5. Первые уроки магии
14 ноября 2018 г., 19:49
Эд лежал на кровати, обложившись бумагами, и смотрел в потолок, обдумывая полученную информацию. За последнюю пару часов он дочитал оставшиеся книги, купленные в Косом переулке, но так и не разобрался в принципе работы этой «магии». Недовольно побросав их на пол, он принялся перечитывать выданные ему документы. Теперь некоторые непонятные моменты вставали на свои места. Просмотрев все, что можно, Эд тупо уставился в потолок.
Основной причиной такого безумного погружения в учебу были другие слизеринцы. Весь путь до гостиной они рассказывали ему, чем их факультет лучше других. Эда постоянно донимали расспросами, похожими на те, что спрашивала Пэнси в поезде. В этот раз он просто отмалчивался — все равно на них отвечала Пэнси или же кто-то успевал сказать что-то еще.
В общем-то, слизеринцы ему порядком надоели, так что сидеть с ними в гостиной он не желал. Он знал, что они до сих пор там, смеются над всем, что посчитают смешным, причем очень громко и очень раздражающе. Эд простонал, закрывая уши. Вот бы Ал был здесь. Брату он бы мог высказать все, что думает о новых однокурсниках. Сейчас же оставалось лишь молча беситься.
Злобно рыкнув, Эд взъерошил волосы и встал с постели. Торопливо запихнув бумаги в конверт, он спрятал его на дне чемодана вместе с часами и инструментами для автоброни, а потом задумался. А в чем ему спать? Обычно он бы просто снял куртку и штаны и остался в черной майке и шортах, но сейчас надо было вести себя осторожней. Они с Алом как-то упустили этот момент, и парень сильно об этом жалел. Эд сдернул простыни и трансмутировал их в спальные штаны, рубашку и носки. Убедившись, что его никто не видит, Эд быстро переоделся в новую пижаму и, проверив автоброню на предмет поломок, плюхнулся на кровать. Накрывшись одеялом, он задернул зеленые шторы.
Только он начал засыпать, как в спальню вошли слизеринцы. Вскоре раздались сдавленные смешки. Эд простонал, лег на бок и попытался игнорировать их. Он почти уснул и в шумных соседях не нуждался.
— Гляньте, сколько книг! Похоже, Элрик-то зубрила, а?
— У Грейнджер появился соперник.
— Ха-ха! Ага!
— Проклятье, можете перестать болтать о ней?! Мне от одной ее фамилии тошно.
— Ты посмотри! «Магическая теория, том 4», «История магии», «Расширенный курс зелий»… Твою мать, он собрал все учебники, которые у нас когда-либо были!
— Может, он поможет нам с домашкой?
— У нас появился свой личный книжный червь! Прям как Грейджер!
— Ага, ее мужская версия, только на Слизерине!
— Черт, смените уже тему!
— Знаешь, Малфой, ты какой-то не постоянный насчет нее.
— Ты это о чем?
— Чего ты так бесишься? Просто потому что она — единственная девчонка в Хогвартсе, которая перед тобой не пасует?
Эд сжал зубы, закрывая подушкой уши. Они даже не потрудились общаться шепотом! Ему хотелось отдернуть шторы и заорать на них. Да кто такая эта Грейнджер и чего ради ее сейчас обсуждать? Почему они не дадут ему поспать?!
— Закрой рот, а не то я…
— Не знай я, сказал бы, что ты…
— Эй, а что это за символ на плаще Элрика?
Сначала книги, теперь и плащ? Он был готов избить их всех разом. А ну убрали руки от моих вещей!
— Слушай, отвали, а?
— О, но ведь осталось еще столько неотвеченных вопросов!
— Так тебе ответ нужен? Ладно. Я ненавижу Грейнджер. Я презираю сам факт ее существования.
— Друг, отрицание лишь все ухудшит.
— Забини, я тебя сейчас прокляну.
— Гляньте! У Элрика есть книга заклинаний!
— Удобно.
Эд рыкнул под нос, перекатываясь с боку на бок. Если они сейчас же не заткнутся и не уберут лапы от его вещей, он точно…
— И положи на место книги Элрика. Это действует на нервы, а я хотел нормально поспать.
— Ой, да брось, Малфой. Уже устал?
— Отвали.
— Ух-х-х, какие мы обидчивые.
— Лезь в кровать или я тебя из спальни вышвырну.
На этом разговоры начали утихать — соседи Эда начали медленно готовиться ко сну, за что алхимик был безмерно благодарен. Конечно, он до сих пор злился на них и решил как-нибудь им отомстить… Когда повезет. Успокоившись, Эд хмыкнул и наконец-то уснул.
________________________
Эд проснулся и увидел вокруг лишь зеленые шторы. На миг он страшно перепугался и хотел было позвать Ала, но потом вспомнил, что произошло за последние дни, и упал на кровать. Потом он слегка приподнялся и выглянул за шторы. Остальные парни спали. Стояло раннее утро. Алхимик медленно встал с кровати и порылся в чемодане. Найдя серебряные карманные часы, он открыл их и проверил, сколько времени. Было немногим больше шести утра. Эд моргнул, смотря на циферблат, и убрал часы. После он неохотно переоделся в мантию и пошел в гостиную, прихватив одну из книг. Ее он прочел уже несколько раз, но постоянно ощущал, что упускает нечто важное. Улегшись на длинном черном диване у камина и положив ноги на пуфик, он раскрыл книгу и принялся за чтение. Эд уже понимал азы магии, но нигде не находил простого объяснения принципа ее работы. Везде писалось, что надо сказать и как взмахнуть палочкой. Похоже, магия, в отличие от алхимии, не имела ни рамок, ни правил. Эд до сих пор не понимал, как ему удалось вылечить нос Гарри. Уныло вздохнув, Эд вытащил палочку и рассмотрел ее. В ней не было ничего особенного — просто кусок красного дерева. Как с ее помощью можно что-то творить? Сев на диване, Эд положил книгу на стол и направил на нее кончик палочки. — Ну… Была-не была, — он вздохнул. — Вингардиум Левиоса. К огромному удивлению Эда книга поднялась в воздух. Какое-то время парень мог лишь смотреть, как она висит перед ним. Затем он перевел ошарашенный взгляд на палочку. Да не может такого быть. Он же просто взмахнул ей и произнес два смешных слова. Его выматывало понимать, что магия полностью отрицала принцип равнозначного обмена — закон, по которому работало все в мире. Нет, она должна была ему следовать. Ничто не сделаешь, если не принесешь жертву. Спустя какое-то время в гостиную начали приходить другие слизеринцы; они потирали глаза и зевали. Убрав палочку в карман, Эд подхватил парящую книгу и быстро перелистнул пару страниц, делая вид, что слишком занят. Потом он вспомнил, что хотел отомстить соседям, и гадко ухмыльнулся. — «Чары и Заклинания: Природа магии»? Ты что это читаешь, Элрик? Эд аж подпрыгнул и повернулся. Прямо за диваном стояла сонная версия Драко и его шайки. Крэбб и Гойл выглядели такими усталыми, будто ходили во сне, а Малфой лениво устроился на одном из пуфиков. Забини издалека посматривал на книгу в руках Эда так, словно она была заразной. — Освежаю память, — ощетинился Эд. — Какие-то проблемы? Блейз хитро улыбнулся и покачал головой. — Никаких. Алхимик прищурился и вернулся к чтению. Ясное дело, Забини решил использовать его, чтобы улучшить оценки. Блейз подошел к Драко, Крэббу и Гойлу, что-то прошептал им и тихо рассмеялся. Малфой закатил глаза и встал, собравшись уходить. Крэбб/Гойл сонно посмотрел на Эда. — Идешь на завтрак? — спросил он. Эд глянул на них поверх книги, стараясь не хмуриться. Слизеринцы равнодушно смотрели на него, ожидая ответа. Тяжело вздохнув, Эд громко захлопнул книгу и резко поднялся на ноги. — Я вас догоню, — пробормотал он, уходя в комнату. Как-никак, выбора у него не осталось.________________________
Завтрак прошел довольно спокойно. Эд присоединился к шайке Драко, обсуждающих что-то, что его не касалось. Сам Драко в разговоре участия не принимал и молча завтракал. Эд тоже не спешил ни с кем общаться, поэтому постоянно забивал себе рот едой, останавливаясь лишь чтобы вздохнуть или отпить тыквенного сока. Вскоре пришла и Пэнси, очень бесяво хихикнула и села справа от Драко. Наевшись от пуза, Эд положил голову на стол и счастливо выдохнул. Бесконечный поток еды в школе ему однозначно нравился. Для странствующего алхимика любая бесплатная еда была подарком небес. Он повернулся к Малфою и его дружкам, думая, как же им отомстить. Особенно Забини. Пару минут спустя в открытые окна Большого Зала влетело множество сов. Эд поднял голову и удивленно смотрел, как они опускаются на столы и что-то передают ученикам. Он не сразу понял, что так в Хогвартсе устроена почта. Ему смутно вспомнились слова Мустанга о том, что ему нужно будет посылать отчеты с совой. Интересно, как мне узнать мою… Тут, на удачу, прямо перед ним приземлилась маленькая симпатичная коричнево-белая сова с лицом в форме сердца. Сова запрыгнула ему на правую руку и царапнула перчатку, разрывая ткань, закрывающую протез. Эд в панике спрятал руки под столом, но с облегчением понял, что никто из сидящих рядом ничего не заметил. Друзья Драко поглощали конфеты, которые ему прислала мать. Убедившись, что никто на него не смотрит, Эд тихо хлопнул ладонями и восстановил перчатку. Сова, оставшаяся на столе, подняла лапу, словно говоря Эду забрать у нее письмо. Когда тот мрачно глянул на нее, сова прыгнула ему на голову и начала грызть ему волосы. — Тебя точно прислал Мустанг, — пробормотал он. Сова лишь наклонила голову. Тут Пэнси повернулась к нему и пискнула от вида совы. — Она такая красивая! — сказала девушка. — Это же сипуха, да? Эд нервно хохотнул, отвязывая письмо от лапы. — Ну, вроде… Он мало знал о совах и даже не собирался притворяться, что это не так. Эта конкретная его раздражала — она никак не прекращала мучить его волосы. — Ужасно маленькая, — сухо заметил Драко. — Даже для сипухи. Сову это рассердило; она даже отпустила волосы алхимика и злобно глянула на Драко. Слизеринец нахмурился и пробурчал что-то про то, что она прямо как Эд. Другие парни рассмеялись, а Пэнси легонько побранила Драко. Эд развернул письмо и принялся за чтение. Стальной, Крохотная сова для крохотного алхимика. Ее зовут Ойле. Не забывай про отчеты. -Пол. Рой Мустанг Огненный алхимик Взревев от ярости, Эдвард вскочил на ноги и разорвал письмо на кусочки. — Чертов Мустанг! — прошипел он с горящими от гнева глазами. — Я уехал за сотню миль от него, а он все равно находит способ меня оскорбить! Все тут же уставились на него. На счастье, Эд смог сдержаться и не разразиться криками, матами и беспорядочным применением алхимии. Ойле, испуганная его реакцией, хлопнула крыльями и улетела с остальными совами в совятню. Эд оставил остатки письма на столе и пошел с остальными учениками к профессору Снейпу. Преподаватель с болезненным лицом раздавал подопечным расписания занятий. Когда дошла очередь Эда, Снейп с подозрением посмотрел на парня. — Мистер Эдвард Элрик, я прав? — сухо спросил он, пролистывая стопку расписаний. — Именно, — вежливо ответил Эд. Снейп нашел нужное расписание и просмотрел его. — Похоже, Дамблдор взял на себя право составить твое расписание. Я склонен доверять его решениям. И надеюсь, что ты сможешь учиться на уровне с остальными. Я не потерплю отстающих на моих занятиях, — он протянул Эду расписание. — Это ясно? — Кристально ясно, — ответил алхимик, смотря ему прямо в глаза. — Мне махать хвостиком, пока вы говорите? Профессор Снейп прищурился, но проигнорировал его реплику. Этот учитель с сальными волосами даже не представляет, с кем связался. Эду приходилось иметь дело с куда более устрашающими личностями. Он, как-никак, из армии прибыл. Улыбнувшись про себя, он вернулся к Драко и его шайке, а потом задумчиво вгляделся в расписание. Забини с любопытством изогнул шею, чтобы прочесть что-либо у него из-за плеча. Эд глянул на него и раздраженно фыркнул. — Если так интересно — мог просто спросить, — проворчал он, поворачивая ко всем свое расписание. — Вот. Пэнси сравнила его расписание со своим и с расписанием Драко. — Ты будешь с Драко на всех занятиях! — хныкнула она, расстроившись, что ей такой роскоши не видать. Малфой поморщился и тоже сравнил их расписания. — Проклятье, — тихо пробормотал он. Хотя Эда это не удивило, он притворно охнул и глянул через плечо Драко, якобы сравнивая их расписания и сетуя на странные совпадения. Пэнси, надувшись, смотрела на свои занятия и жаловалась, что будет меньше времени проводить с Дракусей. Потом она повернулась к Эду и умоляюще посмотрела на него. — Может, поменяемся, Эдди? Он посмотрел на нее и чуть не расхохотался, но быстро скрыл все за виноватой улыбкой. — Боюсь, это так не работает, — если бы я только мог… Не хочу я посещать эти занятия! Драко раздраженно закатил глаза и убрал свое расписание. — Пэнс, ты как будто захотела бы посещать нумерологию, — он хмыкнул. — Не думаю, что кто-либо из вас потянул бы мои занятия. — Я бы пошла ради тебя, Дракуля. Крэбб/Гойл удивленно уставился на Драко и Эда. — Поверить не могу, что вы оба решили изучать нумерологию. — Считаешь, я недостаточно умен? — спросил Малфой. — А что, это сложный предмет? — спросил Эд. Все, кроме Драко, ошарашенно воззрились на него, распахнув рты. Алхимик лишь смущенно моргнул. — Что?________________________
Вскоре он понял причину таких взглядов. Как оказалось, нумерология представляла из себя сложную математику, связанную с предсказанием судьбы и магией. К тому же, профессора Вектор, суровую на первый, да и на второй взгляд преподавательницу, было крайне нудно слушать. Похоже, она идеально знала свой предмет, но ее скучные лекции были сравнимы с пыткой. Эдвард к собственному счастью смог облегчить себе жизнь, прочитав учебник от корки до корки. Он понимал, что предмет этот невероятно сложный и не самый понятный, но для него, в семь лет проделавшего огромные вычисления для человеческой трансмутации, нумерология казалась задачкой средней сложности. Кроме них с Драко на занятии присуствовало еще три или четыре ученика — один с Гриффиндора, а остальные — с Когтеврана. Похоже, на нумерологию записалось совсем мало шестикурсников, поэтому их не стали делить на группы. За всю лекцию никто из учеников не произнес ни слова, быстро записывая то, что диктовала профессор Вектор и что она писала на доске. Эд слушал ее монотонный голос в пол-уха и рисовал сложные круги трансмутации, чтобы как-то себя развлечь. Частенько Эд замечал, что Драко то и дело смотрит на другого ученика — разумеется, на девушку. Он пристально смотрел ей в спину, а, когда она прекращала восторженно слушать преподавателя, спешно отводил взгляд и быстро записывал упущенное. Эд со своего места не видел лица девушки, но вся эта ситуация его сильно заинтересовала. С концом занятия к Драко опять вернулось дурное настроение, и Эд решил ничего у него не спрашивать. Он шел следом за ним, но не совсем близко — не только потому что следил за Малфоем, но и из-за того, что понятия не имел, куда идти. Драко пару раз раздраженно глянул на него через плечо, словно не зная, что о нем думать. У Большого Зала они встретились с Блейзом и Пэнси, идущих на занятие по Защите от Темных искусств. Они ехидно заметили, что, вот беда, им придется быть вместе с благородными и доблестными гриффиндорцами, на что Эд закатил глаза и забежал в Большой Зал, чтобы взять что-нибудь перекусить. Выйдя обратно с бутербродом во рту, он опять привлек внимание слизеринцев, но лишь невинно моргнул и развел руками. Дойдя до класса, они остановились в коридоре с толпой других учеников. Все оживленно переговаривались, обсуждая, как будет преподавать ЗОТИ профессор Снейп. Некоторые были очень рады этому, а другие — абсолютно испуганы. Эд спокойно доел бутерброд, разглядывая толпу. Его удивляло, почему так много гриффиндорцев боятся этого профессора. Эду он не показался хоть сколь-либо пугающим. Отвратительным — да. Но не пугающим. Тут Эдвард заметил Гарри Поттера и двух других гриффиндорцев. Алхимику показалось, что он где-то уже их видел, но не припоминал, где. Еще раз посмотрев на троицу, он повернулся к Драко и его товарищам, злобно посматривающих на них. Гриффиндорцы этого не заметили. Через пару минут дверь класса открылась, и на пороге появился Снейп. Толпа тут же замолкла. Профессор вышел в коридор, зловеще смотря на учеников. — Все внутрь, — скомандовал он, развернулся и ушел в класс; его черная мантия хлопала, будто крыльями. Все быстро забежали внутрь, тихо переговариваясь о чем-то. Пэнси опять повисла на руке Драко, прижимаясь к нему так, будто заходила в дом с привидениями. Малфой устало отвел взгляд, а Эд закатил глаза. Эд вместе с остальными вошел и огляделся по сторонам. Класс выглядел невероятно мрачным — все шторы на окнах были задернуты и его освещали только свечи. На стенах висели жуткие изображения людей, покрытых кровавыми ранами или со странно искаженными частями тела. В гробовой тишине все расселись по местам, озираясь на жуткие затененные картины. Эд пошел вместе с Драко, Пэнси и Блейзом на второй ряд, положил подбородок на руки и продолжил рассматривать картины. — Я не просил вас доставать книги, — начал Снейп, закрыв дверь. Некоторые ученики поспешно убрали учебники в сумки. — Я желаю говорить с вами, и мне нужно ваше полнейшее внимание. Профессор начал расхаживать по классу, прохаживаясь взглядом по устремленным на него снизу вверх лицам учеников. Его черная мантия развевалась, как крылья, а на желтоватом лице так и оставалась зловещая гримаса. Он резко развернулся и вгляделся темными глазами в учеников, одарив Эда особо гадким взглядом. — До сегодняшнего дня, насколько мне известно, по этому предмету у вас сменилось пять преподавателей, — бесстрастно сказал он. — Естественно, у каждого из этих учителей были свои собственные методы и пристрастия. Учитывая такую путаницу, я даже удивлен, что столь многим из вас удалось нацарапать что-то для СОВ по этому предмету. Еще больше я буду удивлен, если всем вам удастся успевать в подготовке к ЖАБА, которая требует более высокого уровня. Все не отрывали взглядов от Снейпа. Эду не нравилось, что профессор подразумевал этими замечаниями. Чего он не любил — так это взрослых, считающих себя умнее и лучше его. Он ему покажет. Ну и что, что он не делал что-то для «сов»? Эдвард Элрик отлично справится с любым экзаменом. И всем покажет, на что способен. — Темные искусства, — тихо продолжал Снейп, — многочисленны, разнообразны, переменчивы и вечны. Бороться с ними — это все равно, что бороться с многоголовым чудовищем, у которого всякий раз после отрубания одной головы на ее месте вырастает другая — еще более свирепая, еще более умная, чем прежде. Вы боретесь с чем-то вечно ускользающим, меняющим форму, неистребимым. Эд нахмурился. Как-то уж очень любовно Снейп расписывал все эти злодейства, словно не боялся, а восхищался ими. Это беспокоило и вызывало подозрения. Профессор Снейп подошел к картинам и сурово посмотрел на них. — Приемы вашей защиты, — продолжал он немного громче, — должны быть такими же гибкими и изобретательными, как и те силы, которые вы пытаетесь одолеть. Эти картины, — он указал на некоторые из них, проходя мимо, — дают достаточно яркое представление о том, что случается с теми, кто испытывает на себе, к примеру, заклятие Круциатус. Он указал в сторону изображения волшебницы, которая кричала от боли. Ученики уставились на него; некоторые пришли в ужас, другие испытали отвращение, а третьим, похоже, было все равно. Снейп указал на следующую картину — обессиленный волшебник с застывшим взглядом был распластан по стене. — Поцелуй дементора, — прошипел он. Некоторые, включая Эда, заметно поежились. Алхимик читал про дементоров в одной из купленных книг и то, что он узнал, ему совсем не понравилось. Он всем сердцем надеялся, что это — лишь выдумки, но, похоже, все было правдой. Профессору Снейпу было плевать на реакции учеников; он указал на изображение растекшегося по земле кровавого месива. — Или же вызывают агрессию со стороны инферии. Эд быстро отвел взгляд от этой картины. Слишком уж сильно она напоминала ему о грехе, который совершили они с братом… Он поежился, смотря на столешницу парты, схватился за правую руку и попытался забыть о прошлом. Он не хотел заново переживать этот момент. Это произошло давно в детстве, и все, что напоминало о том… О том существе… — Что это случилось с Эдди? — спросила Пэнси. Забини глянул на него. — Похоже, его пробрало. — Бедный малыш Элрик, — пробормотал Драко. — Испугался пары страшных картинок. В любой другой момент Эд тут же бы обернулся и зарычал диким псом, но сейчас он так погрузился в воспоминания, что едва услышал его слова. — Так что, кто-то уже встречался с инфериями? — нервно спросила темнокожая девушка. — Значит, уже точно известно, что он их использует? Снейп хмыкнул. — Темный лорд использовал инферий прежде. Следовательно, логично предполагать, что он может вновь прибегнуть к ним. Итак… Он направился к своему столу и начал рыться в бумагах. Эд, все еще приходя в чувство, поднял голову и пристально вгляделся в Снейпа. Ему не понравилось то, как он ответил на вопрос. Хотелось бы узнать подробности об этом профессоре. Все, что он делал, беспокоило Эда. Он точно упомянет это в отчете. Заметив, что Эд вернулся к жизни, Пэнси нагнулась к нему и потянула за волосы. — Что с тобой было? — А? — смущенно моргнул он. — Ты как будто штанишки обмочил, — хмыкнул Забини. Эд покачал головой, тут же начиная думать о мести. — Все нормально. Пэнси изогнула бровь. Блейз пожал плечами и повернулся к Снейпу. Драко глянул на Эда краем глаза, но остался задумчиво молчалив. — Вы, как я полагаю, еще совсем новички в невербальных заклинаниях. В чем преимущество невербального заклинания? Практически в тот же момент все выжидающе повернулись к девушке с кудрявыми темными волосами, уже успевшей поднять руку. Эд небрежно глянул в ее сторону, а потом — на Снейпа. Тот оглядывал класс, проверяя, не вызовется ли кто-нибудь другой. Алхимик пожал плечами. Ну, можно попробовать. Он поднял руку, хоть и далеко не с тем же энтузиазмом, что девушка. Заметив это, профессор изогнул бровь, не ожидав, что кто-то действительно вызовется. — Мистер Элрик? Все тут же повернулись к нему; некоторые даже недоумевали. Многие неуверенно переводили взгляды с Эда на ту кудрявую девушку. Драко хмыкнул и откинулся на спинку стула, словно приготовившись к уморительному представлению. — Противник не предупрежден о том, к какой… Атаке вы собираетесь прибегнуть, — проговорил Эд, намеренно избегая говорить «заклинание» или «магия», — и это дает вам преимущество в доли секунды. Казалось, Снейп изо всех сил старался скрыть, что впечатлен. — Похоже, немецкие магические учреждения все же соответствуют стандартам Хогвартса. Однако это лишь базовое понимание. Да, те, кто преуспел в применении волшебства без выкрикивания заклинаний, находятся в выигрышном положении благодаря элементу неожиданности. Разумеется, не все волшебники такое могут: это вопрос сосредоточения и силы ума, которых кое-кому, — он снова враждебно покосился на Гарри, — не хватает. Эд с любопытством посмотрел на Поттера. Темноволосый парень пристально смотрел на Снейпа, пока тот наконец не отвел взгляд. — Сейчас вы разделитесь, — продолжал профессор, — по парам. Один партнер будет пытаться наслать проклятие на другого, не произнося ни слова. Другой будет стремиться отразить проклятие так же молча. Начали. Юный алхимик пораженно вскинул брови. Никаких объяснений больше не последовало, и Эд не знал, нормально такое для этой школы или нет. Выглядело все это чертовски странно. К тому же, он и не знал, к кому встать в пару — все-таки, с магией он познакомился только вчера, избавив Гарри от паралича. Он быстро понял, что сейчас придется изрядно потрудится — не зря же Снейп предупредил, что не потерпит отстающих. Пэнси тут же встала в пару с Забини, сказав, что не желает ранить драгоценного и любимого Драко. Эд расстроился — он-то надеялся, что сейчас как следует отомстит Блейзу. Но с ним в пару встал Драко, и алхимик понял, что еще не все потеряно. Вот только магией он почти не пользовался. Эд отринул сомнения. Как-нибудь да выяснит, что надо делать. Драко, похоже, быстро освоился и успешно насылал заклинания без единого слова. Однако, Эда ни одно из них не задело — он постоянно уворачивался. Да, он ничего не слышал, но видел, куда Малфой наставляет палочку, и убирался с пути. Не зря же он столько лет тренировался и служил в армии! — Стой на месте! — потребовал Малфой, запуская в него еще одно заклинание. — Ага, конечно! — ответил Эдвард, отпрыгивая с линии огня. — Я, знаешь ли, не тупой! — Тогда я заставлю тебя стоять, — прорычал Драко. Эд закатил глаза. — У-у-у. Дрожу от страха. Малфой наслал на него еще одно заклинание и опять промахнулся. Эд вовсю ухмылялся. Да, он не просто уворачивался — он пытался понять, как обмануть невербальные заклинания. Ему недоставало опыта других учеников и практического применения магии, но все же ему удалось понять концепт этого колдовства. Эд улыбнулся, когда Драко поджал губы и опустил палочку. — Я устал от этого, — пробормотал он. Он собирался позвать Снейпа, но тут Эд решил воплотить свою теорию в жизнь. Он взмахнул палочкой, целясь Драко в рот, и молча применил Силенцио. Алхимик не сдержал насмешливой улыбки, видя, как Драко пытается обратиться к профессору, но не может издать и звука. — Не ожидал, да? — поддразнил он. — Что такое? Прикусил язык? Погромче, Малфой, я тебя не слышу! Серые глаза слизеринца горели от ярости. Может, он уже начал сходить с ума, но Эду нравилось колдовать. Он с ухмылкой смотрел, как Драко открывает и закрывает рот. Ему было даже интересно, что Малфой пытается сказать, но потом он решил, что ему плевать. Возможно, Драко просто обзывал его разными словами. Вскоре Эду наскучило наблюдать за «злым Малфоем с отключенным звуком» и он повернулся позвать профессора. Сегодняшнее задание он выполнил, так что оставаться в классе смысла не было. Он открыл рот, но вдруг понял, что у него пропал голос. Его заколдовали! Распахнув глаза, он повернулся к разъяренному Малфою. Тот скрестил руки и хмыкнул, видя, как краснеет Эд. Это было крайне забавное зрелище — два очень злобных блондина-слизеринца пытаются накричать друг на друга, но не могут издать и звука. Серебро против золота. Стоящие поблизости практически видели разлетающиеся искры. Но, пока никто их них не понял, что они могут проклясть друг друга даже в таком состоянии… — Протего! Вдруг из другого конца класса донесся грохот. Все остановились и повернулись на звук. Похоже, Снейпа отбросило в сторону, он потерял равновесие и ушибся о стол. Заклинание запустил никто иной как Гарри Поттер, сердито смотрящий на профессора и даже не опускающий палочку. Весь класс оглянулся и наблюдал теперь, как Снейп, злобно хмурясь, приводит себя в порядок. — Вы не забыли, как я говорил, что наше занятие посвящено невербальным заклинаниям, Поттер? — Нет, — напряженно ответил Гарри, продолжая целиться в него палочкой. Снейп еще сильнее пожелтел. — Нет, сэр, — строго сказал он. — Ни к чему называть меня «сэр», профессор. Эд был в самом деле благодарен, что не может ничего сказать, потому что иначе расхохотался бы в голос. Ему было плевать, что скажут Драко и его прихвостни — за одну только эту фразу Гарри страшно ему понравился. Профессор Снейп, однако, радости не разделял. — Наказание в субботу вечером в моем кабинете, — произнес Снейп. — Я не потерплю дерзости ни от кого, Поттер. Даже от «Избранного». Все медленно вернулись к заданию — кроме Гарри, не сдвинувшегося с места, пока Снейп не прошел мимо к улыбающемуся Эду и Драко. Заметив, что Малфой не может издать ни звука, профессор изогнул бровь. Поняв, что произошло, он раздраженно покачал головой и снял насланное Эдом заклинание, после чего пошел дальше. Алхимик злобно уставился ему в спину. Его проигнорировали! Он сжал кулаки; у него задергалось веко. Этот профессор ему совсем не нравился. Абсолютно. Драко победоносно ухмыльнулся и посмотрел на Эда. Алхимик повернулся к нему, скрестил руки и прищурился. Сжав зубы, он молча проматерился — в основном в отношении Драко. Ему обязательно нужно было стереть с его лица эту гадкую ухмылочку. Ему хотелось хлопнуть ладонями и утопить Малфоя в полу. Но он не мог. Эд вновь проклял свое задание. — Что такое, коротышка? — издевался Драко. — Тебя проглядели? Видимо, профессор Снейп просто не увидел тебя на полу. Ему повезло — крайне повезло — что Эд не мог говорить.
