Эй, Обломова!

***

Несколько первых минут после начала всеобщей трапезы за столом нависла гробовая тишина. Родители моего преподавателя, так же как и мои, уплетали приготовленную мамой еду за обе щеки, звеня приборами, изредка отпивая со своих бокалов красное дорогое вино. Моя тарелка, в отличии от остальных сидящих, была пуста. И тарелка Руслана Викторовича тоже. В воздухе чувствовалось напряжение. За поеданием пищи скрывалось ничто иное, как отличная возможность изучить друг друга взглядом, осторожным, но косым и даже немного надменным, а также сделать первые выводы. И если мой отец со своим боссом был отлично знаком прежде и вёл себя в нашей компании достаточно непринуждённо, то его жена и сын смотрели на нас, как на клоунов в цирке, ожидая дальнейшего представления. Всё это время я старалась удерживать в себе спокойствие и не обращать внимания на рентгеновские взгляды гостей и на то, что прямо напротив сидит мой преподаватель и сверлит глазами во мне дыру. Как минимум, под таким пристальным вниманием кусок в горло не лезет. Мне почему-то вспомнился его разговор по пути в машину, то, как он недовольно хмурил брови и всем своим видом показывал, что что-то идет не так, как он хочет и как ему удобно. Был ли это разговор с родителем о предстоящем ужине? Судя по его реакции, он не знал, что собирается на вечернее действо ко мне домой и с моей семьей. Папа завёл со своим начальником разговор о работе, и они бросились обсуждать все возможные детали и нюансы. - Поздравляю, Виктор! Теперь ты официально финансовый директор "Женевы", - по-доброму хохотнул уже поседевший мужчина, хлопнув папу по плечу. - Спасибо, Сеня. Ты знаешь, я давно к этому шёл, - ответил отец. - Ну ты заслужил, за столько-то лет усердной работы и почти что жизни в офисе, - мужчина, извиняясь, посмотрел на маму. Да, и она, и я прекрасно помним, как папа не один раз задерживался на работе допоздна, иногда выходил в свой выходной или приезжал раньше с отпуска потому что "Сеня попросил". Конечно, мы злились, но обе глотали своё недовольство молча, не смея возразить. Я - потому что была слишком мала для этого, да и сейчас мой рот на замке, так как не вправе перечить родителям, мама же понимала, что нужны деньги чтобы жить, не считая каждую копейку, и ставить на ноги своего единственного ребёнка. - Кто знает, сколько ещё я ждал бы, если бы Булыкин не попал в аварию, - качнул головой отец. - Ну-ну, не скажи, - тут же возразил босс, вдоволь наевшись и откинувшись на спинку стула. - Булыкин уже отработал своё, я давно говорил ему, что пора на пенсию, внуков нянчить, но нет, упёртый баран. Его больше не было на работе, чем он был. Не молод человек давно, сердце слабое. Отдых ему нужен был уже. Авария просто слегка ускорила его выход на пенсию. Рано или поздно, должность была бы твоя, - подбадривающе улыбнулся тот. - Кстати, как он себя чувствует? - встряла в разговор мама своим тонким голоском. - Говорит, что даже лучше, чем до аварии, - его ответ вызвал за столом короткий смешок. - Будет воспитывать внуков и не испытывать больше судьбу. - Ну что же, предлагаю выпить за нашего нового финансового директора! - влезла в разговор жена босса. - Мы теперь сродни семье, - она мимолётом посмотрела на нас с мамой, и хоть внешне она пыталась быть максимально приветливой, глаза её чётко выдавали неприязнь. Я отвернулась от неё и наткнулась на ещё один взгляд - Руслана Викторовича. Он так пронзительно на меня смотрел, от чего я почувствовала, как по спине пробежало стадо мурашек. Холодные потемневшие омуты напротив напрочь пригвоздили меня к месту. Значит ли повышение моего отца то, что теперь мы с этой семейкой будем едва ли не жить бок о бок? Мужчина, не прерывая наш зрительный контакт, взволновано схватил стакан с водой и делал маленькие неспешные глотки. Я же опустила глаза, наблюдая, как дёргается его кадык. - Был бы Руслан на пару лет моложе, возможно, породнились бы совсем, - загадочно проговорил начальник, неоднозначно поглядывая на нас с его сыночком. Я вытаращила глаза на говорившего мужчину, чувствуя, как сердце пропустило удар, но затем резко встрепенулась, услышав громкий кашель со стороны своего преподавателя. Бедный, как раз глотнул воды, когда его отец вымолвил эту гнусную фразу. Я, наверное, на месте и удавилась бы. Руслан Викторович продолжал откашливаться, стуча себя крепкой рукой по груди. Его глаза уже налились слезами, и сам он рьяно мотал головой в стороны, пытаясь, скорее всего, возразить. Ему, в отличии от меня, это делать позволительно. - Не говори ерунды, пап, - всё ещё кряхтя, едва проговорил он. Преподаватель уже достаточно прочистил горло и выпрямился на стуле. - Почему же сразу ерунда? - тут же ответил ему мужчина, казалось, искренне удивившись. - Хорошо ведь, когда в компании все свои люди. Я готова была сквозь землю провалиться. Лицо сразу же стало гореть и мне пришлось склонить голову, чтобы скрыть этот факт волосами. Меня ещё никто и ни с кем не сватал. И, к моему удивлению, родители молчат, не начинают заезженную речь о том, что рано думать о замужестве. А я на миг воспользовавшись моментом, позволила своему воображению расстелить у меня перед глазами картину нашего счастливого семейства, где я и Руслан Викторович держимся за руки и радостно смеемся, а впереди бегут трое наших детей. Это минутное помутнение мой мозг тут же убрал. Очевидно, к семье я еще не готова. Конечно, не имея за спиной ни малейшего опыта отношений, картина семьи не то что пугает, а скорее всего настораживает. Судя по тому, какие убийственные взгляды в меня бросает преподаватель, его данная перспектива не особо радует тоже. И вообще, может у него есть девушка? Но раз его родители завели разговор в такое русло, значит дамы сердца либо нет, либо она дама, но далеко не сердца. Затем вновь начался разговор о работе, о предстоящем плане на год и виденье моего отца по поводу финансового плана компании на ближайшие месяцы. Вся эта рабочая рутина меня неимоверно утомила, как и показательный ужин. Хотелось укрыться в своей комнате от всего мира и от глаз Руслана Викторовича. - Эмилия, сходи пожалуйста, в магазин, - неожиданно попросила у меня мать, склонившись сбоку от меня. - У нас закончился хлеб, а я ещё горячее даже не подала. Данная просьба немного подсобила мне и добавила воздуха в лёгкие. Отличная возможность сбежать из давящего общества, насладиться тишиною и собственным одиночеством меня радовала, как никогда. Ни минуты не теряясь, я спохватилась со своего места, желая быстрее убраться, но, как на зло, отцу Руслана нужно было вставить и свои пять копеек: - Руслан, проводи девушку, - сказал он ему. - Время позднее, как никак. Преподаватель недовольно сверкнул глазами в его сторону, но всё же молча повиновался и медленно поднялся с кресла. Моё внутреннее ликование потухло, и я с кислым выражением лица пошла на выход, особо не замарачиваясь идёт ли следом мой приставленный спутник.

***

Я не знала, как вести себя в таком случае. Когда твой новый преподаватель оказывается у тебя дома на пороге. Когда он идёт рядом, сопровождая тебя, бросая изучающие взгляды. Когда он слишком предвзято к тебе относится после глупого случая в туалете. - Не ожидал тебя сегодня увидеть, - уголок губ преподавателя нервно дёрнулся, когда мы были уже на пути к магазину. - Я вас тоже, - незамедлительно ответила я, хмыкнув. Вечер, на удивление, оказался тёплый, не смотря на наступающую осень. Последнее летнее тепло, последние дуновения жаркого ветра. Как раз комфортная погода для вечерних прогулок. Я решила не упускать такую возможность и шагала не спеша, стараясь игнорировать присутствие мужчины. Но расслабиться в его компании было достаточно трудно, почти невозможно. - Так это ты та самая дочь весьма уважаемого сотрудника Обломова? - спросил он. И спросил тоном насмехающимся, но понять, чем это вызвано мне пока трудно. - Да, - протянула я, смотря на него с недоуменным прищуром. Я надеялась, что мужчина продолжит развивать тему моего отца и его дочери, но он наоборот быстро соскользнул с неё, направив в совершенно иное русло: - Как прошли занятия в музыкальной школе? - поинтересовался преподаватель, придавая своему голосу более беззаботного оттенка. Он старался выглядеть уравновешенным и спокойным, но со стороны видно, что теряется и чувствует себя неловко. Как и я. - Как всегда, - однотонно ответила я, без особого энтузиазма поддерживая этот серый диалог. Руслан Викторович усмехнулся. - Что-то ты не особо разговорчивая. - Как и всегда, - повторила я, не оборачиваясь и смотря себе под ноги. Преподаватель цокнул языком, едва слышно хохоча. - Как успехи с рефератом? - спросил он и выбил этим вопросом меня из колеи. Я совершенно о нём забыла. Я на миг затормозила, поднимая глаза на своего преподавателя, который стоял напротив и победно улыбался, словно такой реакции от меня и ожидал. Да ладно, он ведь прекрасно знает, что я даже за него и не садилась. К чему этот цирк? Очевидно, последнее я не нарочито произнесла в слух, от чего прикрыла рот ладошкой. Слишком резкий ответ получился, как для студентки. Но Руслан Викторович не выглядел злым, скорее всего, наоборот, довольным. - Уже лучше, Обломова, - потешно сказал он и продолжил путь, оставляя меня у себя за спиной. Я нахмурилась. - О чём это вы? Он на миг скосил на меня глаза. - О том, что очень смешно на тебя смотреть, когда ты надуваешься, как пузырь и рьяно держишь язык за зубами, потому что сказать ничего не можешь или просто боишься. Мужчина огорошил меня своим ответом, и я вновь слегка притормозила, смотря в его широкую спину. Сейчас он не выглядел как мой преподаватель. Скорее всего, как друг или просто знакомый, дающий напутствие неотёсанной мне. И такой он мне нравился больше: без строгой белой рубашки и выглаженных брюк, и без своего преподавательского тона. - А как я по вашему должна разговаривать со своим преподавателем? - искренне удивилась я. - Мне не хочется получить выговор в колледже за неуважение и грубые выражения к членам преподавательского состава. Руслан Викторович скривился так, словно съел целый лимон и легко махнул в воздухе рукой. - Давай хоть за стенами колледжа обойдемся без этих заумных словечек, во-первых, - он вздохнул. - А во-вторых, я "за" то, чтобы человек выражал своё мнение, не сдерживая эмоций. - Даже если эти эмоции не самые положительные? - вторила я. - Да. - И даже если ведут за собой бесконечный поток мата со рта человека? Мужчина замолчал и задумчиво потер подбородок пальцами. - Нежелательно, конечно, но если ему станет легче, то да, - незамедлительно ответил он. - А ты что, может, хочешь выговориться? Я резко сложила руки на груди, словно защищаясь. - Нет, - мои губы на секунду поджались, возмущаясь. - Руслан Викторович... - Руслан, - резко перебил меня он. - Я ещё не настолько стар. Я согласно кивнула. - А почему у вас..., - после очередной поправки "у тебя" я продолжила: - у тебя отчество Викторович, если отца зовут Арсений? Мужчина улыбнулся, но совсем не весело. Эта улыбка была настолько вымучена и пропитана неизвестной мне болью, что я пожалела о своём вопросе тут же. Не люблю причинять боль другим людям, даже своим, как мне казалось, безобидным любопытством. - Эмилия, ты же уже взрослая девочка, - он добродушно щёлкнул меня по носу. - Думал, ты сама догадаешься, что Арсений не мой родной отец. Мы ведь даже не похожи. Если бы целый вечер не сидела с опущенной до низу головой, то, может, и не заметила бы между ними сходства и не задавала бы глупых вопросов. Мне стало жутко неудобно и я поникла, устремляя взгляд обратно под ноги. Естественно, я бы с удовольствием развесила уши и послушала бы его историю об отце, но если бы он хотел, то рассказал бы сам. Излишний интерес с моей стороны ни к чему. Дальнейший путь мы продолжили в тишине, погружаясь каждый в свои мысли.

***

За что я не люблю осень, так это за быструю смену погоды. Вечером идёшь наслаждаясь теплым воздухом, но уже буквально через полчаса ты выходишь и ощущаешь на себе осеннюю прохладу. Поэтому, когда обратно мы с Русланом Викторовичем шагали домой, я знатно замёрзла и обхватила себя руками, дабы хоть как-то согреться. Платье совершенно не грело, а к дому идти ещё минут десять. Этот факт не долго оставался вне поля зрения мужчины и уже через минуту на мои плечи опустился теплый пиджак преподавателя. Я широкими глазами посмотрела на него, удивленная такому жесту. Сам ведь он остался в совсем тонкой серой кофте. - Вам же холодно, - произнесла я, намерена вернуть вещь хозяину. - Укутайся сильнее в пиджак, Обломова, иначе мне придётся собирать твои зубы по асфальту, - он подмигнул мне. - Кажется, я слышу как они стучат. Больше препираться я не стала, и прижала теплую вещь ближе к телу. Запах одеколона преподавателя тут же ударил мне в нос, и я с наслаждением вдохнула его глубже, отмечая лёгкое головокружение. Осталось ещё дождаться бабочек в животе и тогда дело будет совсем плохо. Хотя, о чём это я? Он мой преподаватель и к тому же мне не нравится ни капли. Ну или может самую малость?... - Спасибо, - выдавила из себя я. - Можно вопрос? Руслан посмотрел на меня с насмешкой, вопросительно вскинув брови. - Почему ты работаешь в колледже, если у тебя есть отличная перспектива в компании отца? - осмелилась задать вопрос я, который волновал меня ещё с самого начала вечера. Лицо мужчины вдруг посуровело, как никогда, и он направил свой взгляд прямо перед собой. Я видела, как заходили желваки на его лице и поняла, что влезла на чужую территорию. Хотелось откусить себе язык, но всё, что я сделала притихла и плотно сомкнула губы. - Как я тебе уже говорил, он не мой отец, - начал преподаватель. Видно было, что он усердно подбирает слова прежде чем выразиться. - У нас с ним достаточно трудные отношения. В голове вертелось ещё уйма вопросов, которые так и норовили слететь с моих уст, но всё, что я позволила себе сказать это скудное "понятно". Не моё дело и не моя жизнь. - В компании я появляюсь только в случае важных собраний или презентаций, - неожиданно для меня он продолжил. - Как-никак, мой родной отец был там не последним человеком, да и я сам имею хоть и косвенное, но всё-таки отношение к "Женеве". Я промычала что-то нечленораздельное в ответ, будучи поражена такой открытости мужчины. Откровений от него я уж точно не ожидала в этот вечер. - Ну а так как свободного времени у меня много, я решил, что нечего моему диплому пылиться и пошел в колледж, - более весело добавил он. - Как я справляюсь со своими обязанностями, Обломова? - на его лице вновь красовалась слабая улыбка. Я скосила на него глаза, не сдержав ответной улыбки. Всё-таки этот вечер явно поменял моё отношение к Руслану и в лучшую сторону. Ещё сегодня утром он казался мне несносным чурбаном и невоспитанным мужланом, а сейчас я понимаю, насколько приятно с ним разговаривать в непринуждённой обстановке, гуляя по вечернему городу в полной тишине улиц. - Пока слабовато, - рискнула бросить ему я, пряча улыбку за тёмной тканью пиджака. - У меня вы бы не прошли даже собеседование, не то что бы переквалификацию, - и смело ускорила шаг, хохоча себе под нос. - Что-что? - переспросил он, не ожидая от меня такого ответа. На его губах играла добрая улыбка. - Обломова, не забывай, что тебе завтра сдавать мне реферат, - напомнил учитель, пытаясь мне пригрозить. - И я ещё не проверял твою самостоятельную работу, - он помахал в воздухе указательным пальцем. - Намеренно занизите мне оценки? - поинтересовалась я, прикусив слегка губу чтобы не рассмеяться. Сейчас он вообще не походил на преподавателя и всерьез его слова воспринимать было трудно. - Это же так не педагогично! - воскликнула я. Руслан открыто рассмеялся, запрокидывая голову. - Ты такая чудная, Обломова, - по-доброму сказал он. Кажется, я слышу это второй раз за день. Я обернулась к нему лицом, продолжая свой путь спиной вперёд. - У меня между прочем имя есть, - немного обидчиво бросила я. И вправду, за последний день я слышала свою фамилию гораздо больше, чем за весь год в целом. Мужчина немного сократил между нами расстояние, наступая как хищник. Мы оба не заметили, как обычный разговор постепенно превращался в лёгкий флирт с обеих сторон. - Я знаю, - на полтона ниже ответил преподаватель, смотря мне прямо в глаза. - И очень красивое. - Так может вы будете использовать его, когда обращаетесь ко мне? - в тон ему проговорила я, ни на секунду не отрывая от него взгляд. В вечерней темноте его глаза загадочно блестели. - Может и буду, - протянул он. - А может и нет. Несколько секунд наш зрительный контакт успешно продолжался и ровно до тех пор, пока я, всё ещё идя спиной вперёд, не оступилась и едва не подвернула ногу. Я негромко вскрикнула, мысленно успевая приготовиться к славному падению на копчик. Но, закрывая глаза, я почувствовала, как теплые крепкие руки подхватывают меня за талию и притягивают плотно к себе. Первое время я стояла даже не дыша. Моё сердце просто вылетало из груди, а тело пробила лёгкая дрожь. Я находилась в кольце рук Руслана Викторовича и боялась открыть глаза. Чёрт, так опозориться перед ним ещё не хватало. Наверняка, он сейчас смотрит на меня насмехающимся взглядом. - Эмилия, ты можешь открыть глаза и начать спокойно дышать, - как я и думала, насмешливо прошептал мне на ухо мужчина. От неожиданности я вздрогнула. Теплое дыхание и резкая близость преподавателя вызвали по коже предательский табун мурашек. Прежде, чем встретиться с ним взглядом я тяжело сглотнула, пытаясь успокоить своё неуравновешенно бьющееся сердце. Несмотря на то, что я уже достаточно крепко стояла на своих двух, он продолжал держать меня за талию. Наши тела плотно прилегали друг к другу. Видимо, мужчина на автомате прижал меня к себе, когда я едва не поцеловала асфальт. И сейчас, упираясь двумя руками в его крепкую грудь, я почувствовала, как густо краснею. Сердце мужчины под моей правой рукой, на удивление, стучало достаточно равномерно и спокойно в отличии от моего. Он аккуратно отнял одну руку и откинул с моего лица волосы, костяшками пальцев зацепив нежную кожу щеки. Такое невесомое и лёгкое прикосновение, необычайно приятное заставило трепетать меня ещё сильнее. Я даже на миг забыла, где я и с кем стою в обнимку. Лицо преподавателя медленно начало склоняться всё ближе и ближе, его глаза значительно потемнели и устремились на мои пересохшие губы, которые я рефлекторно облизала. И когда между нашими лицами остались считанные миллиметры, я вдруг ощутила, как сильно скрутило мой живот от предвкушения сладкого поцелуя из запретным плодом. Кажется, внутри у меня начали зарождаться такие нежданные бабочки...