13. Проблема со свиданиями
31 декабря 2018 г., 19:04
Зима накрыла Хогвартс плотным одеялом ледяной корки и снега, что было крайне мучительно для человека с двумя металлическими протезами. Первый семестр подходил к концу, и скоро должны были начаться каникулы. Все в школе так и лучились от восторга; некоторые даже отсчитывали дни до последнего учебного дня, а другие уже мечтали получить рождественские подарки.
А вот Эдварда внезапно завалили письмами из Аместриса. Несколько прислал Ал, но основная масса пришла из штаб-квартиры и вся передавала одно и то же — не видел ли он Роя Мустанга? Похоже, полковник сказал всем, что отправляется проведать Эда, но на самом деле банально сбежал. Эду было по большей части все равно: чем меньше его достает Мустанг — тем лучше, но ему, однако, было интересно, куда же в таком случае отправляются его отчеты.
К этому моменту уже все ученики обсуждали предстоящую вечеринку Слизнорта. Многие пытались навязаться вместе с приглашенными — Забини без труда нашел себе пару в лице блондинки-когтевранки, а за внимание Гарри боролись сразу несколько девушек. Эду в этом плане повезло — все уже давно знали, что он идет с Гермионой (Альфонс не прекращал поддразнивать брата на эту тему), но тем не менее, стоило парню пройти мимо группки девушек, как ему вслед раздавались горькие и печальные вздохи.
Всеобщий интерес к вечеринке невероятно бесил Драко — возможно, потому что его не пригласили. Каждый раз, стоило ему услышать об этом событии, он раздраженно хмурился и бормотал что-то про то, как много у него дел в эту ночь.
В последний учебный день ученики себе места не находили. Приглашенные на вечеринку пытались в последний момент решить, что надеть, а некоторые до сих пор пробовали найти способ попасть на праздник. Эд не особенно ждал сегодняшней ночи, но все равно немного нервничал.
— Ну, Элрик, когда вы с Грейнджер встречаетесь?
Эд аж подавился едой и закашлялся. Крэбб и Гойл прыснули, а Драко намеренно отвернулся, не желая уделять ему внимание. Пэнси поморщилась, даже не отрываясь от разговора с другими слизеринками. А вот Блейз, тот самый наглец, задавший этот вопрос, с ухмылкой наблюдал за Эдом.
— Ч-что?
Забини криво улыбнулся и пихнул Эда локтем.
— Ты же помнишь, что пригласил грязнокровку на вечеринку?
Эд слегка покраснел и, схватив бокал, начал большими глотками пить тыквенный сок. Блейз лишь сильнее расплылся в улыбке.
— Только не говори, что ты забыл! Хотя, думаю, сложновато забыть такую шикарную задницу.
Эд выплюнул сок прямо в лицо Крэбба/Гойла. Возмущенная Пэнси даже треснула Блейза по руке, прекратив разговор с другими девушками.
— Да заткнешься ты уже, Забини? — прорычал Драко, позабыв о своем намерении игнорировать их диалог. Блейз расхохотался.
— Ну же, Элрик, не томи! — улыбнулся он. — Я задал простой вопрос.
Эд протяжно выдохнул, чтобы взять себя в руки; щеки у него все равно оставались красными.
— Я не знаю. Мы пока что это не обсуждали.
— Ух-х-х, — процедил Забини, наслаждаясь устроенным им представлением. — Да ты же полный профан в таких делах, Элрик! Ты хоть понимаешь, что вечеринка уже сегодня, а?
Блондин закатил глаза и принялся допивать тыквенный сок.
— Отвали. Сам разберусь.
Забини сердито вздохнул, а потом внезапно поднялся на ноги, схватил Эда за руку и потащил его за собой через весь Большой Зал.
— Ты какого черта делаешь?! — удивленно воскликнул алхимик, едва поспевая за Блейзом.
— Показываю, как дела делаются.
— Н-не надо! — крикнул Эд, пытаясь вырваться. — Не надо мне ничего показывать! Отпусти!
Он в панике огляделся. Все смотрели на них, а некоторые даже едва сдерживали смех. Эду хотелось врезать кому-нибудь, а то и трансмутировать пару столов, чтобы все испугались и перестали так смотреть на него, но, увы, это было запрещено. Он мог лишь наблюдать, как стол Гриффиндора становится все ближе и ближе. Забини подтащил алхимика прямо к ошарашенной Гермионе.
— Эй, Грейнджер! Элрик тебе кое-что сказать хотел.
Блейз улыбнулся и подтолкнул Эда вперед. Эдвард слегка пошатнулся, но быстро выпрямился и прижал руки к бокам, будто стоял перед самим фюрером. Рон злобно посмотрел на алхимика; Гарри же, как и большинство сидящих поблизости гриффиндорцев, просто непонимающе наблюдали за происходящим. Гермиона слегка поежилась — всеобщее внимание явно ее нервировало.
— Привет, Эдвард, — неловко сказала она.
— Эм… — Забини грубо пихнул его в бок, заставляя говорить. — П-привет, Гермиона…
— Ты… Хотел что-то спросить?
У Эда горели щеки. Никогда прежде он еще не попадал в такую ситуацию. Алхимик судорожно пытался понять, что ему сказать или сделать, а также болезненно осознавал, сколько людей выжидающе смотрят ему в спину. Забини, взбешенный его молчанием, громко прорычал и закатил глаза.
— Ну, раз Элрик вдруг потерял способность складно изъясняться, — сказал он, набрасывая руку Эду на шею, — позволь перевести. Он будет ждать тебя здесь, скажем, ровно в восемь, весь из себя готовый вести тебя на вечеринку Слизнорта. Идет?
Эд чувствовал, что у него все голова покраснела. Все нетерпеливо переводили взгляды с него на Гермиону. Она быстро оглянулась, а потом кивнула.
— Эм, конечно, — по возможности уверенно ответила она. — Приду в восемь.
Забини улыбнулся и от души хлопнул парня по спине.
— Отлично! Вот и увидитесь вечером!
Гермиона опять кивнула и повернулась к столу. Блейз потащил покрасневшего до ушей Эда обратно к слизеринцам.
— Видишь? — сказал он, крайне довольный собой. — Не так уж это и страшно, Элрик. Ну как, все запомнил? Сможешь повторить в следующий раз?
— В следующий раз, — прорычал Эд, вновь обретя дар речи, — тебя будут таскать, как тряпичную куклу, а я буду тебя публично унижать.
— Как благородно, — лишь шире улыбнулся Забини.
________________________
День прошел быстро. У Эда и Драко не было занятий после обеда, так что большую часть времени они просто отдыхали. Малфой решил поспать, а алхимик вновь пролистать учебники, силясь разгадать величайшую загадку работы магии и выискивая что-нибудь касательно философского камня. Он даже начал оставлять в тетради заметки и постоянно обращался к ним, проверяя, не забыл ли он чего. Пока Драко спал, Эд немного походил по коридорам, разминая затекшие мышцы. По пути ему встретилось странное полупрозрачное существо, которое летало, гогоча и вопя: «Потный любит Лунатку!». Под вечер в подземелье спустился Забини и начал переодеваться к вечеринке. Эд воспринял это, как знак, что и ему пора, и переоделся в свой обычный черный наряд. Блейз же нацепил черный смокинг и вовсю разглядывал себя в напольное зеркало. Драко прищурился, глядя с кровати на соседей по комнате. — Забини, ты вылитый пингвин, — пробормотал он. Блейз посмотрел на свое отражение. Он обернулся, проверил, как он выглядит сзади, а потом пригладил волосы, одарил зеркало очаровательной улыбкой, словно пытаясь его соблазнить. — Думаю, я выгляжу отменно, — сказал он. — А вот кому не помешало бы переодеться, так это Элрику. Эд с громким стуком захлопнул чемодан, в который уже убрал школьную форму. — Отвали. — Прелестно, — улыбнулся Забини. — Такими фразочками ты точно затащишь Грейнджер в постель. Внезапно Драко подскочил на кровати, покраснев от гнева. Он переводил яростный взгляд с Забини на Эдварда, словно решая, кого из них ему хочется убить сильнее. Алхимик тут же покраснел и возмущенно посмотрел на Блейза. — С чего мне ее в постель тащить? — воскликнул он. — Я, в отличие от тебя, привык головой думать, а не другим местом! — Да уж, постарайся не утащить ее в постель! — крикнул Драко, решив, что Эда ненавидеть куда проще. — Даже пальцем не смей ее трогать! В это время в спальню зашли Крэбб и Гойл, но замерли прямо в проходе. Все удивленно смотрели на Драко; Малфой же, посмотрев на соседей, слегка остыл, еще сильнее покраснел и лег на кровать. — Она мерзкая, — быстро сказал он. — Ради собственного блага держи руки при себе. — Ага, — хмыкнул Эд. — Потише, Малфой, — ухмыльнулся Забини. — Я же пошутил. Кроме того, я лично сомневаюсь, что Грейнджер Элрика даже под руку возьмет. Эд скорчил лицо. Он не знал, стоит ли ему оскорбиться. Крэбб и Гойл обменялись непонимающими взглядами, а потом пожали плечами и подошли к своим сундукам, вытаскивая из них учебники и другие предметы. Когда Драко заметил это, он сел на кровати и удивленно посмотрел на них. — Вы чего это делаете? Крэбб/Гойл посмотрел на него и простонал: — Снейп назначил нам наказание. — Что?! — возмущенно крикнул Драко, резко скидывая ноги с кровати. — Наказание? В последний учебный день?! Крэбб/Гойл закрыл сундук и кивнул. — Ага. Мы плохо успеваем на ЗОТИ. — Но как же… — Прости, друг, — пробормотал здоровяк и пошел к двери. — Ага, прости, — сказал второй и тоже вышел из спальни. Драко неверяще посмотрел им вслед, а потом рухнул на кровать и в изнеможении взъерошил светлые волосы. — Снейп! — гневно рявкнул он. — Сраный Снейп и его сраная ЗОТИ! Он же понятия не имеет, что творит! Он… Черт бы его побрал! Что за хрень?! Забини хмыкнул и вновь посмотрел на себя в зеркало. — Ого, не часто услышишь, как ты орешь на Снейпа… — Что?! — Ты всегда был за него. Он типа был твоим любимым учителем. Малфой фыркнул и хмуро улегся на кровати. — К слову, — медленно сказал Эд. — А ты вчера разве не должен был зайти к нему после занятий? Он вроде бы просил. — Ой-ёй, — поморщился Забини. — Ты же знаешь, как он звереет, если кто-то прогуливает. Драко фыркнул. — Плевать. Эд изогнул бровь и посмотрел на Драко. Малфой мрачно смотрел на них, решив больше ничего не говорить. Блейз хмыкнул, снял галстук и расстегнул верхние пуговицы рубашки, а потом, еще раз покружившись перед зеркалом, попрощался с соседями и пошел на встречу со своей партнершей. Драко завел руки за голову и задумчиво уставился в потолок. Эд наблюдал за ним, словно ожидая, что он сделает что-то подозрительное. Государственный алхимик был готов предъявить ему множество обвинений, но не мог — у него до сих пор не было никаких улик. Он даже в отчетах перестал указывать абсолютно все свои наблюдения, решив, что может ошибаться. Смотря на Драко, Эд понял, что Малфой стал выглядеть еще болезненней. Его кожа приобрела серый оттенок, а под глазами появились ощутимые круги. Эд прищурился. Он не мог понять, почему Драко в таком состоянии. Его отговорки алхимика не устраивали — такое от одних лишь наказаний и отработок не заработаешь. Здесь явно было замешано что-то еще. — Что ты с двумя идиотами собирался сегодня сделать? Драко глянул на Эда. Алхимик присмотрелся к нему, пытаясь понять что-то без объяснений, но Малфой оставался равнодушным и невозмутимым. — Не твое дело, Элрик. — Я знал, что ты это скажешь, — проворчал Эд. — Просто подумал, что смогу чем-нибудь помочь. Драко ухмыльнулся. — Ты хочешь помочь? Чушь. Эд рыкнул. Ах, ты, подозрительный, недоверчивый уб… — Я просто предложил. — Кстати, — с отвращением прошипел Драко. — Ты на свое свидание с Грейнджер не опаздываешь? — он особенно выделил слово «свидание». — Ну, ладно, — пробормотал Эд. — Я ухожу. Он поправил перчатки, чтобы не было видно ни дюйма металла. Потом, убедившись, что он презентабельно выглядит, Эд пошел к двери. В последний момент он обернулся и посмотрел на Драко через плечо. — Не натвори глупостей. Малфой угрожающе посмотрел на него. — Убирайся и свою заботу с собой прихвати. Все со мной будет нормально. Эд немного поколебался, но все же ушел из спальни и закрыл за собой дверь. Ему было плевать, будет ли Драко в порядке, — его волновало, что мальчишка может натворить, когда никого не будет рядом. Эду было тошно признавать, но Мустанг был прав. Он должен подружиться с Драко. Иначе он никуда не продвинется.________________________
Может, это была плохая идея. Эдвард нервно ходил из стороны в сторону, ожидая Гермиону у дверей Большого Зала. Он никогда ничего подобного не делал и даже не мог вспомнить, был ли он хоть раз на свидании (да, он попросил Уинри стать его женой, но им тогда было по пять лет, разве ж это считается?). Став цепным псом армии, он почти не взаимодействовал с девушками своего возраста. Он и не предполагал, что когда-нибудь ему придется на задании отправиться на свидание. — Выбирая между войной и свиданием, — жалобно проворчал он, — я предпочту войну. Как люди так легко с этим справляются? Остановившись, он немного натянул рукав на запястье, закрывая авто-броню. В этот момент его накрыла новая волна паники. А если Гермиона захочет потанцевать? Чем принято заниматься на вечеринках в этой школе? А вдруг она коснется его руки и поймет, что держится за сталь? Это же с первой секунды станет понятно! Эд тут же выбросил эту мысль из головы. Если уж дойдет до этого, он сбежит. Все просто. У дверей уже притаилось удивительно много девушек. Все они, кажется, смотрели на него с сожалением. Эд старался игнорировать их, но они так громко вздыхали, что это действовало на нервы. Да что с ними не так? — Прости, что заставила ждать, Эдвард. Услышав голос Гермионы, алхимик тут же обернулся к ней. Он собирался тут же взять ее под руку и как можно быстрее увести от этих безумных девушек, но, увидев девушку, застыл на месте. На ней было бледно-зеленое платье, украшенное сверху оборками. Оно плотно облегало ее тело, подчеркивая стройную фигуру. Гермиона убрала волосы в несложную прическу и превратила непослушную копну кудряшек в элегантные кудри и волны. Поверх платья она застенчиво накинула черный плащ, который не особенно закрывал ее. Эд тут же забыл все планы по спасению от девушек и слегка покраснел. — П-привет… — он закрыл рот и попытался взять себя в руки. — Ты, эм… Ты отлично выглядишь! Гермиона неуютно поежилась из-за его восхищенного взгляда. — Ну, Парвати мне помогла. Эм… Ты тоже хорошо выглядишь! Очень необычно. — О, эм… Спасибо! — Эд покраснел и смущенно отвел взгляд. Он понимал, что она хотела сделать ему комплимент, но никогда не подозревал, что его обычная одежда так необычно смотрится. Может, ему стоило прислушаться к совету Забини. В этот момент раздались очередные разочарованные вздохи, и Эд с Гермионой поняли, что им тут не рады. Алхимик глянул на притаившихся девушек и поморщился. — Пошли. У меня уже от них голова раскалывается. Гермиона кивнула; судя по ее лицу, она хотела того же. Эд взял ее под руку и быстро повел по коридору, но замедлил шаг, когда они свернули за угол. Убедившись, что за ними не следят, он облегченно выдохнул и пошел к кабинету Слизнорта уже намного спокойней. — Может, стоит поторопиться? — спросила Гермиона. — Думаю, мы опаздываем. Эд отпустил ее, засунул руки в карманы и пожал плечами. — Я не особенно спешу. Девушка кивнула и замолчала. Спустя пару минут Эд посмотрел на нее и мысленно простонал. Он чувствовал себя так… Неловко. Глубоко внутри Эд понимал, что неловкость эта идет от ощущения того, что в любой момент ему в лицо может прилететь гаечный ключ. Задумавшись над этим, он понял, что дальше все будет только хуже. Он знал, что в какой-то момент должен будет спросить Гермиону про Малфоя, и догадывался, что спрашивать придется напрямую. Эд мысленно отвесил себе подзатыльник. Просто шикарный из него партнер для вечеринки. — Эм, — решила нарушить молчание Гермиона, — Эдвард… — О, эм, можно просто «Эд». — Ладно, — она выдохнула. — Эд. Как прошел первый семестр в Хогвартсе? Эд посмотрел на девушку, впервые понимая, насколько она выше него. — Ну… Неплохо. Я не сразу освоился. — Тут чудесно, не правда ли? Думаю, в Германии все иначе. В ее голосе было столько гордости, что Эд чуть не рассмеялся. Она пытается сравнить Хогвартс с несуществующей школой? Алхимик хмыкнул и решил подыграть. — Абсолютно, — со смешком сказал он. — Наш директор — безответственный ублюдок, который бегает за каждой юбкой. Гермиона возмущенно посмотрела на него. — Что? — Ага! — радостно продолжил Эд. — Он работает только тогда, когда его заместитель делает пару предупредительных выстрелов ему над головой. А в остальном школа у нас совершенно обычная. Ученики занимаются, чем хотят. У каждого из них индивидуальные проекты, над которыми они работают почти все обучение. Гермиона ошарашенно смотрела на него. — Ну, это кажется весьма… Интересным. Он широко улыбнулся, но в тот же момент понял, как сильно скучал по Аместрису — даже несмотря на огромное количество людей, которым нравилось бесить его. Он точно скучал по той свободе, по поездкам с Алом и возможности помогать людям по пути. — Не сильно, но… Там мой дом. Гермиона мечтательно улыбнулась. — А Хогвартс стал вторым домом мне, — сказала она. — Да и всем нам. Мы практически выросли в этих стенах. Я, Гарри, Рон… — И Драко. Он выпалил это, не подумав. Гермиона обернулась к нему и удивленно изогнула брови. — Эм, ну, да, — Гермиона прикусила губу. — Хотя мы не то чтобы вместе выросли… — Но ты сказала, что знаешь его уже шесть лет. Повисла недолгая неловкая тишина, и Эд пожалел о своей прямоте. — Не особенно-то знаю, — наконец, сказала она. — В основном он просто оскорблял Гарри и Рона. — Я заметил, — рассмеялся Эд. Она выдохнула и задумчиво посмотрела на него. — Он… Ну, он невыносимый зазнайка. Ему нравится провоцировать Гарри и Рона, и я просто поверить не могу, что они до сих пор на это ведутся. Алхимик изогнул бровь. — Правда? — Ну, да… Думаю, да. Хотя я не понимаю, чего он добивается. Эд невольно фыркнул. Может, потому что он — избалованный богатей, которому делать нечего? — Я всегда пыталась разнять их, хотя и не знаю, зачем, — продолжила она. — Возможно, мне хочется верить, что все это — просто маска. Эд почесал подбородок, задумчиво глядя на пол. — Маска? Интересно… Но что ему скрывать? — О, Эд, не знаю, — вздохнула Гермиона. Он удивленно посмотрел на нее, не понимая, что произнес это вслух. — Может, я обманываю себя. Хочу думать, что Малфоя никто не понимает. Он всегда так ужасно обращался со мной, но в этом году… — она опустила взгляд. — Все иначе. Он редко что-то говорит мне, а когда смотрит… Я странно себя ощущаю. Как будто на меня смотрит кто-то другой — не тот же жестокий, мерзкий и отвратительный человек. — Если так подумать, он часто молчит, — пробормотал Эд. — Я думал, он просто неразговорчивый, но… Жестокий, мерзкий и отвратительный? Это ведь связано с его зацикленности на грязи и крови? Что это вообще? — О. Это, — Гермиона устало вздохнула. — Еще не слышал об этом? Возможно, в Германии это как-то иначе называют. — Д-да, — нервно улыбнулся Эд. — Возможно. — Грязнокровками обзывают тех, кто родился в семье магглов. Как я, например, — она покачала головой. — Малфой считает, что он лучше всех, потому что он «чистокровный». Я знаю, что это — полнейшая чушь, и привыкла… Слышать от него это прозвище. Если я кого и ненавижу, так Малфоя. — Из-за какого-то прозвища? — Эд неодобрительно покачал головой. — Я совсем не понимаю местных порядков. Это же просто слово. Оно ничего не значит, Гермиона. — Возможно, — кивнула она. — Но… Я не могу винить его. Окружение сделало его таким. — Ага, — фыркнул Эд, вспомнив кричащего домашнего эльфа в поместье Малфоев. — У него дома все с ума посходили. — С ума посходили? — удивленно повторила Гермиона. — Я бы его отца и хуже описала. — Его отца? — Эд приподнял брови. — Люциуса Малфоя? Она кивнула, поджав губы. — А что с ним? — Это ужасный человек, — с отвращением выговорила она. — И мне казалось, что Малфой скоро станет таким же. Когда я была младше, я видела мир лишь черным и белым. Но сейчас мне почему-то хочется верить, что Малфой ведет себя так не без причины. Да, это не оправдывает его поведение, но… Теперь меня не так сильно задевают его слова. Абсурдно, но мне хочется считать, что он не виноват, что на самом деле он другой. Я не до конца в этом уверена, но порой он так загадочно поступает… — Ого, — покачал головой Эд. — Я никогда об этом не думал. Думаю, аристократия глубоко пускает корни в человека. Гермиона нервно хохотнула и покачала головой. — Ох, прости, Эд. Меня унесло. Наверное, я наговорила глупостей… — Все нормально, — Эд улыбнулся и отмахнулся. — Мне было интересно. Правда интересно. Последние слова вышли чересчур хитро, и Гермиона странно посмотрела на него. — А для чего тебе это знать? — Из любопытства, — он пожал плечами. — Мы мало общаемся. И здесь он не соврал. Гермиона рассмеялась и откинула волосы с лица. — Иногда я не понимаю, как вы вообще подружились. Эд чуть глаза не закатил от согласия. — Да, понимаю. Ну… Похоже, мы пришли. Перед ними была дверь в кабинет Слизнорта. Она была немного приоткрыта и из-за нее доносились звуки смеха, музыки и громких разговоров. Гермиона и Эд немного постояли, раздумывая, стоит ли заходить, но все же решили присоединиться к вечеринке.
