Квинтэссенция безумия

      Гарфилд предложил сходить в кафе-мороженое. Зимой. За окном шел снегопад, засыпая дороги. Ни минуты не размышляя, Рэйчел поддержала идею друга. Ей хватило улыбнуться главе их «семейки», чтобы он дал добро.       Рэйчел — человек настроения. Ею руководит весь спектр эмоций. Порой эмоции настолько захлестывают, что пробуждается томящаяся внутри тьма; она чувствует остальных через прикосновения, видит прошлое, поэтому какой бы убедительной не была правда, от нее ничего не скроется. Правда горька, но лучше разочароваться, чем изо дня в день слушать пустые обещания.       Дик пробовал, но не вышло. Быстро переучился.       Со дня знакомства настойчивость подростка раздражала, Рэйчел бегала за Грейсоном по пятам, не отпускала его ни на минуту и расстраивалась почти до слез, когда ему приходилось уехать. Уехать, но не бросить. Она боялась потерять его, навсегда лишиться надежды. Он был послан ей во спасение.       За время работы копом он вытащил из беды многих детей, чьих сил и жизненных обстоятельств не хватало справиться с проблемами в семье без посторонней помощи: безразличием матери, пьющим отцом, не дай бог, применяющим насилие. Что могли сделать дети против такой злобы? Мир суров и беспощаден. Им в нем жить. Скорее, выживать.       Перед ним сидела сиротка, потерявшая единственного близкого человека — приемную мать. Дик видел некоторое сходство с Рэйчел. Возможно, общая боль послужила спусковым механизмом. Они ухватились друг за друга, сблизились духовно. Только без «но» не бывает.       Первым почувствовал перемены именно Грейсон. С огромным сексуальным опытом его угораздило разглядеть в Рэйчел не просто милого подростка с причудливыми синими прядями. Однажды он мысленно назвал ее девушкой. Взрослой девушкой, которой разрешается говорить комплименты, в том числе неприличные, обнимать иначе, касаться ниже талии, соблазнять…       — Я буду, хм, клубничное! — восклицает Рэйчел, откладывая меню.       — Ванильное, — отмахивается Кори. Ей всё равно с каким вкусом заказать.       — Фисташковое, под цвет моих волос, — хмыкает Гар, переглядываясь с Рэйчел. — Жаль, что нет мороженого под цвет твоих.       — Придумают. Зеленое ведь уже есть. А ты что выбрал, Дик? — она делает акцент на его имени, заставляя обратить на себя внимание. Шатен реагирует, как обученный щенок приказам хозяйки и бросает взгляд на Рэйчел. Она что-то замечает в его глазах, из-за этого хмурятся брови.       Их игре в гляделки мешает Гарфилд.       — Как насчет прогулки после? — он спрашивает тихо, дабы другие не услышали.       Наступает очередь Дика хмурить брови. Пальцы сжимают меню, представляя на ее месте шею чересчур позитивного паренька. А сейчас недозволительного игривого.       По телу Грейсона проносится волна агрессии. Вполне причинной.       Если Рэйчел не может стать его, то она ничьей не станет.       Пока не достигнет совершеннолетия.       Им приносят заказ. Гар отвлекается на мороженое, но точно помнит о предложении. Без особого энтузиазма Кори принимается за лакомство. Держа в одной руке десертную ложечку, вторую Рэйчел протягивает к Дику. Слегка притрагивается до его пальцев, призывая их расслабить.       Она всё чувствует;       Она всё видит, но молчит.       — Я отойду позвонить.       Ни Гарфилд, ни Кори ничего не подозревают, обсуждая у кого мороженое вкуснее. Приходится выждать несколько минут и под предлогом сходить в туалет, Рэйчел покидает здание. Она находит парня около запасного выхода. Он прислоняется спиной к стене, лицо подставлено снежинкам, при соприкосновении сразу превращающиеся в имитацию слез.       — Дик...       — Я так больше не могу, Рэйч. Чувства к тебе разрывают меня изнутри. Всё выходит из-под контроля. Это надо остановить, мы что-нибудь придумаем... Два года — не вечность.       — Дурачок ты.       — Что? — он удивленно смотрит на нее и отходит на шаг назад, когда она становится от него слишком близко, почти соприкасаясь одеждой.       — Я ведь тоже тебя люблю! Разлука ничего не изменит. Поверь, станет только хуже. Расстояние убивает.       — Что нам делать?       Рэйчел встает на носочки в заключает парня в объятия. От чувства ее близости, успокаивающего голоса и нежного поцелуя на щеке, Дик испускает вздох.       — Мы справимся. Вместе.