Миротворец

Гул моторов, ровный, ненавязчивый, становился громче и громче. Самолёт покатился по ровному покрытию взлётной полосы. Торин неотрывно смотрел в иллюминатор. Сердце его было более чем неспокойно. Он улетает чёрт знает куда, а что в это время происходило с Бильбо? Успеет ли он хоть что-то сделать для него, или его, измученного и истерзанного уже закапывают где-нибудь в лесу? Лучше бы не думать об этом, чтобы не сойти с ума. А отвлечься будет слишком непросто. Он повернулся к Трандуилу и поджал губы, угрюмо глядя на него. — Что ты делаешь? — Набираю сообщение, — равнодушно ответил тот, тыкая длинными пальцами в экран своего смартфона. — На взлёте нельзя пользоваться техникой, ты совсем спятил? — Мы ещё не взлетаем. Самолёт остановился, словно для того, чтобы подобраться перед взлётом, как огромная стальная птица. Моторы гудели с гулким рёвом. Но Торин едва ли замечал хоть что-нибудь вокруг. Кроме… — Поставь телефон в авиарежим, Трандуил. Тот, закатив глаза, демонстративно ткнул, делая так, как просили, и отложил мобильник в карман. Боинг покатился вперёд, набирая скорость. Торин снова взглянул на Трандуила, который, откинув голову к подголовнику, прикрыл глаза. Длинные ресницы его трепетали. Пожалуй, это хорошее решение — вздремнуть немного, ведь они оба не сомкнули глаз всю ночь. Да, блеск, теперь ему придётся спать рядом с этим павлином, пусть и в соседних креслах, но так близко, что от этого можно было почувствовать щекотку раздражения. Если бы ему сказали об этом пару месяцев назад, то он бы только посмеялся, даже в страшном сне не предполагая подобное. А сейчас, чёрт дери, со стороны они наверняка выглядели, как семейная пара, отправляющаяся в отпуск. Торин покосился на своего коллегу с неприязнью — лишь бы не коснуться его ненароком. Разложил тут свои длиннопалые конечности, волосы разметал по спинке кожаного кресла. Было бы спокойнее и проще, если бы с ним рядом находился Двалин, но тогда, возможно, они бы не узнали о брате Моргота и о том, что тот может помочь. Когда Трандуил рядом, едва ли можно уснуть спокойно… Пережив взлёт, когда в ушах шумит, а внутренности прилипают к позвоночнику, Торин снова попытался вздремнуть, разложив кресло. — Принести вам плед? — услышал он учтивый тон и нежный голос над ухом. Открыл глаза — перед ним стояла вышколенная бортпроводница с вежливой улыбкой на лице. — Да, пожалуйста. — И бокал шампанского, — раздался бархатистый голос Трандуила. — Конечно, сейчас, — бортпроводница ушла, чтобы исполнить просьбы. — Сейчас не совсем подходящее время, чтобы пить, Трандуил, — с упрёком сказал ему Торин, взглянув на его профиль со всё ещё закрытыми глазами. — Один бокал ещё никому не помешал. — Нам нужно поспать, по прилёту у нас вряд ли будет на это время. — Конечно, папочка, — последовал саркастичный ответ. Торин в раздражении отвернулся, чтобы разглядывать проплывающие мимо облака. Ещё больше он раздражался, пока Трандуил безмятежно поцеживал шампанское, словно находясь на отдыхе возле бассейна. Этот сноб выглядел таким расслабленным и спокойным. А ведь от их будущих действий зависела жизнь человека и их корпорации. Да, конечно, ему плевать на Бильбо, но ведь мог же он проявить солидарности хоть немного. Хотя о чём это он. Это же Трандуил. — Ты совсем не веришь, что нам удастся встретиться с Манвэ? — осторожно и глухо спросил он, стараясь не смотреть на него, чтобы не вырвать бокал из его рук и не облить его чёртовым напитком. — Я реалист, — коротко ответил Трандуил, даже не повернувшись. — По-твоему, мы только теряем время, — это было утверждением. — Тогда почему ты здесь? — Пить шампанское в самолёте вместо прогорклого кофе в офисе куда приятнее. — Циник. — Варвар, — Трандуил отставил пустой бокал на столик и снова прикрыл глаза. *** Всё время обоим замам приходилось находиться рядом. Ни разу им ещё не выпадало такого "счастья", и Торину начало казаться, что он уже стал подмечать некоторые особенности своего коллеги. Маленькие детали, очеловечивающие безликий объект ненависти, превращающие его в живое существо со своими чувствами и ощущениями. Временами он даже начинал понимать причину тех или иных поступков, но всё равно до конца не мог осмыслить холодности, заносчивости и снобизма. Они перелетели в другую страну для того, чтобы иметь возможность встретиться с Манвэ. Заселились в дорогущий отель, выбранный Трандуилом. Ни в какой другой тот заселяться не хотел, а Торину было откровенно плевать, где они будут жить. Он надеялся, что им не придётся хоть сколько-нибудь проводить времени в номерах. Время тикало, результаты заставляли себя ждать. Это угнетало. Торин ненавидел, когда зависел от кого-то, а сейчас он зависел от человека, которого ещё недавно презирал и считал самым недостойным субъектом. Так что злость внутри всё нарастала, и если бы не страх за Бильбо, Торин точно бы совершил какую-нибудь глупость, о которой впоследствии бы жалел. Приходилось полагаться на Трандуила, учиться доверять, но нужно отдать должное — тот умел добиваться того, чего хотел. Люди легко очаровывались им и делали для него то, что для других бы делать никогда бы не стали. А тот манипулировал ими весьма умело. Однако несмотря на всё это, им тоже приходилось ждать и проводить время в ничегонеделании, как сейчас, когда Торин мрачно наблюдал за городом, раскинувшимся за панорамным окном, приложив ладонь к холодному стеклу. Бездействие превращало его в угрозу. А он не позволял себе ничего, кроме того, как смотреть на движение автомобилей за окном, и чувствовал себя запертым в витрине магазина манекеном. В дверь внезапно постучали. «Пусть катятся», — подумал он. — «Кто бы там ни был, пусть катятся к чёрту». Но с той стороны не унимались. Это был не резкий, не сильный звук, но монотонный и раздражающий. Он открыл, отреагировав наконец, и тяжело вздохнул, когда увидел, кто же притащился. — А, это ты, — произнёс безрадостно, окинув взглядом нарядного Трандуила. — Ты ожидал кого-то другого? — с ледяной усмешкой вскинув брови, спросил тот. — Нет, но тебя тоже не ждал. — Идём в ресторан? — гость прильнул щекой к косяку. Он выглядел, как ластившаяся кошка, и с Торином так вёл себя впервые. Или сам Торин нашёл его действия слишком странными, хотя Трандуил всегда был немного «того». — Спятил? — Я? Ты ничего не ел с прошлых суток, а я, значит, спятил? — Я не собираюсь развлекаться, пока наши дела не решены, — и в подтверждение своих слов Торин развернулся, уходя вглубь номера. — Это не развлечение, это просто ресторан, — парировал тот ему вдогонку. — Силы тебе ещё понадобятся. Если захочешь отомстить Морготу, например. — Я закажу что-нибудь в номер, а ты иди, если так уж хочешь. Торин продолжил смотреть в окно на вспыхивающий огнями город и думал, что Трандуил уже покинул его, как внезапно почувствовал ладонь на своём плече. Твёрдую и тёплую. — Я хожу с тобой повсюду, в любое время дня и ночи, почему бы тебе не оказать мне такую же услугу? — послышался тихий бархатистый голос. — Потому что для тебя всё это — забава, а я каждую долбанную секунду думаю о том, что он, быть может, уже мёртв! — взорвался Торин, резко оборачиваясь и скидывая с себя руку. — Мы здесь уже столько дней ждём непонятно чего!.. Может, Манвэ так и не соизволит встретиться с нами, и мы просто бездарно теряем здесь время! — Чтобы бездарно его не терять, пойдём в ресторан, — голубые глаза блеснули. — Проваливай ты уже куда хочешь, и оставь меня в покое! Трандуил даже отступил на шаг от такого ора. — Хорошо, — как будто сдался он. — Но если на меня кто-нибудь нападёт по дороге, виноват будешь только ты, — и развернувшись, направился к двери. — Эй!.. Шаг замедлился. — Подожди, чёрт тебя дери! — Да? — Трандуил посмотрел на него вполоборота и Торину показалось, будто улыбка мелькнула на его губах. Но, едва наметившись, тут же исчезла, хотя взгляд был до странного хитёр, с лисьим прищуром. — Хорошо, я пойду с тобой. Тот хмыкнул и остался ждать, пока Торин захватит свою куртку. Они вышли в ветреный, пропахший бензином, но сверкающий, как бриллиант, вечер. Вокруг сияли огни: зелёные, красные, жёлтые. Мимо проносились автомобили, отчаянно мигая фарами и габаритками, светились витрины, окна и фонари через каждые полметра. Мощёная дорога, камни которой переливались в лунном свете, устремлялись далеко вперёд, а в самой дали, у самого горизонта, мерцала тёплыми оттенками величественная Эйфелева башня. Улица была весьма оживлённой и непохожей на такие места, где могут напасть на одинокого туриста. Витиеватые фонарные столбы, украшенные благоухающими во тьме цветами в корзинках, разливали на проспект ровный, довольно яркий, янтарный свет. У арок собрались толпы молодёжи и хохотали, громко и развязно, однако, совершенно не проявляя никакой агрессии к окружающим, даже к тем двум парням, что присосались друг к другу на противоположной стороне дороге. Прогрессивные молодые люди, желающие, чтобы вокруг были лишь счастье и любовь. Они хоть и поглядывали на Трандуила, но, скорее, с восхищением, чем со скрываемыми злыми намерениями. Вот уж провокатор чёртов, ему просто не хотелось тащиться одному. Ресторан вообще, как выяснилось, находился буквально в двух шагах, и это ещё больше разозлило Торина. Он решил во что бы то ни стало испортить ему вечер. Жаль, что у него не было с собой слабительного.. — Ну что ж, — Торин уселся перед Трандуилом, который сразу же отгородился от него книгой меню, — раз ты настоял на моём обществе, может, поговорим по душам? — Да откуда у тебя такие ценности? — холодно бросил ему Трандуил из-за своей преграды. — Душа — она не всем дана. — В уши мне лил, что женщин предпочитаешь, а сам, значит, со Смаугом кувыркался? Из-за кожаного переплёта показались глаза. — Это он думает, что я с ним кувыркался, — ядовито выплеснул тот. — Как это? — впервые за долгое время Торину сделалось смешно. Трандуил так отчаянно пытался выкрутиться, что это походило на бред. — Спросишь у своего секретаря потом. Это он мне помогал. Брови Торина изломались, нахмурившись. — Что ты хочешь этим сказать? Только не нужно травить байки, что это Бильбо был с ним вместо тебя. — С ума сошёл? — зашипел Трандуил. — Только подумай, как он мог быть вместо меня! Одни мои ноги длиннее, чем он целиком. Торин хмыкнул, желая как-нибудь унизить его, но промолчал, а просто выдвинул свою версию. — Хочешь сказать, он помог тебе найти кого-то, кто заменил тебя в постели со Смаугом? — А ты не так туп, как кажешься. Я вообще-то запретил секретарю говорить об этом, но раз уж ты стал свидетелем нашего разговора с инвестором, то, так уж и быть, разрешу ему рассказать нашу маленькую тайну. — Если он ещё будет жив, когда мы доберёмся до Моргота, — мрачно проговорил Торин, снова став угрюмым, как прежде. — Если нет, то обещаю рассказать себе сам, — равнодушно промолвил Трандуил. — Закажем вина? *** Невозможное свершилось. Лишь благодаря Трандуилу и его связям фантастика стала реальностью — из Администрации Манвэ пришёл ответ, что аудиенция случится. Это произошло именно в тот час, когда Торин отчаялся настолько, что готов был послать и Трандуила, и всю его затею туда, куда никогда не заглядывает солнце. Так что он долго не мог поверить, что всё сказанное — не злой вымысел. В ту минуту Торин впервые сжал Трандуила в объятиях, крепко и искренне, и тот недовольно заёрзал в его руках, пытаясь освободиться. Чувствовать благодарность по отношению к этому человеку было настолько странным, что совсем сбивало с толка. Впервые Торин ощутил к нему огромную вспышку самых благостных чувств. Он мог расцеловать его, наверное, если бы только тот так отчаянно не сопротивлялся. И кто бы мог подумать, что у Трандуила завязались такие полезные знакомства, способные решить настолько невыполнимые задачи. Вот ведь павлин нахальный, всех вокруг очаровать способен, так что некоторые даже способны в лепёшку расшибиться, угождая ему. Кто ещё мог провернуть подобное? Ни Смауг с его подозрительными связями, ни господин Гендальф, ни остальные акционеры, способные на многие невозможные вещи, но доступ к Манвэ не имеющие. И тут Трандуил. Если бы не он. если бы не он, как знать, получилось ли у Торина хоть что-нибудь тогда… Прошло немало часов, прежде чем эмоции поулеглись, и теперь предстояло кое-что не менее сложное: убедить Манвэ в том, что тот обязан помочь Бильбо. Торин находился в своём номере и всё думал и думал о том, что сказать и какие доводы привести. Манвэ не обязан отвечать за брата, если уж на то пошло. Да и его уровень вряд ли предполагал ввязываться в подобное. — Не спишь? — Трандуил скользнул на балкон и замер возле перил, вглядываясь в огни города внизу. Он не выглядел сейчас, как герой, выполнивший неосуществимую миссию, а напротив, мягко и томно. Без холодности и надменности — ему невероятно шло. — Пытаюсь придумать, что сказать завтра Манвэ, — ответил Торин, окинув его внимательным взглядом. — Тебе лучше молчать, говорить буду я, а не то вспылишь, наговоришь гадостей, и нас вышвырнут за ворота. Мы слишком долго оббивали пороги его Администрации, чтобы ты потом всё испортил. — Ты так говоришь, словно я ни разу не вёл переговоры. — Вёл, и превосходно вёл, — согласно кивнул Трандуил безо всякой иронии. — Но как только дело касается чего-то личного, тебя начинает заносить. Только теперь Торин заметил в его руке бокал. Всё ясно откуда эта томность. — Опять присосался? Завтра важный день, и если ты напьёшься, я тебя убью. — Я никогда не напиваюсь, — и сделал ещё глоток, допивая остатки. Торин продолжал смотреть на его точёный профиль, на то, как запрокинул он голову, обнажая красивую линию шеи. — Спасибо. Трандуил чуть улыбнулся и сощурил глаза. — Не за то, что не напиваешься, — продолжил Торин, — и даже не за то, что тебе удалось сделать. А за то, что ты всё это время был рядом. Если бы я был один, то мог бы сойти с ума. Я отвлекаюсь на перепалки с тобой хотя бы на мгновения. Нарочито учтиво склонив голову, Трандуил мягко произнёс: — Помогаю, чем могу. Как заместитель заместителю. — Иди, накинь плед, здесь прохладно. В голубых глазах пронеслось кометой удивление. — Когда хочешь, ты можешь быть галантным. — А ты можешь быть выносимым, когда захочешь. — Мне можно принять это за комплимент? Торин помедлил с ответом, глядя на то, как изящно отставляет Трандуил свой пустой бокал на столик. Теперь до него дошло, что его утончённость и элегантность не от того, что тот что-то корчил из себя — это Торин понял за последние дни, когда проводил с ним буквально всё своё время. Это врождённое. Позы, манеры, привычки — такая особенность. За этим не стояло желание понравиться или произвести впечатление, просто Трандуил был таким, и ты это либо принимаешь и восхищаешься, либо отторгаешь и желаешь развидеть. Торин всё время выбирал второе, но присмотревшись хорошенько, мог уже принимать, хотя до восхищения было ещё примерно, как до обратной стороны Марса. — Да. — Это лестно. Они оба смотрели на то, как застилают чёрные, чернильные тучи небо цвета индиго, как загораются первые глазки звёзд на тёмном небосводе. — Но это не отменяет того, что ты циник, — после долгого молчания произнёс Торин. — Как и того, что ты варвар. — Тогда почему ты здесь? — неожиданно спросил он, продолжая разглядывать небо. — Я уже говорил, у меня свои интересы, которые… — Не вообще, Трандуил. Почему ты здесь, в моём номере, на моём балконе? — Торин пытливо посмотрел на его профиль, на длинные ресницы, что отбрасывали мягкие тени на светлую кожу. — Вероятно потому, что ты признал свои ошибки, касающиеся меня, и пытаешься помириться. — Чересчур нагло, но в твоём стиле. Если бы это было так, то это я стоял бы на твоём балконе… в ТВОЁМ номере. — Хотел убедиться, что с тобой всё в порядке… Теперь ты будешь попрекать меня за то, что я навязываюсь? — Почему бы тебе…? — Торин вовремя заткнулся. — Нет, конечно. Я не хотел тебя попрекать за твоё присутствие, я вроде как даже поблагодарил тебя за это. Если бы не ты, меня бы вообще здесь не было. Если только всё удастся, и Манвэ ответит нам благосклонностью, то… клянусь, Трандуил, я буду благодарить тебя всю оставшуюся жизнь и впредь никогда не скажу о тебе дурного слова. Трандуил молчал, глядя на Торина и оценивая, возможно, всерьёз ли он говорил это или в пылу эмоций. Запиликал мобильник, так что зрительный контакт пришлось разорвать. Торин нажал кнопку ответа, выудив телефон из кармана куртки. — Слушаю. — Торин, здоров. Как дела? — голос племянника был громким и чётким, словно он находился в соседнем номере, а не в другой стране. Связь была превосходной. — Завтра у нас встреча с Манвэ. Всё решится. Или нет… Есть какие-то новости, Фили? — Нет. Ничего нового. Только работы очень много, и я, как твой заместитель уже не чувствую своего мозга от усталости. — Тебе полезно немного поразмять мозг, — усмехнулся Торин. — Ладно, пойду попью кофе. Пожалуйста, позвони завтра, как что-нибудь будет известно. — Да. Конечно. Увидимся, — Торин нажал на сброс и взглянул на удаляющегося Трандуила. — Трандуил! — Что? — обернулся тот одним поворотом головы. — Останься. Сегодня мне нужен кто-то рядом, поэтому… пожалуйста, останься..