История любви в городе у Черного моря

Москва. 11 лет назад. Молодой 26-летний хирург шел по коридору одной из престижных Московских клиник. Главврач ждал его уже час Мужчина вошел в кабинет главврача. - О! А вот и Вы! – главврач встал. – Ну, что, мой юный гений, берите студентов. Пора учить помощников. Вы молоды, они тоже, найдете общий язык. - Но у меня же опыта мало. - Ага! Прооперировать за месяц пять опухолей головного мозга, провести две операции на поджелудочной, три на позвоночнике! На это – опыт есть, а передавать знания? Так, давайте, учите ребят. Третий курс пришел на практику. Неделю у вас, неделю в терапии, неделю в травме, кажется, еще кардиологию пройдут. Ну, не спорьте, всего два часа в день! - Ладно, только… ладно. Беру. Первое занятие прошло спокойно. Пятеро парней пятеро девушек. Вроде нормальные ребята. Неделя пролетела незаметно. Студенты переходили из отделения в отделение, но постоянно прибегали советоваться с первым куратором. Ему льстило внимание студентов, этакое благоговейное отношение к его рекомендациям и советам. Молодой хирург не заметил, как подружился с ребятами. Они стали часто вместе видеться в кафе, клубах столицы. Одна из студенток проявляла особый интерес к молодому таланту. Дочь богатых родителей, обеспеченная, она всячески старалась понравиться врачу. На одной из вечеринок она решила прямо высказаться о своем интересе. - Ты такой сегодня красивый, - девушка обворожительно улыбалась. – Пригласи меня на танец. - Зачем? Я не люблю танцевать. - А я люблю. И ты мне нравишься. Идем, - она потянула мужчину на данс – пол. Он ухмыльнулся и пошел за ней. Девушка двигалась очень сексуально. Она сыпала комплименты, подставлялась под поцелуй, но доктор был не пробиваем. – Неужели я тебе не нравлюсь? - Нравишься. - Почему же ты не поцелуешь меня? - Потому что я люблю другую. - Что? – в глазах девушки загорелся хищный огонек. - Я люблю другую женщину. А она замужем и любит мужа. Поэтому твои чары на меня не подействовали. - Слушай, ты же врач, сам знаешь, время лечит! А я помогу! - Мне не надо помогать, та женщина особая, ты не похожа на нее. Придет время, я смирюсь, но любить другую… Это из разряда фантастики. - Что ж, я согласна, не люби меня, я буду любить за двоих. - Так не бывает. - А ты попробуй! - Зачем? - Я так хочу! – она метнула хищный холодный взгляд на собеседника. - Зачем? Тебе же будет больно осознавать, что рядом мужчина, который любит другую, и, целуя тебя, занимаясь с тобой сексом, представляет себе ее. - Ты забудешь о ней. - Никогда! - Никогда не говори никогда! Прошел месяц. Девушка настойчиво «штурмовала» врача. Ее отец, богатый бизнесмен, живший заграницей, неоднократно предлагал талантливому хирургу место в любой заграничной клинке, соблазнял его лучшими возможностями роста карьеры. Молодой человек был верен себе. Еще через месяц девушка добилась результата с помощью одногруппников: напоив бывшего куратора, ребята помогли довезти его домой к институтской красавице. Утром, проснувшись в ее постели, он понял, что теперь, как честный человек, он женится и полностью закроет свое сердце и душу для всех и навсегда. Свадьбу он не помнил. Помнил только разрывающую душевную боль, пустоту и НЕНАВИСТЬ к студентам. В его жизни мало что изменилось. Он работал, полностью посвящая себя больным, редко бывал дома, редко выходил в люди. Молодую жену он не любил, ее это злило, постоянные скандалы не добавляли счастья в жизни. Они прожили три года, ругаясь, проклиная, ненавидя с одной стороны, ревнуя и требуя внимания с другой. А потом он ушел, просто собрал вещи и ушел. Три года молчаливой войны. Она пришла работать в ту же больницу, она старалась постоянно быть рядом. Она устраняла появляющихся соперниц, не задумываясь о методах. Девушка шла по головам. И только одну «соперницу» она не могла победить, ту что засела в сердце ее мужа навсегда. Три года он пытался получить развод, три года он воевал в судах, но возможностей у богатого заграничного папы было намного больше. А потом в его жизни случилось сразу два события, переломивших течение истории. Сначала она в войне с ним за него переступила границу дозволенного: на ее совести оказались жизни невинных людей, из-за того, что больному воображению нечто почудилось. А потом в его жизни случилась личная трагедия, он бросил Москву, карьеру и укатил домой. - Андрей, - понимаешь, доктор Челси – опасная личность. Неуловимый фантом, этакая заноза. Это враг моего близкого друга. У Юры Варшавского проблемы с Челси уже много лет. - У Юрки? С доктором Челси проблемы? Много лет? Что ж это за привидение такое? - Вот такое опасное. Геморрой Варшавского еще с Москвы. Ему отец мой помогает уже пять лет, до этого, кажется, там шесть лет длилась эпопея неприятностей. Хочешь, я твоего безопасного полковника с Юркой состыкую, поможете друг другу. Там у Юры история темно-серая он вам сам все расскажет. Завтра утром с ним созвонюсь, опишу проблему в общих чертах, а Юрка все по полочкам разложит. - У меня не жена, а просто сокровище! – Воронцов обнял жену и нежно поцеловал ее. – Ну, почему я столько лет потерял? - Давай не будем терять его сейчас, - их губы слились в поцелуе. Вдруг зазвонил Наташин телефон. Она посмотрела на дисплей, там высветилось «дочь». Наташа ответила: - Да, Викуся,… что?.. папина дочка – трудоголик… ну, в больнице, так в больнице,… а, может, приехать?.. не хочешь, не надо. - Вика? - Да, там какую-то докторшу оперировали, она остается в больнице. - Точно, моя дочь. Жаль только, что она не бизнес – леди. Было бы кому дело передать, если после доктора Челси, что-то останется, - Андрей горько ухмыльнулся. Вика сидела в студенческой. Юра, уже готовый уходить, осторожно заглянул и, увидев любимую в гордом одиночестве, улыбнулся. Он вошел, закрыл дверь на защелку и обнял девушку. Юра молча коснулся ее лба губами и шепнул: - Тишман всех увез. Пашкин принял дежурство. Так что могу тебя похищать. - Я позвонила родителям и сказала, что остаюсь в больнице. - И зачем тебе здесь оставаться? – Юра удивленно посмотрел на Вику. - Потому что не хочу домой. - Вик, у тебя что-то случилось? - Случилось, – она опустила глаза и прижалась к Варшавскому. – Юр, мы сегодня только на операциях виделись. Я хочу немножко побыть с тобой. Вот сейчас меня домой отправишь, а сам вернешься сюда, я тебя знаю, всю ночь просидишь в больнице. - Вот как? Знаешь меня? – Юра засмеялся. – Повезло, а вот я себя не знаю, поэтому сегодня не собираюсь ночевать в больнице. Ладно, Сказка, собирайся. Придется поддержать твою легенду о больнице. Только, чур, вести себя хорошо! Вика посмотрела в его голубые глаза, сколько в них было нежности и заботы! Девушка, коснулась губами щеки любимого и прошептала: - Я буду паинькой, - Вика улыбнулась. - Тогда быстро одевайся и через десять минут я жду тебя на проходной. - Через двадцать, - Вика потянулась за косметичкой. - Хорошо, давай. Варшавский быстро покинул студенческую, бегом направился в супермаркет напротив больницы. Там он купил продукты и подарок для своей Сказки. Через полчаса они вошли в Юрину квартиру. Варшавский отправился разбирать продукты, по дороге чмокнув Вику и шепнув: - Дуй в комнату, сейчас будем ужинать. Памятуя о своем обещании быть паинькой девушка пошла в гостиную, удобно устроилась на диване, включив телевизор. На одном из каналов она нашла свой любимый сериал. Вот, доктор Гордеев то кричит, то Леру целует, а она ищет убийцу родителей. Юра тихонько заглянул в комнату, на одном из романтичных моментов сериала Вика пустила слезу. Юра улыбнулся. Вдруг на кухне зазвонил его мобильник. Юра вышел из комнаты, бросил взгляд на дисплей и от удивления, выгнув брови, плотно прикрыл двери и тихо ответил. - Привет!.. у меня дела нормально… Наташка, я ее задержал в больнице, - Юра покраснел, врать не хотелось, но. – Да, тут терапевт у нас в аварию попала, а мы ей уже две операции сделали… Вика молодец, так что не волнуйтесь, она под моим присмотром, - про себя Варшавский чертыхался весьма ненормативно! – Так что… ЧТОООООО? – глаза Юры округлились. – Нат, это не шутка?.. Завтра я буду у тебя. Ровно в 10.00!.. Это очень опасно!.. Мы поговорим и поедем к адвокатам, они о многих делах Челси в курсе… хорошо… и вам не хворать. Отключив телефон, Юра упал на стул. «Доктор Челси! Сколько же будет еще длиться этот кошмар!» Отогнав тяжелые мысли, Варшавский быстро собрал на поднос ужин и, как ни в чем не бывало, вкатил в гостиную маленький столик. - Сказка, сериал закончился? – он нежно обнял Вику. - Угу, - девушка прижалась к любимому. - Тогда будем ужинать, - Юра подтянул столик. – Только не начинай говорить, что ты не хочешь. Надо! – он сразу пресек Викины попытки избежать ужина и сразу начать целоваться. – А потом!.. - А что потом? - Я знал, что женское любопытство победит! – Юра рассмеялся. – Вик, давай сначала поужинаем, а потом… я тебе приготовил мааааааленький подарок. - Какой? – Вика снизу вверх заглянула в глаза Варшавского. - Не скажу. Пока не поешь, никаких поцелуев, никаких подарков. - Ладно, - Вика взяла одну из тарелок и стала быстро уничтожать содержимое. Когда с ужином было покончено, Юра укатил столик с посудой на кухню, сел рядом с Викой, нежно прижал ее к себе и прошептал: - Малыш я очень-очень тебя люблю, никогда и никому я не позволю тебя обидеть, - он гладил ее волосы, вдыхая их медовый запах, наслаждался ее теплом, биением сердечка, такого уже для него родного и самого драгоценного на свете. Когда на часах засветилось 00.00, Юра чмокнул Вику в макушку и строго сказал. - Вот мой подарок, - он протянул Вике большой пакет лежавший в кресле. Достав подарок, девушка открыла рот от удивления: огромное мягкое махровое полотенце и роскошная теплая махровая пижама. Юра улыбнулся ее удивлению и скомандовал. – А теперь марш в душ, и спать. Спальня в твоем распоряжении. А я пока обживу диван. Вика поцеловала Юру в щеку и, улыбаясь, отправилась в ванную. Когда она вышла в его подарке, Юра уже приготовил себе диван. Варшавский посмотрел на ярко желтое махровое создание, мотнул головой и еще раз строго сказал: - Марш в спальню, а то сейчас домой отвезу! Юра проснулся рано. На часах только запрыгали цифры 4.42, а сон, и без того беспокойный, ушел. Взяв пачку сигарет, Юра набросил халат и вышел на балкон. Затянувшись, он посмотрел на еще темный город. Предутренняя прохлада приятно освежала мысли. Почему так бывает? Стоит случиться в жизни чему-то хорошему, как там, наверху, сразу напоминают – жизнь похожа на зебру. Долго ли сумеют они с Викой скрывать свои отношения от больничных наблюдателей? Как быстро эти же милые люди, узнав обо всем, постараются сломать их отношения? А, может, он не имел права врываться в жизнь Сказки? Или это она ворвалась в его? Миллион вопросов, а ответ один: надо кончать с доктором Челси. Быстро, решительно и радикально. А еще надо бы об этом поговорить с Викой, но сначала с Наташей. «Боже, для чего Ты так со мной? А? Почему не дать нам просто быть счастливыми? Черт, побери, доктора Челси!» Вдруг дверь на балкон скрипнула, Юра обернулся и, увидев свою Сказку, расхохотался. - Вик, это что за ночные прогулки? А ну марш спать! Через пару часов пахать нам целый день и всю ночь! У нас ночное, помнишь? - Помню, - пробурчала Вика. – Мне просто приснился какой-то бред, и я решила… - Вылезти на балкон без куртки, чтоб простудиться и получить за это «двойку»! – Юра не мог сдерживать смех, глядя на свое сокровище. Вика стояла в лохматой пижаме, ее черные волосы беспорядочно разметались по ярко-желтой махре, глаза, большие и сонные, постоянно щурились то ли от желания заснуть, то ли от сигаретного дыма. Юра затушил сигарету, завел Вику на кухню и закрыл балконную дверь. Он обнял свою Сказку, уткнулся носом в ее волосы и прошептал: - Идем, я посижу рядом, пока ты заснешь. Сегодня будет очень тяжелый день. Идем. Уложив Вику, он сел рядом с ней. Юра гладил ее волосы, наблюдая, как она засыпает. Осторожно, чтоб не спугнуть легкий сон, он поцеловал ее в лоб и осторожно вышел из спальни. «Ну, что ж, Варшавский, а теперь – в душ!» Юра ухмыльнулся и быстро влетел в ванную. Тугая струя холодной воды быстро вернула его в нужную форму. «Нет, пора заканчивать с Челси, я так долго не продержусь!» - сам себе усмехался Варшавский. «Еще один такой визит дамы, и я рискую сойти с ума! Ну и утречко началось! Или это вчера еще не закончилось?» Надев халат, Юра вышел из ванной и пошел варить кофе. Воронцовы проснулись рано. Андрей в ожидании выяснить, кто такой доктор Челси, метался по дому. Наташа молча сидела на кухне и думала. Свалилось как-то все сразу: и белое, и черное. С одной стороны дети, вроде, как пристроены, ее жизнь налаживается, вот не было бы еще Челси, и как говорит Варшавский – картина маслом! «Еще с Юркой разговор намечается. Надо же этих «однофамильцев главврача» как-то поощрить за вранье! Да! Еще предстоит разговор с бабушками – дедушками о свадьбах. Они – люди старой закалки. Владу, скажут, еще рано, А у Вики и Юры разница большая! И как им объяснить, что такое любовь? Как объяснить, что дети выросли?» - О чем задумалась? – голос мужа вернул Наташу в реальность. - О главном! Думаю о детях, о том, что нашим родителям говорить, когда они взбунтуются против свадьбы. - Типа, рановато пацану в петлю? - Что-то в этом роде. - А какое, пардон, дело нашим родителям, что решают наши дети? - О! Воронцов, а не ты ли пытался недавно решить за Вику? - Каюсь, грешен, зато эта ситуация вернула мне мозги, семью, и тебя. - Просто иметь отцов юриста и врача накладно для психики. Это я, как психолог, диагноз поставила. А еще Вика… - А что Вика? - Вика? – Наташа посмотрела на мужа. – А Вика влюбилась. Причем серьезно. И он старше ее на 18 лет. - Ну и что? Он обеспеченный? - Вполне. - Нормальный? - Абсолютно. - В чем проблема? - Сам тебе расскажет. - Понял, когда знакомство? - Скоро. - Как быстро они выросли,… а я все пропустил… - Не переживай, я тоже, - Наташа допила кофе, посмотрела в зеркало, поправила макияж и прическу. – Я готова, можем ехать. Влад проснулся рано. Он удивленно обнаружил рядом с собой спящую красавицу. Она ночевала у него? Так! И что теперь? Как все объяснять? Нет, ну, он-то человек слова! Он женится на Снежане, но… «Боже! Что я ей скажу? Как это случилось? Я ничего не помню!» Девушка сладко потянулась и открыла глаза. - Доброе утро, Владик! - Привет… - он смотрел в пол.- Слушай, а что вчера было? - Не помнишь? - Не помню… - О! Воронцов, ну и нажрался же ты вчера в клубе на радостях! – Снежана рассмеялась. – Что будет в воскресенье, когда все отмечать будут наши грядущие свадьбы? Придется грузовик заказывать? Мне Витя с Аней помогали тебя тащить. Ты упирался, хотел сразу в ЗАГС и на работу, короче, потом задрых без задних ног, как суслик. - Что я теперь скажу твоему папе? - Ничего, он отбыл на учения, а бабушке я сказала, что ночую у Ани. - Черт, башка гудит! - Рассольчику принести? – Снежана потрепала Влада по голове. - Мммм!- взвыл от боли Влад. – Тащи, Снежинка, спасай солдата. А то не за кого будет замуж выходить! - Ох, уж, эти мужчины! – Снежана встала и, плавно покачивая обнаженными бедрами, продефилировала за спасительным рассолом. Когда Влада привели в чувство и вертикальное положение, Воронцов посмотрел в зеленые глаза любимой и прошептал: - Снежинка, даю слово, никогда так больше не напиваться. - Собирайся, герой, а то к «Я лечу» опоздаем. Ты вчера хвастал, что тебе сегодня, возможно, на операцию с травматологом Кузнецовым, - Снежана рассмеялась. - Мне сегодня, скорее, в интенсивную терапию. - Поехали, Воронцов, - Снежана достала что-то из сумки. – Вот держи, я для папы всегда в сумке ношу. Немецкое изобретение – «к начальнику после пьянки». Влад выпил таблетку и послушно пошел за Снежаной. Аня растолкала Игнатова. Витя плохо помнил вчерашний вечер, но по тому, как Аня улыбалась, понял, Влад был явно в худшем состоянии. Прищурив глаза, он осмотрелся. Столик, поднос, какая-то мутноватая жидкость в стакане. - Аня, что со мной? - Ничего, ты с Воронцовым соревновался, кто больше выпьет. - И кто выпил больше? - Воронцов. На три по пятьдесят коньяка. - Позор! - Зато домой его практически тащили. - А я? - А ты сам дошел, а вот дома уже… - Все больше не говори ничего! – с трудом сползая с кровати, Витя встал на колени перед Аней и, уткнувшись в ее колени, выдохнул. – Анечка, прости меня козла! Я больше не буду, королева моя! - Пей рассол, алкоголик, на занятия опоздаем! Вам сегодня «Я лечу» мозги вправит. Прикинь только, два нормальных чувака приперлись на пары пьяные и еще кого-то лечить хотят. Подожди, он за нас отыграется на ваших «здоровых» головах! Витя залпом выпил рассол, съел приготовленный Аней завтрак, и быстро оделся. Аня вошла в спальню, неся кофе и какую-то таблетку. - Пей, балбес. Это Снежанка военную таблетку для тебя дала. Чтоб «Я лечу» убил не сразу. Пей! Горячий кофе, спасительная таблетка, спустя полчаса по Вите сложно было предположить, что он всю ночь провел в клубе и изрядно при этом выпил Вика выползла из-под одеяла и пошла на кухню. Увидев желтое чудо, Варшавский рассмеялся: - О! А вот и мой цыпленок! - Юра встал, подошел к Вике сзади и обнял свое сокровище. - Не дразнись, а то… - Вика прижалась к Юре и провела по нему бедрами. Его словно прошили током. Юра напряг всю свою волю, но девушка почувствовала – она добилась желаемого результата. - И что ты творишь? - притворно разозлился Варшавский. Его губы скользнули по Викиной шее, он слегка прикусил мочку ее уха и шепнул. - Садись завтракать, хулиганка. - А ты? - Вика повернула голову, заглядывая в его глаза, прищурилась и улыбнулась. - А я в душ! – Юра мотнул головой, отгоняя наваждение желания, и скрылся в ванной. «Вот чертенок! Одно движение, и все!» Когда он вышел из ванной, Вика допивала кофе, лукаво поглядывая на любимого. Юра строго посмотрел на нее. - Значит так, доктор Воронцова. Я отвожу тебя на занятия, сегодня с вами будет Георгий Маркович. Потом еду решать миллион проблем сразу. А когда возвращаюсь в больницу,… тогда посмотрим, что будет дальше. - У тебя дела? - Да, хочу побыстрее развязаться с хомутом, который висит у меня на шее, Бог весть знает, сколько времени. Думаю, сегодня получится придать делу ускорение. - Расскажешь, что за хомут? – Вику слегка испугал взгляд Юры, когда он говорил об этом. - Расскажу, обязательно расскажу. Может быть даже и сегодня, - Юра посмотрел на часы. – Так, девушка, у тебя десять минут, бегом собирайся. Пора ехать. В деканате собрался консилиум. Воронцов и начальник безопасности Лозинский нервно мерили шагами Наташин кабинет. Декан тоже нервничала. Разговор предстоял длинный тяжелый и практически семейный. Она уже успела еще раз переговорить с Варшавским, которого все ждали, обговорить ход беседы, договориться в каком порядке излагать факты. В этой истории затронуты были все: Юра, Наташа, ее дети, и, конечно же, доктор Челси! Варшавский влетел в кабинет ровно в 10.00. Он поздоровался со всеми, Андрей представил ему полковника. Секретарь принесла кофе. - Олечка, - Наташа нервничала. – Пусть нас никто не беспокоит. Тут разговор серьезный и надолго. - Хорошо, Наталья Викторовна, - девушка вышла и плотно прикрыла за собой двери. - Итак, мужчины, начнем. На повестке дня доктор Челси и как с этим бороться, - Наташин взгляд был жестким и решительным. Казалось, что эта хрупкая женщина готова сама перевернуть весь мир. – Иван Иванович, начните Вы. - Доктор Лео Грей Челси, - ухмыльнувшись, начал Лозинский. – Состояние достаточно внушительное, интересы – недвижимость, авиаперевозки, морской бизнес, фармакология. Ни один партнер не видел доктора, все, кто имеет дело с Челси, отзываются сдержано и неоднозначно. Пробил нам предложенный контракт, на первый взгляд, ситуация такова: хочет кинуть нашего конкурента Лёдю, чтоб мы заработали денег, причем, не мало. На первый взгляд. - А на второй? - Андрей напрягся. - А на второй, Андрей, так не бывает! Никто не будет делать просто так подарок на полмиллиона долларов. - Это откуп, - Юра опустил голову и обхватил ее руками. – Доктор Лео Грей Челси покупает за полмиллиона долларов гарантию, что семья Воронцовых будет вместе. - Не понял? – глаза Андрея округлились от удивления. Он привстал и посмотрел на Юру. - При чем тут семья Воронцовых? - Ты готов услышать все? Без Воронцовского гнева и крика? Мы с тобой знакомы много лет, я знаю взрывной характер «графа» - Готов, - Андрей впервые за последние лет двадцать услышал свое детское прозвище. - Андрей, ты помнишь, как познакомился со своей женой? - Помню. - И я помню. Ты опередил меня, - Юра посмотрел в глаза Андрея, Воронцов открыл рот от удивления. - Когда я понял, что Наташа любит тебя, тихо ушел в сторону, я не мог разбить ее счастье. Со временем я смирился с этой ситуацией. Я отпустил свою Первую Любовь. Но полюбить другую уже не мог. Слишком высокую планку поставила Натали. - Поэтому ты уехал в Москву? - Андрей слушал Юру и не мог понять, как он за столько лет не заметил, что Варшавский любит его Наташку! - Москва подвернулась кстати. Я уехал, стал тем, кем стал. А потом, уже в Москве, одна милая студенточка решила меня женить на себе. Зная, что я люблю другую женщину, зная, что никогда не полюблю ее. Она подстроила все просто гениально! Вот только через себя не перепрыгнешь. Я ненавижу, когда меня заставляют что-то делать против моей воли. Наша семейная жизнь превратилась в трехлетний кошмар, потом я ушел и подал на развод. Развожусь уже давно, три года в столице, пять уже здесь, моя драгоценная супруга постоянно куда-то пропадает, хотя недавно появилась в нашем городе. Адвокат сказал, что суд, намеченный у меня на ноябрь, будет последним. Дама достала уже даже судей. У папаши Челси денег не меряно, он никогда ничего не жалел для дочери, даже когда она убила молодую женщину, подумав, что та моя любовница. Так что Леонора Грей Челси дама опасная, психически не здоровая, а ваш контракт… Андрюха, она тебя покупает, чтоб ты жену не отпускал. Никак, дура, не поймет, что мужчина и женщина могут быть просто друзьями! Таковы уж медицинские особенности Первой школьной Любви. - Значит, бояться контракта должен конкурент? - Лозинский осторожно вставил фразу, ему было неловко присутствовать на разборе семейных полетов. - Бояться надо Челси. Если Лео решит, что ей кто-то мешает,… я слишком хорошо знаю эту гадюку. Она способна на все. Даже после развода я буду опасаться ее сумасшествий. У меня есть одна идея, но для этого надо созвониться с Москвой. Там есть один следователь, он может помочь устранить мою женушку. Пока она считает своей главной соперницей Натали, никто не пострадает. Небезосновательно Лео уверена, если что-то случится с Наташей… - Я ее убью! - глаза Андрея горели, как у вампира. - Не успеешь, - Юра усмехнулся. - Я в этом вопросе опережу любого, даже не дожидаясь, чтоб кто-то пострадал. Хватит меня дурака. - Черт! - Воронцов не предполагал, что его жизнь в одно мгновение вот так взяла и превратилась в «Санта – Барбару»! - Господа, - Лозинский взял слово. - Отбросим эмоции и подведем итоги. Леонора Грей Челси, пока еще жена Юрия Михайловича, ревнует пока еще мужа к Наталье Викторовне. Она решила, что если Андрей Владиславович заработает прилично денег, Наталья Викторовна не будет думать о том, чтоб уйти к Юрию Михайловичу. Вывод, берем контракт, зарабатываем денег, выводя при этом Лёдю из-под удара, а он мне поможет за это разобраться с дамочкой. Как не скажу. Юрий Михайлович, сведите меня с Вашим московским другом. - Хорошо. Позвоню ему сегодня. - Отлично, а я завтра вечерком в стольную и махну! Люблю детективы! – Иван Иванович рассмеялся. - Все, ребята, улетел работать. - А мне вот не смешно! – Андрей бросил в след ушедшему Лозинскому. Он метался по кабинету. – У меня только жизнь стала налаживаться! - Андрей, у меня ситуация та же, - Юра бросил взгляд на Наташу. Она кивнула. - Только встретил девушку, влюбился, а тут опять доктор Челси! - Слушай, Варшавский, а зачем тебе какая-то там девушка? - Воронцов на секунду остановился. - Может тебя на моей дочке женить? Грохну, к черту, твою Челси. Ты мужик надежный, обеспеченный, хороший врач, вроде нормальный, с родителями невесты в хороших отношениях! А, Юрка? Правда, дочь у меня слегка того… характер тяжелый, и на работе помешана. Но зато красивая, умная! Подумай! - Уже подумал, - Юра улыбнулся. - Я знаю и Вику, и Владика, курирую их практику. Правда, твои детки мне сказали на первом занятии, что они вашей семье просто однофамильцы! - Что? Однофамильцы? То есть? - Наверное, думали, что так я их буду гонять не меньше остальных. Но наш город – большая деревня. Так что теперь гоняю их в три раза больше. - Так как насчет Вики? - А я вот собирался как раз развестись и придти к тебе за дочкой. Андрюха. Ты только не падай, но мы с Викой любим друг друга. Правда, она пока не в курсе, что «заговор однофамильцев» раскрыт. Не знает, что мы все знакомы, тем более с детства. - Так, я понял, примерный папа из меня не вышел, обо всем я узнаю последним! – Воронцов рассмеялся. – Ладно, решаем проблемы по мере их поступления. Сначала Челси, потом свадьба. Занятия у студентов прошли без эксцессов. Георгий Маркович не обратил внимания на слегка уставший вид Влада и Вити. Влад получил от Бухтеева официально новую пациентку. Студенты разошлись по больным. - Вик, ты в реанимацию? – брат догнал сестру. - Да, иду проверить больного. Надо утреннюю динамику записать. Ты в курсе, что Ирине Алексеевне сделали трепанацию? - Я читал историю бегло, Бухтееву Пашкин говорил, что вы вчера весь вечер колдовали. - Колдовали? Это точно, показатели были плохими, выбора не было, отек, кровотечение, короче, букетик еще тот. Юрий Михайлович отличный специалист. - Вика, - Влад рассмеялся, - ты своего специалиста, когда целуетесь, тоже Юрий Михайлович называешь? - Влад, какой ты дурак! – вспылила Вика. – Да ты… - Все прости, я не хотел тебя обидеть, сестренка, он классный чувак, просто ты так серьезно себя ведешь, я же твой брат. Я увидел все самым первым, Вик, ну кто ж еще вас поддержит и вам поможет? – он нежно обнял сестру. – Ви-и-ик, ну что ты как маленькая? - Влад, не дразни меня, хорошо? Я первый раз в жизни влюбилась, а ты все время смеешься надо мной. - Я смеюсь? Нет, я просто пытаюсь тебя рассмешить, - ребята подошли к реанимации. - Влад, не надо меня смешить, мне моментами реветь от твоих шуток охота! Идем к больным. В реанимации лежали двое. Больной Литвак, прооперированный еще в четверг после аварии, и больная Старцева. Вика подошла к своему больному, быстро записала показания приборов, проверила пульс, улыбнулась и тихо сказала брату. – Думаю, к вечеру уже откроет глаза! Как раз пятые сутки! - Я рад, за тебя, - прошептал в ответ Влад, а я лично вот тут ни фига не понял! - Сейчас подойду, - Вика еще раз глянула на приборы и подошла к брату. – Смотри, это активность мозга, – Вика показала на один из приборов. - Запиши три серии с интервалом в три минуты. Это – сердце, а пульс и так прощупаешь. Остальное доктор посмотрит сам. - Ее ведут сразу четыре врача. Бухтеев, Варшавский, Кузнецов и кто-то из неврологии. - Ну, для Кузнецова тут ничего нет, для Бухтеева общие показатели, а мозги для нейро и невро. Судя по показателям, Кузнецов будет делать первую операцию на ноги не раньше, чем завтра. - Ясно, я так и запишу! Спасибо доктор Воронцова за обстоятельную консультацию! - Не за что, доктор Воронцов! Молодая красивая одинокая хищница вышла на балкон отеля «Лонг». За последние полгода она привыкла одиноко сидеть на этом балконе и мечтать о мести. Она смотрела на море, вдыхала прохладу черноморской осени и строила планы на будущее. Ее мысли прервал телефонный звонок. Женщина посмотрела на дисплей, сбросила звонок, и подумала: «Вот слизняк, я же просила не звонить мне! Одним словом – Ржавый! Как только он смог стать нейрохирургом? Черт, какой же он настырный!» - ее мысли прервал снова тот же звонок. Выругавшись про себя, она ответила: - Какого черта? Я же просила мне не звонить!.. Ты мне не нужен!.. Я тебя ненавижу!.. Да иди ты ко всем чертям!.. Что?.. Кто?.. Идиот, я никому не скажу где я!.. Какая статья?.. «Доведение до самоубийства»! – она рассмеялась. – Да ты полный идиот! Это не доказуемо! Меня там не было!.. А кто сможет доказать, что я хоть раз туда зашла?.. Вот и я говорю – НИКТО! Все! Разговор окончен, и прекрати, Ржавый, мне звонить! – женщина отключила мобильник, швырнула его в кресло. Она достала из нагрудного кармана маленькое цветное фото. На старом снимке было трое: высокий широкоплечий молодой мужчина, справа – эффектная блондинка с красивой модной стрижкой обнимает мужчину, слева – красивая брюнетка, длинные локоны спадают с плеч, она держится за сильную мужскую руку бережно и осторожно. «Будь ты проклята! Это ты разрушила все! Ты сломала его жизнь, мою, и сколько еще? А может…» - женщина задумалась. Спустя мгновенье, отогнав мысли наваждения, она резко бросила в пустоту: - Я уничтожу тебя! А потом и его! Когда вы не будете у меня под ногами путаться, я решу последний вопрос, я убью и ЕЕ!