6. Неймдроппинг
15 ноября 2018 г., 20:17
Эд, даже лишившись голоса, умудрился привлечь к себе немало внимания — в основном тем, что почти попал в Малфоя одним из самых тяжёлых учебников. Судя по лицу Снейпа, алхимика ждало наказание, но профессор по какой-то причине просто отнял несколько очков у факультета (что бы это ни значило) и снял заклинание.
Весь обед Забини хохотал над этой ситуацией, а Драко зловредно ухмылялся, хотя не говорил ни слова. Эд тоже решил промолчать и как следует набить брюхо. Надоело ему строить из себя воспитанного студента с хорошими манерами. Крэбб и Гойл со смесью шока и уважения наблюдали за тем, как он молниеносно поглощает еду.
После обеда они отправились в гостиную Слизерина, чтобы скоротать немного времени перед следующим занятием — у многих по расписанию стояло зельеварение.
— Я считаю, что нам стоит прогулять занятие Слизнорта, — предложил Забини.
— Но тебя же пригласили в его уютный кружок! — поддразнила его Пэнси.
— Вот именно, — ответил парень. — Он меня бесит. Я бы с огромной радостью не виделся с ним до конца года.
— Сходить на занятие не помешает, — сказал Драко, лениво пожимая плечами. — Сегодня первый день учебы. Потом можешь прогуливать, сколько влезет.
Эд начал думать, что точно сходит с ума, потому что даже он кивнул, соглашаясь со словами Малфоя. Блейз лишь закатил глаза.
— Ну ладно.
Когда с этой темой закончили, все они разошлись по спальням, чтобы взять все необходимое для занятия. Хотя Дамблдор и постарался снабдить Эда всевозможными вещами, алхимик понятия не имел, что ему может пригодиться. Краем глаза поглядывая на Блейза и Драко, он вытаскивал из сундука то же, что и они. В итоге в его руках оказались весы, набор для зельеварения и маленький котел. Эд улыбнулся. Похоже, какие-то стереотипы все же были правдой.
Они ещё немного посидели в гостиной, отдыхая на диванах перед камином. Эд перелистывал страницы «Углубленного зельеварения» и вникал в предмет. Ничего нового он не узнавал — этот учебник он прочел одним из первых. Зельеварение очень сильно походило на обыкновенную готовку, да и многие ингредиенты были ему хорошо знакомы. Похоже, с зельями проблем не возникнет.
Класс зельеварения находился совсем недалеко от гостиной Слизерина, так что идти было до приятного немного. Когда они пришли, в коридоре стояло всего несколько учеников. Судя по эмблема на мантиях, они все были с Когтеврана; в толпе затерялся один пуффендуец. К Эду, Драко, Пэнси и Блейзу присоединился тощий слизеринец — Теодор Нотт, а вскоре в коридоре показалась знакомая троица гриффиндорцев. И опять все слизеринцы (кроме Эда) смерили их мрачными взглядами.
Вскоре дверь подземелья распахнулась, и оттуда показался живот Слизнорта, выплывший впереди обладателя. Эд едва подавил смешок, увидев его моржовые усы, нависшие над широко улыбающимся ртом. Особенно радостно профессор приветствовал Гарри и Забини. Пэнси хитро ткнула Блейза в бок, на что тот нахмурился.
Найдя, где сесть, Эд с любопытством принюхался ко множеству странных запахов, исходивших от бурлящих котелков. Он заглянул в каждый, пытаясь понять, какие в них зелья.
— Так-так-так, так-так-так! — весело заговорил Слизнорт, вставая перед учениками. — А теперь, пожалуйста, все весы на стол, а также наборы для зельеварения, и еще не забудьте ваши учебники по «Углубленному зельеварению»…
Пятеро слизеринцев достали перечисленные вещи и выставили их в ряд на общем столе. Эд пристально наблюдал за одногруппниками и старался копировать их движения.
— Сэр?
Профессор повернулся к гриффиндорцам — как оказалось, Гарри поднял руку.
— Да, Гарри, мой мальчик?
— У меня нет ни учебника, ни весов — вообще ничего… И у Рона тоже… — сказал Поттер, кивая на рыжего парня рядом с ним. — Мы не знали, что сможем заниматься у вас для ЖАБА…
Профессор Слизнорт задумался.
— Ах, да, профессор МакГонагалл мне говорила… — он улыбнулся. — Ничего страшного, дорогой мой мальчик, совершенно ничего. Сегодня вы можете воспользоваться запасами из моего шкафа, я одолжу вам весы, да и парочка учебников найдется — сойдет на первое время, а потом закажите у «Флориша и Блоттса»…
— Мы же не хотим, чтобы Потти и Уизли отставали, да? — ехидно сказал слизеринцам Малфой.
Его прихвостни хмыкнули, а Эд положил руки на стол, поставил на них подбородок и закатил глаза. Слизнорт пошел к шкафу в углу, и, порывшись немного, вытащил из его недр два основательно потрепанных учебника. Он вручил их Гарри и Рону вместе с двумя потемневшими наборами весов. После этого он вернулся на преподавательское место перед классом, раздувая свою и без того выпяченную грудь так, что пуговицы его жилета грозили вот-вот отскочить.
— Итак, — начал Слизнорт. — Я приготовил несколько зелий для того, чтобы вы взглянули на них — просто из любопытства, знаете ли. Они из тех, которые вы должны научиться варить по завершении курса. Вам наверняка приходилось слышать о них, пусть вы даже и не умеете пока их готовить, — он указал на котел, ближайший к столу слизеринцев. — Кто может сказать мне, что у нас вот здесь?
Эд изогнул шею, разочаровался в увиденном и плюхнулся обратно на место.
— Кипящая вода? — без интереса спросил он.
Пэнси так нарочито громко рассмеялась, будто услышала смешнейшую шутку на свете. Некоторые другие ученики тоже прыснули. Слизнорт же смущенно моргнул. Эд тоже не понимал причину веселья и посмотрел на собравшихся.
— Что?
— Это сыворотка правды, — послышался из-за спины девчачий голос, — зелье без цвета и запаха, заставляющее того, кто его пьет, говорить правду.
Эд обернулся и узнал ту девушку с темными кудрявыми волосами, с которой столкнулся на занятии по ЗОТИ. Она заносчиво посмотрела на него, сжато улыбнулась и кивнула, радуясь, что смогла поправить его. Девушка так и источала уверенность, слишком хорошо знакомую алхимику.
— Отлично, отлично! — радостно отозвался Слизнорт. — А теперь, — продолжал он, указывая на котел, стоявший ближе всех к столу Когтеврана, — вот это зелье очень широко известно… Да и в недавних листовках Министерства о нем упоминается… Кто сможет?..
— Это Многосущное зелье, сэр, — отчеканила девушка.
Эд закатил глаза.
— Ну конечно, — пробормотал он себе под нос.
— Превосходно, превосходно! Ну, а вот это… — произнес Слизнорт, указывая на следующий котел. Рука девушки снова взметнулась в воздух. — Да, голубушка?
— Это Амортенция!
— Совершенно верно. Глупо, наверное, спрашивать, — продолжал Слизнорт, которого, судя по всему, сильно впечатляли познания девушки, — но, вам, полагаю, известно и его действие?
Она улыбнулась.
— Это самое сильнодействующее в мире приворотное зелье!
Драко изогнул бровь. Пэнси внезапно очень оживилась и вся обратилась во слух, что довольно-таки пугало. Она продолжала косо посматривать на Драко, но тот не обращал на нее внимание.
— Абсолютно точно! Вы узнали его, я полагаю, по четко различимому перламутровому отливу?
Девушка открыла было рот, но тут ее прервали.
— А также по поднимающемуся пару, — громко дополнил Эд. Когда Слизнорт с любопытством посмотрел на него, алхимик показал на котел. — У него есть характерные завитушки.
Зельевар впечатленно вскинул брови.
— Очень точное наблюдение, молодой человек.
Все удивленно застыли; девушка с кудрявыми волосами казалась оскорбленной. Она живо подняла руку, и профессор повернулся к ней.
— Хотите что-то добавить, голубушка?
— А еще оно должно пахнуть для каждого по-разному, — увлеченно сказала она, — смотря кого что привлекает, а я чувствую запах свежескошенной травы, и свежего пергамента, и…
Она слегка покраснела и не договорила. Краем глаза Эд заметил, как Драко посмотрел на девушку со странным выражением на лице.
— Можно полюбопытствовать, как вас зовут, голубушка? — спросил Слизнорт, не обращая внимания на ее смущенность.
— Гермиона Грейнджер, сэр, — гордо улыбнулась она.
— Грейнджер? — задумчиво повторил Слизнорт. — Грейнджер…
Эд нахмурился. Звучало знакомо. Но почему?..
— А вы случайно не доводитесь родственницей Гектору Дагуорту-Грейнджеру, — спросил Слизнорт, — основателю Самого Выдающегося Общества Зельесоставителей?
Нет, нет, точно не то, мысленно поправил его алхимик. Он наверняка видел эту фамилию в документах, но не в контексте с какими-либо родственниками. Девушка потупила взгляд и покачала головой.
— Нет, сэр, не думаю. Видите ли, я магглорожденная.
Малфой склонился к Нотту, что-то ему нашептывая. Оба презрительно хихикнули. Эд глянул на них, прокручивая в голове фамилию девушки. Да почему же она ему знакома? Тем временем Слизнорт широко улыбнулся, переводя взгляд то на Гермиону, то на Гарри, сидевшего рядом.
— Ах, вот оно что! — радостно воскликнул он. — «Одна из моих лучших подруг — магглорожденная, и она лучшая на нашем курсе!». Думаю, это и есть та самая подруга, о которой ты говорил, Гарри?
— Да, сэр, — с улыбкой подтвердил Гарри.
И тут до него дошло. Эд внезапно очень живо вспомнил, как ворочался в кровати, отчаянно пытаясь уснуть, пока его соседи… Он резко выпрямился на стуле и распахнул глаза.
— Грейнджер! — крикнул он и повернулся к Драко. — Грейнджер! Это же о ней вы говорили прошлой ночью?
Все в классе застыли и посмотрели на двух блондинов-слизеринцев. Опешивший Драко в гневе уставился на Эда.
— О чем, черт возьми, ты…
— Прошлой ночью! Ты о ней просто не затыкался!
Драко, похоже, не знал, сблевать ему или умереть на месте. Пэнси пришла в ужас. Забини же расплылся в широченной улыбке, будто кто-то только что рассказал его любимую шутку. Эд порадовался за себя и посмотрел на Гермиону. Та выглядела попросту ошеломленной; она повернулась к таким же недоумевающим Гарри и Рону. Только в этот момент Эд понял, что мог сболтнуть что-то не то.
— А ваше имя, молодой человек? — невозмутимо спросил Слизнорт, разрушая повисшую тишину. Алхимик повернулся к профессору.
— Эдвард Элрик.
Слизнорт на миг задумался, а потом радостно улыбнулся.
— А, конечно же! Студент по обмену из немецкой школы!
— Эм… — Эд выдавил улыбку. — Да.
— Вас рекомендовал сам Дамблдор! Вундеркинд — так он вас назвал. Прямо как мисс Грейнджер, да?
Гермиона и Эд посмотрели друг на друга и по возможности вежливо улыбнулись. Алхимик не знал, что думать о ней, но признавал, что она довольно симпатична. Если Драко питает к ней какие-то чувства, он не может его винить. Краем глаза Эд заметил, что Малфой обмяк на стуле, с завистью посматривая на них.
— Двадцать очков Слизерину и Гриффиндору, — весело сказал Слизнорт, возвращаясь к теме занятия. — Амортенция, по сути дела, конечно, не порождает любовь. Любовь вообще невозможно произвести или воспроизвести. Нет, нет, это зелье просто вызывает мощнейшую вспышку страсти или одержимости. Это, пожалуй, самое опасное и сильнодействующее зелье в этой комнате… Да-да, — укоризненно кивнул он в сторону скептически посмеивающихся Малфоя и Нотта. — Поживите с мое — и вы не станете недооценивать силу слепой страстной любви… Ну, а теперь пора приниматься за работу.
— Сэр, а вы еще не сказали нам, что находится вот здесь, — сказал единственный пуффендуец в классе и указал на небольшой черный котел, стоявший на столе Слизнорта. Зелье в нем весело плескалось; оно было цвета расплавленного золота, и большие капли прыгали над его поверхностью, словно золотые рыбки, хотя ни одна капля не пролилась из котла наружу. Эд уставился на него, припоминая описания и изображения в учебниках. Он был точно уверен, что уже сталкивался с этим зельем.
— Ах, да, — спохватился Слизнорт. — Да-да. Еще вот это! Что же, леди и джентльмены, это прелюбопытнейшее зелье — так называемый Феликс Фелицис! Как я понял, мистеру Элрику или мисс Грейнджер известно его действие?
— Это эликсир удачи, — гордо откликнулась Гермиона. — Он приносит удачу!
Весь класс застыл в напряжении.
— Но при передозировке, — дополнил Эд, — оно вызывает легкомыслие, неосмотрительность и опасную самоуверенность. К тому же, оно чрезвычайно токсично. Хорошего понемногу, как говорится.
— Превосходно! — просиял Слизнорт. — Еще десять очков каждому из вас. Да, зельце презанятное — этот самый Феликс Фелицис, невероятно замысловатое в приготовлении и смертельно опасное при ошибке в компонентах или приемах. Однако, если приготовить его правильно, как приготовлено то, что мы имеем здесь, вы обнаружите, что во всех ваших начинаниях вам будет сопутствовать успех… По крайней мере, пока не закончился срок действия.
— А вы сами его когда-нибудь принимали, сэр? — спросил когтевранец, сгорая от любопытства.
— Два раза в жизни, — ответил Слизнорт. — Один раз в двадцать четыре года и один — в пятьдесят семь. Всего две столовые ложки, принятые за завтраком. И два самых незабываемых дня, — он мечтательно уставился вдаль. Потом, вернувшись с небес на землю, он добавил: — И именно оно станет наградой за хорошую работу на сегодняшнем уроке.
Воцарилась тишина, в которой все булькающие и клокочущие звуки, исходившие от котлов, казалось, усилились десятикратно. Даже слизеринцы выглядели заинтригованными.
— Одного крошечного флакончика Феликс Фелицис, — сказал профессор, извлекая из кармана и показывая всем миниатюрный пузырек, — достаточно для полного успеха в течение двенадцати часов. От рассвета до заката вам будет сопутствовать везение во всем, что вам случится предпринять, — он поставил его на стол, и все внимание оказалось приковано к нему. — Однако должен предупредить, что прием Феликс Фелицис запрещен перед спортивными соревнованиями, а также экзаменами или, скажем, выборами. Так что тот, кому достанется это зелье, может воспользоваться им только в самый обычный день… И увидеть, как этот обычный день станет необычным!
Забини и Нотту предупреждение пришлось явно не по нраву. Эд хмыкнул, понимая, что они расстроены из-за того, что зелье не поможет им получить оценки получше. Но он тут же нахмурился, осознав, что теперь они точно обратятся к нему за помощью. Ему это совершенно не нравилось. Почему бы им не обратиться к этой Грейнджер?
— Итак! — воскликнул Слизнорт с неожиданной живостью. — Как же вы можете выиграть этот прекрасный приз? Итак, обратитесь к странице десятой «Углубленного зельеварения». У нас осталось чуть больше часа, и за это время вам надо постараться успеть приготовить глоток живой смерти. Знаю, вам еще никогда не приходилось готовить ничего настолько сложного, и я даже не думаю, что у кого-либо из вас вообще получится хорошее зелье. Однако тот, кто справится с заданием лучше всех, получит вот этого маленького Феликса. Начали!
Послышался скрежет придвигаемых котлов и громкое позвякивание гирек о чаши весов, но никто не проронил ни слова. Атмосфера сосредоточенности, царившая в комнате, сгустилась до физической ощутимости. Эд заметил, как Малфой лихорадочно листает свой учебник. Он чуть не расхохотался. Было совершенно ясно, что Малфою отчаянно нужен был глоток удачи.
Эд открыл учебник и вгляделся в состав зелья. Смиренно вздохнув, он встал с места и пошел вместе с остальными учениками к шкафу за ингредиентами. Все ужасно спешили, соревнуясь за эликсир удачи. Эду было как-то плевать. Удача всегда поворачивалась к нему пятой точкой. Да, было бы неплохо нарушить эту полосу невезения, но при помощи магии? Нет, он не настолько отчаялся.
Вернувшись на место, он увидел, что Малфой с предельной быстротой нарезает корни валерианы. Эд хмыкнул и принялся за работу. Предмет ему нравился — он очень напоминал старую алхимию: подбор материалов, точное измерение соотношений, приготовление по рецепту… Он никогда не был знатным поваром, но с зельем он бы справился легко. Драко раздраженно глянул на Эда, злясь на его спокойствие. Алхимик даже задумался, почему Малфой так нуждается в эликсире.
Все поглядывали по сторонам, пытаясь подсмотреть, кто чем занимается. Эд понял, что как преимуществом, так и недостатком занятий по зельеварению было то, что редко удавалось скрыть свою работу от посторонних глаз. Не прошло и десяти минут, как все помещение наполнилось синеватым паром. Эд не мог не заметить, что Драко явно страдает: зелье готовилось не так быстро, как ему хотелось бы. Эд нахмурился и заглянул в котел Малфоя, пытаясь понять, что не так. На вид все шло нормально. Драко явно злился понапрасну. Через пару минут Малфой обратился к Слизнорту, проходящему мимо стола слизеринцев.
— Сэр, — сказал он, привлекая внимание профессора. — Вы, должно быть, хорошо знали моего деда, Абрахаса Малфоя?
— Да, — подтвердил Слизнорт, даже не взглянув на Малфоя. — С сожалением узнал о его смерти, хотя, конечно, удивляться тут нечему: подхватить в его возрасте драконью оспу…
И он прошел дальше. Драко скорчил лицо и вернулся к котлу. Эд хмыкнул. Ему было ясно, что Малфой ждал к себе такого же отношения, как к Гарри или Забини, или хотя бы, как к Эду или Гермионе. Возможно, он надеялся, что его богатство и знатность обеспечат ему какие-либо поблажки. Понятно, почему он с такой завистью смотрел на Эда. Было похоже, что Малфою не на что надеяться, кроме собственного таланта, чтобы заполучить флакончик Феликс Фелицис.
Помешивая зелье, Эд посмотрел на других учеников. У некоторых явно возникли затруднения — например, Рон, друг Гарри, скороговоркой ругался себе под нос. У Гарри же, похоже, все шло отлично — даже лучше, чем у Гермионы, непонимающе посматривающей на его котел. Остальные же, как и Эд, старались понять, как идут дела у других.
— И время… вышло! — объявил Слизнорт. — Пожалуйста, прекращайте мешать!
Все тут же замерли и сели на стулья. Профессор медленно переходил от стола к столу, заглядывая в котлы. Он ничего не говорил, но то и дело нюхал или слегка помешивал то одно, то другое зелье. Зелья Эда и Драко он отметил одобрительным кивком. Малфой заметно расстроился и сердито скрестил руки. Когда же Слизнорт увидел зелье Гарри, по его лицу расплылось выражение изумленного восхищения.
— Чистая победа! — выкрикнул он на все подземелье. — Великолепно, великолепно, Гарри!
Драко чуть со стула не подскочил, злобно смотря на Поттера. Другие слизеринцы тоже сердились, хотя и в меньшей степени. Эд до сих пор не понимал, чем их так бесит бедный парень, который в данный момент не мог понять, радоваться ему или чувствовать вину.
— Владыка милостивый, ты, несомненно, унаследовал талант своей матери, — хвалил его Слизнорт. — Вот кто уж действительно блистал в зельеварении, так это Лили! Ну что ж, тогда получай, вот он — обещанный флакончик Феликс Фелицис! Да смотри, воспользуйся им умело!
Малфой медленно опустился на место, но продолжал с ненавистью смотреть на Гарри. Эд критически глянул на него и нахмурился.
________________________
Драко и его шайка исходилась на недовольстве, пока шла в гостиную. — Он точно как-то схитрил, — пробормотал Малфой. — Как ещё это объяснить? — Ты его слышал, — фыркнула Пэнси. — Ему просто повезло. Всем дуракам везёт. — А, может, у него и впрямь талант, — Эд пожал плечами. Все тут же обернулись и уставились на него так, будто у Эда отросла вторая голова. Алхимик пошел дальше, как ни в чем не бывало, но потом понял, что все остальные стоят. Он вопросительно глянул на них. — Что? Ещё немного помолчав, они разразились хохотом. — Неплохо, Эдди! — хихикнула Пэнси, игриво убирая ему пряди с лица. — Его единственный талант — в любом месте сверкать своим сраным шрамом. — У Поттера талант… Уморительно! Они пошли дальше, смеясь от души. Эд лишь закатил глаза и закрыл рот. Он отлично понимал, каково это, когда все вокруг считают тебя ничтожеством и поднимают на смех. — В чем проблема-то? — пробормотал Эд. — Ну выиграл он склянку зелья. И что? Драко заметно помрачнел. — Все дело в принципе. Эд на это ни на секунду не купился. — С таким зельем столько всего можно было устроить, — мечтательно вздохнула Пэнси. — Только представь! А оно досталось Поттеру. — Да, но вы видели выражение лица Грейнджер! — Блейз намекающе посмотрел на Малфоя. — Кстати о ней, неплохо так Элрик ее уел, а, Драко? Малфой мрачно глянул на него. — Оставь свои домыслы при себе, Забини. Они продолжали переругиваться весь путь до гостиной. Пэнси смена темы не радовала — она сжала губы и недовольно раздувала ноздри. Эд, напротив, задумчиво потирал подбородок и хитро расплывался в улыбке. Гермиона Грейнджер… Хммм…
