреть на «Игру Престолов» — инцест, — морщится. — Я и не собиралась, — хмурится Ниа, улыбаясь, — я так понимаю, сегодня ты будешь занята братом? — Да., — кивает, делая пас рукой, — кто же, если не я.        Ниа возвращается молча к салату:       «Надо навестить Рут, но я даже номера ее не знаю… Твиттер, точно, надо написать ее подруге…» — И чего ты замолчала? — Когда я ем, я глух и нем.

* * *

       Брюнетка который раз тяжело вздыхает, смотря на легкий дождь, моросящий в окно. Ее руки обхватывают кружку горячего чая с кусочком лимона. Она не особо любила и воспринимала лекарства, считая, что чашечка чая с цитрусовым и так может помочь. Шмыгнув носом, она упирается затылком в стену, сидя на большом подоконнике. Джина пошла репетировать с ребятами, а ей — некуда, с таким басом лучше полечиться. Она делает глоток обжигающего напитка, немного ругая себя вслух: — Довезла, блять…        Звонок в дверь заставляет Джеффри обернуться и подняться с места, поставив кружку на подоконник. — Кого там черт принес… — шипит, недовольно потирая шею. В несколько шагов она оказывается у двери и открывает: — Привет, — на пороге стояла Ниа с пакетами в руках, она была несколько промокшая из-за дождя. — Привет, — поднимает бровь Рут, — Как ты узнала мой адрес? — пропускает девушку в квартиру, закрывая за ней дверь. — Ну, ты так мне и не дала свой новый номер, поэтому мне пришлось спросить у Джины в Твиттере, — вздыхает Ниа, ставя пакеты на ламинат из белого дерева. — Ты и не спрашивала, — хмурится брюнетка, зачесывая пальцами свои волосы назад. — Ты заболела из-за меня, поэтому — вот, — кивает на пакеты, полных фруктов, цитрусовых и других продуктов. — И? — недоуменно уставляется на нее девушка. — Я буду лечить тебя, — закатывает глаза Зандер, откидывая назойливую намокшую прядь своих бледно-розовых волос. — Мне завещание стоит писать? — усмехается Джеффри, скрещивая руки на груди. — Заткнись и помоги мне отнести все это на кухню, — фыркает Ниа, — я приготовлю ужин. — Отравить теперь хочешь? — продолжает Рут, но берет пакеты в руки, — ладно, трави, я все равно не успею выздороветь к следующему выступлению, — вздыхает, отправляясь с покупками на кухню. — А когда оно у тебя? — идет следом, окидывая по пути студию девушки взглядом. — Через четыре дня, — ставит ношу на стол Джеффри, — и да, это было не обязательно, — кивает на содержимое пакетов. — Ты разговариваешь басом из-за меня, так что — обязательно, — встает рядом, скрещиваю руки на груди, — у тебя, кстати, довольно миленько… — усмехается. — Холостяцкая берлога музыканта, — ухмыляется Рут, делая пас рукой, — Зандер, тебе вовсе не нужно находиться здесь, я сама не маленькая девочка. — Заткнись, сядь на диван, а я все приготовлю, — фыркает Ниа, желая сделать что-то для девушки. — Ладно, — вскидывает руки вверх, — я пошла.        Рут удаляется обратно на подоконник. А Зандер же тяжело вздыхает, думая про себя:       «Окей, гугл, как не отравить девушку своей стряпней?»

* * *

— Ладно, это довольно вкусно, — уминает Рут приготовленную Нией лазанью, — ты умеешь готовить? — откидывается на спинку дивана, прикрывая в удовольствии глаза. — Я, если честно, готовила всего второй раз, наверно, в жизни, — усмехается девушка, — но, видимо, интернет мне очень хорошо объяснил, что и как, — пожимает плечами. — Нет, серьезно, это о-очень вкусно, — проговаривает, едва прожевав, — я не умею готовить, и лазанью никогда не пробовала. — Ты давай, ешь, а потом попьешь горячего молока с печеньками, перед сном я поставлю тебе горчичники, — ставит уже пустую тарелку на журнальный столик. — Горчичники? — поднимает бровь, кладя себе в рот очередную вилку вкусноты. — Да, — кивает Ниа. — Перед сном? — хмурится, — у меня два вопроса… — прожевывает, — ты остаешься у меня? И второй: что такое, нахрен, горчичники? Звучит некруто, — шмыгает носом. — Если ты не против — да, и да, горчичники прогреют твою спину и легкие. — отвечает, немного краснея от первого вопроса. — Я не против, — пожимает плечами Рут, доедая лазанью, — можешь спать со мной или на диване, — от первой части предложения у нее слегка застревает кусок в горле, от чего начинает кашлять, но этот недуг быстро проходит. — Я, пожалуй, посплю на диване, — поджимает губы Ниа, забирая пустую тарелку у девушки, — Сейчас принесу горячий чай, — подхватывает и свою посуду, следуя на кухню. — Ты всегда такая охуенно милая, Зандер? — выкидывает колкость в адрес девушки, но та отвечает не хуже: — Только когда у кого-то по моей вине голос становится как у транссексуала. — Что ты имеешь против трансов? — усмехается Рут, глядя на гостью с дивана. — Ничего, одного из них я накормила лазаньей, так что все круто, — смеется, кидая взгляд на ухмыляющуюся брюнетку. Ниа быстро разливает заваренный горячий чай по кружкам, отрезает от лимона круглый кусочек, который делит пополам и кидает в чай, — тебе сколько ложек сахара? — Одну. — отвечает Джеффри, набирая сообщение для Джины:        «Сегодня у меня остается Ниа, ты можешь переночевать у Зака или Дэна?»       Ниа возвращается к убравшей телефон Рут с кружками горячего напитка в руках, протягивает одну брюнетке: — Пей. — Спасибо, — принимает чай, обхватывая пальцами сосуд, — утром ты свалишь на пары? — спрашивает, уже зная ответ. — Угу, — отпивает чай Ниа, — так что тебе придется лечь пораньше. — Я могу не спать до утра.

* * *

       Прошло чуть больше получаса. Ниа помыла посуду и уже с усмешкой смотрит на сопящую брюнетку, держа в руках стакан горячего молока с тарелкой печенья с шоколадом. — Не спишь до утра, говоришь. — А? Что? — резко просыпается Джеффри, а затем устало потирает лоб, — блять… — Выпей молока с печеньем и иди в кровать, я поставлю тебе горчичники. — усмехается Зандер, — хулиганка неспящая.        Джеффри смущенно смеется и принимает стакан с тарелкой: — Я просто задремала. — Ага.

* * *

       Ниа смущенно подходит к кровати, на которой хмуро восседает брюнетка. Она ставит на прикроватную тумбочку чашку с горячей водой и кладет на кровати упаковку горчичников: — Ложись и подними футболку. — Вот так сразу? — усмехается Рут, но кашель достает ее. — Давай… — шипит на нее Ниа, смущенно ожидая оголенного участка женского тела.        Джеффри шмыгает носом, поворачивается спиной к девушке и снимает футболку, укладываясь на живот. Зандер сглатывает, пробегая глазами по обнаженной и тонкой, но сильной спине брюнетки, и останавливается на ягодицах, прикрытых тканью пижамных шорт. Щеки предательски начинают гореть, но она берет себя в руки и достает две сетки горчичников. Смачивает одну и с замиранием в сердце укладывает горячее изделие на левую сторону спины. Рут хмурится: — Ай, горячо… — Терпи… — поджимает губы Ниа, — еще один… — проделывает то же самое и укрывает брюнетку одеялом, — теперь полежи минут двадцать.       Ниа быстро уносит чашку с упаковкой лекарственного средства:       «У нее такая… приятная кожа… и чем я думаю? Она болеет, а я…»        Рут же устало вздыхает, кашляет и снова вздыхает:       «Это, наверно, приятно, когда за тобой есть, кому ухаживать. Приятно, когда кто-то ругает тебя за то, что ты заболела, и готовит тебе что-то вкусное, чтобы порадовать. Она странная, то орет, то вдруг милая… будто плюшевая. Она просто чокнутая…» — Не жжет? — возвращается к ней Ниа, садясь на край постели. — Жжет, — недовольно бурчит Джеффри. — Терпи, — просто отвечает, пожимая плечами. Рут недовольно заерзала, но Ниа тут же ее останавливает легким толчком в ногу: — Будешь ерзать, я еще поставлю. — Ты просто издеваешься надо мной, — недовольно фыркает, утыкаясь лицом в подушку. — У тебя концерт через четыре дня, одним чаем ты не вылечишься, — нотационным тоном продолжает девушка, — так что лежи и терпи. — Ну, мам… — умоляюще выдыхает Рут. — Не мамкай, — усмехается, откидывая прядь своих волос. — Ты изверг, — Джеффри снова еле сдерживается, чтобы не заерзать и не скинуть с себя эту дрянь. — Есть такое, — кивает Ниа непринужденно вздыхая, — как давно ты играешь на гитаре? — кидает взгляд на один из инструментов, висящий на стене. — С пятнадцати, — бурчит в подушку Рут, — и я больше не буду тебе играть, потому что ты, блять, издеваешься надо мной… — Посмотрим, — усмехается Зандер. — Посмотрим, — ухмыляется Джеффри, невольно думая про себя, что это даже мило. — Посмотрим.

* * *

       Вкусный аромат свежих блинчиков пробивает заложенный нос брюнетки, пробуждая от сна. Едва приоткрыв глаза, ее слуху представляются тихие нотки джаза, издающиеся со стороны кухни. Она хмурится, пытаясь понять, какого черта Джина вдруг встала такую рань, но ее воспоминания о прошлом вечере настигают ее. Она усмехается, потирает глаза, отмечая про себя, что горло уже не болит, но нос по-прежнему заложен. Любопытство вдруг настигает Джеффри, и она поднимается с постели, спускается по метровой лестнице и заглядывает в почти не отделенную от студии кухню. Ее бледно-бирюзовые глаза впечатываются в Нию, танцующую рок-энд-ролл, копируя движения Элвиса Пресли, но ее танец совершенно не сочетался с джазовой музыкой, по крайней мере, в представлениях брюнетки. Она не сдерживается: — Ты танцуешь, как Пумба. — Блять! — хватается за сердце Зандер, оборачиваясь и выключая музыку на своем мобильном, — какого черта, Джеффри? И из нас двоих, это ты тут Пумба, — фыркает, но после смягчается, усмехаясь, — твой голос стал менее трансгендерным. — Эта хрень, которой ты мне прижгла спину, вероятно, помогла, — пожимает плечами Рут, входя на кухню. — Это горчичники… — закатывает глаза Ниа, поправляя неуклюжий пучок на затылке своих бледно-розовых волос. — Ты готовишь на завтрак оладьи? — поднимает вопросительно брови брюнетка, поджимая неловко губы, — мне жаль тебя расстраивать, но я не ем по утрам… — Мне жаль тебя расстраивать, но ты сейчас сядешь, позавтракаешь, выпьешь горячего чаю… — морщится, а после усмехается, — и примешь душ, ты воняешь горчицей. — Охуеть, интересно, почему? — уставляется на нее Джеффри, упирая руки в бока. — Не воняй, садись, — смеется Зандер, кивая на один из стульев за столом, сама же снимает последнюю оладью и кладет ее на гору других таких же, брюнетка покорно садится за стол, — Мне нужно уже идти скоро, но я успею позавтракать вместе с тобой, — ставит быстро два блюдца: для Рут и себя, располагает тарелку с горой блинчиков, а рядом с ней — кленовый сироп, — приятного аппетита. — Спасибо, — вздыхает Джеффри, с тоской взирая на гору, пусть и аппетитных, блинчиков. Она никогда не ела по утрам, единственное, что входило в ее утренний рацион — кофе. Но посмотрев на спокойную девушку, Рут вздыхает:       «Она старалась… надо бы, блять, себя пересилить…» — с этими мыслями она подхватывает один блинчик пальцами, не смотря на то, что Ниа использовала для этого вилку с ножом и сделала из трех блинчиков некий торт, облитый сиропом, Рут же, капнув себе в блюдце кленовым сиропом, смачивает капкейк, а после откусывает, отмечая про себя, что это довольно вкусно, вот только желудок не привык завтракать. Ниа же закрывает глаза на зрелище того, как брюнетка неправильно ест, ведь тот факт, что та все же завтракает, уже радует… — Ты вернешься после занятий? — нарушает тишину Рут. — А надо? — ухмыляется Зандер. — Я как бы тут болею, да, надо, — находит аргумент, демонстративно прокашливая в кулак, — Видишь? Я же загнусь. — Хорошо, — пожимает плечами девушка, уже поднимаясь из-за стола, — Я побежала, иначе опоздаю.        Джеффри замечает, что Ниа все это время была в той одежде, что и пришла, поэтому чувствует вину, что не предложила той свою на время пребывания в гостях, но приступ меланхолии обрывается легким поцелуем в щеку уже уходящей девушки. Джеффри смущенно хмурится, глядя вслед розоволосой, а после с ухмылкой переводит взгляд на стопку блинчиков: — Лучше бы ты опоздала…

* * *

       Это странно, ждать прихода кого-то, вот так, сидя на диване с гитарой в руках и думая о том, что если этот кто-то снова будет рядом, то струны зазвучат иначе. Брюнетка вдруг улыбается, закидывая голову: — Черт бы тебя побрал, Зандер… — она приосанивается, проводя кончиками пальцев по изгибу своей любимой гитары, самой первой старенькой гитары, которую она приобрела после ухода из дома. Она не понимает, зачем взяла ее сейчас, почему вдруг в голове вертится строка. Девушка хмурится, а после тихо пропевает, — кто-то мне сказал, что медузы дышат всем телом… — ее одолевает легкий кашель, после которого брюнетка вынужденно откладывает гитару в сторону.        Ей кажется, что не только струны зазвучат иначе, она сама зазвучит, задышит совершенно по-другому. Взгляд бледно-бирюзовых глаз переводится на гитару… такого теплого цвета светлого каштана. Она почему-то снова видит перед собой бегающую под дождем девушку и улыбается собственным мыслям. Такая теплая… как цвет этой гитары… такой обычный и старый цвет, хранящий в себе воспоминания песен, смеха и объятий теплых рук. Это странно, вдруг вспоминать в деталях прикосновения, которых не было, это даже невыносимо, думать о поцелуях, которых почти не было и знать каждый миллиметр чужих рук и губ… наверно, самое разрушающее в человеке — его мысли и воображение, которое с радостью представляет мучающемуся сознанию картинку тех благ, которые столь желанны. Убийственно…        Звонок мобильного выводит из размышлений. Джеффри вздыхает, тянется к телефону и отвечает: — Да? — Джеф, ну как там все у вас? — ехидный голос подруги. — Ты о чем? — хмурится брюнетка, отмечая про себя, что Джина на работе, так как слышится шум на заднем фоне: кофемашины, посетители, касса… — Брось, ты знаешь, о чем я. Она ночевала с тобой в одной квартире. Вы переспали? — ухмыляется. — Нет, — закатывает глаза Рут, нервно теребя пальцами край своей длинной серой футболки. — Быть того не может, — недоуменно заверяет Джина, — ты трахаешь все, что движется. — Она не двигалась, — фыркает, усмехаясь. — Джеф, я никогда не поверю, что девчонка, которая тебе нравится, переночевала у тебя, и вы даже не занимались тем, что ты любишь. — Да не трахались мы, что ты как ненормальная?! — вдруг повышает недовольно тон брюнетка, — скажу больше, я болею, и заразить ее этим чертовым кашлем и соплями я не хочу, — потирает лоб. — Милая, сколько уже у тебя не было секса? — задумчиво задает вопрос. — Месяца три, а что? — огрызается, откидываясь на спинку дивана. — Что?! — восклицает Джина, прокашливаясь, — а как же та блонди в клубе? Месяц назад? — Джин… — тяжело вздыхает Джеффри. — Что? — Отвали и иди работай.

* * *

— Я готова смотреть твой фильм, — Ниа подходит к дивану, где сидит Джеффри. Брюнетка облегченно вздыхает, поворачивается лицом к девушке и слегка застывает, проскальзывая глазами по влажным бледно-розовым волосам, небрежно спадающим на плечи, по оголенной шее, по темно-синей футболке и по домашним шортам, что вручила ей: — Ага… — выпаливает, хмурится, переводя взгляд на телевизор.       Ниа спокойно садится рядом, откидываясь на спинку дивана: — Если ты будешь копаться в телефоне вовремя фильма, я тебя… — однако она не заканчивает свое высказывание, кидая взгляд на губы Джеффри, нижнюю из которых та прикусила, пытаясь разобраться в правильности настроек интернета, подключенного к плазменному телевизору, висящему на стене. Глаза Нии мутнеют, а она сама вдруг тянется к девушке, которая тем временем недоуменно уставляется на нее, а после и вовсе округляет глаза, так как Зандер целует ее. Это не является неожиданным, чем-то вдруг агрессивным, как это бывает в романах «а-ля, заткнуть рот», это просто есть, просто происходит из-за какого-то внутреннего гормонального всплеска желания еще раз почувствовать вкус и ощущения этих губ, понять, какого это — кусать эти губы. Брюнетка сдержанно отвечает, едва обхватывая шею пальцами, но этот, обычный поцелуй вдруг становится каким-то наглым, даже страстным, от чего Джеффри хмурится, но не отстраняется. Однако, вскоре, тот факт, что Ниа садится на нее верхом, принуждает Рут притормозить: — Мы же хотели посмотреть фильм…        Ниа нащупывает пульт, выдыхая в губы напротив, одной кнопкой включает фильм, а после снова целует. И брюнетка просто сдается. Хотя, по крайней мере, можно сказать, что она пыталась, а вот неожиданное поведение Зандер никак не объяснить, хотя бы по той причине, что до Джеффри у нее не было такого рвения пытаться почувствовать кого-то. Ниа впивается, инстинктивно вдавливаясь в девушку, побуждая характерные отголоски в теле брюнетки — она обхватывает руками бедра, которые двигались с каждым выдохом сквозь губы, ощущая, как внизу живота начинает приятно ныть. Собрав последнюю волю в кулак, Рут отстраняется: — Я боле… — но Ниа снова целует ее, давая понять, что ей плевать на то, что она может приболеть после столь близкого контакта с девушкой. Джеффри сжимает пальцами ягодицы восседавшей, издает в стон в губы, поощряя ту продолжать, ее бросает в жар, а возбуждение между ее ног достигает грани неудобства, и она бы и дальше могла терпеть, если бы губы Нии не переметнулись к ее шее, а бедра снова бы не двинулись к и так уже возбужденному центру. И Рут теряет рассудок, ее руки хватают Зандер за бедра и переворачивают девушку на лопатки. Ниа усмехается сквозь поцелуй, а Джеффри тем временем заправляет влажную прядь бледно-розовых волос за ухо девушки, шумно впиваясь в губы. Ниа сжимает пальцами край футболки брюнетки, желая снять ее, Рут это улавливает и быстро освобождается от верха, оголяя грудь в черном нижнем белье, затем она снова ловит нижнюю губу девушки и прикусывает ее. Тонкие пальцы брюнетки проникают под футболку Зандер, наслаждаясь точками нервных окончаний, которые впускают в себя приятную кожу торса Нии. Та слегка отстраняется, снимая с себя футболку, тем самым обнажая свободную упругую грудь. Джеффри тяжело сглатывает, обхватывает пальцами правой руки подбородок девушки, а второй рукой сжимает бедро, упругую и приятную кожу, проскальзывает выше, едва доходя до край шорт. Перекидывается на шею, поднимая большим пальцем подбородок Зандер, спускается легкими укусами к груди, а после обхватывает возбужденный сосок девушки, что тут же сопровождается стоном, что только укрепляет ее уверенность и желание идти дальше. Рут возвращается к губам, кидая взгляд на помутневшие темно-зеленые глаза, целует, соприкасаясь с языком, вызывая еще один стон у девушки. Бедра Нии подаются вверх в поисках какого-либо облегчения, от чего Рут окончательно теряет над собой контроль. Она медленно спускается рукой до края шорт девушки, останавливается, выдыхая в губы напротив, тем самым приготавливая и себя и Зандер. Медленно проникает под ткань, а затем чувствует, как пальцы девушки сжимают ее спину. Рут подрывается с места, сползает на пол и садится, кладя голову на свои руки: — Блять, прости. Зандер, мне жаль… — проклинает себя и свои гормоны. — Э-эм… — приходит в чувство Ниа, прикрывая грудь рукой, она виновато сжимает еще горящие губы, встает и ищет глазами футболку, — Я, наверно, пойду, приготовлю бутерброды и сделаю чай к фильму. — подытоживает, желая скрыться. Быстро натягивает обратно футболку, уходя на кухню.        Рут тяжело переводит дыхание, сердце бешено бьется о ребра, а сознание желает провалиться под землю: «Дура.» * * *        Неловкость не спала и во время просмотра фильма. Джеффри хмуро сидела на полу, положив локти на колени, то и дело поглядывая в темные тона экрана на отражение в нем Нии. Та же выглядела спокойной, хотя бы по крайней мере именно выглядела, однако чувство собственного стыда достигало ее, принуждая заедать его еще большим количеством кусочков жареного бекона с сыром, который Зандер обожала и предпочитала лучше его чем попкорн. Она и сама не совсем осознавала, нет, даже не так… она была удивлена собственному поведению, ведь ранее она была просто тихоней и одиночкой, не говоря уже об отсутствии отношений, которые не заходили дальше поцелуя. И вообще, эти изменения в ней казались очень странными, хотя отчасти Ниа понимала, что это даже не изменения, а то, что было внутри, где-то в недрах собственного сознаний, до которых докопалась Джеффри. — Выпей горячего молока, — кидает в спину вставшей Рут, направляющейся уже в сторону постели. Это первая фраза спустя долгое время молчания. — Хорошо, — сухо соглашается, поворачивая обратно, но не кидая взгляда на девушку. — Я сейчас тебе погрею, — встает Ниа, утаскивая с собой на кухню опустошенную чашку из-под бекона. Брюнетка тяжело вздыхает, упирается поясницей о спинку дивана и скрещивает руки на груди:        «Ну вот и что мне делать? И, блять, какого хрена она такая… горячая?» — Держи — Ниа протягивает кружку с молоком, смущенно смотря в пол. Рут принимает, фокусируя взгляд на пустой материальной точке: — Спасибо, — спокойным тоном. — Я бы хотела, чтобы ты легла спать, ведь сон — лучшее лекарство, но… не могла бы ты сыграть перед сном на гитаре? — неловко почесывает плечо, осмеливаясь посмотреть в бледно-бирюзовые глаза, которые бесстрастно глядели куда-то в сторону. — Ладно, — пожимает плечами Джеффри, а после осушивает кружку и протягивает ее Ние, — держи, — Зандер принимает и удаляется обратно на кухню, слыша, как брюнетка снимает гитару с крепления на стене.       Легкий бой струн заполняет студию, ударяясь о стены приятными сменяющимися аккордами. Брюнетка растворяется в гитаре, а девушка, обладающая бледно-розовыми волосами, с улыбкой сидит на полу подле дивана и обнимает колени.        Забавно, но когда ты встречаешь кого-то, кто вдруг меняет твой мир, ты осознаешь, что тот, кем ты был — вовсе не тот ты… ты был бушующим огнем, осушивающим океаны, но на самом деле ты просто угли, развевающиеся по ветру, спокойно тлеющие на холоде. И, напротив, эта смиренная рябь воды, которой ты являлся вдруг оказывается на самом деле безумной волной, которая может перерасти в шторм. Все маски… весь мир — сплошная маска, да и ты сам, но ровно до того момента, пока ты не столкнешься с чем-то или кем-то, кто вдруг не вписывается в твои рамки, в привычное твое состояние. Ты меняешься…